Глава 2

Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как она открыла глаза и увидела над собой не звёзды, а чей-то силуэт - не Кая. Чужие шаги впереди стали единственным ориентиром в этой бесконечной ночи, единственным звуком, кроме собственного сбитого дыхания и хруста гравия под подошвами.

Арин шёл, не оборачиваясь. Его спина - прямая линия, напряжённые плечи, руки, сжатые в кулаки, - кричала о том, что он здесь против своей воли. Но он не ускорялся. Ни разу. Даже когда она споткнулась о корень и выругалась сквозь зубы, он не прибавил шаг - будто специально держал дистанцию, чтобы она могла догнать.

Она ненавидела его за это.

Ненавидела за то, что он видел её слабость. За то, что вернулся. За то, что не спросил разрешения.

- Долго ещё? - её голос сорвался, хриплый после часов молчания.

Арин остановился. Не сразу - прошло ещё несколько шагов, прежде чем он замер, будто раздумывая, стоит ли реагировать. Потом медленно повернул голову, и лунный свет скользнул по его лицу, выхватив из тени острые скулы и тёмные глаза, в которых плясали отблески где-то далёких огней.

- Вон там, - он мотнул головой вперёд. - Полчаса. Может, меньше.

Она проследила за его взглядом и увидела - далеко, почти на горизонте, - россыпь тёплых огней, вплетённых в тёмную громаду гор. Монастырь. Место, где живут такие, как он. Где ей не место.

- И чего мы ждём? - буркнула она, засовывая руки глубже в карманы, чтобы скрыть дрожь.

Арин усмехнулся - коротко, безрадостно.

- Того, что ты снова не рухнешь. - Он отвернулся, но вдруг, не глядя, протянул назад руку. В ней была фляга. - Жрать хочешь? Или гордость важнее?

Она уставилась на его ладонь, на потёртую металлическую флягу, и внутри всё сжалось от злости. На него. На себя. На то, что её пальцы уже потянулись к ней, предательски, прежде чем мозг успел приказать им остановиться.

- Я не возьму.

- Уже взяла, - он обернулся через плечо, и в его голосе проскользнуло что-то странное - не насмешка, а усталое удовлетворение. - Пей давай. Твои кишки всё ещё наружу не вывалились? Нет? Вот и не ной.

Она сжала флягу так, что металл жалобно скрипнул. Внутри плескалась вода - чистая, холодная, та, что она сама набрала в реке несколько часов назад. Он нашёл её бутылку? Взял с собой?

- Ты... - начала она, но голос прервался.

- Я - что? - Арин резко развернулся, оказавшись вдруг слишком близко. Его глаза сверкнули в темноте. - Я - придурок, который тащит тебя чёрт знает куда, потому что не смог смотреть, как ты подыхань у реки. Я - идиот, который решил, что проще взять тебя с собой, чем потом искать твой труп. - Он шагнул ещё ближе, и она почувствовала жар его тела сквозь холодный воздух. - Так что пей. Не заставляй меня жалеть о том, что я не бросил тебя там.

Она поднесла флягу к губам и сделала глоток. Вода обожгла горло ледяной свежестью, разбудив желудок, который мгновенно заурчал от голода. Она сделала ещё глоток, потом ещё, и только когда внутри разлилось приятное тепло, поняла, что пить хотелось невыносимо.

- Спасибо, - выдавила она, чувствуя, как слово царапает горло.

Арин хмыкнул, забирая флягу.

- Не за что. - Он убрал её в карман и, не оборачиваясь, зашагал дальше. - Пошли. Не хватало ещё, чтобы ты околела тут до того, как я сдам тебя кому-нибудь с рук на руки.

Она стиснула зубы и пошла за ним. Но впервые за эту долгую ночь в её груди шевельнулось что-то, похожее не на ненависть. Что-то тёплое и злое, как уголёк, тлеющий под пеплом.

(553 слова)