Part 2: Кастинг

Спать Адель так и не легла. К семи утра весь пол в мастерской был завален эскизами, кальками и обрезками плотного ватмана с набросками угольным карандашом. Она отобрала несколько готовых вещей из своих прошлых линеек — те, что лучше всего держали форму при резких движениях, упаковала их в кофры и трижды проверила флешку с видеозаписями своих танцев.В одиннадцать сорок она уже стояла у проходной бывшего завода, который перестроили под съемочные павильоны. Место было популярным, здесь постоянно крутились медийные лица, блогеры и модели. На входе висел баннер с логотипом шоу «Стихия».Администратор на ресепшене молча выдала Адель пластиковый пропуск:— Третий павильон по коридору до конца. Вас ждут.Адель перехватила вешалки с кофрами и пошла вперед. На ней были простые черные джинсы, кроссовки и то самое антрацитовое худи, которое она дошила ночью. Вокруг проносились люди с рациями и парни в дорогом шмоте, от которых за версту веяло парфюмом, но Адель было в общем-то плевать. Мысли занимала только предстоящая презентация.Третий павильон оказался огромным залом с высокими потолками, зеркальной стеной и профессиональным паркетом. В дальнем конце за длинным столом сидели трое.Кристина, линейный продюсер, поднялась с места — высокая, подтянутая женщина в строгом брючном костюме.— Рада, что без опозданий, Адель. Давайте вещи помощнику, он повесит на рейл. Знакомьтесь, это наш генеральный директор Артур Борисович, — она кивнула на плотного мужчину в очках, уткнувшегося в планшет. — А это Влад. Наш ведущий солист.Парень, сидевший на краю стола, медленно повернул голову. Лет двадцать пять, коротко стриженный, с резкими чертами лица и холодным взглядом. На нем была свободная майка, из-под которой виднелись забитые татуировками руки. Влад не улыбнулся. Он просто окинул Адель оценивающим взглядом с ног до головы, задержавшись на её простых кроссовках. Читалось явное сомнение, но Адель это никак не задело — на кастингах всегда смотрят как на товар.— Ну что, Адель, — Артур Борисович оторвался от экрана. — Кристина хвалила ваш стиль. Показывайте, с чем пришли. Нам нужен концепт для открывающего номера. Тема — хаос и зарождение порядка.Адель подошла к столу, выложила эскизы и заговорила без лишних вступлений:— Для первого номера лучше отказаться от классических сценических костюмов. Танцоры выходят в оверсайзе из жесткого необработанного хлопка. Это дает нужный объем и ощущение скованности, бесформенности. Внутри конструкций вшиты скрытые магниты. По ходу хореографии, на пиковых точках бита, они сбрасывают верхний слой прямо в движении. Под ним — легкий, летящий шелк телесного цвета. Это даст визуальный эффект очищения.Она раскладывала листы, показывая технические узлы. Артур Борисович придвинул к себе один из набросков, прищурился.— На бумаге нормально. А в динамике? Ткань не запутается в ногах? — подал голос Влад. Тон был ленивым, но с профессиональной подковыркой. — Мы тут не на подиуме стоять собираемся. Там прыжки, партер, жесткий хаус. Твоя геометрия просто развалится при первом махе.— Не развалится, — спокойно ответила Адель. — Я сама танцую эту хореографию. Все швы и застежки просчитаны под амплитуду шага. Могу показать.Влад усмехнулся, скрестив руки на груди:— Ну давай, покажи. Музыку включить?— Не надо, я под свой трек.Адель подошла к звукорежиссеру у пульта, отдала флешку и попросила включить третий трек. Пока парень настраивал звук, она скинула худи, оставшись в черной майке.Зазвучал ломаный, агрессивный электронный ритм с сильными низами. Адель вышла на середину паркета. На секунду поймала свое отражение в зеркале — кудри растрепались, взгляд собран. Она начала с жесткого, рубленого крампа, показывая ту самую бесформенность. Движения были тяжелыми, приземленными, она буквально вбивала шаги в пол. Затем, когда музыка сделала переход на плавную синт-волну, Адель переключилась на контрастную современную пластику — прыжок, уход в партер, перекат и мгновенный подъем через волну. Она двигалась технично, без лишнего пафоса, просто показывая, как одежда ведет себя в работе.Музыка затихла. Адель остановилась, тяжело дыша.Она обернулась к столу. Артур Борисович удивленно приподнял брови. Кристина довольно кивнула. Влад больше не ухмылялся — он сидел, подавшись вперед, и внимательно смотрел на нее. Скепсис сменился обычным рабочим интересом.— Ладно, — медленно произнес Влад, поднимаясь со стола. — Двигаешься ты нормально, база есть. Но хореограф — это не тот, кто сам умеет. Это тот, кто может заставить двигаться тридцать человек как один механизм. Справишься?— Для этого меня сюда и позвали, — ответила Адель, поднимая с пола худи.— Вот и проверим, — вмешался Артур Борисович, поднимаясь с кресла. — Концепт принимаем. Кристина оформит временный контракт на испытательный срок — две недели. Поставите первый номер и утвердите тестовые костюмы — подпишем основной договор на весь тур. Работаем?— Работаем, — Адель пожала руку директора.Через полчаса, подписав бумаги, она вышла на улицу. Закурила, глядя на проезжающие машины. Спокойно, без эйфории — впереди было слишком много пахоты.Телефон в кармане завибрировал. Пришло сообщение в телеграм от незнакомого аккаунта без аватарки. Адель открыла его и нахмурилась.В чате висела старая фотография двухлетней давности. На ней Адель — сильно пьяная, сидит на полу в туалете какого-то клуба, прижимая к себе бутылку. Обычный компромат из её худших времен.Ниже шла короткая строчка: «Поздравляю с контрактом. Надеюсь, на репетициях ты будешь трезвой. Или мне помочь тебе вспомнить, как весело было раньше?»Адель затянулась, выдохнула дым и заблокировала экран. Руки не дрожали, но внутри появилось неприятное чувство. Прошлое, которое она так долго зачищала, всплыло в самый неподходящий момент.