КОНЕЦ 1 ЧАСТИ. ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Рассвет мягко пробрался в комнату, разбудив меня тихим плачем, доносившимся из соседней спальни. Любопытство тихонько подтолкнуло меня встать, стараясь не потревожить спящую Мелек.

В другой комнате сидела Айша - видимо, пришла ещё затемно.

- Айша?.. - тихо позвала я, подходя ближе.

Она подняла на меня растерянный взгляд. Глаза у неё припухли, а в пальцах поблёскивало обручальное кольцо.

- А... Даша, ты чего не спишь? - голос у подруги дрожал, будто она пыталась удержать слова, чтобы они не рассыпались.

- Я проснулась. С тобой всё в порядке? - спросила я, хотя и так видела, что нет.

- Да... Прости, я вчера... то есть сегодня... нагрубила. Не хотела, правда, - она провела ладонью по спутанным тёмным волосам, словно хотела этим жестом привести в порядок и свои мысли.

- Я не обиделась, - я осторожно взяла её за руку. Пальцы у Айши были ледяными, а сама она едва заметно вздрагивала.

- Пойдём, тебе стоит умыться, согреться.

- Нет, не надо.

- Ты дрожишь.

- И что? Если умоюсь, смою его запах...

Её слова повисли в воздухе. Я поняла: она всё ещё не отпустила ту боль, что принесла смерть Али.

- Мне нужно сделать намаз, - сказала Айша чуть резче, чем хотела. - У меня абдест при себе. Хочу помолиться за него.

- Хорошо. Только будь аккуратнее, ладно? Я переживаю.Спустя примерно полчаса я заглянула к ней снова. Айша так и не переоделась. Сидела в хиджабе, тихо всхлипывая, будто слёзы были единственным способом выпустить наружу то, что давило изнутри.

- Постарайся немного успокоиться, - попросила я мягко.

- Оставь меня, пожалуйста. Хочу побыть одна.

Я замерла, подбирая слова.

- Если тебе нужно время - я не буду мешать. Но если потом захочешь просто посидеть рядом и ничего не говорить - я тут.

Айша только опустила голову.

Не зная, что ещё сделать, я вышла. Внутри было не столько обидно, сколько горько: я хотела быть той самой опорой, на которую она могла бы опереться, но сейчас эта опора ей только мешала.Листая телефон, я наткнулась на уведомление про автобус из Бурсы в Ростов‑на‑Дону. Пальцы сами набрали номер.

- Здравствуйте, - ответил мужской голос.

- Запишите меня на ближайший рейс, пожалуйста.

- На сегодня. Через три часа автобус будет у центрального торгового центра. Есть предпоследнее место. Вас устроит?

- Да, подойдёт. Сколько стоит билет?

- Iki bin tele, gidiyormusunuz?

- Да.

Мне просто хотелось немного пространства - и для себя, и для Айши. Если ей нужно побыть одной, я не стану навязываться.

***

Автобус приехал с небольшим опозданием. Салон оказался не новым, но аккуратным, будто его берегли и часто проверяли. Я села у окна, поставила рядом мини‑рюкзак с едой. В голове то и дело всплывали мысли: «Может, лучше вернуться?», «Ты торопишься». Наверное, я и правда спешила. Но сейчас казалось, что дать Айше немного тишины - самое правильное, что я могу сделать.

Я написала подруге лишь одно сообщение с теми словами, что она сказала мне, когла мы выходили из самолёта: "Жизнь не создана для страданий. Она создана для чего-то прекрасного."

Мы ехали. Когда ночь стала совсем глубокой, ко мне подошёл проводник.

- Дарья? - прозвучал знакомый голос.

- Откуда вы знаете? - я сонно прищурилась.

- Это я с вами по телефону разговаривал. Постарайтесь поспать, дорога ещё долгая, - он улыбнулся и накинул на меня плед.

***

Проснулась я на удивление спокойно. Снова снился Берат - какой‑то светлый, почти беззаботный сон.

Я прислонилась к слегка подрагивающему окну и достала телефон. Ночью он стоял на зарядке. На экране горело десять пропущенных от Берата, целая россыпь сообщений и два звонка от мачехи.

«Она хоть раз подумала обо мне просто так?» - мелькнула мысль. И тут же угасла: я и так знала ответ.

Сначала я открыла чат с Бератом.

«Доброе утро, Aşkım».

«Хорошо спала?»

«Встретимся сегодня?»

«Ты где? Я не нашёл тебя дома...»

Он волновался. От этого стало немного стыдно: он ищет, переживает, а я просто взяла и уехала, даже не предупредив.Я набрала короткое сообщение: «Прости. Я уезжаю обратно в Россию».

Сейчас мне хотелось просто разобраться в себе и пожить спокойно. Без драм, боли, и всего. Просто разобраться в себе.

Потом открыла сообщение от мачехи:

«Ты должна приехать немедленно. Твоему отцу плохо».

Внутри всё привычно сжалось. Никаких «как ты», никаких «ты в порядке». Только срочность и обязанность.

Я не стала отвечать.

Остаток дня я смотрела на мелькающие за окном пейзажи, иногда фотографировала их - для будущих срисовок. Листала соцсети, отвечала на пару сообщений, стараясь не думать слишком много. Просто ехала. И пыталась поверить, что делаю хоть что‑то правильное.