«В неожиданном ракурсе»

Дома я устроилась за столом с той самой тетрадью, где мы писали текст песни.Перенесла всё на ноутбук — теперь слова были в цифровом виде, и тетрадь вроде как потеряла свою необходимость.  Я начала рисовать, просто чтобы расслабиться: котов, цветы, какие-то абстрактные узоры... И вдруг заметила, что на странице появился Крид.  — Оооп... а это уже интересно, — пробормотала я, слегка удивившись самой себе.  Сначала я не придала значения, но постепенно линии становились чётче: профиль лица, очертания пресса, татуировки на руках... Я аккуратно вырисовывала каждую деталь, будто тетрадь сама подсказала, что это нужно сделать.  — Так! Хватит, — сказала я себе, резко захлопнув тетрадь.  Сердце билось чуть быстрее, и я поняла, что это уже не просто рисунок. Какие-то странные мысли мелькали в голове, но я решила не разбираться — просто пошла спать, оставив тетрадь закрытой на столе.Утром я по привычке схватила тетрадь вместо ноутбука. Мы встретились с Егором в студии, и я протянула ему тетрадь: — Я за кофе. На, поиграй с текстом ещё, — сказала я, улыбаясь. Он взял тетрадь, покрутил её в руках и посмотрел на меня: — Я тебе что, пёс? — пробурчал он с едва заметной усмешкой. — Когда как, — подмигнула я и мгновенно рванула в сторону кофейни. Уже внутри, держа тёплый стакан в руках, я поняла, что в тетради есть кое-что, что видеть не стоит никому... ни музыкантам, ни танцовщицам, ни, особенно, Егору. Я быстро отпила глоток кофе, потом встряхнулась и побежала в зал. Сердце колотилось быстрее обычного — мысли о том, что он мог увидеть что-то лишнее, не давали покоя. Зайдя в зал, я сразу увидела Егора. Он сидел на диване, подбрасывал тетрадь и казался полностью сосредоточенным. Не раздумывая, я выхватила тетрадь у него из рук. — Т... ты что-то видел?! — выдохнула я, глаза широко раскрыты. Он поднял на меня взгляд, будто удивлённо: — Ты о чём? — Фух... забудь... — пробормотала я, слегка краснея и сжимая тетрадь у груди. Он прищурился, улыбка скользнула по губам, но ничего не сказал. Я села рядом с ним, слегка уставшая после утренней беготни и кофе. — Жарко тут... пойдем в другой зал, — сказал Егор, не отрывая взгляда от тетради. — Другой зал? — переспросила я, удивлённая. — Да. Я не беру один зал на репетиции. Пойдем, пойдем. Мы пересекли студию и оказались в другом зале — просторном, с зеркальными стенами и паркетным полом. И внезапно он снял футболку. Я открыла рот от удивления, забыв дышать. Он стоял спиной ко мне, мышцы спины и татуировки подчёркивались светом зала. — Е... Егор... что-то мне нехорошо... я... я пойду, — выдавила я, ощущая, как кровь приливает к щекам. Он засмеялся, лёгко накинул футболку обратно и оглянулся через плечо: — Так лучше? Я пыталась сосредоточиться на тексте, переписывая строчки и придумывая новые рифмы, но его неожиданная и горячая выходка выбила меня из колеи. — Ты видел тетрадь? — спросила я, наклоняясь чуть ближе. — Конечно видел, — улыбнулся он, — и хочу сказать, что я более спортивного телосложения. — Ой-ой-ой, много самолюбия, Булаткин! — выдохнула я, стараясь вернуть контроль над собой. — Уверена? — приподнял он одну бровь, глядя на меня с лёгкой усмешкой. — Отстань, — выдохнула я, закатывая глаза. Он вдруг приподнял футболку и оголил часть пресса, словно проверяя мою реакцию. Я закатила глаза снова, но на самом деле это было не из-за раздражения — просто мой взгляд замылился, а сердце слегка ускорило ритм. — Фух... — пробормотала я себе под нос, пытаясь сосредоточиться на тексте, хотя мысли уже немного бродили в другом направлении. Он заметил это и лишь усмехнулся, вернув футболку на место: — Сосредоточение, Морозова, — произнёс он шутливо. — Или будем терять время на... отвлекающие факторы? Я выдохнула, снова беря тетрадь в руки, пытаясь выдавить из себя творческую сосредоточенность.«ТАК, Саша!» — мысленно взывала я сама себе. «Он манипулирует тобой. Заигрывает. Клин клином выбивают!»Я вспомнила, что утром перед выходом надела короткие велосипедки под джинсы. И тут пришла идея: показать, что я тоже могу управлять ситуацией. Расстегнула ширинку. Взгляд Егора очень быстро перескочил с тетради на мои руки — и я почувствовала, как внутренне напряглась, но в то же время получила лёгкое чувство контроля. Прежде чем он успел что-то сказать, я перебила: — Жарко что-то... ты прав. Сняла джинсы и аккуратно положила их рядом, оставшись в облегающей футболке и коротких шортах. Егор на мгновение замер, словно не ожидал такого поворота, но потом улыбнулся и тихо сказал: — Вот это уже... интереснее. Я кивнула, снова вернувшись к тетради.