Глава 40. Рандеву

Этой ночью впервые за долгое время Линча посетила одна давняя подруга – бессонница. На ближайший месяц или два – Линч уже сбился со счёта – она оставила его в покое, уступив место кошмарам, но вот внезапно объявилась вновь. Линч лежал на своей кровати, не в силах сомкнуть глаз, и постоянно поглядывал на Джона, лежащего на соседней. Серебристое свечение ночи красиво играло с тенями, подчёркивая его острые от худобы скулы и впалые щёки, его угловатое тело, резкие черты. Он выглядел таким умиротворённым и красивым, словно ничего больше не существовало, словно все проблемы исчезали, как только Джон появлялся в их поле зрения. И чем дольше Линч им любовался, тем сильнее его мучил тот давний вопрос, от которого Джон почему-то вечно норовил убежать. Может, это шанс? Собравшись, Линч решил всё-таки попытать удачу:

— Джон, спишь? — спросил он аккуратно, вполголоса.

— Нет, — внезапно раздался ответ. Линч на него и не надеялся, но обрадовался: возможно, в этот раз удастся поговорить. Он начал издалека:

— Могу кое-что спросить?

— Ну, спрашивай, — Джон усмехнулся, вероятно даже не догадываясь о том, почему Линч прибегнул к таким формальностям. Он вздохнул, собрался. Больше нельзя позволять Джону убегать или как-то изворачиваться. Он должен ответить!

— Джон, в каких мы отношениях? — голос слегка вздрогнул. Перед глазами пронёсся тот миг, когда Джон со всей нежностью поцеловал Линча в его шрам на скуле.

— Ты серьёзно? — Джон недовольно цыкнул и, шурша одеялом, отвернулся, бросил через плечо напоследок, стремясь поскорее закончить толком не начавшийся разговор: — Потом об этом поговорим.

— Нет, сейчас! — настоял Линч, подскочил, усевшись в кровати, и посмотрел на Джона почти яростно. Тот повторно цыкнул и тоже уселся. Казалось, от накалившегося напряжения по всей комнате сверкали молнии. По какой-то причине Джон готов был перевернуть хоть весь этот отель, чтобы избежать поднятой Линчем темы. В свою очередь Линч готов был поставить отель обратно, если это поможет добиться от Джона искренности. Наверное, это не очень честно, требовать правды от человека, которому сам постоянно врёшь, но Линч старательно оправдывался в собственных глазах: ведь речь шла о совершенно разных вопросах! О любви и ненависти. О жизни и убийстве. Линч не мог рассказать правду, потому что она могла разрушить всё, начиная от отношений и заканчивая поисками портала и возвращением домой. Джон не рассказывал только из собственного упрямства и непонятных причин, о которых и без прямого ответа Линч начинал догадываться. Это просто совершенно разное, ведь так? Поэтому Линч продолжил давить:

— Джон, в каких мы отношениях? Кто мы друг другу?

— Друзья. Мы просто друзья, которые иногда трахаются. И то... нечасто, — Джон отвёл взгляд, явно всем своим нутром надеясь, что Линча удовлетворит такой ответ. Но он хотел большего, он хотел правды, а не пустых отговорок и непонятных увиливаний, а потому не остановился, продолжил:

— Друзья? Друзья, которые целуются в губы, обнимаются без повода и переживают друг за друга, как ни за кого другого?

На виске Джона проступила пульсирующая венка. Он раздражённо стиснул челюсти с такой силой, что его зубы заскрипели, а на щеках проступили желваки. Видимо не найдя в голове очередной подходящей отговорки, он посмотрел на Линча воинственно, с вызовом, и спросил несколько отстранённо, так и не дав прямого ответа на заданный вопрос:

— Линч, чё ты от меня хочешь?

— Я хочу, чтобы мы перестали врать друг другу! Давай честно, мы же не просто друзья. Мы... что-то большее, — Линч попытался подступиться как можно аккуратней, теперь без лишнего напора и агрессии. Им давно следовало поговорить, и поговорить спокойно, размеренно, на трезвую голову, способную здраво оценить всё происходящее.

— «Большее»... — усмехнулся Джон, кажется не разделяя этой идеи Линча, и снова отвернулся, снова отвёл глаза.

— Джон, ну правда! — слегка настоял Линч, не позволяя ему уйти. — Давай напрямую, мы... Мы ведь любим друг друга?

Голос вновь слегка вздрогнул, по всему телу пробежались мурашки. Линч ужасно боялся этих слов, так долго решался их сказать, и вот теперь, когда они вырвались из уст и повисли в воздухе, стало ещё страшнее. На пару мгновений показалось, что мир застыл, время замерло, а затем снова пошло, и Джон вдруг разразился такой страшной яростью, что Линч под напором его слов непроизвольно сжался. Джон подскочил, прямо-таки подорвался с кровати, и закричал так яростно, что из его рта брызгали слюни:

— Нет! Нет, нахрен! Мы никакая не парочка, ясно? Мы не встречаемся! Никаких сраных отношений!

— Но... Но почему? — каждое выдавленное слово давалось с таким трудом, будто кто-то вонзил Линчу в горло нож. — Мы же, по сути, занимаемся всем тем же, чем пары в отношениях...

— Ну так если, по сути, мы занимаемся всем тем же, какого хрена тебя это вообще беспокоит?! — от злости Джон размахивал руками с такой силой, что казалось, он вот-вот толкнёт или ударит. Линч почему-то знал, что этого не произойдёт, но всё равно инстинктивно сжимался каждый раз, как его рука оказывалась слишком близко или дёргалась как-то слишком резко.

— Потому что я хочу понять, Джон... Почему ты злишься? — собственный голос звучал так жалобно, что Линчу самому становилось тошно.

— Потому что!.. — Джон внезапно прервал сам себя, замер, растерянный, будто увидел что-то невозможное или страшное, хотя смотрел он на Линча, и резко успокоился, сменив тему:

— Спать пора. Не будем тратить время на пустую болтовню.

— Джон, это не пустая болтовня, — Линчу начинало надоедать его же упрямство, но он продолжал давить – эти нескончаемые отговорки и побеги не могли продолжаться вечно. — Скажи... Почему ты боишься?

— О, простите, не признал! Мистер Вселенная, которому всё и обо всех известно! — Джон раскинул руки в стороны и едко ухмыльнулся, кажется способный отравить этой улыбкой, насквозь пропитанной желчью.

— Но я же прав.

— Нет, не прав. И вообще, Линч, может ты не заметил, но мы в грёбанном зомби-апокалипсисе! У нас каждая сраная крошка на счету, а ты думаешь об отношениях! Ты что, десятилетняя девочка? — Джон раздражённо плюхнулся на свою кровать, в любом случае немного поуспокоившись. Теперь он хотя бы не орал во всё горло и более-менее соглашался на конструктивный диалог. Видимо, наконец понял, что от упрямого Линча ему никуда не деться.

— Во-первых, не все десятилетние девочки думают об отношениях. Во-вторых, я ничего не забыл, и, Джон, это важно. Я... Я просто не могу спокойно спать, не понимая, что между нами, — Линч пытался быть искренним, хотя каждое следующее слово давалось всё труднее. Он ужасно боялся, что Джон снова ничего не поймёт и только разозлится, а объяснить внятно никак не получалось. Как, оказывается, сложно говорить о своих чувствах... В немногочисленных прошлых отношениях Линчу было как-то попроще. Может, это потому, что настоящей любви тогда не было? А теперь, видимо, всё складывалось совершенно иначе.

— Так, окей. Допустим, я твой парень. Что изменилось? — Джон недовольно сложил руки на груди. Пытался уличить Линча, отыскать брешь и ударить по слабому месту. Но он не на того напал, ведь Линч правда долго готовился к этому разговору и слишком много думал о том, что сказать и сделать.

— Ну... Теперь я могу без страха целовать и обнимать тебя. Могу заботиться, больше не ища каких-то тупых оправданий. Могу быть честным, — язык едва не свело от такой наглой лжи. Это просто ужасно, когда ты говоришь слово «честный» и при этом врёшь. А Линч врал, притом уже достаточно давно, и каждый раз винил себя, вспоминая в ночных кошмарах тот день, когда его честность с Джоном заметно пошатнулась.

— Ладно... Если я скажу, что с этого момента мы реально парочка, ты отвяжешься от меня и ляжешь спать? — Джон выглядел недовольным, но на самом деле он просто прятал свою радость под маской. По какой-то причине он боялся отношений, но Линч смог убедить его, что с ним всё будет иначе, всё будет хорошо, а потому Джон всё-таки доверился и обрадовался тому, что теперь всё будет лучше. Линч тоже обрадовался, решив хотя бы на крохотное время попытаться оставить терзающие переживания, и впервые за довольно продолжительное время искренне улыбнулся.

— Да, в ту же секунду, — пообещал он с улыбкой на лице. Джон немного удивился. Кажется, он тоже уже позабыл, как выглядит чужая улыбка, но быстро вернул себе безразличный вид и улёгся в кровати, демонстративно повернувшись к Линчу спиной, после чего как бы без интереса бросил через плечо:

— Тогда теперь мы пара. Всё, спи.

Наверное, не будь Линч так подавлен, он бы даже взвизгнул от радости. Но он только слегка заметно усмехнулся и покорно улёгся спать, на деле даже не надеясь уснуть после всего произошедшего.

Словно по будильнику, парни привычно поднялись с рассветом. Толком не продрав глаза, они сразу же отправились исследовать отель, и ближайший час потратили на поиски портала. Как и ожидалось, ничего кроме старой мебели и мусора на территории отеля не нашлось. Линч даже не удивился такому исходу – он уже почти не верил, что однажды всё же сможет отыскать путь домой, и это собственное уныние немного пугало. Раньше Линч с таким никогда не сталкивался, он всегда бился до конца, верил до последнего и в конечном итоге находил какое-то решение, а теперь... А теперь он даже начинал задумываться над тем, чтобы остаться у Возродителей, найти себе там работу и приняться помогать в восстановлении мира в тщетной надежде, что хотя бы так можно будет попытаться вернуть себе чувство родного мира и дома. Линч почти посчитал это хорошей идеей, но затем одёрнул себя: семья. Лили и Лукас, родители – все они ждали его по ту сторону портала. Дейл ждал Джона, непонятно как справляясь без него в течение этого полугода, а может не справляясь вовсе и вновь распивая алкоголь где-то на грязных улицах города. Линч мотнул головой. Нельзя, нельзя сдаваться! Как бы ни хотелось, как бы сильно ни опускались руки... Они с Джоном остановились на главной лестнице, прямо перед затопленным холлом, и принялись выяснять, куда им идти дальше.

— Следующая «контрольная точка» – ещё один вокзал из соседнего города, — пояснил Линч, всматриваясь в карту. — Здесь его не видно, нужна другая карта, но идти нам куда-то в эту сторону.

Он указал пальцем в направлении затопленной улицы, продолжающейся за отелем.

— Ну нет, нам опять идти через эти сраные болота! Мы только высохли! — протянул Джон жалобно, стараясь даже не смотреть на воду, заполняющую первый этаж, и на плавающих в ней рыбок.

— Выбора всё равно нет. Придётся идти, — Линч смиренно пожал плечами, убрал карту в карман рюкзака и уже шагнул вниз по лестнице навстречу ледяной воде и долгому тяжёлому пути, как вдруг Джон мягко схватил его за плечо и сказал уже более серьёзно:

— По пути заскочим в аптеку тебе за лекарствами. А то ты такими темпами реально никогда не выздоровеешь.

— Нет, Джон, у нас нет вре... — попытался было отказаться Линч, как Джон перебил его, строго заглянув в глаза, настояв:

— Линч, это не обсуждается.

— Ладно. Но только если по пути, — всё-таки согласился Линч, не решившись спорить. Он вечно так переживал о драгоценном времени, словно от этого правда что-то зависело, но ведь, если задуматься, они и так уже задержались на, ни много ни мало, полгода. В таком случае насколько страшно задержаться ещё на пару лишних месяцев? Возможно, этого даже никто не заметит. Линч мотнул головой, старательно отгоняя унылые мысли. Не время! Он решительно прошагал вниз по лестнице, и не давая себе даже шанса отступить, резко опустился в ледяную воду по щиколотку. Ноги обдало ужасным холодом, сводящим мышцы. Кроссовки мгновенно промокли. Любопытные рыбки, до этого не брезгающие подплыть к новому незнакомому гостю, шустро расплылись в разные стороны от резкого движения. Рыбки... Интересно, что они едят в этом, по сути, замкнутом бассейне? Каково вообще возрождающейся жизни, постепенно захватывающей каменные джунгли? С этими мыслями, старательно отвлекаясь, Линч смелее прошёл в глубь затопленного холла, и вот, сам того не заметив, он уже оказался по центру комнаты, по пояс в ледяной воде. Джон, идущий позади, не излучал столько же уверенности и вечно что-то недовольно, жалобно нашёптывал:

— Как холодно, блин... Почему вода такая ледяная?

Линч на это только тихо усмехался и упрямо шёл вперёд. Он как никогда понимал Джона, но, в отличие от него, не позволял себе такой вольности: он был слишком слабым, чтобы заслужить право на жалобы, а потому лишь стискивал зубы и не смел никому мешать своим нытьём.

Следующие полдня парни просто шли по старым, разрушающимся улицам неизвестного, безымянного города. Затопленный участок они уже давно прошли, уже успели высохнуть и заскочить в аптеку, а также успели добраться до некого тупика. Если быть точнее – до гигантского завала из руин, вероятно, десятков обрушившихся зданий. Ничего подобного парни ещё не встречали. Видимо, эти здания были одними из первых жертв, не выдержавших от времени и развалившихся на кусочки, а может они просто пострадали при бомбардировке, которую устраивало правительство в отчаянных попытках остановить неизвестную заразу. Как бы то ни было, проход был закрыт. Линч схватился за карту, чтобы понять, где найти обходной путь. Пока он изучал глазами вырисованные дороги, откуда-то спереди послышались странные звуки падающих камешков и человеческого кряхтения. Линч вопросительно поднял взгляд от карты. Не успел он и на секунду отвлечься, как Джон уже принялся взбираться на вершину развалин, совершенно игнорируя тот факт, что подобное слишком опасно. Обломки то и дело выскакивали у него из-под ног и выскальзывали из рук, но он продолжал упрямо цепляться за новые и подниматься всё выше.

— Джон, лучше слезь. Это опасно, — оповестил Линч с ноткой волнения.

— Нормально всё, — отмахнулся Джон, даже не обернувшись, и продолжил взбираться.

— Я всё равно за тобой не полезу! — Линч демонстративно поставил руки на пояс.

— Да погоди ты... — Джон сосредоточенно стиснул зубы, оказавшись в довольно неустойчивом положении. Он аккуратно попытался пошевелиться, но абсолютно все камни под ним предательски сорвались и понесли Джона к самому подножью этой своеобразной горы из обломков зданий. Оказавшись на твёрдом асфальте, он облегчённо выдохнул и взглянул на груду, как на какую-то несбыточную мечту, сказав с расстроенным видом:

— Не, нереально. Тут не забраться.

— Тут вообще не пройти, — Линч поднёс карту к лицу и подозвал Джона жестом. — Как я понял, это бизнес-район, и он обвалился весь. Мы никак не обойдём. Только если по другому побережью. А это нужно возвращаться к тому мосту, который возле отеля.

— Чё, к тому мосту?! Мы полдня до него тащиться будем! Мы... Мы так, считай, целый день пути просрём! — возмущённо кричал Джон, явно не слишком довольный тем, что целый день стараний по своей сути окажется бесполезным. Линчу тоже это не нравилось, но другого выбора не оставалось. Огромный бизнес-центр, обвалившийся посреди города, они будут обходить куда дольше, чем если просто вернутся немного назад и перейдут на другой берег реки, вдоль которой они и шли.

— Знаю, но других вариантов нет. Придётся возвращаться, — Линч пожал плечами и смиренно убрал карту в рюкзак. Ужасно хотелось разозлиться, разразиться криком, что-нибудь пнуть, но Линч сдерживался: нельзя злиться по пустякам, ни к чему тратить ни свои силы, ни свои нервные клетки на то, на что ты всё равно не в силах повлиять. Правда Джон так не считал.

— Просто офигенно! — процедил он раздражённо и, воплощая в жизнь желание Линча, взбешённо пнул ногой какой-то подвернувшийся мусор.

Как и предсказывал Джон, путь обратно занял ещё полдня, из-за чего парни добрались до моста только к закату. Переночевать решили уже на другом берегу, поэтому взяли остаток сил в кулак и двинулись вперёд по дороге, надеясь, что мост, когда-то выдерживающий многотонные машины, за тридцать лет ослаб не так сильно, чтобы обвалиться от веса двух человек. Вроде обычное дело, ничего особенного, но... Когда парни приближались к мосту, в полутьме подступающей ночи они заметили два едва различимых силуэта: высокого человека в капюшоне и черношёрстного пса с перебинтованной лапой. Сомнений не оставалось, это...

— Крис! — завопил Джон со всей яростью, полностью наплевав на тот факт, что на его крик могли сбежаться нежелательные «гости». Не оставив ни секунды на размышления, он молниеносно сорвался с места и с пугающей скоростью понёсся на застывшую в удивлении Крис. Она долгое мгновение стояла на месте, лишь хлопая глазами в попытках понять, что происходит: для неё ведь Линч с Джоном были мертвы, – а затем, сообразив, быстро ринулась на мост. Блэк, прихрамывая, побежал точно рядом с её ногой. Джон, вопя, помчался за ними:

— Стой! Я сказал, стоять!

— Джон, не надо! — Линч попытался вразумить его, бросившись следом, но стоило ему пробежать всего несколько шагов, как огромная разница в скорости стала очевидной. Крис неслась наравне с псом, ловко лавируя между машин, а Джон неминуемо нагонял её, как снежный барс, широкими рывками, словно в самом деле перепрыгивая огромные сугробы. Его по-настоящему животная ярость не знала границ, а желание отомстить двигало вперёд, делая из Джона настоящую машину для убийств. Линч тщетно пытался угнаться за ним, но с каждым новым шагом становился всё дальше, в то время как Джон с каждым рывком становился всё ближе к Крис.

— Джон, одумайся! — крикнул Линч, уже не беспокоясь о возможных «гостях», но его голос не достиг цели. Джон сделал последний рывок и вытянул руку: ещё чуть-чуть, и он сможет дотянуться. Как вдруг, внезапно развернувшись, Блэк без всякой команды хищно раскрыл слюнявую острозубую пасть и вцепился Джону в протянутую руку. Тот низко завопил, стиснув зубы от боли, и со страшной силой ударил Блэка о землю. Послышался жалобный скулёж, но собачья пасть так и не раскрылась, продолжая терзать плоть. В темноте разглядеть было трудно, но даже так Линч видел, как по рукаву косухи расползалось красное пятно крови. Этого ещё не хватало! Он с новой силой бросился к Джону, а Крис, внезапно развернувшись, бросилась ему навстречу.

— Блэк! — крикнула она обеспокоенно. Уже протянула руку, чтобы защитить пса, но не успела: Джон с силой ударил коленом куда-то в пушистый бок. Пёс не смог издать ни звука, лишь сдавленно захрипел и, всё же раскрыв пасть, отлетел на несколько метров в дверь ближайшей машины, обессиленно распластавшись по земле. Кажется, в своей жажде мести, а может от боли, Джон совсем потерял рассудок.

— Блэк, нет! — завопила Крис надломившимся голосом и бросилась навстречу своему четвероногому другу, как столкнулась с чужим кулаком, пришедшимся ей точно по носу. Послышался хруст, хлынула кровь, Крис свалилась на землю, не находя сил подняться.

— Джон, стой! — крикнул Линч в тщетной попытке хоть что-то исправить, но его снова не услышали. Джон запрыгнул на Крис сверху, прижав её бёдрами к асфальту, не позволяя сбежать, и, схватив за грудки куртки, встряхнул с такой силой, что её голова безвольно дёрнулась.

— Какого хрена ты нас кинула?! — спросил Джон со всей злобой, томящейся в нём всё это время. Крис ничего не ответила, лишь уставилась злобно, показательно стиснув зубы. Тогда Джон встряхнул её ещё раз:

— Отвечай!

Крис не спешила повиноваться. Джон замахнулся и с немаленькой силой повторно ударил её по лицу. Вновь брызнула кровь, послышался болезненный стон, но она продолжала упрямо молчать, хотя шея уже не держала голову. Джон ударил ещё раз. И ещё раз. Искривлённый нос Крис едва ли походил на тот, что был прежде, из-за чего её внешность казалась практически неузнаваемой, а нижняя часть лица вовсе скрывалась за плотным слоем крови, как за маской. Как бы Линч ни хотел считать себя правильным, добрым и честным, он видел в ней себя, он понимал, что уже мало чем походил на того человека, которым был по ту сторону портала, а потому содрогался каждый раз, как новый и новый удар приходился по её лицу. Наконец нагнав Джона, он схватил его за руку, уже занесённую для очередного удара, надеясь всё же остановить это бессмысленное кровопролитие, как вдруг, сам того не ожидав, больно получил локтем в солнечное сплетение. Весь воздух разом выбило из лёгких. Линч согнулся под натиском боли и безвольно рухнул на колени, тщетно пытаясь восстановить дыхание. Самонадеянно было лезть под горячую руку и при этом верить, что удастся под неё не попасться... Бешенный затуманенный взгляд Джона внезапно прояснился, а всякая ярость резко сменилась испугом. Наплевав на Крис, он подорвался к Линчу и нежно заглянул ему в глаза, спросил обеспокоенно:

— Линч! Линч, ты как? Прости... Я не хотел! Я... Я увлёкся!

Воспользовавшись ситуацией, Крис попыталась тихо улизнуть, бесшумно поднявшись на ноги, но Джон заметил её краем глаза и выудил из-за пазухи револьвер.

— Я тебя не отпускал, — сказал он низким, удивительно суровым голосом. Крис вынужденно застыла под дулом револьвера и показательно подняла руки над головой. Конечно, умирать ей не хотелось.

— Джон, оставь её, — тихо прохрипел Линч, тщетно борясь с нехваткой воздуха. Джон ударил очень метко, почти не оставив шанса на нормальное дыхание.

— Что? Я чё, тебе по голове тоже заехал? — спросил он непонятливо, не спеша сводить с Крис прицел револьвера.

— Она права, мы похожи... — хрипло выдавливал Линч, никак не находя в себе сил, чтобы заговорить нормально. Полноценно вдохнуть не получалось.

— Да что ты несёшь?! Она нас кинула! Она, считай, нас убила! — стоял на своём Джон, время от времени поглядывая на Крис, чтобы она не убежала.

— А ты пытаешься убить её! — парировал Линч, чувствуя, как медленно, постепенно в лёгкие возвращался воздух. — Джон, в этом мире нет справедливости. Тут каждый выживает. Она спасала свою жизнь. И мы спасали свою...

— Чё? Линч, я не понимаю. Какого хрена ты её защищаешь? — Джон выглядел всё растеряннее. Его рука с револьвером немного подрагивала, он сомневался, возможно даже боялся.

— Потому что мы такие же! Потому что я... такой же... — дышать было всё легче, но говорить – всё сложнее. Чем ближе Линч оказывался к той правде, о которой боялся даже заикнуться, тем сильнее невидимая рука страха сдавливала горло, мешая говорить. Но отступать было уже поздно. Однажды это должно было произойти. Линч аккуратно положил свою руку на дрожащее запястье Джона, призывая его опустить револьвер. То же он проговорил вслух:

— Опусти револьвер. Отпусти Крис и Блэка. Нам с тобой... нужно поговорить.

Джон совершенно ничего не понимал. Его глаза бегали, а губы то поджимались, то вытягивались, видимо решаясь что-то сказать. В конечном итоге он послушался, доверился и молча, медленно убрал револьвер за пазуху. Удивлённая и неуверенная, Крис аккуратно поднялась на ноги и тихо прошла до Блэка. Её глаза излучали смесь из сомнений, ненависти, злости и благодарности. Она подняла своего бессознательного друга на руки и, без конца нервно озираясь в ожидании подвоха, пошла дальше по мосту, оставляя за собой крохотный кровавый след из тех редких капель, что стекали из её разбитого носа. Линч моргнул, и перед ним предстал образ Денни, неспешно уходящего вдаль. Подол его куртки слегка развивался от лёгкого ветра, кобура без пистолета покачивалась на бедре, светлые волосы несильно колосились, а походка казалась лёгкой и невесомой, словно Денни шёл по ровному мирному полю, заросшему невысокой ярко-зелёной травой, а не по разбитому мосту, усеянному вмятинами, ямами и прочими помехами. В один миг он обернулся, Линч снова моргнул. И теперь перед ним предстал мужчина с разбитым носом и перебинтованным плечом. Он обернулся и посмотрел как-то странно, пусто, будто сквозь, после чего снова уставился вперёд, позволив разглядеть девочку с винтовкой, которую он нёс на руках. Она выглядела спокойной и умиротворённой – наверное, спала, – а мужчина шёл упрямо и уверенно, надёжно держа дочь в своих сильных руках.

— Линч? — позвал Джон приглушённо. Линч растерянно вернул взгляд к нему. Он успел и забыть, что всё это время от него ждали каких-то слов. Он прочистил горло, прокашлялся, собрался с мыслями и неуверенно начал:

— Когда ты спрашивал про кошмары, я сказал, что это из-за Денни. Я соврал. Не только из-за него.

Джон слушал со всей внимательностью, прислушивался к каждому слову, внимал. На фразу «я соврал» он никак не отреагировал, даже не вздрогнул, не разозлился, не обиделся, хотя Линч уже готов был пускаться в извинения: он бы на месте Джона уже начал негодовать.

— Помнишь, тот главарь Воронов ранил тебя в ногу? Мы тогда добрались до аптеки и наткнулись там на девочку с винтовкой, — с каждым произнесённым словом голос дрожал всё сильнее, а запинок становилось всё больше. Джон не смел перебивать или поторапливать, даже отвечать ничего не пытался. Хотя ответы и не требовались: Линч и так знал, что он всё помнил.

— Так вот... — продолжил было Линч, как запнулся. Говорить дальше не оставалось никаких сил, горло словно слишком сильно перетянули верёвкой. Стали закрадываться мысли о том, чтобы всё бросить, чтобы сказать «неважно» и просто уйти от темы. Нет! Практически через боль Линч сглотнул этот ком и во что бы то ни стало продолжил говорить, хотя помимо голоса начинали дрожать ещё и руки, и плечи:

— Она не отдавала нам антибиотик. Об этом я... тоже соврал. На самом деле мы договорились на компромисс, и она привела нас к себе в убежище или вроде того. Там был её... раненый отец. И одна короткая нитка. Она попросила зашить ему рану и, в общем...

Линч снова запнулся, голос стал совсем тихим, неслышным. Всё время он нерешительно отводил взгляд, боясь посмотреть Джону в глаза, но когда всё же решился: увидел, что Джон был абсолютно спокоен. На его лице не проступало ни единой эмоции, только сосредоточенность, словно он сидел на какой-то важной лекции и пытался всё запомнить. Линч не знал, хорошо это или плохо. С одной стороны, Джон не кричал, не злился, не убеждал Линча в том, что он не прав. С другой – он словно вообще ничего не чувствовал или... скрывал свои настоящие эмоции. Трудно понять, что хуже. Линч выдохнул и, наконец, продолжил:

— В общем, я выбрал тебя. А её отца мне пришлось... убить. А её я отправил в лагерь к Киллиану. И я не знаю, добралась ли она и... жива ли вообще.

— Понятно, — первое, что сказал Джон за последние несколько минут, без какой-либо эмоциональной окраски, после чего поднялся на ноги и заявил несколько отстранённо:

— Ну... Уже спать пора. Пойдём, нужно найти ночлег.

Линч застыл в недоумении. Что это вообще за ответ? Это хорошо или плохо? Как Линчу на это реагировать? Но не успел он разнервничаться ещё сильнее, как вдруг Джон едва заметно улыбнулся и сказал с некоторой долей какой-то неуверенности:

— И да, Линч! Спасибо, что спас тогда мою задницу.

Линч тут же облегчённо выдохнул. Всё обошлось. А он так боялся! Теперь без сомнений поднялся на ноги, и они с Джоном отправились на другой берег на поиски ночлега. Им предстоял ещё довольно длинный путь.