33 глава

*Ангелина*

Следующее утро было спокойным.

Мне дали поспать. Никто не гремел посудой, не хлопал дверьми, не орал из коридора «подъё-ё-ём!». Тишина стояла такая, будто весь дом вымер. Или меня жалели. Или и то, и другое.

Я проснулась оттого, что солнце било прямо в лицо — шторы вчера забыла задёрнуть. В голове было пусто и как-то непривычно легко. Ни тревоги, ни этой вечной тяжести в груди. Только тупая усталость в теле, будто меня перемололи в мясорубке и собрали заново.

Я потянулась, хрустнула шеей и поплелась в ванную.

Сделала все процедуры: холодная вода на лицо, зубы, расчёска. Зеркало выдало мне бледную, сонную физиономию с мешками под глазами. Красавица, ничего не скажешь. Натянула чистую маечку и спортивные брюки. Волосы собрала в небрежный хвост. Не хотелось ни краситься, ни прихорашиваться. Не перед кем.

Или перед всеми.

Спустилась на завтрак.

На кухне было пусто. Стол накрыт, но никто не сидел. Тарелки чистые, чашки мытые — все уже поели и разбежались по своим делам. Лара, увидев меня, засуетилась:

— Ангелиночка, садись, сейчас всё принесу.

— Спасибо, Лара.

Она быстро накрыла мне стол: омлет, тосты, свежевыжатый сок. Я села и принялась за еду. Жевать не хотелось, но организм требовал. Ела медленно, механически, глядя в окно. За стеклом было серое утро, вялое, какое-то сонное.

И вдруг — шаги.

Я обернулась. В проёме кухни стоял Дэн. Как всегда, прямой, как штык, с непроницаемым лицом. Он посмотрел на меня своими холодными глазами, и я сразу напряглась.

— Ты проснулась, наконец, — сказал он без приветствия.

— Доброе утро, Дэн. Тоже рада тебя видеть, — ответила я с лёгкой иронией.

Он не улыбнулся. На его лице вообще редко можно было увидеть эмоции. Ходячий терминатор.

— После завтрака зайдёшь в кабинет Марка.

Я отложила вилку.

— Что случилось?

— Ничего, — ответил он и развернулся.

И ушёл. Как всегда, немногословен до скрежета зубовного. Я проводила его взглядом, пока он не скрылся за дверью. Ничего не случилось, значит. Ага. Сейчас. Если Дэн пришёл и передал приказ — точно что-то случилось.

Я быстренько доела завтрак, допила сок, кивнула Ларе в знак благодарности и поспешила в кабинет к Марку.

По дороге крутила в голове: что на этот раз придумал он? Марк любил сюрпризы. И чаще всего они были такими, что волосы дыбом вставали.

Коридор тянулся бесконечно. Ноги несли меня сами, хотя внутри всё трепетало. Ночной разговор — этот его «Ангелочек», которым он меня не называл уже вечность. Поцелуй в щёку. Моя глупая детская выходка. Я думала, что со стыда сгорю, когда ложилась спать. Зачем я это сделала? Зачем?

Дверь в кабинет была передо мной. Я постучала — чисто для приличия — и, не дожидаясь ответа, вошла внутрь.

Кабинет встретил меня запахом дерева и старой кожи. Полки с документами, ноутбук на столе, кресло. И пустота. Марка не было.

Я огляделась.

— Ну и что мне тут? — спросила я у воздуха. — Ждать его? Искать? Что делать?

Не успела я об этом подумать, как дверь за моей спиной с грохотом захлопнулась.

Я резко обернулась.

В кабинете стоял Марк. Он прислонился к двери, сложил руки на груди и смотрел на меня с лёгкой усмешкой. Тёмные круги под глазами говорили о том, что он не спал. Или почти не спал. Взгляд — чуть мутноватый, но цепкий. На нём была простая футболка, джинсы. Домашний Марк. И от этого ещё более опасный.

— Что хотел? — спросила я резче, чем планировала.

Спрятала страх за грубостью. Старая привычка.

Марк отлепился от двери, подошёл к столу, встал напротив меня. Я не отступила. Не хотела показывать, что меня пробирает дрожь от его близости.

— Сегодня едем на полигон, — сказал он спокойно, будто речь шла о поездке в супермаркет. — Будешь учиться стрелять.

Я округлила глаза. Секунду переваривала. Потом посмотрела на него с нескрываемым интересом.

— Ты серьёзно?

— Да, — ответил он, и его лицо стало жёстким. — Я считаю, что пора научить тебя не только обороняться. Хотя, в нашу первую встречу ты готова была меня пристрелить.

Я усмехнулась. Воспоминание вспыхнуло яркой картинкой: я, растерянная, с пистолетом в руках, и он — наглый, спокойный, неуязвимый.

— Да я и сейчас не против, — бросила я, вздёрнув подбородок.

Марк хмыкнул. Недобро так. Но в глазах мелькнуло что-то весёлое.

— Что ж, — сказал он, отступая на шаг и окидывая меня оценивающим взглядом. — В таком случае иди одевайся удобнее. И поедем.

Я уже хотела спросить: «И всё?», но он продолжал.

— После стрельбы научу скрывать следы преступления и прятать труп.

Я замерла.

— Ты сейчас серьёзно???

Марк пожал плечами. Так непринуждённо, будто предлагал научить меня печь пироги.

— Конечно. Ты же меня убить собралась, а труп спрятать не сможешь. Нехорошо выйдет. Полиция, экспертиза, свидетели — заморочек много.

Он говорил это с абсолютно каменным лицом, и я не могла понять — шутит или нет. С Марком это всегда было проблемой.

— Ты… невыносим, — выдавила я, чувствуя, как уголки губ сами ползут вверх.

Плевать. Плевать, что я улыбаюсь. Плевать, что внутри всё тает, когда он рядом.

— Беги одевайся, Ангелина, — сказал он уже спокойно, и в голосе проскользнуло что-то тёплое. — Время не резиновое.

Я развернулась и почти вылетела из кабинета. На ходу прижимая ладони к горящим щекам.

Полигон. Стрельба. И Марк.

Час от часу не легче.