«отчаяние»

Уже 12к прочтений.. Удивляете меня, честно. Спасибо вам огромное! Уже не знаю даже какими словами благодарить. Приятного прочтения.И не забываем про тгк - tyrkinaq

__________________________________

Той ночью сон накрыл Вахита и Владу теплым одеялом. Они моментально погрузились в объятия друг друга, отчаянно нуждаясь в близости и утешении. Эти моменты уединения были драгоценной редкостью в их непростых отношениях.

Тем временем Туркин, проводив Марата и Самбо, вернулся в квартиру, где на диване, свернувшись калачиком, мирно посапывал Вова. Решив не будить его, Валера тихо проскользнул в комнату Влады, где увидел спящего рядом с ней Вахита. Подойдя ближе, он легонько толкнул друга в плечо, стараясь не разбудить Владу.

– Ваха, а куда Вову девать будем? – шептал Туркин, настойчиво тормоша Зималетдинова. – Это вопрос года, честное слово

– Бля, Туркин, – пробормотал Вахит, сонно потирая глаза, – Ну, хоть поспать дай...

Нехотя поднявшись с кровати, Вахит взял друга за плечи и вывел его из комнаты, подальше от спящей Влады. Они прошли в гостиную, где Вова, скрестив руки на груди, продолжал безмятежно спать, изредка оглашая комнату тихим храпом.

– Слушай, давай так, – предложил Зималетдинов, – Ты сегодня поспишь у меня в комнате, а я останусь с Владой. Сойдет?

– Нет, – твердо ответил Туркин, исподлобья глядя на друга. – Я хочу с Владой.

– Ты совсем что ли охренел? – возмутился Вахит, слегка толкнув товарища в плечо. – Она моя сестра, в конце концов! А для тебя она просто подруга.

– Зима, полегче, – ухмыльнулся Туркин, – Мы уже так спали, если ты не знал. Да ладно, иди отсыпайся.

С этими словами Валера, не дожидаясь ответа, развернулся и вернулся в комнату Влады. Осторожно прилег рядом с ней, стараясь не потревожить ее сон. Влада машинально прижалась к нему, обвив его руками, и снова погрузилась в объятия Морфея. Туркин, не скрывая довольной улыбки, крепко обнял девушку в ответ.

Вахит, оставшись один, поплелся в свою комнату и без сил рухнул на кровать, уткнувшись лицом в подушку. В голове его кипели мысли.

«Какого черта Туркин позволяет себе?» «Он ведь не раскрыл ей себя настоящего...» «А если она сейчас влюбится в него, а потом он просто уйдет, как всегда?»

Эти вопросы, словно назойливые мухи, кружились в его сознании, не давая покоя. К ним постепенно добавлялись новые, еще более тревожные мысли:

«Эльвира жива?» «Что она имела в виду, когда говорила, что я ее смысл жизни?» «Ведь она единственная любила меня по-настоящему, как мама, которой у меня никогда не было...»

И тут его захлестнула волна отчаяния. Вахит схватился за голову и начал тихо шептать: «Нет, нет, нет», словно пытаясь отогнать мучительные воспоминания. Все это было следствием накопившегося стресса, постоянного напряжения, которое преследовало его день за днем. А сейчас Туркин, словно подлил масла в огонь, добавив ему новых поводов для беспокойства. С трудом поднявшись, парень сел на спинку кровати, обхватил колени руками и уткнулся в них лицом. Он понимал, что никто не должен видеть его таким сломленным, уязвимым. Он мужчина, он должен быть сильным. Но как же сильно ему хотелось сейчас пойти к младшей сестре, обнять ее и рассказать обо всем, что терзает его душу... Но рядом с ней лежит его друг, который, похоже, уже давно заменил ей и отца, и брата.

__________________________________

Солнце робко заглянуло в комнату, разбудив Владу теплыми прикосновениями к спине. Открыв глаза, она с удивлением обнаружила рядом с собой Туркина.

– Ты что здесь забыл? – проговорила Влада, пытаясь убрать его руки. – Уходи быстро

– Тебя совсем не смущает, что я провел с тобой всю ночь? – ухмыльнулся Валера и потянул девушку обратно к себе. – Дуреха, лежи спокойно.

– Валер, со мной был Вахит, я точно помню, – слегка повысив голос, она попыталась вырваться из его объятий. – Отпусти меня

– Какая же ты зануда, – проворчал Валерий и, резко привстав, взял лицо девушки в свои руки. – Ты можешь не менять свое настроение каждую секунду?

Влада не знала, что ответить. Она буквально оцепенела от неожиданности, глядя в зеленые глаза молодого человека. Он продолжал удерживать ее лицо и говорить:

– Цветочек, пойми, я тебе нравлюсь, и я это знаю, – самодовольно произнес он. – Давай просто успокоишься, и все будет хорошо. Твои перепады настроения просто бесят.

Валера слегка ослабил хватку, и это послужило для Влады сигналом к бегству. Резко вскочив с кровати, она кинулась к двери, но Турбо перехватил ее, схватив за запястье.

– Ты не сказала мне, – проговорил он, не сводя с нее взгляда, – Я тебе нравлюсь?

– Туркин, отвали от меня, – закричала Зималетдинова. – Не нравишься ты мне.

Услышав эти слова, Валера резко отпустил ее руку, позволяя ей уйти. Она тут же вылетела из комнаты и врезалась в Вову, который, пошатываясь, шел в гостиную. Суворов едва удержался на ногах, а девушка инстинктивно схватила его, чтобы помочь удержаться.

– Простите, пожалуйста, – судорожно проговорила она. – Я не хотела, вы в порядке?

– Успокойся, все в порядке, – засмеялся Суворов. – Давай на "ты", я еще не старый.

– А вот она старая и слепая, – ехидно произнес Валера, выходя из комнаты. – Хоть смотри, куда идешь.

Влада лишь закатила глаза в ответ на его слова и, помогая Вове добраться до гостиной, направилась на кухню. Там уже сидел ее брат, невозмутимо доедающий бутерброд.

– Вахит, почему ты ночью ушел? – закрыв за собой дверь на кухню, спросила Влада. – Зачем? Я что, всю ночь с ним спала?

– Он сказал, что вы так спали, – ответил тот, не отрываясь от еды. – Да и прогнал меня.

– Я не хочу его больше видеть, – прошептала Влада и опустилась на стул. – Мы так спали только один раз, и это было случайностью. А во-вторых, он мне просто мерзок.

– Влада, ты чего? – Вахит, обеспокоенно приложив руку к ее лбу, спросил. – Ты же вроде совсем недавно радовалась, что ему нравишься...

– Он сказал, что я его бешу, что мои перепады настроения ужасны, что я старая и слепая, – запустив руки в волосы, она проговорила. – Ты понимаешь?

– У тебя точно все в порядке с головой? – продолжая жевать бутерброд, поинтересовался он. – Ты постоянно меняешься...

– И ты туда же, – пробурчала Зималетдинова и, резко встав из-за стола, заявила – Я ухожу к Наташе, буду жить у нее.

Выскочив из кухни, она тут же направилась в свою комнату. Захлопнув дверь, схватила сумку и начала торопливо собирать вещи, кидая в нее все, что попадалось под руку, будто обезумевшая.

Быстро собрав сумку, она вышла в коридор и начала обуваться. Вахит тут же вылетел из кухни, явно не ожидая такого развития событий.

– Я думал, ты шутишь, Владусь, – аккуратно взяв сестру за запястье, проговорил брат. – Давай не будем...

– Пусти, мне больно, – сказала девушка, вырывая руку. – Пока.

Влада вылетела из квартиры, оставив Вахита в полном недоумении. Он лишь успел бросить взгляд на ее запястье, на котором уже проступали багровые синяки... Мгновенно поняв, откуда они взялись, он направился в гостиную, где находились Вова и Валера.

– Какого хера ты натворил? – гневно обратился он к Валере. – Это от тебя у нее синяки на запястье?

– Ты больной, что ли, блять? – вскочив с дивана, возмутился тот. – Ну, схватил ее, чтобы не ушла, и что с того?

– Она ушла, вообще из дома ушла, а ты даже не удосужился посмотреть, что натворил, – переходя на крик, заявил Вахит. – Чтоб я тебя вообще возле нее не видел больше.

– Так, тихо, тихо, мужики, – пытаясь разрядить обстановку, проговорил Вова, присаживаясь обратно на диван. – Валер, ну ты и правда поступил неправильно.

– Семейка больных, – процедил сквозь зубы Туркин и пулей вылетел из квартиры.

__________________________________

Обида и отчаяние гнали Владу вперед, не давая времени на размышления. Слезы, так и не пролившиеся в квартире, теперь душили ее, заставляя сглатывать рыдания и ускорять шаг. Каждый удар сердца отдавался эхом в ушах, напоминая о словах Валеры, как заноза засевших в сознании. "Старая и слепая...бесячие перепады настроения..." Как он мог так сказать? Ведь еще вчера, казалось, он был так нежен и внимателен. Неужели она настолько невыносима?

Дом Натальи показался ей спасательным кругом в этом бушующем море эмоций. Преодолев последние метры, она вошла в подъезд, где пахло сыростью и сигаретами. Поднявшись на нужный этаж, Влада с надеждой постучала в дверь. Тишина. Ни звука в ответ. Она постучала еще раз, настойчивее, но все так же безуспешно. За дверью царила зловещая тишина, будто квартира была необитаема.

Поняв, что это проигрыш, Влада с бессилием опустила плечи. Идти в больницу, где работала она, сейчас не хотелось. Там ее ждали бы расспросы и сочувственные взгляды, а ей сейчас нужно было лишь одиночество и тишина. "Подъезд – тоже место," – подумала она, пытаясь хоть как-то себя утешить. Тяжело вздохнув, Влада поставила сумку на пол, а сама опустилась на нее сверху, прислонившись спиной к холодной стене.

Подъездный полумрак постепенно сгущался, а вместе с ним приходило и ощущение холода. Влада зябко поежилась и плотнее закуталась в кофту, пытаясь согреться. Тишина давила на уши, но даже она казалась сейчас лучше, чем терзающие душу мысли. Она закрыла глаза, пытаясь заглушить боль и обиду.

Незаметно пролетело около получаса. Усталость и эмоциональное истощение взяли свое. Влада, измученная и обессиленная, медленно погрузилась в сон, прямо здесь, в чужом подъезде, укутавшись в кофту и прислонившись к холодной стене. Сон, однако, не принес облегчения. Тревожные мысли преследовали ее и там, сплетаясь в кошмарные сновидения, где она вновь и вновь слышала слова Валеры, ощущала холодный взгляд его зеленых глаз и чувствовала, как мир вокруг нее рушится на части. В этот момент она чувствовала себя маленькой, потерянной и совершенно одинокой, словно ее оставили один на один с безжалостным миром.

__________________________________

Туркин вылетел из квартиры Зималетдиновых словно ошпаренный, и резко ощутил себя потерянным. Куда идти? Денег в кармане пересчитать по пальцам, а надежда найти квартиру в этом городе, казалось, таяла с каждым шагом. В голове царил хаос, а сердце сжимала непонятная тревога.

"Семья больных..." – эхом отдавались в голове собственные слова. Влада – непредсказуемая, как весенняя погода, сменяющая настроение как перчатки. Вахит – все больше становится ее тенью, теряя себя в попытке уберечь сестру от всех бед. "Они мне близки, но, похоже, им действительно нужна дурка." – эта мысль кольнула сердце острой болью. Валера не хотел признавать, но чувствовал, что за грубостью и прямотой скрывается настоящая привязанность к этой странной, но по-своему родной семье.

Приняв спонтанное решение, Туркин достал пачку сигарет, вынул одну и, прикурив на ходу, направился в качалку. Этот зал, пропитанный потом и железом, был его убежищем, местом, где можно было выплеснуть накопившуюся энергию и хоть ненадолго забыть о проблемах.

Всю дорогу мысли не отпускали его. Влада... Он злился на нее, злился на себя за то, что не смог сдержаться, за то, что позволил себе резкие слова. Но еще больше его раздражала ее непредсказуемость, ее постоянные перепады настроения, которые он не понимал и не умел контролировать. Однако, несмотря на все это, он чувствовал странное влечение к этой девчонке, что-то цепляло его в ней, какая-то внутренняя сила, которая одновременно притягивала и отталкивала.

Выбросив окурок у входа в подвал, Туркин вошел внутрь. Знакомый запах железа и пота окутал его, как родной. В зале уже были "младшие" – Пальто, Марат и Сутулый. Поздоровавшись коротким рукопожатием, Туркин, не говоря ни слова, прошел к рингу и начал яростно бить грушу, вымещая на ней весь свой гнев и раздражение.

– Ты чего такой злой? – спросил Андрей, наблюдая за его агрессивными движениями. – Что случилось?

– Тебя это волновать не должно, – огрызнулся Туркин, продолжая остервенело колотить грушу. – Вообще никак.

– Ой, кого-то Владочка обидела, – язвительно заметил Сутулый. – Да?

– Замолчи, – прошипел Марат, понимая, что это заденет Туркина. – Ты долбаёб?

– Что сказал? – Туркин резко прекратил бить грушу и, соскочив с ринга, стремительно направился к Сутулому. – Не обидела, это я ее.

– Что ты сделал? – спросил Пальто, подходя к Сутулому. – Ты нормальный вообще?

– Сейчас вы договоритесь, – процедил Туркин и неожиданно влепил Илье звонкую оплеуху. – Пальто, хочешь так же? Вон Марат знает, что все нормально.

Напряжение в зале повисло в воздухе, готовое в любую секунду вылиться в драку.

– Где она? – спросил Андрей, не обращая внимания на потасовку и глядя на Марата, который отводил Илью к дивану. – Говори

– К Наташе ушла, скачи, принц, – усмехнулся Туркин, наблюдая, как Андрей выбегает из качалки. – Следующий получит.

Сердце Андрея колотилось в бешеном ритме, словно отсчитывая каждую секунду, приближающую его к Владе. Хотя она и отвергла его, он не мог оставаться в стороне, зная, что ей плохо. Мысль о том, что Туркин мог причинить ей боль, не давала ему покоя. Ноги несли его к дому Наташи, словно помимо его воли, направляемые лишь одним желанием – убедиться, что с ней все в порядке.

Он взбежал по лестнице, перепрыгивая через ступеньки, и замер, увидев ее. Она спала, свернувшись калачиком на своей сумке, в полумраке подъезда. Ее лицо казалось таким беззащитным и хрупким, что у Андрея сжалось сердце. Забыв о своей сдержанности, он присел перед ней на корточки и осторожно коснулся ее колена, мягко будя.

Влада открыла свои большие голубые глаза, в которых еще плескались остатки сна и удивление. Увидев перед собой Пальто, она нахмурилась.

– Влада, все хорошо? – с искренним беспокойством спросил Андрей. – Что Туркин сделал?

– Все нормально, Андрей, иди, куда шел, – сонно проговорила она, пытаясь убрать его руки от себя. – Повздорили мы просто.

– Я к тебе и шел, – смущенно улыбнулся он и опустился на ступень рядом с ней. – Рассказывай.

Он сидел рядом, готовый выслушать все ее обиды и переживания, предложить свою поддержку и утешение. Ему не нужно было ничего взамен, лишь знать, что она в безопасности.

– Не хочу, я жду Наташу, – отрезала Влада, пытаясь скрыть смущение. В этот момент дверь подъезда распахнулась, и на пороге появилась кудрявая блондинка. – Наташа, ура

– Вы чего тут...? – удивилась Рудакова, оглядывая двух молодых людей, сидящих в подъезде. – Я ничего не понимаю.

– Я уже ухожу, – поднимаясь со ступени и направляясь к выходу, пробормотал Андрей. – Пока.

Он ушел, оставив девушек наедине. Знал, что его присутствие здесь лишь усугубит ситуацию, что Влада нуждается в разговоре с подругой. Но в душе теплилась надежда, что она хотя бы немного оценит его беспокойство.

Девушки попрощались с Андреем, и Наташа, заметив сумку в руках Влады, поняла, что дело серьезное. Впустив подругу в квартиру, она захлопнула дверь и повела ее на кухню.

– Ну, рассказывай, – открывая холодильник, сказала Наташа. – Что стряслось?

Влада, не сдерживаясь, начала пересказывать подруге все, что произошло между ней и Валерой, выливая на нее свои обиды и разочарования. Ей так нужно было, чтобы кто-то ее понял, поддержал и сказал, что она не виновата. – Ты понимаешь? Вот так и сказал!

– Урод, да и брат твой тоже, – кипятила Наталья, помешивая суп на плите. – А покажи запястье.

– Да, там ничего особенного, – закатывая рукав кофты, она сама поразилась сине-багровому оттенку своей руки. – Ой...

– Вот же сволочь – возмущенно воскликнула Рудакова, размахивая руками. – А Андрей что?

– Да любит меня давно, вот и все, – смущенно сказала Зималетдинова. – Дурак он, я ведь его не люблю.

– Туркина любишь? – с лукавой улыбкой спросила Наташа. – Ну, смотри мне. Андрей – добрый, а вот Валера...

– Наташа, блин – рассмеялась девушка, окончательно запутавшись в своих чувствах. – Брата люблю, все

Наташа уже разлила ароматный суп по тарелкам, и девушки, усевшись за стол, принялись за ужин, пытаясь забыть о неприятностях и хоть немного успокоиться.