Глава 25

Pov Ева

Егор стоял напротив меня, выкуривая сигарету и смотря в сторону, а я стояла и боялась даже пошевелиться. Мы стояли у входа в клуб, в тот самый, где в первый раз встретились почти год назад. Это было очень странное место для нашего, так скажем, свидания. Хотя бы просто потому, что я думала это будет более романтично?

Опустим тот момент, почему я вообще думала об этом и рассчитывала, как и то, что буквально вчера обещала Марку никакого Егора в моей жизни. Но он стоит передо мной и я смотрю на каждую идеальную черточку его лица, пока он не ловит меня врасплох своим резким взглядом прямо в глаза.

Вдруг правда все получится и он отступит, мне хочется верить этим словам. Потому что мы оба видим, как сильно все плохо между нами. Я не хочу даже вспоминать, что он сделал со мной и с моими чувствами. От этого по телу проносится мгновенный ток ненависти и я даже жалею, что позволила ему оказаться здесь.

Егор докуривает, подходит ко мне и хочет взять меня за руку, но угадав мой недоброжелательный настрой, ухмыляется, кладет руки в карманы и молча заходит внутрь, а я иду за ним. Меня сразу пронзает громкая музыка, в нос бьет запах духоты, алкоголя, курева. Егор оборачивается, останавливается и дает мне пройти вперед, показывая глазами в сторону вип-комнаты, и идя уже сзади меня, то ли защищая меня, то ли боясь, что я сбегу и исчезну.

Мне ужасно не нравилась вся эта атмосфера, хотя неделю назад я была бы очень рада оказаться в клубе.

Мы заходим в эту небольшую красивую комнату, будто изолируясь от внешнего мира, а от громкой музыки остается только глухой шум. Егор закрывает дверь, и от звука щелчка мне становится страшно.

— Интересное свидание, — ответила я неуверенно, посмотрев на него и проходя к дивану.

Я точно помню, что в тот день сидела тут рядом с Глебом, но еще не знала его, и в компании просто каких-то ребят, которых увидела первый раз в жизни.

—  Флешбеки, или ты не помнишь ничего? — спросил он, присаживаясь напротив, оставляя между нами расстояние небольшого столика, на котором стоял виски.

Панорамное окно справа от меня открывало вид на ночной город, на вершины этих прекрасных зданий, на эти миллионы звезд, на тысячу огоньков. Я потупила взгляд туда, реально окунаясь в эти флешбеки, покрываясь мурашками от воспоминания.

Когда я повернула лицо к нему, он ухмыльнулся мне, будто потешаясь и не торопясь поставил два стакана, медленно разливая янтарную жидкость и смотря на меня.

Я удобнее уселась на диване, откидываясь на спинку, и следя за каждым его движением.

— Я твообще-то реально твою жизнь спас, а тебе сложно было немного выполнить мои условия, — произнес он, протягивая мне стакан с алкоголем.

Я взяла его в руки и поставила обратно на стол, скрестив руки на груди и пристально смотря на его косую ухмылку от моего действия.

— Если бы это было озвучено нормально, а не так, будто я задолжавшая тебе собачка.

Егор сделал глоток и так же откинулся на спинку дивана, не отводя взгляда от моего. Если бы можно было друг друга убить глазами, это бы давно случилось.

— Но первая целоваться полезла ты, так что козыри мои.

Я закатила глаза.— Ты тоже. Притом признался мне, что привык изменять Кире.

— Я такого не говорил.

— Ты случайно упомянул об этом. И это правда, — кажется он понял, к чему я веду.

— Не сравнивай себя с Кирой.

— Конечно не сравниваю, о чем ты, — усмехнулась я, продолжая этот словесный бой.

— То есть ты точно поступала во всем правильно?

— Например?

— Если бы я был тебе не интересен, у нас ничего бы не случилось с самого начала. Ты сама была не против, несмотря на Киру.

– Я этого не отрицаю, — мой голос дрогнул и я потянулась к стакану с напитком, пока Егор стремительно опустошал свою, — и я видела, каким ты был со мной.

– Поэтому и сижу здесь.

Мне хотелось смеяться.

— Что тебе еще нужно от меня? — спросил он, после паузы молчания, в которой я успела сделать несколько глотков.

— Если тебе нужно было просто выяснить отношения, мог бы сразу сказать об этом.

– Серьезно. Ты прекрасно видишь, что я поглощен только этим.

Он смотрел на меня глазами полными решимости, а я отвела взгляд в окно, нервно закусывая нижнюю губу. Я устала от этих вопросов. Очень.

— Ты правда любишь Марка?

Он принял сидячее положение, поддаваясь вперед. Выдерживая этот холодный взгляд хищника, полный замерших слов.

— Ты собрался у меня о любви спрашивать?

— Да, Ева.

— Ты ничего не поймешь, — произнесла я, переставая смотреть на все что только можно, так же упорно встречаясь с его глазами.

— Перестань.

— Потому что ты не понимаешь ничего в этом! — повысила я голос, опустошая стакан с алкоголем, — как тебе можно доверять, если я буквально участвовала в твоем любовном треугольнике? Ты был со мной, но организовывал свадьбу с другой.

– Перестань возвращаться к этому. В тот момент ты реально была просто одной из, и ты прекрасно знала об этом, я ни разу ничего не обещал тебе, но мы сейчас говорим о настоящем.

Я не могла поверить тому, как у него все так легко складывалось. И не могла поверить, что он реально не видит никакой проблемы. Он не понимает, что я чувствую и не видит моих страхов. Я завелась, но меня будто опять окатили холодной водой, показывая, что в этом нет смысла.

Я усмехнулась, нервно закусывая нижнюю губу и снова отворачивая взгляд в сторону окна. Егор зажег сигарету и закурил, разливая по стаканам.

— Как я пойму, что никого кроме меня нет, вот я о чем, — ответила я тихо и задумчиво, спустя несколько минут молчания, — как я буду уверена, что строя со мной серьезное будущее, нет никого которые просто «одна из»,  вот я о чем.

Ни одна нормальная девушка не вступит в отношения с таким человеком. Потому что люди не меняются, их натура не меняется. И сколько бы ни было извинений, нельзя поменять эти установки в голове. Эти розовые очки спадут, когда ты узнаешь все в первый раз, и эти разы еще будут до конца жизни. В какой-то момент просто выберешь ничего не знать и не искать, лишь бы просто жить спокойно, утешая себя тем, что человек правда ничего не делает за спиной. Но он делает, потому что он такой.

— Доверься мне.

Я посмотрела на него в удивлении. С его уст это звучало очень комично. Но он остался абсолютно непоколебим.

— Вспомни, пожалуйста, все что я говорил тебе с момента нашей второй первой встречи и до сегодняшнего дня. Ты правда думаешь, что я все это делаю, чтобы потом обманывать тебя?

— Я не знаю, почему ты это делаешь.

— Потому что хочу быть с тобой.

Мне невыносимо не хватало воздуха в этом помещении, и я встала с дивана, делая прерывистые глотки из стакана и подошла к окну. Очень сильно хотелось плакать. Просто потому что это терзание души длится слишком долго и я устала сопротивляться. Легче сигануть с такого высокого этажа, чем наконец-то наладить свою жизнь, черт возьми. Я выпила до дна содержимое, неприятно морщась, потому что это была слишком высокая доза за раз, но я чувствовала, что внутри все опять бунтует. Я снова потерялась и снова не могу найти себе места, все вокруг опять кажется бумажным и ненастоящим, а я как стекло, которое лучше бы разбилось.

— Плюс, отучу тебя пить алкоголь как из ведра, — усмехнулся он подходя ко мне ближе, пока я не почувствовала его дыхание на моей спине. Мурашки покрыли все мое тело, и его ощущение рядом со мной чувствовалось как пришедшая смерть. Но я понимала, что не могу даже и пошевелиться в сопротивлении. Все что я сейчас скажу и сделаю не имеют никакого смысла, просто потому что все уже давно предписано. Это не поклонение и смирение, это намного хуже, когда ты прекрасно понимаешь, что никуда уже не денешься. И осознание этого приводит тебя в одновременный ужас, но и восторг.

— Я знаю, что ты чувствуешь то же самое, — произнес он, касаясь рукой моей руки, — поверь, я так же схожу с ума и хочу протестовать, как и ты.

Он медленно касался каждого моего пальца, продолжая обдавать дыханием шею.

— Ты думаешь, что это я тебя загоню в клетку, — я чувствовала, что он расплылся в ехидной улыбке, — но ты первая загнала меня туда.

Он переплел наши пальцы, и я опустила взгляд на наши руки, наблюдая как его нежная хватка в момент переросла в мертвую, что становилось больно.

— И я смирился. И добровольно хочу сидеть в ней.

Он развернул меня к себе, и я опешила от того, что оказалась прижатой к стеклу. Этот холодный и свирепый взгляд ни на секунду не поменялся с самой первой нашей встречи, но я видела в них кроме этого и полную глубину его не разведанной души.

Я не нашла слов, чтобы что-то ответить, меня буквально лихорадило внутри, и я еще больше размякла, когда он притянул меня к себе и заключил в горячие объятия. Я словно оказалась в цепких лапах огромного зверя, растворяясь в этой могучей силе, и осторожно обняла его в ответ, боясь каждого своего касания.

Мы никогда не обнимались. Просто не обнимались. Тысячу страстных поцелуев, касаний, засыпания лежа на его груди, но ни одного обычного человеческого объятия просто так от души.

Оторвавшись от меня, Егор коснулся руками моего лица, пристально смотря мне прямо в глаза, и с виду я наверное выглядела как напуганный растерянный ребенок, затем нежно коснулся губами моих губ, и получив разрешение от меня, углубил наш поцелуй, притягивая к себе за талию, и я снова растворилась в его руках, поддаваясь этим играм дьявола, черт возьми.