Глава 24

После того, как я принял душ и опять выкурил еще две сигареты, нервно бегая глазами по привычным видам на улице, вернулся в комнату и застал все еще спящую брюнетку. Только мои хождения ее разбудили, и пока я переодевался, она наглым образом оказалась прямо напротив меня, следя за тем, как я надеваю футболку.

— Егор, мы с тобой не чужие друг другу люди, – начала она, следя за каждым моим движением, — скажи мне, как я могу тебе помочь.

— Мне не с чем помогать, — ответил я ей, шарясь глазами по тумбочке, чтобы найти часы.

— Я же вижу, — она не дала мне и двинуться, сократив между нами расстояние и гладя обеими руками меня за щеки, заставляя как бы смотреть прямо на нее, — ты же сам прекрасно видишь, что ты уже сходишь с ума. Егор, это не ты. Посмотри, каким ты стал.

— Ну и каким? — я опрятнул от нее, вскинув бровь, потому что сумасшедшей тут была только она.

– Обычной тряпкой.

Я улыбнулся.— Правда?

— Просто вспомни, как нам было хорошо вдвоем и каким ты был. Разве ты не понимаешь, что это и есть то самое? Сейчас ты просто пускаешь всю свою жизнь под откос.

— Кир, ты мне изменяла.

— Как и ты.

Я вздохнул. Мне не хотелось спорить и вообще, разговаривать.

— Мы сможем с этим справиться и решить все.

— Нет, Кир, наш последний разговор правда был последний.

Она посмотрела на меня отчаянными глазами, открыв рот, но не в силах что-то сказать.

Я продолжил собираться, оставляя ее за спиной.— Ты меня обнимал сегодня ночью, Егор, и не отпускал из своих рук.

— Я был пьяный и не помню этого.

— Какая разница, это говорит лишь о том, что ты почувствовал меня и скучал по мне.

— Не хочу тебя обижать, но в таком состоянии я бы не заметил даже, что обнимаю Глеба, — ответил я ей, собираясь покинуть комнату.

Она минуту стояла молча, будто пытаясь найти что-то еще, что может хорошо стрельнуть по мне.— Тогда почему ты не отменил до сих пор свадьбу?

— Я в процессе, завтра же все сделаю.

Да, я до сих пор не решил этот вопрос, прекрасно зная, что другого варианта и быть не может, но оттягивая сам не зная почему. Нужно всего лишь забрать заявление, потому что остальные организационные формальности уже отпали.

— Ты самая настоящая тварь, Егор.

— Спасибо, убери за собой и уберись отсюда.

Спускаясь на первый этаж, я столкнулся глазами с белым ангелом, который смотрел на меня, как сам Господь, и от этого даже пошли мурашки по коже. — Тебе надо было в священника идти, — буркнул я ему, проходя мимо него на кухню.

Он пошел за мной, а здесь все еще продолжала сидеть Яна.— А вот у тебя место в котле вместе с остальными чертями.

— Я не отрицаю.

Я забрал свой телефон и хотел пройти мимо Глеба, но он явно был в каком-то особом расположении духа, не собираясь меня пропускать.— Ты расскажешь, что вчера было?

— Очень с радостью, но ничего не помню, — съязвил я улыбку, продолжая стоять напротив него, положив руки в карманы брюк.

— Перед тем, как ты решил проверить на прочность свою печень.

Яна смотрела на нас не отводя глаз и даже не издавая звука, словно смотрела какой-то сериал по телевизору.

– Спроси у своей любимой подружки. И вообще, хватит так тщательно следить за моей жизнью.

— Я за ней слежу, потому что доделываю за тобой то, что ты бросаешь не думая, и подводишь людей.

– Мог бы и не делать, я тебя разве заставлял?

— И это твоя благодарность?

Я нахмурился. — Ты какой-то слишком заведенный, — ответил я задумчиво. Ну правда, понимаю, если это просто обычная злость, которую я привык видеть, но тут будто его раскрутили на 360 и вот он теперь стоит и пытается совладать собой.

— Потому что я устал исправлять твою херню.

— Ну прекрати значит быть мать Терезой и дай вещам жить в их ходе, какая тебе разница.

Он закатил глаза и прошел к столу, чтобы налить себе воды. И больше даже не коснулся меня взглядом, или смирившись, или обижаясь.

Я еще немного постоял, озадаченный его поведением и ушел под строгим взглядом Яны.Но стоило мне вспомнить, в каком плачевном состоянии находится моя машина, вернулся и взял ключи от машины Глеба.

— Я ненадолго! — произнес я на его недовольный возглас, уходя.

Ева может быть дома или дома, другого варианта, мне кажется, тут нет. Хотя, подождите, я забываю про кудрявого, путающегося под ногами. Каждая мысль об этом, хорошо так бьет по мозгам, заставляя скорее его закопать под землей. А еще, я прекрасно знаю уловки Евы, и мне страшно при мысли, что она успела с ним сблизиться в буквальном смысле. Мне даже плохо от мысли, что у нее кто-то был после меня в последние месяцы, как бы абсурдно это не звучало.

Доехав до Евы, проклиная свое состояние и с огромным желанием нырнуть в холодную воду, я не застал ее дома. Точнее, дома точно никого не было. Вернулся в машину, достал сигареты и принялся нервно выжидать, не замечая, как эти нервные постукивания уже начинают раздражать мозг. Засел в телефоне, чтобы отвлечься от навязчивых мыслей, потому что понятно было только одно, где она может быть. Я уже даже завел машину, чтобы умчаться отсюда на неистовой скорости, но остановился, прекрасно понимая, что прогляжу ее так.

Рабочие вопросы отвлекли меня, по крайней мере сбавили хотя бы мой пыл, и не замечая ничего, я просидел так час-два? Пока не увидел, как к подъезду подъезжает машина Марка, и любезно попрощавшись с Евой, уезжает. Девушка постояла на дороге, не сильно-то и спеша домой, а затем только пошла дальше. На ней было красивое черное платье и каблуки. Ее волосы были собраны в высокий хвост, а дальше я не успел ничего разглядеть, потому что находился подальше.

Я посидел еще немного, выкуривая еще одну сигарету, бегая глазами по видам на улице, и все таки вышел из машины, уверенными шагами направляясь прямо к цели. Не стоит даже сомневаться, что все пройдет провально, но упертости во мне было больше, чем можно представить.

Звонок в дверь, еле слышные звуки за дверью, очевидно посмотрела в глазок, и тишина. Снова звоню и стучу, приходя в смех от того, что делаю все на полном серьезе. Ева упорно игнорирует меня.

— Открой, или я заберусь к тебе через окно, опыт у меня уже есть, соседи у тебя тоже очень милые.

Снова молчание и тишина.

— Ну хорошо, пойду развлеку их своим видом.

Хватило несколько секунд, чтобы она открыла дверь, и встала на пороге скрестив руки на груди, уверенно показывая, что дальше я не пройду.

— Хватит меня преследовать, мне реально это надоело, будь человеком, — она выглядела как злой котенок.

— Одна просьба только, и все.

— Нет, Егор, хватит пожалуйста появляться.

— Одна, Ева, и все, — проговорил я опять спокойно, следя за нарастающей ненавистью в ее глазах. Еще чуть-чуть и она закипит, — и после этого исчезну, честно.

— Хватит мне постоянно ставить условия, как видишь, это уже не работает.

— Но это в твоих интересах. Откажешься, мне будет легче разобраться с Марком.

Она опустила взгляд на избитые костяшки пальцев, отвернула голову в сторону, закусывая нижнюю губу, и принимая потерянный вид.

— Ты ничего не сделаешь.

— Не сомневайся, пожалуйста, во мне. Я сделаю, хотя бы потому, что это все очень привычно для меня.

— И что за великая просьба? Отсосать? — съязвила она.

Я прыснул смехом, смотря на то, как ее лицо принимает шутливое выражение, и она вообще-то испортила мой серьезный и пугающий вид.

— Успеешь, — ответил я, сквозь улыбку, смотря, как и ее ямочки появляются на щеках, — одно свидание, Ева, прям сейчас.

— Свидание? — протянула она, вскинув бровь в удивлении, — у тебя нет температуры случайно?

— Появится, если ты еще долго будешь стоять передо мной в таком виде.

Она была в ужасно коротком платье. В котором ее видел Марк, черт такой.

— Ладно, ты мне значит обещаешь?

— Честно, больше не появлюсь. Закончим наши отношения красиво.

Она поежилась и еще раз задумчиво оглядев меня, развернулась и ушла внутрь. Я переступил порог дома, оставшись стоять в коридоре, положив руки в карманы брюк и осматриваясь.

На стене висела фотография в деревянной рамочке, на которой изображены родители Евы и она сама маленькая, прямо посередине их, счастливо улыбающаяся во все 32 зуба. Я скосил улыбку, разглядывая ее, и подошел чуть ближе. Рядом висела еще одна фотография, на которой Еве наверное годика 3-4 всего лишь. Она была в красивом пышном платье, с закрученными волосами, но хмуро уставившаяся прямо в объектив, будто у нее забрали игрушку или отняли шоколадку. Вот это правда, очень смешно.

— Интересно?

Я развернулся и посмотрел на Еву, которая продолжала прожигать меня глазами полного недоверия.

— Может твой фотоальбом посмотрим? — усмехнулся я.

— Не дождешься. Можем идти.

— Ты так пойдешь?

Она стояла передо мной в таком же обличии, то есть совершенно ничего не поменялось. Мне и не надо конечно ничего, но одно «но» все таки присутствовало.

— Поменяй, пожалуйста, платье.

— Что не так? — она явно не была готова именно к такому комментарию.

— Не надо идти со мной в платье, в котором ты была с Марком.

— Ты совсем обалдел? Ты еще и выбирать собрался в своем-то положении?

— А в каком я положении?

— Я сказала, мы идем, если что-то не нравится, можешь не смотреть на меня.

— Я сейчас сам лично стащу с тебя это платье, притом не очень по-доброму, так что послушай меня.

Она помолчала и ушла, зло окинув меня взглядом и этот пар ярости аж заполнил все пространство. И я не потешаюсь над ней и не издеваюсь, просто это точно испортило бы всю атмосферу.

Ева вернулась через минут 5 в новом образе, надев юбку и топ, оголяя свои прекрасные плечи и ключицы, и красивые ноги. Она недовольно смотрела на меня и спешила видимо скорее расправиться со всем этим.

— Теперь можем идти.

Она закатила глаза на мою благосклонность, и мы вышли из квартиры, а затем из подъезда, направляясь к машине, в абсолютном молчании, в котором девушка старалась даже не смотреть в мою сторону, стараясь сохранить вид гордости, а я наоборот с удовольствием проходил по ней глазами.

— Почему машина Глеба? — нарушила она тишину, садясь на переднее сиденье.

— Свою надо починить, а лучше купить новую — ответил я, присаживаясь за руль, и выезжая со двора.

Она нахмурилась, но ничего не ответила. — А как вообще проходят твои эти попойки? Мне очень интересно. Почему у тебя постоянно страдает все вокруг? — спросила она нервно, видимо вспоминая остальные мои разрушительные ситуации.

— Присоединяйся, и узнаешь.

Не хотелось отвечать.

— Хорошо, куда мы едем? — сдалась она, легонько коснувшись меня взглядом.

— Увидишь.

— А ты умеешь нормально отвечать?

— Например?

Она закатила глаза, снова недовольно покосившись на меня, и отворачивая взгляд к окну. Я ухмыльнулся. Будет весело.