Глава 23

Pov Ева

Вечером произошла атака звонками от всех, кого только можно. Я упорно не брала, потому что не хотелось ни с кем говорить. Снова плохо спала, просыпаясь каждый час с тревогой внутри и пытающимся выскочить наружу сердцем. Это все было настолько безумно, что мне удалось заснуть непрерывным сном лишь под утро и только на пару часов.

Меня разбудил звонок в дверь, непрекращающийся ни на секунду. Даже когда я приняла решение не открывать, кого бы там ни привело. Но человек за дверью был очень настойчив, и я все таки сползла с кровати. Это оказался Глеб и сначала я даже была рада ему, но увидев его слишком серьезной и хмурый взгляд, нахмурилась в ответ.

— Привет, проходи, — на попытку обняться с ним он отреагировал очень сухо, так что я продолжала молча удивляться и пытаться понять, точно ли не сплю.

Закрыв за ним дверь, Глеб не сделал ни шагу в сторону кухни или гостиной, оставаясь стоять чуть ли не на пороге дома.— Все хорошо? Что происходит? — я не понимала его абсолютно.

— А ты как?

Я скрестила руки на груди, пугаясь его такого строго взгляда. Не помню, чтобы он хоть раз смотрел на меня так, как делает сейчас.

— Все нормально. Глеб, что не так?

Блондинчик проигнорировал мои слова и прошел на кухню, усаживаясь на стул. А я принялась делать его любимый зеленый чай с лимоном, чувствуя, как он прожигает меня глазами.

— Ева, объясни мне пожалуйста, что у тебя в голове? — начал он спокойно.

— Что? Ты о чем?

— Ну о том, что ты делаешь.

— Что я делаю?... — я поставила напротив него готовый чай, окончательно теряясь от таких вопросов. — Ты о том, что вчера было?

— Да, я об этом, — в голосе чувствовалась нетерпеливость и кажется, злость?

— А что не так? Почему ты так на это злишься?

— Извини меня, но я не понимаю блять, как сильно ты его презираешь и ненавидишь, но потом просыпаешься с ним в постели. Как это работает?

— Глеб, не тебе судить о том, что у меня внутри и что я чувствую.

Мы вцепились в друг друга глазами, готовясь к какой-то холодной войне. Но все это происходило самопроизвольно, струны сами натягивались и повышались голоса.

— Да, не мне, но так не делают.

— Как, блять? Занимаются сексом, а потом уходят? Правда? Почитай тогда лекции об этом Егору, а уж точно не мне!

Я поверить не могла, что он правда пришел мне сказать такую хрень и найти в этом повод, чтобы осудить меня.

— Похер на него, о нем давно уже все выводы сделаны, я его не защищаю. Но ты прекрасно видишь, как он сейчас реагирует на тебя и ты прекрасно знала, что так будет.

— Ты серьезно хочешь обвинить меня в чем-то? Что я, блять, обидела Егора?

— Я переживаю о тебе, я волнуюсь за тебя, я хочу защитить тебя от всего, и от Егора тоже, и делаю это, ты сама все видишь. Но не тогда, когда ты просыпаешься с ним после всего, что было.

— Со своей половой жизнью я разберусь сама.

— Ты делаешь хуйню, а не разбираешься, Ева, — он продолжал отчитывать меня как сопливую девочку, ни разу не притронувшись к чаю и не отводя даже взгляда с меня, — ты фактически встречаешься с Марком и лжешь ему, а потом когда эмоции возьмут вверх, опять переспишь с Егором и вернешься к другому хую? Долго так прыгать будешь?

Я на минуту замерла в шоке, буквально застыв в ужасе от того, что это говорит мне мой белый ангел.

— Я тебя не узнаю, Ева.

— Уходи, — произнесла я, не своим голосом.

— Не смей сейчас обижаться на то, что я говорю тебе правду. Я всегда буду вытаскивать тебя из дерьма, знай это, я всегда буду рядом. Но я устал вытаскивать из этого дерьма Егора, и то что произошло в итоге, это реально уже никуда не годится. Оставайся с Марком и не морочь никому голову, или разберись уже в себе и реши, что ты действительно хочешь.

— Уходи, Глеб, не нужно учить меня жить и делать из меня правильную девочку!

— Я хочу тебе помочь, а уж точно не смотреть, какую херню ты творишь.

— Мне не нужна твоя помощь. У меня все хорошо и все прекрасно! Мне все равно, что он остается твоим братом и тебе его жалко, понимаешь? Не нужно эти чувства переносить на меня!

— Ты серьезно не видишь никакой проблемы?

— Нет, Глеб, раз уж мне остается прыгать на хуях, как ты сказал, то тебе остается облизывать своих бывших! И уйти отсюда!

— О, хорошо, встретимся, когда снова окажешься на коленях перед Егором.

— Какой ты урод, Глеб, поверить не могу.

— Это я не могу поверить, что ты реально такая.

Он окинул меня холодным, даже презрительным взглядом и уверенным шагом прошел к выходу, а затем ушел громко хлопнув дверью.

Я осталась стоять на месте, все еще находясь в ахуе от того, что сейчас произошло. Он действительно обвинил меня в том, что я поступила как Егор? В чем его проблема? Нашел во мне идеальную девочку? Я согласна, что мои поступки выглядят неразумно, что мне не нужно было позволять произойти нашей близости. Но это случилось, уж извините! И я должна была после этого бегать как собачка подле него изображая идеальную картинку? Что все хорошо?

Глеб должен был понять меня, войти в мое положение, а уж точно не приходить и выставлять меня шлюхой. Это не мои проблемы, что он устал от Егора и от его поведения.

Я села на стул, закрывая лицо руками, не в силах справиться с подступающими слезами. Мне было очень обидно. Очень обидно, что Глеб позволил так поступить со мной. Я ожидала поддержки и помощи от него, нуждалась в нужном совете. Но после такого оставалось только смириться с тем, что лучшего друга у меня больше нет. Я точно не смогу простить такие слова от него.

Уведомление, пришедшее на телефон, заставило меня вытереть глаза и подняться. Это был Марк, и он оповещал меня о том, что через час заедет за мной.

Хорошо, давайте разложим все по полочкам.Я действительно чувствую что-то к Марку, конечно это нельзя сравнить с тем, что было с Егором, но для меня это и к лучшему. Мне хорошо с ним, по-моему это довольно веская причина продолжить наш союз. По крайней мере я знаю, что меня не будут катать на эмоциональных качелях, я не буду от него зависима. У меня есть хотя бы желание попытаться построить здоровые отношения и я вижу то же самое в ответ.

И вообще, давайте не будем забывать факт того, насколько мерзко и по-гадски поступил со мной он, после чего я не чувствовала даже желания жить и не надеялась, что смогу справить с депрессией, которая окутала меня с головой. Он навсегда вселил в меня чувство тревоги и других неприятных ощущений, с которыми я не могу справиться по сей день и смиренно пожинаю плоды. Так что то, какого ему сейчас, полностью его заслуга, и я считаю, что еще мягко с ним обошлась.

Искушение, которому я вчера поддалась, очевидно когда-нибудь случилось бы. Но я не считаю, что я изменила Марку или что «прыгаю на хуях». Мы наконец-то разобрались в наших отношениях только после этого, и я еще не была с ним близка.

Точно так же и не отрицаю, что чувства к Егору остаются, конечно они остаются, чтобы он не сделал. Но в моей ответственности, не выбирать его. Не выбирать эту любовь, которая совершенно «не любовь» после всего, что он сделал, и сколько бы ни было извинений. Я уверена в том, что поступаю правильно, что собираюсь строить будущее с человеком, с которым у меня может и нет такой бурных эмоций влюбленности и страсти, но зато я знаю, что это будут здоровые отношения.

Pov Егор

Чувствую руки, обнимающие меня, тепло, легкое дыхание и мгновенно открываю глаза от переполняющих эмоций, но сразу же теряюсь от увиденного. Мне показалось, что это Ева, но это оказалась... Кира?

Брюнетка буквально разлеглась на мне, цепляясь мертвой хваткой, не давая и возможности вдохнуть спокойно. Но сейчас меня гораздо сильнее интересовал вопрос, что, мать твою, я вчера сделал?

На это было невозможно ответить с настолько раскалывающейся головной болью, которая отдавала, кажется, в каждую часть тела. Я лежал, пытаясь вспомнить хоть что-то, чтобы дальше построить хотя бы цепочку взаимосвязи, но не мог ни на что опереться. Просто обрывки, которые ничем не помогают.

Кира крепко спала, даже когда я встал с кровати, отцепив ее от себя, на что она просто перевернулась на другую сторону. Факт того, что я в трусах, а она не голая, очевидно дают мне надежду на то, что она оказалась тут просто по старой памяти, но я не был до конца уверен, и точно не хотел верить в то, что серьезно сам затащил ее сюда.

Я не хотел смотреть ни на время, ни трогать свой телефон, очевидно предполагая какой там поток сообщений.

В зеркало можно было не смотреться, потому что ничего хуже уже не увидишь. Я будто бы состарился лет на 10 точно. Из желаний было только, желательно, сжечь свою голову, потому что такое адского похмелья я не ощущал наверное лет с 18.

На кухне снова застал Яну и снова за готовкой, она посмотрела на меня как на призрака, провожая взглядом до балкона, где я удачно расположился с сигаретой во рту, рассматривая свою покалеченную машину.

Время было около 12. Нервы были на пределе от того, что я прекрасно понимаю, что так дело не пойдет. Я не могу себе позволить вести себя так и забить на все. Я должен взять себя в руки, и что-то делать. При мысли о Еве и о нашей последней встречи меня наоборот пробило на смех, но явно не добрый. Мне просто было смешно от всей ситуации, от того, что меня реально зачморили? Ну конечно, пусть немного понаивничает, как она это любит делать, немного успокоится и расслабится, но я же все равно ее достану. Если она мне выносит мозг своими ответами и поведением, то и я буду действовать ей на нервы до последнего. Хотя, я бы не был так уверен насчет того, что ей правда все равно на меня. Она провела со мной ночь, а это уже что-то значит.

— Ты возьмешь телефон? Он у тебя скоро разорвется от такого количества звонков, — крикнула мне Яна и я нехотя поплелся за ним в прихожую.

Сообщений и звонков правда было много, и больше половины из них занимала работа, а затем уже Глеб. Я засел за столом, разгребая этот поток, периодически морщась от того, что безумно болела голова.Яна великодушно поставила передо мной водичку с таблеткой и завтрак на тарелке. На еду я даже смотреть не хотел, а первое с благодарностью принял.

— Вот ты мне как раз и расскажи, как Кира сюда попала? — спросил я у нее, вспомнив про брюнетку.

— А ты прям ничего не помнишь? — она села напротив меня, принимаясь за еду.

— Как видишь, — зазвонил телефон, высвечивая на экране Глеба, но я не хотел сейчас с ним разговаривать и положил телефон на стол, откинувшись на спинку стула.

— Ну, не хочу конечно лезть не в свое дело, но ночью невозможно было спать от ваших ярых наслаждений.

Я не отводил от нее взгляда, услышав это, снова роясь в уголках своей памяти, но я ничего не мог вспомнить, даже ощущения, даже маленький фрагмент.

— Я с ней пришел?

Яна смотрела на меня с издевкой и с какой-то жалостью, а я уже начинал закипать, и злился на себя неимоверно, что настолько позволил себе лишнего. Я, казалось, только что задышал, избавившись от этого груза, но не заметил, как он снова сковал мне горло.

— Да расслабься, не было у вас ничего, — прыснула она смехом, — видел бы ты себя сейчас в зеркало.

— Ты совсем ебанулась?

Она заливалась смехом, а я был готов убить ее своими руками.

— Ты даже стоять на ногах не мог, о чем ты! Кира приходила в гости и застала тебя, видимо решила с тобой немного поспать, — она хитро улыбалась, продолжая выпутывающе смотреть на меня.

Я почувствовал такое неимоверное облегчение в груди, после того как она произнесла все это.

— Но тебе лучше реально обратиться к врачу, — сказала она, поджав губы.

— Да нормально, — ответил я, задумчиво рассматривая свои избитые костяшки пальцев.

— Я про твою голову.

Я язвительно улыбнулся ей и снова ушел на балкон, докуривать свою пачку сигарет.В голове уже созревал план на день: привести себя в божеский вид и добраться до Евы. О, какое удовольствие мне принесет ее недовольное лицо, но о многом говорящие глаза.