Глава 18. Саван

«К сожалению, одним судьба дарит при рождении золотую рубашку, а другим всю жизнь шьёт белый саван. И я относилась ко вторым.» © M.A.S.

*** Арслан

— Сколько мне ещё ждать? Зачем нам всё это? — я обернулся в сторону главы старейшин.

Атаханы, Ильгазы, Азизоглу и пятеро старейшин сидели за круглым столом и смотрели на меня не моргая. Четыре могущественных клана и старейшины впервые собрались за одним столом на совет после смены власти в «Нашей Семье». Лица глав кланов, как и старейшин, не выражали ни одной эмоции, лишь носы налились кровью, что говорило о волнении. Но на них я почти не обращал внимания, сосредоточившись на Ильясе Атахане, который сейчас сидел напротив меня, такой расслабленный, как будто его ровным счётом ничего не заботило. Но я чувствовал, как он пытается проникнуть в мои мысли, и знал, что снова не сможет. Это всегда раздражало людей, особенно таких, как Ильяс и Арман.

— Есть некие правила, которым даже ты должен подчиняться, Арслан, — дребезжащий голос главы старейшин разрезал тишину зала советов. — Ритуал скрепления союза должен быть заключён со всеми правилами и устоями.

Я чуть склонил голову. Проклятые правила. Впрочем, мне всё равно придётся это сделать. Так к чему откладывать?

— Ритуал состоится, — холодно бросил я. — На восходе, как и диктуют правила.

Аббас растянул в улыбке тонкие, бледные губы. Остальные старейшины тоже изобразили радость, все за исключением Илькера и Тахсина. Их глаза налились кровью, кулачищи на столе, и смотрят так, словно взглядом раздавить хотят. Ну, это естественно. Я же в итоге хочу забрать самое дорогое, что у них есть.

Глава старейшин жестом указал что-то своей правой рукой, тот тут же вышел. Я взглянул на Армана. Он сидел справа от меня, мягко постукивая по столу пальцем. Массивные двери снова раскрылись, в зал вошёл советник старейшин, за ним несколько человек с подносами, на которых были все предметы для ритуала.

— Такое ощущение, будто они хотят провести ритуал жертвоприношения, — вставая со стола, шепнул я.

— По сути, оно так и есть. Они приносят в жертву невинную девушку, — вставая за мной и поправляя свой костюм, ответил Арман.

— Господа, прошу, — советник жестом пригласил нас с Тахсином пройти к столу, где были расставлены предметы.

— Тахсин Ильгаз, — произнёс глава старейшин.

Его лицо стало красным, и он быстро вышел на середину зала. Стоя в центре, он переводил взгляд с чаши на кинжал и печать. Аббас протянул ему кинжал. Тахсин глубоко вдохнул — я видел, как вздымается его грудь, — и его руки уверенно приняли нож у старейшины и ловко резанули одну другую. Кровь копилась в его ладони, и он взглянул на меня. Его глаза... Они были полны ненависти и отвращения. Он вытянул руку над чашей, и его кровь закапала в белый сосуд, окрашивая его в глубокий красный цвет.

— Арслан Эмирхан, — старейшина протянул мне нож.

Я посмотрел ему в глаза и, криво ухмыльнувшись, принял нож. Аббас кивнул, и я повернулся лицом ко всем. Мои глаза встретились с яростными глазами Илькера. Его тёмно-серые глаза пристально смотрели на меня и источали ещё более жуткую ярость, чем обычно. Он — старший брат моей будущей жены. У нас будут очень интересные родственные связи. И меня это настолько забавляет.

Я перевёл взгляд на своего брата. Арман слегка улыбнулся. Он всегда так делал, так он показывал свою поддержку.

Я держал нож в правой руке и, коснувшись лезвием ладони, ухмыльнулся. Я повёл лезвие вниз, сжал кулак и вытянул руку. Кровь закапала в чашу, смешавшись с кровью Ильгаза. Когда клятва на крови была перенесена и печать была поставлена, Аббас стал монотонно перечислять правила, которые мы не можем нарушать, чтобы сохранить мир. Я слушал вполуха, потому что знал: этот мир продлится недолго. Но старейшин я не перебивал.

Правила... чёрт побери их.

До свадьбы осталось ещё несколько дней. А моя семья до сих пор не в курсе. Они явно это не примут спокойно. Это действительно может стать проблемой.

*** Арслан

— Что ты сделал? — в шоке произнесла моя сестра. — Ты женишься на дочери Ильгазов? Против её воли?.. — в шоке произнесла Ария.

— Рия, — я только хотел сделать шаг к ней, как она оттолкнула мою руку и отошла назад.

— Не прикасайся ко мне. Не смей меня трогать! — закричала она, и я замер.

Впервые моя близняшка оттолкнула меня от себя. Она была единственным человеком, который вопреки всему была рядом и никогда не отворачивалась, а сейчас она не хотела, чтобы я трогал её.

— Ария, ты всё не так поняла, — только начал Кенан.

— А ты заткнись. Закрой свой рот! — отрезала Ария. — Ты? — она посмотрела на Армана. — Ну, они больные, а что с тобой? Чем ты думал, когда соглашался на это безумие? Да что с вами не так? Когда вы стали такими? С каких пор вы используете женщин в своей мести?

— Ария, успокойся, — попытался я её успокоить, но моя сестра была непреклонна.

— Кто вам дал право решать чью-то жизнь? Кто?

— Я! — не сдержавшись, закричал я. Ария застыла. — Я дал себе такое право. Я — закон, и я не обязан спрашивать у тебя разрешения. Не забывай, кто стоит перед тобой. Ты будешь подчиняться, как и другие, Ария.

— Знаешь, кого я вижу, глядя в твои глаза? — Ария подошла ко мне и взглянула в мои глаза. — Нашего отца! — Это было как гром среди ясного неба. Меня словно холодной водой облили. — Те же самые жестокие глаза, та же ненависть, та же гордыня, та же злоба и гнев...

— Ария... иди в свою комнату... — сквозь зубы прорычал я.

Я был на грани срыва, и если она скажет ещё что-то, я не смогу себя сдержать. А я не хотел делать ей больно. Никогда не хотел.

— Если ты продолжишь в том же духе, ты в конце концов закончишь как он. Станешь жестоким и безжалостным тираном!

— Ария! — закричал я.

— Альпарслан! — вдруг раздался резкий голос Армана, и я пришёл в себя.

До меня только сейчас дошло, что я замахнулся на свою собственную сестру. На свою близняшку. И если бы не Арман, который схватил мою руку, я бы ударил её... Господи, я бы впервые поднял руку на женщину, и не на простую женщину, а на свою собственную сестру.

Ария то смотрела на мою руку, то на меня, и вдруг из её кристальных глаз хлынули горькие слёзы, которые словно ядовитые иглы вонзились мне в грудь.

— Ария... — я убрал руку Армана и только хотел подойти к ней, как она покачала головой.

В её прекрасных глазах была та же боль и страх, первобытный страх, как много лет назад.

— Ты... ты меня чуть не ударил... Если бы не Арман... — она зажмурилась от собственных слов, и я сжал кулак.

— Ария... Я не хотел... это получилось неожиданно... Мне очень жаль...

— Мне тоже... — глотая слёзы, шепнула она. — Я не узнаю тебя, Арслан... Ты не мой брат... Ты становишься похожим на Малика Эмирхана! Я не могу на это смотреть... Не могу смотреть, как ты превращаешься в чудовище... — Она, разрыдавшись, прошла мимо меня. Я застыл на месте, не в силах сдвинуться.

Слова моей сестры эхом раздавались в моих ушах. Я повернул голову, и мои глаза остановились на моём отражении в зеркале.

«Ты сын своего отца!»

«Мы похожи гораздо больше, чем ты думаешь!»

«Если ты продолжишь в том же духе, ты в конце концов закончишь как он. Станешь жестоким и безжалостным тираном!»

«Ты чудовище! Монстр!»

Я больше не смог смотреть на своё отражение, поэтому, схватив первое, что попалось под руку, я кинул это в зеркало. Зеркало с громким звуком разбилось. Но я не мог остановить голоса в голове.

Я не он, чёрт возьми. Я не могу стать как он. Я не стану! Не стану...

*** Руя

Я сидела в саду, глядя на изумрудное кольцо на своей руке. В голове так и крутился разговор с дядей. Меня поставили перед выбором: или стать счастливой убийцей, или же несчастной женой.

Этот выбор для меня был слишком тяжёлым. Я не хотела становиться убийцей, но и становиться женой Арслана для меня было хуже смерти. Мысль о том, что мне придётся делить с ним одну постель, сводила с ума в буквальном смысле. Я не хочу спать с врагом! Не могу позволить, чтобы он прикасался ко мне, но и убить его не могу...

— Руя, ты меня вообще слушаешь? — голос Эзги вырвал меня из омута мыслей.

— Милая, ты что-то сказала? — виновато спросила я. Моя кузина лишь вздохнула. — Прости, мои мысли в хаосе...

— Не нужно просить прощения, — она обняла меня. — Я знаю, как тебе трудно, особенно сейчас, в такой обстановке...

Я оглянулась: в доме полным ходом шла подготовка к свадьбе. Всё, о чём я мечтала с Серканом, сейчас сбывалось с этим человеком... Помолвка, ночь хны, никях, свадебная церемония... Всё, кроме Серкана.

— Мне так жаль, что ты проходишь через это, — сказала Эзги. Я улыбнулась. — Я не могу тебе ничем помочь, но я рядом.

— Я знаю, моя дорогая, — я обняла её.

Эзги была для меня не просто кузиной, она была для меня той самой лучшей подругой и маленькой сестрой, которой у меня не было. Я знала, что я могу всегда на неё положиться. Она никогда не предаст и не оставит меня.

— Ильяс? — в шоке произнесла моя кузина. Я последовала за её взглядом и замерла.

В сад вошёл Ильяс. Уверенной и властной походкой он шёл в нашу сторону. Каждая женщина, которая сейчас занималась подготовкой к свадьбе, замерла на месте. Они словно зачарованные смотрели на него, в то время как он смотрел прямо на меня. Ильяс Атахан — он был таким мужчиной, который мог сводить женщин с ума одним своим присутствием. Его холодная натура ещё больше привлекала к себе внимание. Каждая женщина готова была отдать всё, что у неё есть, только за один его взгляд, но он до мозга костей был холоден к женщинам.

За всё то время, когда я знала этого человека, я видела его лишь с одной женщиной — с его бывшей женой. Это было удивительно, но Ильяс был единственным членом мафии, который развёлся, в отличие от других жён, а особенно жён боссов мафии, которых обычно ждала смерть. А бывшая госпожа Атахан просто развелась с мужем и сейчас даже является успешным врачом в его городе. Хотя, учитывая, кто её родители и из какой она была семьи, только дурак осмелился бы её тронуть.

Многие поговаривали, что именно из-за любви к своей первой жене он так и не женился во второй раз. И поговаривали, что они даже сейчас поддерживали связь. Но это были только слухи. Как и то, по каким причинам они развелись, — что случилось в прошлом, неизвестно. Но факт остаётся фактом: Ильяс до сих пор крутится вокруг неё, а у его бывшей жены до сих пор никого нет. Я всегда думала, что дело в чём-то другом.

Может, это и было в прошлом, но я немного знала его бывшую жену. В моём детстве она была совсем другой девушкой, нежели сейчас. Или, может, тогда она мне казалась такой.

— Господи, мужчина может вообще быть таким красивым? — восхищённо произнесла Эзги. Я лишь улыбнулась.

Ильяс действительно был красив — слишком красив и холоден, за что его и прозвали ледяным принцем. Его холодность привлекала женщин. Хоть меня он никогда как мужчина не привлекал. Своей популярностью среди женщин он уступал только моему старшему брату Илькеру. Ильяс, Илькер и Серкан были лучшими друзьями, и каждый из них был по-своему популярен у женщин. Женщины сходили с ума по моему старшему брату даже когда тот был женат. А сейчас, когда он развёлся, женщины так и старались привлечь его внимание, чтобы стать госпожой клана Ильгаз.

— Дамы, надеюсь, я вам не помешал? — подойдя к нам, вежливо сказал он. Его мягкий голос был приятен для слуха.

— Что вы, господин, мы всегда вам рады, — в открытую начала флиртовать моя кузина. Я бы рассмеялась, если бы не пристальный взгляд Ильяса, который смущал мои мысли.

— Тогда вы будете не против, если я на несколько минут украду у вас вашу красавицу-кузину? — с мягкой улыбкой спросил он у Эзги. Та в шоке уставилась на меня, и только после до меня дошло, что Ильяс имел в виду меня.

— Меня? — в смятении спросила я.

— Мы можем поговорить? — спросил Ильяс. Я расстроенно кивнула. — Пройдёмся? — он жестом пригласил меня, и я прошла вперёд. Он последовал за мной.

Ещё одна причина, по которой женщины сходили по нему с ума, — это была его вежливость. Он всегда вежлив и уважительно относился к женщинам. Даже если его улыбка — это маска. Все прекрасно знали, что глава «Чёрной Смерти» никогда по-настоящему не улыбается, не потому что не умеет, а потому что у него отсутствие чувств и эмоций. Я прекрасно знала, что Ильяс ничего никогда не чувствует, но всех всегда интересовало: если у него отсутствие чувств и он не может любить, тогда почему он до сих пор повторно не женился?

Но из разговора между моими братьями я как-то услышала, что всё из-за власти, которую он получает до сих пор как бывший зять влиятельной политической семьи. Его бывшая жена была единственной дочерью семьи Аргун, которая считалась одной из тех семей, которые управляют государством из тени. Но всё это всё ещё были слухи.

— Я даже не помню, когда в последний раз мы говорили с тобой, — нарушая тишину, вдруг сказал он, и я вздрогнула. — Руя, успокойся. Ведёшь себя так, будто мы впервые говорим, — с улыбкой проговорил он.

С фальшивой улыбкой. Интересно, сколько он тренировался, чтобы так правдоподобно улыбаться? Что на самом деле скрывается за его идеальной маской? Меня всегда волновал этот вопрос. Хоть он и был другом моего брата и наши семьи дружили, Ильяс всё равно был для меня слишком чужим человеком, чтобы считать его близким.

— Дело не в этом. Просто я в последнее время слишком нервная, и к тому же твой приход удивил меня, — шагая рядом с ним, проговорила я. — Почему ты пришёл? О чём хочешь поговорить?

— Я волновался о тебе, Руя, — я улыбнулась его словам.

— Волновался? И это говорит человек, у которого отсутствуют эмоции, — не подумав, сказала я, а потом остановилась и взглянула на него. — Прошу прощения. Я сказала не подумав. — Ильяс остановился и, повернувшись ко мне лицом, с улыбкой покачал головой.

— Всё нормально. Ты сама сказала: у меня отсутствие эмоций, так что ты не можешь меня задеть. Но я действительно думал о тебе, — уже без тени улыбки сказал он.

Вот его настоящее лицо. Без эмоций, без чувств, без каких-либо человеческих выражений эмоций.

— Тебе приходится пойти на такие жертвы ради своей семьи. Я даже не думал, что ты осмелишься согласиться.

— А если бы я не согласилась? Что бы ты сделал? На чьей стороне оказался бы? — вдруг спросила я, и он взглянул куда-то вдаль.

— Я бы никогда не взял сторону Эмирханов. Они мои враги, невзирая на мирный договор. Но если бы ты попросила меня о помощи, — он взглянул на меня, — я бы не раздумывая помог. И сейчас я хочу сказать тебе, — Ильяс внезапно взял меня за плечи, я вздрогнула от неожиданности. — Руя, чтобы ни случилось, где бы ты ни была, даже на территории Эмирханов, будучи женой Эмирхана, ты можешь рассчитывать на меня. Если однажды тебе понадобится моя помощь, просто позвони, я помогу всем, чем смогу.

Это был именно тот момент, когда я могла бы попросить о помощи, и Ильяс бы помог, но было одно «но»: я не могла доверять жизнь своей семьи только одному его слову. Всё могло пойти не по плану, и моя семья могла пострадать. Я не могла рисковать своей семьёй.

— Спасибо большое, — это было единственное, что я смогла сказать.

— Ещё, будь осторожна, — его лицо стало ещё более серьёзным, отчего мне стало не по себе. — Эмирханы очень опасны. Для них нет ничего, что могло бы стать дороже семьи. Они одержимы своей семьёй и любовью к ним. Когда ты попадёшь в тот дом, ты или станешь частью их семьи, или же их очередным врагом. Запомни это. Арслан Эмирхан — самый настоящий дьявол. Не доверяй ему, никогда. Он может обмануть тебя. Он мастер в том, чтобы играть на человеческих эмоциях. Всё, что ему важно, — это его семья.

В голове снова появились слова дяди.

*** Воспоминание

Первые несколько секунд я пыталась понять, что именно сказал дядя, а когда до меня всё-таки дошло, я закрыла рот рукой, чтобы не закричать в голос. Я в шоке смотрела то на дядю, то на кольцо с ядом в его руках. В руках моего дяди был яд — яд, который был предназначен для Арслана Эмирхана, моего злейшего врага и будущего мужа.

— Ты сейчас вообще понимаешь, что несёшь? — запинаясь, спросила я. — Дядя, ты предлагаешь мне убить Арслана? Эмирхана?

— Да, — невозмутимо ответил дядя. Я чуть не подавилась воздухом.

— Дядя, ты в своём уме? Ты предлагаешь мне убить человека!

— Не человека, а Арслана Эмирхана, — поправил он.

— Да какая разница? — возмущённо сказала я и вскочила на ноги. — Это одно и то же. Это убийство! И к тому же ты предлагаешь мне убить не кого-то, а самого опасного человека на Ближнем Востоке. Понимаешь? Человека, которого ни один наёмный убийца не смог убить. И теперь ты предлагаешь это мне — девушке, которая за всю жизнь не убила даже крысу?

— Ты лучше любого наёмника, и у тебя шансов гораздо больше, чем у них. Знаешь почему?

Я не знала и знать не хотела. Я не хочу убивать людей, даже такого монстра, как Арслан Эмирхан.

— Потому что ты станешь его женой. Ты войдёшь в его дом, в его спальню, куда даже прислуга не имеет доступа. Ты будешь делить с ним одну постель. У кого получится убить его, если не у тебя?

Логика моего дяди была идеальной, но он не учёл маленькую деталь: Армана Эмирхана.

— Твой план прекрасен, но ты не учёл, что у Арслана есть не менее параноидальный брат — Арман Эмирхан. И поверь, он куда хуже, чем его агрессивный больной брат. В день, когда я отравлю Арслана этим ядом, Арман Эмирхан заставит меня выпить этот яд собственными руками. Понимаешь? — Дядя улыбнулся и взял меня за плечи.

— Этот яд очень сильный, но самое большое достоинство в том, что как только он попадает в организм человека, он растворяется в крови. И никто не сможет доказать, что человек умер не своей смертью. Это не удастся доказать даже патологоанатому.

— Как это?.. — растерянно произнесла я.

— Всё просто: добавляй понемногу в его еду и питьё. С каждым приёмом его здоровье будет ухудшаться, и в конце концов в один день его организм не выдержит. Вскрытие покажет или остановку сердца, или же отказ какого-нибудь органа, отвечающего за жизнеспособность. Просто сделай это, Руя. У тебя два выхода: или ты будешь его женой, или его концом. Выбор за тобой.

*** Конец воспоминания

— Не волнуйся, я справлюсь. Если я не стану концом Эмирханов, то поставлю его на колени.

Я перевела взгляд с Ильяса на кольцо. Вот он, мой выход. Или стать частью их семьи, стать Эмирханом, или же убить Арслана и стать свободной.

Я сделаю это. Я или убью его, или поставлю на колени. Он или станет моим рабом, или же я стану его концом.