Глава 17. Роковая ненависть

«Ненависть бывает разной, но нет ненависти хуже, чем та, что родилась в отчаянии.» © M.A.S.

*** Руя

В моей очень короткой жизни иногда бывали такие моменты, что я думала: это конец. Но я никогда не сдавалась. Когда вы оказываетесь в ловушке, в болоте, вы должны выбраться из него, прежде чем упадёте на дно. Именно так я и выживала — притворяясь сильной, гордой, непоколебимо холодной. Но была ли я на самом деле такой?

Отнюдь нет.

Маска ледяной гордой принцессы была только фасадом, за которым я скрывала свои настоящие чувства. Когда получаешь что-то, приходится что-то терять. За всё в жизни нужно платить. И мне всегда приходилось платить самую высокую цену за то, кем я была рождена.

Я была единственной дочерью самого влиятельного и опасного человека в Центральной Анатолии.

Руя Ильгаз — ледяная принцесса, чью гордость никому не удавалось сломать, чью броню никто не мог пробить, чьи чувства никто никогда не видел, чьи страдания никто не чувствовал, чью боль никто не понимал. Я построила вокруг себя такую стену, что ни один человек в мире не мог её пройти или сломать. Я словно отгородилась от мира мощным щитом, и теперь никто не сможет сделать мне больно, если я не позволю. Так я думала. Но как же я ошибалась.

Говорят, если живёшь во лжи достаточно долго, это становится правдой. Я врала не только окружающим, но и самой себе. Я пыталась доказать всему миру и в первую очередь себе, что я не слабая и не бесхребетная, как моя мать, а сильная и стойкая, как мой отец. Но, к сожалению, ты можешь скрыть огонь, но не можешь скрыть дым. Скрываясь под маской холодности и гордости, я думала, что стану другой, но истину невозможно изменить. Человек не способен изменить свою сущность.

Если ты был рождён добычей, ты никогда не сможешь стать хищником. Этого просто нет в твоей генетике, в твоей природе. В моём мире все делились на хищников и добычу, поэтому быть мягкохарактерным или же милосердным означало смерть.

Если ты слаб, то либо прячься, либо ищи сильного покровителя. Иначе будь готов стать добычей более сильного. Но смерть — ещё не самое страшное, что может произойти. Безысходность — вот самое страшное, что может случиться с человеком.

И я была в самом безысходном положении, в которое меня загнал человек, которого я ненавидела всеми фибрами души.

— Скажи мне хоть одну причину, почему мне не нажать на этот курок, — сжимая пистолет в руках, сквозь зубы прошептала я.

Боялся ли этот человек, который стоял напротив меня, смерти? По его язвительной ухмылке я поняла, что ни капли. Он не боится смерти, не боится, что я нажму на курок, не боится ничего. Потому что он сам несёт смерть и разрушение окружающим. Если он к чему-то прикоснётся, оно погибнет.

— Лучше отпусти пистолет, — крикнул Кенан. Я вздрогнула, а после все его люди один за другим направили на меня оружие. — Руя, лучше по-хорошему отпусти пистолет... — сквозь зубы снова повторил Кенан, но я смотрела только в чёрные глаза этого чудовища, которое с азартом смотрело на меня.

— Не улыбайся так самоуверенно, я действительно могу тебя убить, Арслан Эмирхан! — сняв пистолет с предохранителя, шепнула я.

— Я в этом и не сомневался, мой прекрасный ангел, — протянул он и сделал несколько шагов ко мне.

— Арслан, не двигайся! — закричал Кенан, но он будто никого не слышал.

— Уверен, что именно ты и станешь моим палачом, — останавливаясь в нескольких шагах от меня, с иронией прохрипел он. — Давай же, нажми на курок.

— Арслан!

Рука Кенана, держащая пистолет, сжалась так, что побелели костяшки. Арслан схватил мою руку и притянул к себе, а после прижал дуло пистолета к своей груди. Я вздрогнула и инстинктивно попыталась отойти назад, но он ещё сильнее притянул меня. Я судорожно проглотила подступивший к горлу комок и замерла, ожидая его действий.

— Раз уж взялась за оружие, то имей смелость выстрелить, Руя, — прорычал он. Я вздрогнула, судорожно хватая ртом воздух и задыхаясь от ужаса. — Давай же!

— Я могу дать тебе причину не убивать его, — раздался ледяный голос за моей спиной.

Я чуть ослабила хватку на пистолете, и Арслан отошёл чуть назад, чтобы между нами появилось приличное расстояние. Повернувшись к источнику звука, я увидела, как внезапно на крыльце дома словно призрак появилась высокая фигура Армана, одетого, как всегда, до иголочки.

— Ты, как всегда, не вовремя, братец. Вечно ты портишь всё веселье. Даже похороны, — разочарованным голосом пропел Арслан.

— Приходит сюда, в дом, где есть сотни солдат, с оружием в руках, с намерением убить Арслана, — он оглядывал нас обоих попеременно холодным взглядом, скрестив на груди руки. — Ты либо глупа, либо столь же безрассудна, как и мой брат.

— Ты подчёркиваешь, что мы хорошая пара? — саркастически протянул Арслан. Я злобно взглянула на него, он лишь ухмыльнулся.

— Нужно было в тот день пустить тебе пулю не в сердце, а в голову, чтобы ты наверняка сдох, — злобно прошептала я.

— Тогда и тебя, и твою семью ждала бы смерть от моей руки, — снова раздался голос Армана. Я посмотрела на него. Его лицо ожесточилось, ледяные глаза испытующе буравили меня. — Причина, по которой ты сейчас отпустишь пистолет и спокойно уйдёшь отсюда, — это жизнь твоей семьи, Руя. Ты, кажется, забыла, что сейчас Анкара под властью человека, на которого ты направила оружие.

Я вздрогнула. Страх липкими щупальцами расползся по телу, в голове лихорадочно скакали мысли. Только теперь я поняла, что, возможно, совершенно зря поддалась эмоциям и злости. Но он сам загнал меня в ловушку, чтобы я пришла к нему.

— Отпусти тот пистолет, — Арман шагнул вперёд, выпрямившись. — Ты и без этого позволила себе слишком многое. Моё терпение не безгранично. У всего есть предел, и у меня тоже.

— Глупо слушать кого-то, когда речь заходит о мести, ангел, — словно дьявол прошипел Арслан, и я с ненавистью взглянула на него. — Это твой единственный выход от всего избавиться. Больше такой возможности не будет. Если ты сейчас не нажмёшь на курок и не убьёшь меня, тебе придётся сдаться мне и стать моей. Стать моей женой, Руя. Моей женщиной.

— Заткнись! — я вырвала свою руку, а потом направила дуло пистолета на него.

Арслан довольно улыбнулся. Кенан сделал несколько шагов к нам, я почувствовала, как Арман за моей спиной напрягся.

— Давай же, Руя. От твоего выбора зависит дальнейшая судьба всех. Или нажми на курок, или стань моей.

Пока мы не встанем лицом перед выбором, мы не сможем до конца понять, кто мы есть на самом деле. Мы не знаем, на что мы способны. В отчаянии человек способен на самые страшные поступки.

— Никогда!

*** Несколько часов ранее

— Что значит «ты приняла решение»? Что значит «ты выйдешь замуж за этого ублюдка»? — очередная ваза разбилась об стену. Я вздрогнула, а после разрыдалась. — Не плачь, — вздыхая, прорычал Серкан. — Хватит плакать! — заорал он в этот раз. Мои рыдания застыли в горле, я в шоке уставилась на него.

Он впервые так кричал на меня, и кричал не со злостью, а с какой-то ненавистью и разочарованием. Осуждала ли я его? Нет. Не имела права. Я бы поступила так же, если бы он предал меня, если бы даже во имя моей жизни выбрал другую.

— Как ты могла так поступить со мной? Как ты могла это сделать мне? Мне! Мужчине, которому ты клялась в любви, в вечной любви! — с разочарованием спросил он.

— Не делай так... — я с болью отвела взгляд. — Мне и без этого сложно, ты не видишь?

— Ты сделала выбор не только за себя, но и за меня, за нас! — все мои внутренности сжались от этих слов. — Как ты могла выбрать за двоих? Как ты могла решить наше будущее?

— Прошу, не делай этого со мной... — я зажмурила глаза, пытаясь сдержать слёзы. — У меня от этого все внутренности сжимаются от мысли, что мне придётся стать чьей-то женой, но не твоей... Не делай мне ещё хуже.

— Это ты не делай... — я почувствовала за своей спиной его тяжёлые шаги, а после его большая ладонь схватила меня за плечо и повернула к себе лицом. — Руя... — он взял моё лицо в свои ладони и нежно провёл большим пальцем по щеке. — Откажись от этой затеи. Не делай этого нам... Твоё решение может всё погубить. Ты нас губишь, понимаешь?

— Знаю... — тихо сказала я, а потом всхлипнула. — Будь всё проклято, знаю. Но я вынуждена. Другого выхода нет. Я вынуждена, пойми, Серкан.

— Ты ненавидишь этого человека до мозга костей. Как ты можешь выходить за него замуж? Руя, любимая, — Серкан прижался лбом к моему лбу, я закрыла глаза. — Даже если это звучит трусливо, даже если это против моих принципов, давай сбежим вместе.

— Что? — распахнув глаза в шоке, произнесла я.

Серкан, которого знала я, никогда бы не отказался от своей семьи и от своих принципов. Он был человеком старых обычаев, слишком сильно привязанным к своей семье и к своему клану.

— Ради тебя, ради нас, ради нашего будущего я готов отказаться от всего. Я готов стать предателем.

— Ты что несёшь? Ты вообще понимаешь, что ты говоришь? — я хотела только на шаг отойти от него, но он взял меня за руку и не отпустил. — Серкан, то, что ты предлагаешь, означает смерть. Если мы с тобой сейчас сбежим, тебя объявят предателем, и за нами будут охотиться теперь не Эмирханы, а наши близкие. Предательство — это смертный приговор. Ты знаешь законы лучше меня... Даже если наша семья простит, старейшины кланов этого не забудут. Они потребуют крови.

— Ты всё ещё не поняла? — слегка повысив голос, спросил он, а потом, взяв моё лицо в свои ладони, поцеловал меня. — Мне на всё это наплевать... — отрываясь от меня, прошептал он. — Мне наплевать на мою жизнь, мне нет дела до старейшин и кланов, если нет тебя... — шепнул он перед моими губами.

Не сдержавшись, я разрыдалась и обняла him. Я так сожалела обо всём. Сожалела, что не сыграла свадьбу прошлым летом, сожалела, что послушалась его и не прекратила балет, сожалела о том, чьей дочерью я являюсь. Впервые в жизни мне хотелось родиться кем-то другим, но не дочерью своего отца.

— Ты — воздух, которым я дышу... — целуя меня снова, прошептал он.

— Я тоже тебя люблю... — в этот раз я сама поцеловала его в губы, почувствовав привкус солёных слёз. — Я без тебя жить не могу... — я с трудом оторвалась от его губ, но не могла даже на шаг отойти от него. — Мои лёгкие наполняются болью, когда я думаю, что мне придётся расстаться с тобой... Я не хочу тебя терять, не хочу, чтобы ты становился моими воспоминаниями, не хочу, чтобы ты был моей несбыточной мечтой... Господи, как же я хочу всё изменить... — с болью и слезами шептала я.

Я задыхалась от собственной боли и слёз. Я задыхалась в собственной безысходности. Мысль о том, чтобы отпустить того, кого я люблю больше жизни, причиняла мне почти такую же физическую боль, как смерть моей матери.

— Тогда просто не оставляй меня... Давай до конца будем держаться вместе, какой бы ни была цена... — с надеждой прошептал он. Я с болью улыбнулась ему.

На его губах зацвела улыбка и появились эти прекрасные ямочки, в которые я была влюблена с самого детства. Серкан никогда раньше не казался мне таким красивым, как сейчас, никогда раньше я не скучала по нему настолько сильно, как сейчас, никогда прежде я не желала его так, как в эту минуту... Но ирония заключалась в том, что все те моменты, когда я могла стать его, я упустила. Теперь фактически я принадлежала монстру, и если бы я что-то сделала не так, это бы означало оскорбление его чести, за это заплатила бы не только я, но и все, кого я люблю.

— Я бы отдала всё, что у меня есть, и ещё будет, лишь бы прожить эту жизнь с тобой... — я положила ладони на его лицо, он прижался лбом к моему. — Я так хочу всё изменить... Хочу, чтобы моя жизнь была только твоей...

— Тогда давай проживём свою жизнь? — с улыбкой, полной надежды, предложил он.

— Я ради этого счастья отдала бы всё, что у меня есть... — Серкан улыбнулся ещё шире, но то, что я сказала секундой позже, разбило его сердце на миллион осколков. — Но я не могу... — Его прекрасная улыбка сошла с лица, мои глаза переполнились новыми слезами. — Я не могу пожертвовать своей семьёй ради этого счастья... Я не могу позволить, чтобы цена моего счастья стала чья-то жизнь... Особенно если это жизнь моих любимых... Я не могу, Серкан... — Я медленно сняла обручальное кольцо с пальца и бросила на постель.

Несколько дней назад в этой спальне должна была пройти самая прекрасная ночь в моей жизни. На этой постели я должна была стать женой Серкана, на этой белой простыне я должна была стать женщиной своего любимого мужчины... Но все мои мечты и надежды были разрушены.

— Прости...

Я не осмелилась смотреть ему в глаза, но каждой клеточкой души и сердца чувствовала его взгляд на себе. Этот его взгляд ломал меня физически, я не могла стоять под давлением этого взгляда.

— Прошу тебя, прости меня, но я не могу пожертвовать своей семьёй... — Серкан молча смотрел на меня, в то время как я смотрела куда угодно, но только не на него. — Прости меня и забудь... — больше не сдержавшись под давлением этого взгляда, разрыдавшись, прошептала я и выбежала из спальни.

Когда я оказалась во дворе дома, я услышала звук разбивающегося стекла, за ним и его голос, который проклинал всё на свете. Каждый раз, когда он что-то ломал в нашем доме, моё сердце ломалось вместе с ним. Разрыдавшись, я упала на землю и начала рыдать в голос.

Мне было больно. Я чувствовала себя так, будто мне вырвали сердце из груди, и теперь там пусто. Даже сделать вдох мне было трудно, ощущение было такое, будто мои лёгкие были переполнены водой.

Когда мой телефон вдруг завибрировал, оповещая о новом сообщении, я дрожащими руками вытащила его. Как только я прочитала содержимое, меня охватил гнев и ненависть.

«Если я ещё раз узнаю о том, что ты с ним виделась, обещаю тебе, эта встреча будет вашей последней. Даю слово Арслана Эмирхана!»

Я перечитала это проклятое сообщение десять раз, и с каждым разом мой гнев и ненависть к этому человеку усиливались.

— Всё случилось из-за тебя... Будь ты проклят, Эмирхан! Лучше бы ты сдох в тот день, когда я выстрелила в тебя...

Я даже не сообразила, как встала на ноги, и, сев за руль, нажала на педаль газа. В тот момент мною двигало только одно желание: убить этого человека и избавиться от него раз и навсегда. Вот поэтому сейчас я стояла напротив него с оружием в руках.

— Стреляй же! — рявкнул Арслан.

— Убери от меня свои грязные руки! — я со всей силой оттолкнула его от себя, но он даже не сдвинулся с места.

— Это был твой последний шанс, Руя Ильгаз! — сквозь зубы прошептал он.

— Альпарслан, отпусти девушку, а вы опустите оружие, — сделав шаг ко мне, приказал Арман. Его солдаты тут же опустили оружие, но его брат только ухмыльнулся.

— Отпусти меня! — разозлившись, закричала я, вырвав свою руку, и грубо схватила Арслана за воротник рубашки.

Его люди снова направили на меня свои оружия. Арслан жестом остановил их. Те сначала обменялись взглядами, а потом взглянули на Армана, который смотрел на нас. Он молча кивнул, и они убрали пистолеты.

— Не нужно так нервничать, наша госпожа просто решила поиграть. У неё не хватит смелости убить меня, — глядя мне в глаза, самоуверенно сказал он. Я ещё сильнее сжала его рубашку. Мой жест только позабавил его. — Я дал тебе шанс, а ты этот шанс упустила. Теперь ты станешь моей женой. Никто и ничто не сможет изменить этого, — с самоуверенной ухмылкой сказал он.

— Интересно, на ком ты женишься, если твоя невеста будет мертва? — с такой же усмешкой произнесла я.

Не отводя взгляда от его глаз, я подняла пистолет и прижала дуло к своему виску.

Улыбка медленно исчезла с его лица.

— Руя...

Впервые за весь разговор в его голосе не было насмешки. Только предупреждение.

— Не смей.

Я усмехнулась.

— Почему? Боишься?

— Ты собираешься угрожать мне собственной жизнью? — прошептал Арслан, не сводя взгляда с оружия.

— Если ты думаешь, что я блефую, то ошибаешься. Мы уже проходили это, помнишь?

Я улыбнулась, вспоминая тот день, когда вонзила нож себе в живот. Тогда он тоже был уверен, что я не решусь.

— Чтобы разрушить все твои планы, я способна на это. Я нажму на курок.

Лишь на долю секунды выражение его лица изменилось. Кадык дёрнулся, когда он с трудом сглотнул. Но почти сразу на его губах снова появилась ухмылка.

— Думаешь, твоя смерть спасёт твою семью?

Он сделал шаг вперёд. Потом ещё один. Медленно. Словно приближался к дикому зверю, который может броситься в любую секунду.

— Ты до сих пор ничего не поняла, Руя.

Его голос стал тише. Опаснее.

— Если ты не станешь моей, меня уже ничто не остановит.

Он оказался совсем рядом. Настолько близко, что я чувствовала его дыхание.

— Если ты сейчас нажмёшь на курок, то убьёшь не только себя.

Его пальцы коснулись моей щеки. Нежно. Слишком нежно для человека, который держал в страхе целые города.

— Ты убьёшь всю свою семью. Единственный шанс для твоей семьи — это ты. Если убьёшь себя, то не спасёшь их. Ты просто подпишешь им смертный приговор. Твоя смерть не избавит их от меня.

Мои пальцы сильнее сжали рукоять пистолета.

Его слова больно вонзились в сердце. Какая же глупая угроза. Передо мной стояло бесчеловечное чудовище, которому было мало всех моих страданий, он хотел уничтожить всё, что я любила.

Я проглотила ком в горле и с трудом сдержала слёзы. Нельзя показывать ему свои слёзы.

— Просто отпусти пистолет, Руя, — тихо сказал он, протягивая руку к оружию.

Я резко дёрнулась и отступила назад, убирая пистолет от головы. И именно тогда заметила, как Арслан едва заметно выдохнул.

— Придёт день, и я заставлю тебя пожалеть об этом браке, Арслан Эмирхан, — прошептала я. — Ты будешь проклинать день, когда встретил меня. Даю тебе слово: ты до конца своей жизни будешь проклинать день, когда принял решение жениться на мне. — Я почувствовала, как мои глаза наполнились жгучими обжигающими слезами, переполненными ненавистью к этим людям. Но я не заплакала, я заставила себя проглотить их.

Я перевела взгляд, полный ненависти и отвращения, с него на Армана. Наши взгляды пересеклись. Его васильковые глаза, в которых были раньше мне неизвестные эмоции. Он смотрел на меня как-то странно. Это был не страх и тем более не жалость. Это было что-то другое, будто он увидел во мне то, что боялся, то, что и ожидал увидеть.

— Я вас всех заставлю пожалеть об этом. То, что не смогли сделать старейшины, моя семья и ваши враги, даю слово, это сделаю я. Я стану вашим концом. — Я снова посмотрела в его безжалостные чёрные глаза. — Я стану твоим концом.

Арслан смотрел на меня несколько секунд, а потом рассмеялся — таким грудным, страшным смехом. От его смеха мурашки побежали по коже, желудок свернулся внутри.

— Знаешь, почему им до сих пор не удалось меня убить и уничтожить Эмирханов? — Он убрал двумя пальцами прядь моих волос с лица. Меня передёрнуло от его жеста, и я сжалась. — Всё потому, что они недооценивают меня и переоценивают свои силы. Ты от них ничем не отличаешься, Руя. Ты мой очередной враг, который думает, что может просто сломать меня и уничтожить мой род. Но это почти так же невозможно, как и изменить прошлое. В этой игре всё равно победил я. Согласишься выйти за меня замуж — я выиграю. Убей меня, убей себя — и я всё равно выиграю. В этой игре тебе меня не обыграть. Пойми: в этой игре есть один победитель, и это я.

— Ты сказал «почти невозможно», — горько улыбнулась ему, потом, подойдя поближе, прошептала ему на ухо: — У каждого человека есть своя слабость, даже у такого дьявола, как ты. И я найду эту слабость. Ну или сделаю как ты: создам эту слабость. — Его самоуверенная ухмылка сползла с лица. — Мы с тобой гораздо больше похожи, чем ты можешь себе представить, Арслан Эмирхан, — процитировала я его же слова. — Этот день придёт, и мы с тобой снова встанем лицом к лицу. И вот тогда выживет только один. Или ты, или я.

Развернувшись, я только хотела уйти, как он схватил меня за руки и силой потянул к себе. Его хватка была такой сильной, что я ударилась о его грудь.

— Эта ваша встреча была последней, — почувствовав его горячее дыхание на своей шее, я почувствовала, как всё внутри заледенело. — Если ты ещё раз встретишься с ним в закрытом пространстве, если я узнаю, что он осмелился ещё раз с тобой дышать одним грёбаным воздухом, уж тем более прикасался даже к твоему волоску, клянусь своей честью, это будет ваша последняя встреча. В следующий раз ты увидишь его в могиле. Моя жена не будет рядом с другим мужчиной. Никакой ублюдок не может касаться моей женщины. Ты меня поняла? — сквозь сжатые зубы прорычал он. Я только с ненавистью смотрела ему в глаза. — Я не слышу! — закричал он, и я вздрогнула, а потом закивала.

Я не могла показать в такой ситуации свой характер. Сейчас речь шла о жизни. О жизни моего любимого человека.

— Прекрасно, — довольно улыбнулся он, а потом кивнул на Кенана. — Кенан отвезёт тебя в дом твоего отца. — Я только хотела возразить, как он добавил: — Это не обсуждается. Моя жена не может ходить по городу без сопровождения.

— Перестань меня так называть. Я не твоя жена! — прорычала я.

— Почти жена! — поправил он. — Это уже дело времени.

— Идём, — подойдя ко мне, сказал Кенан. Я только сверлила его босса взглядом. — В брачную ночь полюбуйтесь друг на друга, а сейчас идём, — язвительно сказал Кенан. Арслан ухмыльнулся. Я бросила оружие, а потом, развернувшись, направилась к выходу.

— И больше никогда не бери в руки оружие, если у тебя нет смелости выстрелить, Руя! — бросил он мне в спину, но я даже не взглянула на него.

— Ничего, в следующий раз точно выстрелю. И в этот раз в голову, чтобы ты сдох наверняка.

*** Руя

После того инцидента прошло два дня. Мне пришлось переубедить мою семью согласиться на этот брак. Папа до сих пор был не согласен, но обстоятельства вынуждали его идти на такие жертвы. В итоге им сегодня нужно было подписать мирный договор, а после начнётся подготовка к свадьбе. Сама мысль о свадьбе пугала меня, но я не могла отступиться. Пути назад нет.

Внезапный стук в дверь напугал меня. Я вздрогнула, а потом посмотрела назад: у двери теплицы стоял мой дядя с улыбкой на лице.

— Мы можем поговорить, принцесса? — Я, улыбнувшись, кивнула. Дядя подошёл ко мне и сел напротив. — Как ты? Как самочувствие?

— А как я выгляжу? — говорю я, показывая на свой унылый вид, и дядя грустно улыбнулся.

— Я знаю, что это очень сложно для тебя. Ты приносишь себя в жертву ради нашей семьи. Мне очень жаль, что нет другого выхода...

— Мне тоже жаль... — с грустной улыбкой прошептала я.

— Но ты не будешь жертвой, — вдруг сказал дядя, и я растерянно посмотрела на him. — Ты Ильгаз, а мы никогда не были и не будем рабами таких, как Эмирханы.

— Что ты имеешь в виду?

— Вот, — дядя протянул мне коробочку. Я замешкалась на несколько секунд, а потом взяла её и открыла. Внутри было кольцо с изумрудом.

— Что это? Подарок в честь свадьбы? — с сарказмом сказала я, на что дядя хитро улыбнулся.

— Это билет к твоей свободе и счастью. — Я ещё сильнее удивилась его словам. — Я покажу, — дядя взял кольцо, а потом открыл его. Внутри кольца, под изумрудом, был белый порошок. Я перевела взгляд с кольца на дядю.

— Дядя? Это?..

— Да, это яд. Яд, который станет концом Арслана Эмирхана. Ты станешь не его женой, а его палачом. Ты должна убить Арслана Эмирхана. Вот почему нужна эта свадьба. Не ради мира, а ради нашей свободы. Ты станешь Руей Эмирхан — концом Арслана Эмирхана. Ты должна выйти замуж за него, чтобы убить. Это твой долг — долг перед нашей семьёй. Убей Арслана Эмирхана.