Глава 8

Прибытие в Афины прошло без сучка и задоринки. Амир позаботился, как и обещал, обо всём: машина с подставными номерами, водитель, который должен был стать частью её «легенды», а затем бесследно исчезнуть, и роскошный номер в отеле, расположенном вдали от туристических маршрутов, но с прекрасным видом на Акрополь.

Ещё в машине, пока водитель вёз её по городу, Элени смотрела в окно, пытаясь впитать в себя атмосферу. Единственное, о чём сейчас мечтала девушка, так это оказаться дома. Но она прекрасно понимала, что появляться там опасно. Нужно было ждать окончание аукциона и дальнейших приказов отца, чтобы понимать, как поступать дальше. Элени надеялась на то, что аукцион пройдёт быстро, её не вычислят, и она добьётся того, для чего это всё начиналось.

Машина припарковалась около отеля «Нереида». Её обслужили быстро, без всяких задержек, дали ключ от номера и пожелали хорошего отдыха, сказав, что чуть позже занесут  чемоданы.

Номер был безупречно чистым, светлым и уютным, с балконом, выходящим на освещённый вечерними огнями Парфенон. Но для Элени это было лишь очередное место, где ей предстояло надеть маску.

Перед тем как отправиться к Джованни, который только сегодня сообщил, что лично приедет в Афины, чтобы сопроводить девушку и помочь со сборами, Элени уделила время своей роли. Она представляла у себя в голове ту самую «Габриэлу», её манеры, черты характера. Она старалась досконально изучить её: что девушка больше предпочитает сухое вино или шампанское? А может, ей вообще не нравятся спиртные напитки. Она завтракает с утра авокадо тостом или блинчиками с вишнёвым джемом? А может, она вообще не предпочитает есть с утра. Эта Габриэла сходит с ума по светловолосым парням или её завораживают тёмные мужчины? Девушке вдруг вспомнился Саил и его образ. Как же давно она его не видела, не слышала его голос с сильным акцентом и не злилась из-за его шуток. С того времени, как ей озвучили весь этот план, она часто задумывалась: правильно ли она поступает по отношению к Саилу? С её стороны это подло, низко и унизительно. Лучше бы вообще она не соглашалась на их авантюру, и все были бы только счастливы. Но с другой стороны, Элени понимала, что если отец втянул её в это дело, значит, ему и в правду нужна помощь дочери. Может, Саил вообще не тот, за кого себя выдаёт!

Она знала, что это лишь начало, но каждый шаг должен быть выверен, включая и этот, казалось бы, незначительный, но столь важный элемент внешности. Элени подошла к большому зеркалу в ванной комнате. Теперь, когда она была одна, она могла позволить себе снять внешнюю оболочку совершенно другого человека. Этот новый образ ощущался для неё как какой-то непосильный груз, который с каждым днём всё больше и больше давил на неё. Спустя недолгое время ей принесли в номер её вещи и ещё один пакет, который она видела впервые.

– Это не моё, вы перепутали. Возьмите его обратно, – протараторила Элени, возвращая пакет беллбою.

– Здесь нет никакой ошибки, мисс. Меня просили это передать на ресепшене в ваш номер. – ответил он.

– Тогда прошу прощения. Спасибо, – улыбнулась девушка, протягивая парню купюры.

Дождавшись его ухода, Элени принялась распаковывать подарок. Она понятия не имела, от кого он мог быть.

Внутри пакета лежала небольшая чёрная коробка. Девушка открыла её и ахнула от содержимого: парик из рыжих волос, в точности похожих на настоящие. Она снова подошла к зеркалу и примерила его на себя. Этот цвет волос идеально подходил девушке, будто кричал о её властности и горделивости. В нём она не видела прежней «Элени». Перед ней стояла гордая и непокорная «Габриэла», у которой на пути лучше не вставать.

Телефон зажужжал, и девушка потянулась к нему. На экране высветилось сообщение от Джованни:

«Надеюсь, что тебе понравился мой подарок;) А то я совсем забыл о том, что с твоими волосами наши шансы уменьшатся в разы».

Элени заулыбалась, выдыхая, что этот подарок от своего человека.  Она снова посмотрела в зеркало и снова увидела перед собой её. Кто она? Что чувствует эта властная женщина внутри неё? Что её мотивирует? Она пыталась соединиться с той частью себя, которая была готова к игре, к риску и мести. Это сложно – отделить свою сущность от навязанной роли, от нового облика. Парик казался символом этого самоотречения, но одновременно и инструментом, позволяющим ей существовать в этом опасном мире. Она чувствовала, как этот чужой элемент её внешности может стать её силой, позволяя ей стать той, кем ей нужно быть.

Вечер принёс долгожданную встречу с Джованни. Он ждал её в небольшом, уединённом кафе в районе Плака, среди узких улочек, украшенных цветами и вывесками традиционных таверн. Атмосфера была спокойной, но Элени чувствовала, как под покровом этой безмятежности скрывается напряжение, которое усиливалось и её собственным волнением.

Джованни сидел за столиком у окна, наблюдая за прохожими. Когда Элени вышла, её шаги были лёгкими, а движения – плавными, как её учили. Она чувствовала, как собственный взгляд скользит по залу, как будто ища кого-то, но при этом стараясь не выдавать себя. Джованни поднял взгляд, и в его глазах на мгновение мелькнуло узнавание, но тут же сменилось деловой сосредоточенностью. Сейчас перед собой мужчина видел не дочь давнего друга, а ту самую загадочную незнакомку, скрытую за вуалью парика и элегантного платья. Он выглядел спокойным и уверенным, словно привык к подобным встречам.

Они говорили тихо, чтобы не привлекать внимания. Джованни подтвердил, что всё готово. Аукцион состоится завтра вечером, и лот – тот самый кинжал. Он рассказал о том, как будет организована её «случайная» встреча с Саилом, о мерах безопасности, о путях отхода.

– Помни, – сказал он, – твоя задача – быть незаметной. Ты – «Габриэла», гостья, которая пришла полюбоваться антиквариатом. Никаких лишних движений, никаких разговоров, кроме тех, которые предписаны. Твой парик и веер помогут оставаться тебе в тени.

Затем он, понизив голос, добавил:

– Мы также позаботились о том, чтобы Саил получил информацию, которая заставит его нервничать. На аукционе будет присутствовать человек, который представится как коллекционер, интересующийся артефактами, связанными с вашим... общим прошлым. Это должно вызвать у него беспокойство, заставить его быть более уязвимым .

– Что это за человек? – спросила девушка.

– Алессандро. Мой сын.

   Элени почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Призрак Алессандро, тень его прошлого, теперь становился частью их плана. И её новый облик, её парик, казалось, ещё больше усиливали эту связь тайной, с прошлым, которое она должна была использовать в своих целях.

После встречи с Джованни Элени решила подняться к Акрополю. Она хотела увидеть город в вечернем свете, почувствовать его дыхание. Стоя на вершине холма, глядя на древние руины, освещённые лунным светом, она чувствовала, как её охватывает глубокое, почти мистическое чувство. Здесь, среди следов тысячелетней истории, она ощущала себя ничтожной песчинкой, но одновременно частью чего-то большего. В этот момент, глядя на величественный Парфенон, она взяла в руки веер, лежавший у неё в сумочке. Раскрыв его, она почувствовала, как он становится её продолжением. Это был не просто аксессуар. Это была маска, щит, символ новой роли. И в эту ночь, под звёздным небом Афин, Элени окончательно решила принять эту роль. Она готова.                                                                                             *   *   *

Наступил день аукциона. Афины, залитые ярким утренним солнцем, казались городом, застывшим в ожидании. Для Элени этот день был кульминацией долгих приготовлений, моментом истины. Когда маски должны были быть надеты, а опасная игра  – начата.

Элени проснулась ещё до рассвета. Ночь была бесспокойной, сны, полные шёпота, теней и холодного блеска металла. Она чувствовала, как адреналин уже циркулирует по её венам, подготавливая тело к предстоящему. Но главным фактором её готовности стала команда, которую Амир и Павлос прислали к отелю.

Сон к ней так и не пришёл, поэтому девушка решила подождать, занимаясь чем-то: чтением книг, утренней пробежкой, спа, завтраком. Время тянулось долго, но всё же к двенадцати часам прибыли визажист, стилист-парикмахер и помощница. Молодые, профессиональные, они действовали слажено и бесшумно, словно хорошо отлаженный механизм. Их появление было частью тщательно продуманного плана, призванного сделать «Габриэлу» безупречной.

Первой за дело взялась визажист. Её руки двигались с паразительной ловкостью, превращая лицо Элени в нечто удивительное. Она использовала невидимые техники, чтобы скрыть следы усталости, подчеркнуть скулы, сделать взгляд более глубоким и загадочным. Тонкая линия подводки, едва заметные тени, идеальный тон кожи – всё это создавало образ «Габриэлы», женщины, чья красота была одновременно естественной и искусственной. Элени наблюдала за процессом в зеркале, чувствуя, как чужая кожа ложится на её собственную.

Когда с макияжем было закончено, за дело приступил парикмахер. Он принёс с собой несколько вариантов париков, но выбор уже был сделан заранее. Он аккуратно надел его на голову Элени, расправил пряди, закрепил шпильками. Затем он принялся за укладку, используя лак, невидимки и специальные инструменты. Результат превзошёл все ожидания. Её собственные волосы, скрытые за париком, казались далёким воспоминанием. Теперь на её голове была безупречная причёска, которая придавала ей элегантности и утончённости.

Помощница стилиста позаботилась об одежде. Она помогла девушке надеть чёрное платье, пригладила каждую складку, подала перчатки и веер. Образ закончили алой помадой, которая как кровь светилась на её губах. Элени чувствовала себя преображённой, почти неузнаваемой. Она уже не была той девушкой, которая приехала в Дубай. Она была «Габриэлой», готовой к своему выступлению.

После того как команда закончила свою работу, они собрали свои инструменты и молча покинули номер, оставив Элени наедине с её новым отражением. Она подошла к зеркалу. Перед ней стояла незнакомка. Глаза, её глаза, смотрели на неё с той же тревогой, но теперь они были обрамлены идеальной причёской и безупречным макияжем. Она прикоснулась к своему лицу, ощущая гладкость кожи, затем провела пальцами по прядям парика. Это было странное ощущение – чувствовать себя одновременно собой и кем-то совершенно другим.

Раздался ещё один звонок в дверь. На этот раз это был Джованни. Он вошёл в номер, одетый в элегантный, но неброский костюм. В руках он держал бархатную шкатулку, которая, казалось, излучала собственное сияние.

– Элени, – сказал он, его голос был ровным, но в глазах читалось предвкушение. – Время для финального аккорда.

Он открыл шкатулку. Внутри, на атласной подложке, лежали украшения, от которых перехватило дыхание. Крупный изумруд, огранённый в форме капли. В центре колье, окружённый россыпью бриллиантов, изумруд сверкал так ярко, будто он впитывал в себя весь свет комнаты. К нему прилагались серьги с такими же огромными камнями, которые ни капли не уступали колье.

– Тээ му! * Это невероятная красота, – девушка провела рукой по камням, открывая рот от изумления. – Откуда они?

___________*О, Боже! (на греческ.)___________

– Сделали под заказ специально для тебя, – улыбнулся Джованни, доставая колье. – Разрешишь одеть его?

Изумруд оказался прохладным на ощупь, но его блеск был оглушительным. Теперь «Габриэла» была не просто элегантной женщиной, она была женщиной, обладающей богатством и властью. Девушка надела серьги, и её лицо засияло новым, завораживающим блеском.

– Они великолепны! Я обещаю, что буду носить аккуратно.

– Не стоит, Элени, – произнёс он, закрывая шкатулку и передавая её Элени. – Они все теперь твои.

– Нет! Вы что? Это очень дорого. Я не позволю принять их.

– Я считаю, что позволишь. Должна же ты получить что-то взамен на свою помощь. Мы в долгу не остаёмся, дорогая.

Помощница, увидев украшения, тут же взялась за дело, помогая Элени идеально разместить колье и серьги, и ещё раз поправить  причёску, чтобы она гармонично сочеталась с новыми элементами её образа.

– Давай свой кулон, – Джованни протянул ей руку. – Я уберу его, чтобы не потерялся.

Девушка зажала в руках кулон, не желая его кому-либо отдавать.

– Я не могу. Это мамин.

– Ты мне не доверяешь? – он с удивлением уставился на неё.

Элени, смирившись, протянула его мужчине. Её не радовало, что он может попасть в чужие руки. Не зря Атэна всегда, при любых обстоятельствах носила его с собой. Он был ей дорог.

– Не потеряйте. Это ценная вещь. Ценнее любых изумрудов.

– Не сомневаюсь, – улыбнулся сеньор Карлини, кладя в карман брюк украшение.

Джованни дал ей ещё пару наставлений и удовлетворённый вышел из номера. Элени осталась одна, вновь стоя перед зеркалом. Теперь она была полностью готова. Она чувствовала себя так, будто готовится к битве, где её оружием будет не только хитрость и ум, но и этот ослепительный блеск, призванный ослепить её противников. Она сделала глубокий вдох. Игра началась.

Автомобиль доставил Элени к старинному особняку. Войдя в зал, она мгновенно окунулась в атмосферу роскоши и напряжённого ожидания. Её появление не осталось незамеченным. Взгляды скользили по ней, оценивая, запоминая. Зал аукциона наполнился гулом голосов и блеском драгоценностей. Элени, облачённая в чёрное платье и украшенная ослепительными камнями, чувствовала себя одновременно неотразимой и уязвимой.

– Добро пожаловать, мисс, – произнёс мужчина, улыбаясь.  – Могу я увидеть ваше приглашение?

Девушка кивнула и достала из сумочки приглашение, которое для неё подготовил Джованни.

– Всё в порядке, проходите. Хорошего вечера вам, мисс Габриэла.

Элени в последний момент подумала о том, что часть лица лучше прикрыть, и по дороге сюда заехала в карнавальный магазин и купила маску, идеально подходящую и завораживающую. Шансы остаться неузнаваемой повысились, что уже радовало её.

Девушка, следуя совету Джованни, начала осматриваться. Она искала Саила, его охранников, а также человека, который должен был играть роль коллекционера. Сердце её билось учащённо, но внешне она оставалась спокойной. Украшения на ней ощущались как вторая  кожа, придавая уверенности и привлекая внимание, которого она должна была избегать.

Людей было огромное количество: мужчины в классических костюмах, бабочках и жилетах, и женщины, одетые в вечерние платья, чью кожу украшали изделия из самых дорогих камней. Многие из них были с охраной, будто они что-то недоступное, недостижимое, тем временем как Элени была одна. Она подошла к бару и, снимая маску, показав свои прекрасные глаза, заказала себе напиток. Пока бармен занимался своим делом, девушка решила набрать Джованни:

– Наш план рушится. Его здесь нет.

– Успокойся, девочка. Всё под контролем, просто будь внимательна. – ответил он.

Оставались считанные минуты до начала аукциона. Она боялась, что это всё могло быть зря. Вдруг он и вправду не придёт, что в таком случае она скажет им?

– Прекрасной даме не скучно в одиночестве? – послышался голос позади.

– Послушайте...– начала Элени, но тут же закончила, переводя своё внимание на другое.

Наконец, она заметила его. Саил, окружённый двумя телохранителями, стоял недалеко от одного из прилавков антиквариата, разглядывая что-то с нескрываемым интересом. Его лицо было сосредоточенным, но Элени уловила тонкую напряжённость в его позе. Он выглядел так, словно был готов к чему угодно, но одновременно уязвимым.

Не обращая внимания на мужчину, на которого у неё и так не было времени, она направилась к Саилу. Возле него появился тот самый коллекционер. Алессандро подошёл к Саилу, и их разговор начался. Элени старалась держаться рядом на некотором расстоянии, но внимательно наблюдала за их мимикой и жестами.

«Коллекционер» явно играл свою роль, вызывая у Саила замешательство и подозрение. Его слова, казалось, касались каких-то старых обид, семейных тайн, того, что могло вывести Саила из равновесия. Элени видела, как меняется его выражение лица. Саил стал напряжённым, и это как никак чувствовалось.

Пока он был занят разговором, девушка решила сделать свой первый ход. Она медленно подошла к ближайшему столику, где были выставлены старинные кинжалы. Взяв один из них, изящный, с инкрустированной рукоятью, начала его рассматривать, демонстрируя свой интерес. Её движения были плавными, намеренно привлекающими внимание. Элени чувствовала, как взгляды Саила и его охранников обратились к ней. На лице загорелась дьявольская улыбка, а желание играть и даже выиграть, только усилилось. Она прикусила губу, почувствовав вкус помады. Саил зашагал в её сторону. Крышесносный запах этого мужчины заполонил всё вокруг. Элени понимала, что сейчас не время поддаваться каким-то ароматам и  с высоко-поднятой головой прошла мимо.

Наконец, когда другие антиквариаты были распроданы, настал черёд лота номер семь – того самого кинжала. Аукционист представил его с должным пафосом, описывая историю и ценность предмета. Элени, пряча под одеждой другой кинжал, тоже обратила на лот номер семь всё своё внимание. Она встретилась взглядом с Саилом, и в этот момент они обменялись немым сообщением – вызовом в этой игре, где ставка была не просто кусок металла, а правда.

– А теперь, дамы и господа, лот номер семь! Уникальный образец оружейного искусства пятнадцатого века, известный как «Кинжал Теней». Согласно легенде, этот клинок был выкован в древних землях Востока, став свидетелем эпохи великих империй. Говорят, что его рукоять украшена символом, указывающим на местоположение легендарной реликвии, способной вернуть утраченное могущество. Реликвией, за которой охотятся многие, и которая может изменить ход истории. Начнем с весьма скромной суммы – пятьдесят тысяч евро.

Стартовая цена была объявлена, а значит, время начинать торги. Саил, не колеблясь, сделал первую ставку. Его голос был твёрдым, но Элени уловила в нём нотку нервозности. Она увидела, как он бросил быстрый взгляд на Алессандро, словно ища подтверждения или оценки. Тот не стал медлить и отправился навстречу к мужчине. Они вели себя тихо, безэмоционально, из-за чего появлялись сомнения: а справится ли Сандро?

Элени, заметив диалог мужчин, направилась к ним. Саил не заметил этого хода, а вот Алессандро ехидно улыбался, радуясь, что эта девушка снова составит ему компанию. Она подошла сзади, прислушиваясь к обрывкам разговора:

– ...так много времени прошло, Саил, – прошептал парень. – С тех пор, как тот кинжал пропал из семейного архива. Ты ведь знаешь, кому он принадлежал, не так ли? История говорит, что он был символом власти... и проклятия.

Саил кивнул. Его челюсть слегка напряглась. Охранники сделали шаг вперёд, но «коллекционер» лишь улыбнулся, продолжая свою тираду.

– Говорят, кто владеет им, тот обретает контроль над прошлым... и будущим. Но есть и те, кто просто хочет вернуть своё... или отомстить, – произнёс Алессандро и, завершив диалог, пошёл в противоположную сторону.

– Пятьдесят тысяч евро, – повторял аукционист, обводя зал взглядом.

Рука Саила медленно поднялась.

– Пятьдесят пять, – произнёс он, бросая взгляд на «коллекционера».

Элени, сделав вид, что взвешивает свои возможности, тоже подняла руку.

– Шестьдесят, – уверенно крикнула девушка.

Она не смотрела на Саила, её взгляд был прикован к кинжалу, но она знала, что он её слышит. А также знала, что этот клинок имеет прямое отношение к Саилу, его предкам , которых он , возможно, старался скрыть.

Саил от услышанного развернулся к ней. Он был удивлён и даже в какой-то степени раздражён. Кто она такая? Почему в его жизни стало появляться столько много женщин, связанных и с его прошлым, и с настоящим. Кто они? И главный вопрос: почему и как они все связаны?

– Шестьдесят пять, – бросил он, не глядя на девушку. – А вы, мадам, я вижу, тоже цените историю. Интересно, что именно вы ищете в этом... предмете с востока?

Элени медленно опустила веер, который держала в руках, и повернулась к Саилу, встретив его взгляд.

– Ценность, сэр, не всегда измеряется в евро, – ответила она, заставляя зал замолкнуть и всё своё внимание направить на неё. – Иногда она скрывается в истории, в тайнах, которые связывают нас с предками. Вы ведь знаете, что этот кинжал имеет особую связь с вашим родом, не так ли? Не только с османскими правителями, но и с теми, кто когда-то правил в далёкой Бактрии.

Она позволила себе едва заметный намёк на улыбку, намекая на афганское прошлое, о котором ей стало известно. Элени видела, как его глаза сузились. Она попала в точку.

– Как ранее уже сказали: в его рукояти зашифрован символ, ведущий к древней реликвии, – добавила девушка, словно невзначай. – Реликвии, которая могла бы вернуть вашему роду утраченное могущество, где бы вы не находились... и откуда бы ни происходили ваши предки.

– Семьдесят тысяч, – произнёс Саил, игнорируя её слова, но его тон стал ещё более напряжённым. – И я не думаю, что вас, мадам, интересуют семейные реликвии. Вас, я полагаю, интересуют лишь возможности, которые они предоставляют.

Элени позволила себе ещё один, едва уловимый жест -  она слегка коснулась украшений на шее, затем своих ушей. Это был её сигнал. Целью девушки было не столько завладеть кинжалом, сколько увидеть, насколько сильно он нужен Саилу, и понять, что именно он считает «возможностями», связанными с его афганским наследием.

– Сто тысяч, – произнесла она неожиданной твёрдостью. Элени посмотрела прямо в глаза Саилу. Конечно, сквозь маску разглядеть он ничего не смог бы, но её взгляд, полный вызова, она запомнит надолго.

По залу произнёсся удивлённый шёпот. Сто тысяч евро – это был резкий скачок, намного превышающий предыдущие ставки. Саил застыл, его глаза расширились от неожиданности. Он явно не ожидал такого поворота. Его охранники напряглись ещё больше, их взгляды метались между Элени и Саилом. Алессандро же, напротив, едва заметно кивнул девушке, довольный тем, как развивается ситуация.

Саил медленно опустил руку, его губы слегка приоткрылись. Он явно был сбит с толку. Ставка этой девушки не только перебивала его, но и явно намекала на то, что она знает о его прошлом и его интересах. Это было опасно.

– Сто тысяч? – переспросил он, разворачиваясь к девушке. – Вы уверены, что хотите за него столько заплатить, мадам?

Элени слегка наклонила голову, её улыбка стала ещё более загадочной.

– Я уверена, сэр, – ответила она. – Иногда, чтобы узнать истинную цену вещи, нужно просто быть готовой заплатить её. А вы... вы ведь тоже ищете что-то, не так ли? Что-то, что имеет цену, не выраженную в деньгах.

Саил, придя в себя, попытался вернуть себе контроль. Он знал, что не может позволить этой женщине, кем бы она ни была, выбить его из колеи.

– Я не знаю, о чём вы говорите, – произнёс он, его голос снова приобрёл прежнюю твёрдость, но в нём чувствовалась нотка нервозности, – но я не собираюсь уступать кинжал из-за прихоти. Сто двадцать тысяч.

Он сделал свою ставку, явно пытаясь показать, что его интерес не связан с её знаниями. Но Элени видела, что она добилась своего – Саил в игре, и он в игре более глубокой, чем она предполагала.

Девушка не стала перебивать его сразу. Вместо этого она сделала паузу, словно обдумывая. Она знала, что её цель – не купить кинжал, а вынудить Саила раскрыться.

– Сто двадцать тысяч, – повторила она, кивая аукционисту. – Прекрасно. Я уверена, что мы оба понимаем истинную ценность этого предмета. – Она привстала со стула и, прикрыв веером нижнюю часть лица, где располагались губы, смотря на Саила, произнесла: – Триста тысяч.

Саил, несмотря на явное желание получить кинжал, был ошеломлён. Он посмотрел на Элени, затем на своего «коллекционера», который едва заметно качал головой. Он понимал, что его не только перебили, но и поставили в неловкое положение. Продолжать было излишне рискованно.

– Триста тысяч евро! Есть ли кто-то , кто готов предложить больше? – с триумфом вскрикнул аукционист, не оправившись от шока.

Элени заметила поражение Саила. Нет, это не была её победа. До победы ещё очень далеко. Но девушка явно гордилась собой. Ещё недавно она тряслась от страха при виде оружия, а сегодня здесь, стоит в роскошном особняке на одном из важнейших аукционов и покупает вещь наперекор Саилу Хайдари, которому всем своим появлением она перекрыла дорогу. Элени не просто воин, она подобна цветку олеандра: кто посмеет прикоснуться к ней – она обожжёт кожу. И она уже начала с виновников смерти её матери.

– Триста тысяч раз, – повторял аукционист. –Триста тысяч два. – Молчание зала. –Триста тысяч раз и навсегда! – объявил он, ударяя молотком. – Кинжал теней продан мадам Габриэле Хадзис!

Элени, с лёгкой улыбкой, прошла вперёд. Она получила кинжал. Его рукоять оказалась приятной на ощупь, а символ – действительно интригующим. Девушка взяла его, и в этот момент её взгляд встретился с взглядом Саила. В его глазах читался гнев, удивление и решимость. Она знала, что эта игра только начинается, и что Саил не оставит это просто так.

Элени, забрав кинжал, направилась к выходу. Алессандро, удовлетворившись работой девушки, покинул мероприятие. Она помнила ещё о чём-то – записка! Но возвращаться сейчас к этому мужчине будет огромной ошибкой. Значит, нужно найти другой способ, чтобы договориться о встрече. Едва она переступила порог зала, как услышала за спиной крик.

– Стой! – Это был Саил. Он вырвался из-под контроля своих охранников и бросился за ней. Его глаза горели неистовым огнём. – Кто ты такая?! Откуда ты знаешь о Бактрии?

Его охранники, опомнившись, попытались его остановить, но он лишь отталкивал их. Гнев его был настолько силён, что он потерял всякое самообладание. Но прежде чем последовать за Элени, он резко остановился. Его взгляд упал на записку. Словно ведомый неведомой силой, он нагнулся и поднял её.

«Ищи не оружие, а того, кто украл его у тебя. Встретимся там, где начинается истинная история. P.S. Двадцать три ноль-ноль. Доки Пирея».

Саил сжал записку в кулаке. Его взгляд, полный ярости, был направлен в сторону удаляющейся Элени. Что это за женщина? И почему она заставляет его переживать? Он знал, что это было не приглашение, а вызов. В своей голове он уже был к нему готов.

Элени, всё ещё сохраняя хладнокровие, ускорила шаг. Она знала, что Саил бросится за ней. Это было частью плана. Она выбежала из особняка, где её уже ждал автомобиль. Пригнув внутрь, она дала знак водителю. Машина рванула с места, оставляя позади ошеломлённого и разъярённого мужчину, который стоял на дороге, наблюдая, как ускользает не только кинжал, но и тайна, которую он так старательно хранил.

Девушка, уезжая, оглянулась. Она видела, как Саил с запиской в руке отдавал приказы своим людям. Она добилась своего – привлекла его внимание, получила кинжал и, самое главное, заставила его раскрыть свою страсть к прошлому и его секретам. Теперь предстояло понять, куда ведёт этот путь, и как этот кинжал поможет ей в её главной миссии. А записка, оставленная ею, теперь играла свою роль, подстёгивая Саила к следующему шагу.