Глава 8

После ухода Джейкоба я еще долго не могла прийти в себя. Мои губы всё еще горели от его поцелуя, а в голове царил полнейший хаос. Слишком много событий для одного дня. Я смотрела на дверь, за которой скрылся Джей, и в груди сжимался тугой узел страха. Что теперь? Мы сделаем вид, что ничего не произошло, или этот поцелуй изменил всё окончательно?

Худшим из опасений была мысль о Тайлере. Джейкоб вылетел из кабинета разъярённым, мои слова об «отвлечении» больно ударили по его самолюбию. Кто даст гарантию, что на пике злости он не расскажет брату всё? Я не смогу даже оправдаться, ведь я сама потянулась к нему, а он... он просто не стал сопротивляться.

Закончив уборку, я на ватных ногах вышла из школы. Погода за эти часы резко испортилась: утреннее тепло сменилось пронизывающим, холодным ветром. Я оглядела парковку в поисках знакомых машин, но ни Тайлера, ни Джейкоба, ни Алекса не было. Даже Стейси уже уехала. Я набрала её номер — она ответила быстро, сказав, что ей пришлось уехать пораньше, но голосом она звучала как-то странно.

Попрощавшись с ней, я уже собиралась вызвать такси, как за спиной раздался знакомый голос.

— Рид? — я обернулась. Он шел ко мне с той самой вежливой, на которую способен только он

— Непривычно видеть тебя в одиночестве, Кристи. Где все твои «рыцари»?

— Не смешно, Рид, — я скрестила руки на груди, пытаясь защититься от ветра.

— А я и не шучу. На самом деле, я видел, как они уезжали. Не ожидал, что тебя оставят одну разгребать последствия.

— В смысле видел? Когда?

— Ну, сама понимаешь... после того, как ты сбежала прямо посреди игры, Тайлер и Джейкоб немного... — он замялся, словно взвешивая, стоит ли продолжать, и это промедление напугало меня больше всего.

— Говори, Рид, — строго потребовала я.

— Ну, если вкратце, они сцепились. Прямо там, в зале. До полноценной драки не дошло только потому, что их растащили, но кулаками друг перед другом они махали знатно. Думаю, если бы не лишние глаза, они бы просто убили друг друга. Джейкоб ушел почти сразу после этого.

Я сглотнула. Джейкоб ушел после драки с моим братом, а потом пришел ко мне... и я ударила его своими словами еще сильнее.

— А Тайлер? Когда он уехал?

— О, он уехал со Стейси.Я замерла.

— Что? Но я только что говорила с ней, она ничего про это мне не  сказала.

— Стейси ушла еще до всех этих «приключений» и сидела вон на той лавке, — Рид указал на скамейку, где сейчас шептались какие-то девчонки. — Потом вышел Тайлер, сразу направился к ней. Они о чем-то говорили... точнее, Тайлер говорил на повышенных тонах, а Стейси молчала. А потом он буквально запихнул её в машину и они сорвались с места. Выглядело это так, будто он увёз её силой.

У меня внутри всё похолодело. Тайлер и Стейси? Почему она мне соврала? Не дослушав Рида, я снова набрала её — длинные гудки, тишина. Набрала Тайлера — сброс. Я хотела позвонить Джею, но тут же одернула руку. Это сейчас была самая плохая идея в мире.

— А Алекс? Ты не видел его? — я лихорадочно вбивала его имя в поиске.

— Видел. Он уехал с какой-то девушкой, лица не разглядел. Послушай, Крис, — Рид подошел ближе и коснулся моей руки, — давай я тебя подвезу. Тебе всё равно придется вечность ждать такси на этом ветру.

Я посмотрела на него с подозрением. Рид был из очень влиятельной и богатой семьи, у него всегда был водитель, и я вообще не помнила, чтобы он сам садился за руль.

— Поехали, — он открыл передо мной дверь припаркованного рядом автомобиля. — Обещаю, приставать не буду. Если честно, я сам немного побаиваюсь твоего Джея, так что я на твоей стороне.

Я не видела смысла спорить. Сев в салон, я пристегнулась, как он и просил. Машина была роскошной, пахла дорогой кожей и каким-то терпким парфюмом.

— Красивая машина. Не знала, что ты водишь.

— Как бы мне ни было жаль, но она не моя, — усмехнулся он, выезжая с парковки.

— Ты что, угнал её? — я округлила глаза, прикрыв рот рукой.

— Боже, Крис, какой ты меня видишь в своей голове? Серьезно думаешь, что я автоугонщик? — он рассмеялся. Вообще-то он был прав: для парня из его семьи воровство — это что-то из разряда фантастики. — Это машина Вильяма, моего старшего брата. Он приехал вчера, и я просто выпросил ключи. Ты бы знала, как он трясется над своей «малышкой». Тайлер такой же, да?

— О, это мне знакомо, — я слабо улыбнулась, вспоминая брата. — Тайлер устраивает истерику, если я закрою дверь его машины на один децибел громче, чем положено. А если я забуду отряхнуть обувь перед тем, как сесть...

— Веская причина устроить взбучку! Вильям как-то раз чуть шею мне не свернул за захлопнутую дверь. Интересно, буду ли я таким же, когда обзаведусь своей?

Дальше мы ехали в тишине. Но тишина не была спокойной. Мои мысли метались между Тайлером и Стейси. Зачем он её увез? О чем они говорили? И почему Стейси скрыла это от меня? Я изо всех сил старалась не думать о Джейкобе, но «бабочки» в животе, вызванные воспоминанием о его руках на моих бедрах, предательски напоминали о себе. Мой первый поцелуй... Какая ирония, что им стал Джейкоб Блейк, а не Алекс, как я представляла все эти годы. У судьбы явно было чувство юмора, причем довольно черное.

Я заметила, как Рид то и дело бросает на меня косые взгляды. Он явно мялся, подбирая слова.

— Кристи, я хочу кое-что спросить... но немного боюсь твоей реакции.

— Я заметила. Говори уже.

— Ты точно не выкинешь меня из салона на ходу?

— Не обещаю.

— Ладно... это правда? То, что Тайлер и Джейкоб подрались из-за тебя? — он выпалил это быстро, не сводя глаз с дороги. — Просто по всей школе уже пополз слух, что Тайлер узнал о твоем романе с Джеем и пришел в ярость. А то, как они вели себя сегодня на игре, только подтверждает эти сплетни.

Меня будто током ударило.

— Какого черта! — вырвалось у меня. — Откуда люди вообще могли это взять? Кто проговорился?

Алекс ничего не знал. Знали только мы с Джеем. И Тайлер... неужели он сам начал об этом кричать?

— Раз ты не отрицаешь, значит, это правда? — Рид прищурился, пытаясь понять что происходит.

— НЕТ! — выкрикнула я слишком громко, и мой голос предательски дрогнул. — То есть, конечно же, нет! Что за бред? Я и Джейкоб? Ты шутишь? Между нами ничего нет, мы просто друзья детства. Как люди вообще могли додуматься до такого?!

Я понимала, что звучу совершенно неубедительно. Моё лицо пылало, а руки дрожали. И Рид, судя по его торжествующему молчанию, это прекрасно заметил.

— А то, что сегодня было? — не унимался Рид, осторожно выруливая на главную дорогу. — Тайлер был сам не свой. Он ведь всегда за тебя горой, пылинки сдувает, а сегодня... Сам сбил тебя с ног и даже не подошел помочь. Это не просто злость, Кристи. Это что-то личное.

— Еще одно слово, и ты реально вылетишь из салона, — я отвернулась к окну, чувствуя, как к горлу снова подкатывает ком. — Это всё просто нелепое недоразумение. Между Джеем и Тайлером есть напряжение, да, но я тут ни при чем. А с братом мы поругались из-за... семейных дел. И вообще, почему я перед тобой отчитываюсь?

— Воу, ладно, чемпион, сдаюсь, — Рид примирительно поднял одну руку. — Я просто хотел узнать, насколько правдивы слухи. Спрашивать напрямую у Джея или Тайлера — всё равно что ходить с завязанными глазами по натянутому тросу. Ты — самый безопасный вариант.

— Передай всем, что слухи — это бред. Между нами с Джейкобом ничего нет, ясно? — я постаралась, чтобы мой голос звучал максимально твердо и убедительно, хотя внутри всё дрожало.

— Ладно, ладно. Я тебе верю, честно... Ой, прошу прощения, — Рид хотел добавить что-то еще, но, к счастью для меня, у него зазвонил телефон.

— Если ты звонишь спросить, где твоя «малышка», то не волнуйся, она в целости и сохранности, — ответил он сразу, как только нажал на кнопку принятия вызова. — Буду дома через полтора часа, может, чуть позже. Верну тебе машину в том же виде, в котором взял.

Я наблюдала за Ридом. Его игривое, легкое выражение лица вдруг сменилось маской серьезности. Он нахмурился, и в его голосе прорезалась настоящая тревога.— Черт... как она сейчас? Я проверял её вчера вечером, с ней всё было в порядке. Она твердо стояла на ногах. Ладно, я скоро буду. Постараюсь доехать максимально быстро. Я мигом...

От прежней веселости Рида не осталось и следа. Он выглядел по-настоящему расстроенным и встревоженным. Мне стало не по себе.

— Всё в порядке? — тихо спросила я.

— Да... нет... то есть, Холли заболела. Она и так была не очень, но не настолько же! — он нервно сжал руль. — Я проверял её вчера, она выглядела здоровой. Но Вильям сказал, что она упала без сил. Врач уже в пути, мне нужно быть там.

— О, мне очень жаль... — я почувствовала укол сочувствия. — Холли, должно быть, очень тебе дорога. Твоя сестра?

Я понятия не имела, кто такая Холли. О семье Рида знали все из-за их баснословного богатства, но о сестре я никогда не слышала. Я знала только, что у него есть старший брат, Вильям, но никогда его не видела.

Рид на секунду замер, а потом грустно усмехнулся:

— Нет, она не человек...

— Что?

— Холли — это лошадь. У нас своя конюшня. Её подарили мне еще жеребенком, мы росли вместе. И теперь ей совсем плохо...

— Конюшня? Лошадь... самая настоящая? — я на мгновение забыла о своих проблемах. — Господи, это же прекрасно! То есть, то, что она больна — это ужасно, но лошади... Если ты не против, я бы хотела поехать с тобой.

— Я только за, — кивнул Рид, сворачивая на боковую аллею. — Так даже лучше. Мне не придется бросать тебя одну, и ты немного отвлечешься.

Я кивнула. Идея увидеть лошадей и помочь Риду казалась спасительным кругом. Мне не хотелось ехать домой, где стены давили бы воспоминаниями, не хотелось видеть Тайлера, который вел себя как чужой человек, и Стейси, которая явно что-то скрывала.

Я достала телефон. Ни одного сообщения. Ни от брата, ни от подруги, ни от... него. Я с горечью выключила звук, а потом и вовсе полностью отключила телефон. Не хочу ждать весточек от людей, которые так легко от меня отвернулись.

Через двадцать минут мы въехали в массивные кованые ворота изящного особняка.

— Ого... — я не удержалась и высунулась из окна. — Ты разве был настолько богатым?

— Мой дед и отец работали всю жизнь, чтобы построить это, — спокойно ответил Рид. — Теперь мы с Вильямом учимся, чтобы соответствовать их планке.

Он припарковался перед огромным зданием, которое больше напоминало замок, чем дом.

— Пойдём, — сказал он, выходя из машины.

— Э-э, я, пожалуй, подожду здесь, в машине посижу... — я вдруг почувствовала себя очень маленькой и неуместной на фоне этого величия.

— Ты шутишь? Выходи давай. Я же вижу по твоим глазам, как тебе любопытно посмотреть, что внутри.

— Блин, настолько заметно? — я замялась, выходя на дорожку. — Чего таить, я просто сгораю от желания осмотреть здесь каждый уголок.

Рид рассмеялся и жестом пригласил меня войти первой. Как только я переступила порог, я ощутила всю мощь этого дома. Здесь всё буквально кричало о роскоши. Семья Рида была официально самой богатой из всех, кого я знала — даже богаче Блейков. Всё блестело, потолки уходили в бесконечность. У меня не хватало слов, чтобы описать этот восторг.

— Нравится? — спросил Рид, вешая ключи на золоченый крючок.

— Очень... — выдохнула я, оглядываясь.

— Чувствуй себя как дома. Походи, посмотри, а я пока быстро переоденусь для конюшни, — он улыбнулся и взбежал по широкой лестнице на второй этаж.

Я начала свой осмотр. На первом этаже стоял стол на двенадцать персон перед гигантским панорамным окном с видом на безупречный сад. Но моё любопытство сменилось легким холодком, когда я заметила в холле нескольких мужчин в строгих черных костюмах. Охранники. У одного из них под пиджаком я отчетливо увидела кобуру пистолета.

В школе поговаривали, что бизнес семьи Рида не совсем чист, и наличие вооруженной охраны в собственном доме только подтверждало эти слухи.

Я прошла дальше и заглянула на кухню, где человек пять женщин в белых фартуках носились из стороны в сторону, подготавливая какой-то невероятный ужин. Настоящая королевская свита. Не желая мешать, я тихо попятилась назад и начала подниматься на второй этаж.

Перила лестницы были настолько чистыми, что я видела в них свое отражение. На стенах висели фотографии в тяжелых рамах. На одной из них я сразу узнала Рида — маленького мальчика с футбольным мячом, улыбающегося во все свои два передних зуба. Даже в детстве он был одет в какие-то невероятно дорогие бренды.

Рядом с ним на фото стоял другой мальчик, постарше лет на пять. Он тоже улыбался в камеру, но его взгляд был совсем другим — более холодным, сдержанным.

— Должно быть, это Вильям... — прошептала я, вглядываясь в черты лица старшего брата Рида.

Я еще не знала, что человек с этой фотографии скоро станет моим самым страшным кошмаром.

Следом за детским снимком шла другая фотография: повзрослевший Рид и его брат на какой-то официальной церемонии. На них были смокинги, всё выглядело торжественно и дорого. Но мое внимание привлекла последняя фотография — семейный портрет.

Дедушка Рида, истинный глава клана, сидел в массивном кресле, которое больше напоминало трон. Рядом, в таком же «троне», расположился отец. Я нечасто видела их родителей, но теперь поняла: Рид, стоящий позади отца, был его точной копией. Те же мягкие черты лица, та же открытая улыбка. А вот Вильям...

Вильям стоял рядом, возвышаясь над братом, и, кроме цвета глаз, у них не было ничего общего. Он пошел в деда. Те же резкие, рубленые черты лица, прямой нос и вечно хмурые, тяжелые брови. Взгляд — холодный и пронзительный. Настоящий вылитый дедушка. Я слышала о старике немного, но то, что долетало до моих ушей, не предвещало ничего доброго. Стейси как-то шепнула мне по секрету, что подслушала разговор родителей: дед был невероятно суров к сыну, требовал невозможного и никогда не считался с чужими желаниями. Для него существовали только два бога: власть и деньги. Глядя на Вильяма, я кожей чувствовала — яблоко от яблони упало совсем рядом.

И, наконец, единственная женщина в этом мужском царстве — миссис Линда. Мать Рида и Вильяма. Несмотря на возраст, она выглядела потрясающе. Каждый раз, когда я видела её на приемах или в журналах, у меня подкашивались колени. Казалось, она знает секрет вечной молодости. Золотые кудри рассыпались по плечам, а алая помада и идеально подобранный в тон лак на ногтях ярко выделялись на фоне её безупречного белого платья. Миссис Линда была не просто женой богатого человека, она была иконой. Её бизнес-империя «L'ESSENCE DE LINDA» гремела на всю страну. Я восхищаюсь ею. Обладая талантом к рисованию и неисчерпаемой фантазией, я часто мечтала, что когда-нибудь что она увидит мои эскизы и я смогу поработать под её началом. Хотя бы в одном здании.

Любопытство погнало меня дальше. Я заметила, что лестница ведет еще выше, на третий этаж. «Чердак?» — пронеслось в голове. Но вместо пыльных коробок я обнаружила там единственную комнату. Дверь была приоткрыта, и я, ведомая каким-то странным импульсом, шагнула внутрь.

Это была мужская спальня. Темно-серые простыни, тяжелые жалюзи вместо штор и густой, терпкий запах дорогого парфюма и кожи. Комната Тайлера пахла похоже, но здесь аромат был более хищным, властным. Я подошла к окну. Вид отсюда был захватывающий — всё поместье как на ладони. Я глубоко вздохнула, собираясь уходить, как вдруг мой взгляд упал на рамку, стоявшую на массивном рабочем столе.

На фото был Вильям. Тот самый взгляд, та же самоуверенная поза. «Какой самовлюбленный... Кто ставит собственное фото в рамку в своей же спальне?» — подумала я, беря снимок в руки.

— Вау... прошу, скажи, что ты не очередная подружка моего брата? — раздался за спиной низкий, бархатистый голос.

Я вскрикнула и едва не выронила рамку, резко оборачиваясь. Он стоял всего в двух шагах от меня. Вильям собственной персоной. Он бесцеремонно рассматривал меня с ног до головы, и в его глазах читался нескрываемый интерес, смешанный с насмешкой. Я же чувствовала себя полной идиоткой: растрепанная после физкультуры, в коротких шортах и майке, я стояла посреди его личного пространства. Вблизи он казался еще крупнее. Кроме телосложения и цвета глаз, у них с Ридом действительно не было ничего общего.

— Что? — выдавила я, пока он продолжал изучать меня, ожидая ответа. Я даже забыла, что именно он спросил.Вильям лишь усмехнулся и сделал шаг ко мне, сокращая дистанцию.

— Ты девушка Рида? — повторил он, склонив голову.

— Нет, — коротко отрезала я.

— Просто подруга?

— Да. Мы учимся вместе.

— Вот гаденыш... — Вильям хмыкнул. — А когда я спрашивал его, есть ли в его школе настоящие красотки, он сказал, что нет.

Я нахмурилась, не понимая, к чему он клонит. А он продолжал, его голос становился всё более вкрадчивым:

— У тебя есть парень?

— Нет.

— Муж? — он спросил это с каким-то странным отстранением, будто это имело значение.

— Нет же! — я попыталась отступить, но Вильям мгновенно оказался рядом. Его руки железной хваткой легли мне на талию, притягивая к себе.

— Парень, который тебе нравится? — его лицо было слишком близко. — Или, может, интрижка с каким-нибудь «папиком»?

— Нет, нет и еще раз нет! К чему эти вопросы? Отпусти меня! — я начала закипать от ярости.

— Прекрасно, — выдохнул он. Он был намного выше даже Рида, и мне приходилось сильно задирать голову, чтобы видеть его лицо. — Раз уж ты сама забрела в мою комнату, может, немного поразвлечемся?

Я сделала очередной шаг назад, пока не почувствовала спиной край его огромной постели. В ту же секунду руки Вильяма скользнули ниже и бесцеремонно сжали мои ягодицы.

Шок прошел мгновенно, сменившись ледяной яростью. Руки сработали автоматически. Я с силой оттолкнула его и наотмашь влепила звонкую пощечину. Звук удара эхом разнесся по комнате.

— Да что ты себе позволяешь?! — я вся дрожала от гнева. Такого унижения я не испытывала никогда. Никто и никогда не смел так обращаться с моим телом. Даже Джейкоб... но с ним всё было по-другому, я сама этого хотела. А здесь...

— Воу, тише, детка. Чего ты так разгорячилась? — Вильям коснулся горящей щеки, медленно потирая её. На его губах заиграла опасная, предвкушающая улыбка. — Кажется, нам с тобой будет очень весело.

— Что ты несешь, больной ублюдок?! — я едва не задыхалась от возмущения. — Размечтался, придурок! Не смей называть меня так! Идиот!

Я топнула ногой, готовая взорваться. Но Вильям лишь громко расхохотался. Покачав головой, он спокойной походкой вышел из комнаты.

— Как скажешь, детка, — долетел его голос уже с лестницы.

Я стояла одна в этой душной комнате, чувствуя себя оскверненной. Как можно быть таким... распутным? Таким невосполненным? Для него облапать незнакомую девушку было так же просто, как выпить стакан воды. Черт бы его побрал!

Не желая больше оставаться здесь ни секунды, я почти бегом спустилась вниз. В холле я увидела братьев. Они о чем-то негромко переговаривались.

— А вот и ты. Кристи, знакомься, это мой брат... — начал было Рид, но Вильям бесцеремонно его перебил.

— Мы уже познакомились. Кристи, значит... — он произнес моё имя несколько раз подряд, словно пробуя его на вкус, смакуя каждую букву. — Красивое имя.

Рид удивленно вскинул брови, но быстро нашелся:

— А, ну тогда не будем терять времени. Поехали на конюшню.

«Блин, теперь мне придется провести остаток дня рядом с этим типом», — с тоской подумала я.

— Дамы вперед, — Вильям с издевательской учтивостью поклонился и открыл передо мной входную дверь. Я лишь фыркнула и прошла мимо, не глядя на него.

Когда мы шли к машине, Вильям, словно между прочим, бросил Риду:

— Да, я как раз собирался спускаться, пока не увидел, как кто-то крадется в мою комнату...

Он посмотрел на меня с нескрываемым торжеством. Наши взгляды с Ридом пересеклись, и я тут же почувствовала необходимость оправдаться:

— Я не кралась! Я просто осматривала дом. Если бы я знала, что это твоя комната, я бы туда и ногой не ступила! — резко бросила я, глядя Вильяму прямо в глаза.

Он лишь шире улыбнулся и открыл переднюю дверь машины со стороны пассажира.

— Как сказал Рид, ты едешь с нами. Так что садись вперед.

Рид замялся, явно чувствуя, как между нами искрит воздух, но промолчал. Я демонстративно нахмурилась, проигнорировала открытую Вильямом дверь и сама открыла заднюю. Усевшись на сиденье, я с такой силой хлопнула дверью, что машина содрогнулась. Я знала из рассказов Рида, как его брат ненавидит, когда так делают. Маленькая, мелочная месть, но она принесла мне секундное удовлетворение.

Как только я села, он громко рассмеялся, обошел машину и открыл дверь с водительской стороны

— Ты мог бы придержать дверь для меня —проворчал Рид открывая дверь

— Для этого у тебя есть руки — сказалВильям.

Он поправил зеркало так, что я увидела в нём своё отражение, затем улыбнулся мне и завёл двигатель. Я не обратила на него внимания и продолжала сидеть с недовольным лицом. Для меня его поведение было неуместным. Вёл он себя исключительно как богатый бабник, каким он скорее всего и был.

— Я чувствую тут ужасное напряжение. Что-то произошло между вами? — спросил Рид, спустя десять минут тихой езды.

Наши взгляды пересеклись с Вильямом через переднее зеркало, я отвернулась, закатив глаза, а Вильям сказал

— Да вроде бы ничего такого. Может быть, я был немного настойчивым в знакомстве...

—Немного? — вмешалась я перебив его

—Ну может быть чуть- чуть — сказал он, смеясь и продолжил — Кристи, может расскажешь о себе?

— Нет, конечно, почему я должна рассказывать о себе какому- то незнакомцу?

— Ну так я и предлагаю познакомиться

— Нет спасибо

— Вредина.

Я не стала отвечать на его комментарий и продолжила тихо сидеть. Рид что- то говорил какое-то время, но потом затих. В какой-то момент Вильяму позвонили, говорил он недолго, затем отключился. И спустя примерно двадцать минут, мы уже прибыли на место назначения.

Рид поспешил выйти и прям побежал в каком-то направлении. Я же вышла после него, а потом Вильям, после того как припарковал свою машину.

Я не знала куда идти, так как Рид исчез с поля моего зрения, поэтому мне ничего не оставалось кроме как дождаться Вильяма.

— Иди за мной красотка — сказал он, вальяжно проходя мимо — И не закатывай свои глаза

— Слушаюсь повелитель — съязвила я, но последовала за ним

Я оглядывалась вокруг и восхищалась красотой, которая окружала меня.Несмотря на то, что, мы в конюшне, тут было настолько чисто, насколько это возможно. Вокруг были слышны одни фырканья и топот. Мне было так любопытно посмотреть на каждого из них и изучить.

Чёткого воспоминания у меня, конечно,нет, но я отрывками помню, как меня папа катал на лошадях. Я тогда была совсем крохотной, точно не помню, но порой вспоминаю кое-какие детали как сон. А то, как папа посадил меня на маленького пони— я буду помнить всю жизнь.

— Смотрю, тебе и правда здесь нравится, — внезапно сказал Вильям. Он остановился так резко, что я чуть не врезалась в его спину.

— Очень нравится, — ответила я, улыбаясь впервые за этот бесконечный день. В этот момент я чувствовала себя ребенком, попавшим в сказку.

Вильям обернулся, его взгляд смягчился на мгновение, но тут же упал на мою руку. Точнее, на багровый синяк на предплечье, который оставил Тайлер, когда затаскивал меня в машину. Вильям среагировал мгновенно: он перехватил мою руку, его пальцы сжались на коже чуть выше повреждения. Он нахмурился, и в его глазах полыхнуло что-то опасное.

— Что это за чертовщина? Кто это сделал?

Я дернулась, пытаясь высвободиться.

— Это... неважно. Просто несчастный случай.

В этот момент мое внимание отвлек конюх, выводивший из стойла на поле одну из лошадей. Это был великолепный вороной жеребец, чья шерсть отливала металлом в тусклом свете ламп. Не удержавшись от порыва, я сорвалась с места и побежала в их сторону, желая коснуться этой живой мощи. Но не успела я сделать и десяти шагов, как Вильям рывком оттянул меня назад, почти развернув к себе.

— Ты что творишь? — я возмущенно вскинулась, глядя на него снизу вверх.

— Это я должен спросить! — рявкнул он. — Ты разве не знаешь элементарных правил? К лошади нельзя подбегать сзади, тем более с криками. Она тебе лицо копытами разукрасит в один миг. Аполлон не выносит незнакомцев.

— Аполлон? — я перевела дыхание, стараясь унять дрожь в коленях. — Дай угадаю, ты сам его так назвал?

Вильям иронично приподнял бровь.

— Из всего, что я сказал об опасности для твоей жизни, ты запомнила только имя?

— Почему Аполлон? — я упрямо сменила тему, хотя в глубине души понимала, что он прав. Этот огромный зверь мог раздавить меня, если бы не быстрая реакция Вильяма. — Насколько я знаю, Аполлон — бог света и солнца. Но этот конь черный как ночь. От него исходит какая-то мрачная, тяжелая энергия. Прямо как от тебя.

Вильям ничего не ответил, лишь едва заметно качнул головой. Он подошел к конюху, коротко бросил ему пару фраз, на что тот кивнул и быстро удалился.

— Привет, дружище. Скучал? — Вильям подошел к жеребцу, и я увидела, как его голос изменился — стал мягким, почти нежным.

Я отошла немного вбок, чтобы лучше видеть их обоих.

— Эй, ну ты чего? Обиделся, что я вчера приехал, но не зашел к тебе первым делом?

— Ты так с ним разговариваешь, будто он тебе ответит, — буркнула я, всё еще чувствуя обиду за его грубость в комнате.

— Эх, Кристи, Кристи... — Вильям вздохнул, не оборачиваясь. — А еще говоришь, что любишь лошадей. Ты в них совсем не разбираешься. Да, он не ответит словами, но он чувствует, слышит и каждым своим движением показывает то, что хочет сказать. Животные честнее людей.

— Я сказала, что они мне нравятся, а не то, что я эксперт, — парировала я.

Набравшись храбрости, я сделала пару шагов к ним и тоже потянула руку, надеясь коснуться шелковистой гривы. Но Аполлон отреагировал слишком резко. Он издал громкое, пугающее ржание, встал на дыбы, едва не задев Вильяма, и рванул вглубь территории. Я инстинктивно отпрянула, сердце ушло в пятки.

— Черт! — выругался Вильям и бросился вслед за своим конем.

Жеребец будто с катушек слетел — он носился кругами по загону, не подпуская к себе хозяина. Я стояла, оцепенев от ужаса. Вина захлестнула меня: это из-за моей неосторожности всё пошло прахом. Я винила себя за то, что потянулась к нему, за то, что вообще напросилась в эту поездку.

Я огляделась, пытаясь найти Рида, но конюшня была огромной, разделенной на множество зон, и мой спутник словно растворился в этом пространстве. Вильям всё еще пытался успокоить коня, но Аполлон продолжал метаться, пугая остальных лошадей.

— Помогите! Кто-нибудь! — закричала я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.

На мой крик прибежал тот самый конюх, который выводил Аполлона.

— Помогите Вильяму! Там конь... он сошел с ума! Что-то не так, сделайте что-нибудь! — я задыхалась от паники, даже не заметив, что плачу, пока мужчина не протянул мне чистый платок.

— Вытрите слезы, мисс. Не стоит так убиваться. Аполлон просто дикий. Немного... не такой, как остальные. Вильям справится.

— Как он справится? Вы посмотрите на них! — я указала в сторону поля, но там было пусто. — Где они? Куда они делись? Неужели конь перемахнул через ограждение?

— Не стоит беспокоиться, — спокойно ответил конюх. — С Аполлоном может совладать только Вильям. Не просто так он выбрал именно его. Этот конь — его отражение.

— Но они... куда они ушли?

— Слушай...

— Кристи. Меня зовут Кристи, — я всхлипнула, вытирая лицо платком. Чувство вины грызло меня изнутри.

— Послушай, Кристи, — мужчина положил руки мне на плечи, заставляя встретиться с ним взглядом. Он тепло улыбнулся. — Меня зовут Джереми. Я служу этой семье уже тридцать пять лет. Я знаю этих мальчиков с пелёнок. И я с уверенностью могу сказать: Вильям справится. Аполлон слушается только его. Он дикий для чужаков, да. Для него вы пока враг, нарушивший границы. Но когда вы начнете приходить сюда чаще, вы поймете, какой он на самом деле. Эти мальчики, Вильям и Рид... они рождены, чтобы быть в седле.

Джереми говорил так спокойно и уверенно, что буря внутри меня начала утихать. Его доброта была тем самым лекарством, в котором я нуждалась после грубости брата и напора Вильяма.

— А вот и они, — сказал Джереми, кивая в сторону выхода к дальним полям.

Я обернулась на звук ритмичного стука копыт. Вильям уверенно скакал на Аполлоне. Конь выглядел совершенно спокойным, он шел ровно, послушно подчиняясь каждому движению всадника. На лице Вильяма играла торжествующая, почти хищная улыбка.

— Вот видишь, как я и говорил, — тихо произнес Джереми. — С этим зверем может справиться только он.

Я смотрела на них — на черного коня и его властного хозяина — и понимала, что эта сцена навсегда врежется в мою память. Вильям выглядел как настоящий король этих земель, и в этот момент я впервые почувствовала не только страх перед ним, но и странное, пугающее восхищение.

— О чем это вы шепчетесь? — спросил Вильям, когда заметил, что я с легкой улыбкой слушаю Джереми. Он спрыгнул с коня и подошел к нам, ведя Аполлона под уздцы. — Ты плакала? — его голос прозвучал неожиданно резко, он пристально вгляделся в моё лицо.

— Ваша девушка очень за Вас переживала, — добродушно отозвался Джереми, похлопав Вильяма по плечу. — Мне пришлось её успокаивать и убеждать, что с Вами всё будет в порядке.

— Что? Нет! — я вспыхнула до корней волос. — Я не его девушка! Я с Ридом вообще-то... — от смущения и нелепости ситуации я окончательно запуталась в словах, выдав фразу, которая прозвучала двусмысленно.

— Вы девушка Рида? — Вильям вскинул бровь, и в его взгляде промелькнула холодная искра.

— Нет! Я подруга. Мы учимся вместе, и вообще... где он? Я приехала, чтобы поддержать его, а не... — я замолчала, чувствуя, как щеки горят огнем. Не в силах больше выносить этот допрос, я развернулась и пошла прочь, куда глаза глядят.

Позади раздался низкий, бархатистый смех Вильяма. Он что-то бросил Джереми насчет Аполлона, а затем крикнул мне вслед:

— Не туда идешь, крошка! Иди за мной.

Я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза, но всё же остановилась и последовала за ним. Он шел впереди, засунув руки в карманы, с такой вальяжной и уверенной походкой, будто весь этот мир принадлежал ему одному. Впрочем, в пределах этого поместья так оно и было.

Он остановился перед входом в основную конюшню и коротким взглядом приказал мне ускориться. Я подошла ближе. Вильям снова осмотрел меня с ног до головы, и на этот раз в его глазах не было насмешки — только странная забота.

— Детка, тебе не холодно? Ветер на улице совсем ледяной.

На самом деле, я уже начала мелко дрожать. Вечерело, а я всё еще была в своих коротких спортивных шортах. Прохлада пробиралась под кожу.

— Может быть, совсем чуть-чуть, — упрямо ответила я, не желая признавать слабость.

Он вдруг протянул руку и коснулся моих пальцев, а затем — щеки. Его ладонь была горячей.

— Жди меня тут и не двигайся, — приказал он. Тон был такой, будто он инструктировал маленькую девочку, которой запретили выходить из песочницы.

— Как скажешь, «папочка», — съязвила я, сама не зная, что на меня нашло. Это вылетело прежде, чем я успела подумать.

Вильям замер. Он медленно обернулся, и его взгляд потемнел.

— Не говори так, — его голос стал непривычно низким. — Из твоих уст это звучит... слишком заманчиво. Это заводит, Кристи.

Я никогда в жизни не смущалась так сильно. Моё сердце пропустило удар. Я имела в виду его покровительственный тон, а он... Боже, как же пошло он всё повернул! Вильям развернулся и зашагал к своей машине, но на полпути остановился и бросил через плечо:

— Хотя... называй меня так. Мне чертовски понравилось.

Я готова была провалиться сквозь землю. Стыд обжигал не хуже мороза.

Через минуту Вильям вернулся, держа в руках объемную кожаную ветровку.

— Надень, — коротко бросил он, протягивая её мне.

Он в упор смотрел мне в глаза, но я упорно избегала зрительного контакта. Отказываться было глупо — я действительно замерзла. Я надела куртку, которая пахла им — тем самым терпким ароматом, и поспешила войти в конюшню. Вильям шел следом, тихо посвистывая.

Внутри было невероятно. Длинные ряды стойл тянулись в обе стороны. Лошади были такими огромными и грациозными, что я невольно почувствовала трепет.

— Не бойся, они не кусаются, — заметил он, заметив моё замешательство.

— Я и не боюсь вообще-то, — я скрестила руки на груди, утопая в его огромной куртке, и постаралась отойти от него подальше.

— Хотя, если честно, они могут прихватить, так что держись ближе ко мне.

— Правда? — я вспомнила какую-то историю о том, как лошадь серьезно травмировала человека. По ногам пробежали мурашки, и я невольно посмотрела на свои открытые колени. — У вас так много коней...

Вильям остановился у одного из денников и ласково погладил породистого скакуна по морде.

— Ты еще остальных не видела. Только в этом крыле двадцать четыре головы. Аполлон в другом секторе, там еще столько же. Мы разделили их по группам. Тут кобылы, дальше жеребцы, жеребята — за этой стеной, а пони чуть поодаль. Все разделены по породам: арабские, мустанги, клейдесдали, тинкеры, шайры... Впрочем, не думаю, что тебе эти названия о чем-то говорят.

— Для меня они все просто прекрасные лошадки, — я невольно улыбнулась. Вильям хотел что-то ответить, но нас прервал голос Рида. Мы подошли к нему — он стоял в самом конце прохода, поникший и бледный.

— Где вы были? — спросил Рид, поднимая на нас усталые глаза.

— Знакомил Кристи с Аполлоном, — ответил Вильям.

— С Аполлоном? — Рид удивленно посмотрел на меня. — И как он тебя встретил?

— Был настолько рад знакомству, что от счастья умчался в закат на бешеной скорости, — хохотнул Вильям.

— Оу, всё ясно, — Рид горько усмехнулся.

— Да ладно вам. Он просто не очень дружелюбный, это не моя вина, — я поспешила перевести тему, потому что атмосфера снова начала накаляться. — Лучше скажи, Рид, как там твоя Холли?

Я посмотрела за его спину и, наконец, увидела её. Холли. Темно-коричневая кобыла с потрясающе мягкой, длинной гривой лежала на соломе, подожав под себя ноги. Она выглядела изможденной. Даже лежа было видно, насколько она похудела по сравнению с другими лошадьми. Её бока тяжело вздымались.

Я инстинктивно шагнула к ней, протянув руку, но в последний момент страх перед диким Аполлоном взял верх. Я резко отдернула руку и сделала три шага назад, буквально врезавшись спиной в грудь Вильяма.

— Не бойся, — его голос прозвучал почти над самым ухом, теплым шепотом, от которого по телу снова разбежались мурашки. Он не отстранился, продолжая стоять вплотную. — Холли намного дружелюбнее Аполлона. Она не станет кричать или убегать. Да и у неё на это нет сил.

Я почувствовала, как его дыхание коснулось моей шеи, и на мгновение забыла, как дышать. Рид, казалось, ничего не заметил — он был слишком раздавлен.

— Она очень похудела, — прошептал Рид, лаская гриву лошади. Его глаза наполнились слезами, когда Холли тяжело вздохнула. — Почти не ест и совсем не двигается.

— Где гиппиатр? — резко спросил Вильям, его тон стал деловым. — Адам должен был быть здесь.

— Он ушел за пять минут до вашего прихода, — ответил Рид, шмыгнув носом. — Сказал, что сделал всё, что мог. Теперь остается только ждать. Нам нужно ухаживать за ней, пытаться кормить... Если она начнет есть и ходить, есть шанс, что она выкарабкается. Но она даже встать не может. Только поднимается — и тут же падает без сил.

Мне стало невыносимо жаль Рида. Я никогда не видела его таким отчаявшимся. Мне отчаянно хотелось его поддержать.

— Эй, Рид, не грусти, — я присела рядом с ним на корточки и очень медленно, осторожно коснулась головы Холли. — Вот увидишь, она поправится. Наступит день, когда она будет бегать быстрее Аполлона. Главное — не теряй надежду.

Я начала медленно гладить лошадь. Холли никак не реагировала, лишь изредка открывала затуманенные глаза и снова закрывала их.

— Надежда умирает последней, — тихо добавила я.

Рид слабо улыбнулся и кивнул.

— Ты права. Холли снова встанет на ноги, и мы с Вильямом продолжим наши скачки.

— И мы с Аполлоном снова выиграем, как и в последние три раза, — вставил Вильям, скрестив руки на груди.

Я заметила, что он держит в зубах соломинку, и это выглядело... чертовски привлекательно. Я поймала себя на том, что смотрю на его губы. Вильям тут же заметил мой взгляд и дерзко подмигнул. Я мгновенно отвернулась, надеясь, что в полумраке конюшни не видно моего румянца.

— Ты победил только потому, что Холли уже тогда начала слабеть, — возразил Рид, немного оживившись. — Ты же знаешь, сколько раз мы обходили вас раньше.

— Скачки? — я удивленно подняла глаза. — Вы участвуете в настоящих скачках?

— Порой бывает, — отозвался Рид. — Время от времени устраиваем заезды.

— Ого... Я и не знала, что у тебя такая яркая жизнь, Рид.

— Ага, ярче, чем сама радуга, — проворчал Рид, снова переводя взгляд на тяжело дышащую Холли. Его напускная веселость быстро угасла. — Ладно, не будем о грустном. Кристи, кстати, уже довольно поздно. Тайлер не станет устраивать шоу из-за того, что ты не дома?

— Кто такой Тайлер? — резко спросил Вильям, выпрямляясь. Его голос прозвучал как удар хлыста.

— Оу, а ведь ты прав... — я поднялась на ноги, отряхивая шорты. Тревога, которую я пыталась заглушить, вернулась с новой силой. — Время действительно позднее. Полагаю, мне пора домой.

— Странно, что он тебе еще не звонил, — заметил Рид, не глядя на брата.

— Вы меня слышите? Я спросил: кто такой Тайлер? — в голосе Вильяма зазвучали стальные нотки. Его игнорирование явно задевало.

— Даже если и звонил, мой телефон в отключке, — ответила я, игнорируя вопрос Вильяма.

— Села зарядка? — Рид поднял на меня взгляд.

— Нет, я сама его выключила. Не хотела, чтобы кто-то меня отвлекал.

— Я для вас какая-то шутка? — Вильям сделал шаг в наше кольцо, заставляя обратить на себя внимание.

— Господи, Вильям! Тайлер — это брат Кристи, — вставил Рид. — Он очень о ней заботится, буквально бережет как зеницу ока. Страшно представить, что он устроит, если пытался дозвониться ей сотню раз, а она была недоступна.

— А, так он твой брат, — Вильям заметно расслабился, и на его лицо вернулось прежнее самоуверенное выражение. — А родители что? Почему он так печется о тебе?

Конечно, Вильям ничего обо мне не знал. Моя история не была секретом, но и кричать о ней на каждом углу я не любила. Вопрос о родителях заставил меня на секунду замереть.

— Э-э, Вильям... — начал было Рид, пытаясь смягчить ситуацию, но я перебила его.

— У меня их нет. Я потеряла родителей еще в детстве. Кроме Тайлера у меня никого не осталось, поэтому он и «печется» обо мне так сильно. И ты прав, Рид, уже совсем стемнело. Мне нужно домой.

Наступила тишина. Вильям несколько секунд молча смотрел на меня, и в его глазах промелькнуло что-то похожее на понимание.

— О черт... я не знал, Кристи. Прости, — он подошел ближе и накрыл мою ладонь своей, слегка сжав её, будто пытаясь подбодрить. Это был единственный момент за весь день, когда он показался мне... человечным.

— Ничего. Ты же не знал.

— Всё-таки прости. Давай я тебя подвезу. Уже темно, ты не сможешь ехать одна в такое время.

— Меня мог бы подбросить Рид, — я попыталась возразить. Честно говоря, мне не хотелось, чтобы Вильям так стремительно врывался в мою жизнь. Мы вряд ли встретимся снова, и я не видела смысла в том, чтобы он знал мой домашний адрес.

— Прости, Кристи, но будет лучше, если тебя отвезет он, — Рид виновато улыбнулся, не поднимаясь с пола. — Я неважно себя чувствую из-за всей этой ситуации с Холли и хочу побыть с ней подольше.

— А... ну, если так, то ладно.

Я попрощалась с Ридом, еще раз ласково погладила Холли по голове и вышла вслед за Вильямом из конюшни.

— Уж на этот раз ты мне не откажешь, — он с победной улыбкой открыл переднюю дверь своего авто.

Я лишь слегка улыбнулась в ответ и села вперед — спорить больше не было сил. Он обошел машину, сел за руль и завел двигатель. Мощный рокот мотора заполнил тишину вечера.

— Так и где ты живешь?

Я вбила адрес в навигатор. Вильям посмотрел на экран и присвистнул:— Далековато же ты от меня.

Я не стала отвечать. Мы выехали на шоссе. В салоне было уютно, но мои мысли были далеко. Наконец, вспомнив о телефоне, я достала его и включила. Пока шла загрузка, я нервно барабанила пальцами по колену. Как только экран разблокировался, телефон буквально взорвался. Уведомления посыпались с бешеной скоростью, заставляя аппарат вибрировать без остановки.

Я с ужасом смотрела на цифры: тридцать пять пропущенных от Стейси, тридцать девять от Тайлера, двадцать от Алекса... и сорок восемь от Джейкоба.

Сто сорок два пропущенных звонка.Я глубоко вздохнула, чувствуя, как внутри всё сжимается. Кажется, дома меня ждет смертная казнь. Я исчезла, никому ничего не сказав, и они явно сходили с ума. Вместе со звонками начали приходить сообщения. Я пробежала глазами парочку: «Кристи, ты где?!», «Ответь немедленно!», «Я выезжаю искать тебя». Ни на одно я не ответила — просто не знала, что сказать.

— Что-то не так? — спросил Вильям, заметив, как потемнело моё лицо.

— Да так... просто у меня сто сорок два пропущенных.

— Черт... это сильно, — он присвистнул, глядя на меня. — И все они от твоего брата?

— Не совсем. Мои друзья тоже решили позвонить мне по пятьдесят раз каждый.

— Может, перезвонишь? Брат, наверное, уже поседел от беспокойства.

— Обойдется, — я скрестила руки на груди.

Гнев на Тайлера вспыхнул с новой силой. Я вспомнила его сегодняшнее поведение в спортзале, его холодность и то, как он сбил меня с ног. Я не собиралась бегать за ним и умолять о прощении.

Хотя... а что, если он звонил, потому что узнал про Джейкоба? Сердце пропустило удар. Если Джей рассказал ему о поцелуе... что тогда будет? Возможно, именно поэтому их столько.

От этих мыслей голова начала раскалываться. Резинка на хвосте невыносимо тянула волосы, усугубляя боль. Я не выдержала, сорвала её и распустила волосы, расправляя их руками. Стало немного легче.

— Тебе идет. Ходи чаще с распущенными волосами, мне нравится, — внезапно сказал Вильям.

Я на секунду забыла, где нахожусь. — Я распустила их не для того, чтобы тебе нравилось. Это для себя, — отрезала я, чувствуя, как снова начинаю его опасаться после того случая в комнате.

— Ладно, ладно, — он продолжал улыбаться, будто мои протесты его только забавляли. — Ты так и не собираешься рассказать мне о себе, верно?

— Верно.

— Что ж, придется допытываться у Рида, — пробормотал он себе под нос.

Прошло около сорока минут тихой езды. Вильям включил радио. Диктор бодрым голосом вещала о том, какой сегодня был «чудесный день». «Ну да, лучше и быть не может», — мрачно подумала я. Следом заиграла какая-то медленная романтичная песня. Я не вслушивалась в слова, пока мой телефон снова не завибрировал.

Звонила Стейси. Видимо, увидела, что я появилась в сети.

— Ответь, — коротко сказал Вильям.

— Не хочу. Я на всех обижена. На Стейси — особенно. Она соврала мне, что она дома, а сама была где-то с моим братом.

— Они переживают, Крис, — Вильям вдруг стал серьезным. — Если бы я был на их месте и не мог найти тебя весь день, я бы с катушек слетел. Давно бы уже поднял всю полицию города на ноги.

— Зачем полицию? Меня нет всего несколько часов, они ничего не смогут сделать, пока не пройдут сутки.

— Ты серьезно думаешь, что меня это остановило бы? — он посмотрел на меня так, что я поняла — он не шутит. С его деньгами и связями полиция приехала бы через десять минут.

— Ладно, — я выдохнула и приняла звонок.В ту же секунду из динамика раздался такой крик, что я едва не выронила телефон. Стейси орала так, что мои барабанные перепонки едва не лопнули. На заднем плане я слышала голоса парней. Тайлер, Алекс и... Джейкоб. Все они были у нас дома.

— ТЫ СОБИРАЕШЬСЯ МНЕ ОТВЕЧАТЬ?! — вопила Стейси.

— Я скоро буду. Почти приехала, — это всё, что я успела сказать, прежде чем сбросить вызов и выключить телефон окончательно.

— Уж быстро ты с ней. Стоило хотя бы сказать, что ты цела, — заметил Вильям.

Я не ответила. Остаток пути мы ехали в гробовом молчании, если не считать звуков радио.

И вот, наконец, мы повернули к моему дому. Вильям ловко заехал прямо во двор. Блин, я этого не хотела! Я хотела, чтобы он высадил меня за углом, но не перед самым крыльцом.

Ворота почему-то были открыты. И на крыльце я увидела всех «моих любимых». Они с нескрываемым шоком и яростью наблюдали за тем, как я въезжаю в роскошной чужой машины в компании незнакомого парня.

— Вильям, стой. Не заезжай так глубоко, — прошептала я.

— Окей, — он затормозил, заглушил двигатель и начал с интересом осматриваться.

Тайлер стоял прямо перед дверью. Он был зол. Нет, он был в бешенстве. Даже отсюда я видела, как побелели его костяшки пальцев и как плотно сжата челюсть. Но не менее страшным выглядел Джейкоб. Он подошел ближе к машине и замер, буравя нас взглядом. В его глазах полыхал настоящий пожар, и, клянусь, я почти слышала его тяжелое, прерывистое дыхание сквозь закрытое стекло.

— Слушай, спасибо тебе за всё, но тебе лучше уехать, — быстро прошептала я, не сводя глаз с Тайлера. Насколько бы я ни была зла на брата, его холодная ярость пугала меня до дрожи.

— Я могу пойти с тобой, если хочешь, — предложил Вильям, его рука собственнически легла на моё плечо. Краем глаза я заметила, как у Джейкоба дернулся глаз. Он выглядел разъярённым, его кулаки были сжаты так, что костяшки побелели, но он продолжал стоять на месте, ожидая моей реакции.

— Нет, уезжай. Если ты пойдешь со мной, станет только хуже, — я решительно высвободилась и вышла из машины.

Я сделала знак Вильяму, чтобы он уезжал немедленно. Он лишь многозначительно усмехнулся, покачал головой и, медленно развернувшись, выехал со двора. Я смотрела ему вслед, чувствуя, как внутри нарастает паника. Я не могла заставить себя повернуться лицом к тем, кто ждал меня на крыльце. Сделав глубокий, болезненный вдох, я всё же обернулась и шагнула к ним, и тут же оказалась в чьих-то крепких объятиях.

— Господи, Кристи! Как я рада, что с тобой всё в порядке! — Стейси едва не задушила меня. Она прижимала меня к себе так сильно, будто я могла исчезнуть прямо сейчас. — Ты хоть представляешь, как я переживала? Мы обзвонили все больницы! Как ты? И... фу, чем это от тебя несет? Где ты была?

Она начала вертеть меня из стороны в сторону, проверяя, цела ли я. Запах конюшни — смесь сена, кожи и лошадей — явно диссонировал с привычным ароматом моих духов.

— Я в порядке, правда. Не стоит так давить на меня, — проворчала я, пытаясь высвободиться.

— Стейси, хватит, — внезапно раздался голос Тайлера. Он был пугающе спокойным. — Как видите, она жива и здорова. Можете расходиться по домам и спать спокойно. А ты, — он перевел ледяной взгляд на меня, — заходи в дом. Нам предстоит долгий разговор.

От его тона у меня перехватило дыхание. Тайлер выглядел совершенно хладнокровным, хотя еще десять минут назад, когда Вильям был здесь, он буквально горел от злости. Эта тишина пугала меня больше, чем его крики.

— Где же ты была всё это время? — Стейси не унималась, положив руку мне на плечо, пока мы шли к двери.

— Если бы вы ответили мне, когда я звонила, ничего этого бы не было, — огрызнулась я, переводя взгляд со Стейси на Тайлера.

— Ты мне не звонила. Если бы звонок прошел, я бы ответил, — подал голос Джейкоб. Он всё еще смотрел на дорогу, по которой уехал Вильям, и его голос так и сочился ядом.

— Тебе я и не собиралась звонить. Алексу тоже, — я постаралась вложить в эти слова всю свою обиду.

— Кристи, в дом. Живо, — повторил Тайлер. Я прошла мимо Стейси и Джейкоба, чувствуя на себе их взгляды. Перед тем как захлопнуть за собой тяжелую дверь, я услышала, как Алекс тихо сказал парням: «Не давите на неё сейчас. Видно же, что ей тоже хреново».

Оказавшись внутри, я первым делом рванула в ванную. Мне нужно было смыть с себя этот день, этот запах и это липкое чувство вины. Прежде чем встать под горячие струи воды, я взглянула в зеркало. Вид был ужасающий. Ресницы потекли, оставив под глазами черные полосы, волосы превратились в гнездо — я вспомнила, что сорвала резинку в машине Вильяма, но даже не помнила, где её оставила. От меня действительно разило конюшней.

Я сняла ветровку Вильяма. Она выглядела слишком дорогой и новой для обычных поездок на ферму, но сегодня он отдал её мне, чтобы я не замерзла. Иронично. Я закинула её в стиральную машину, выставив максимальный режим очистки. Я не хотела, чтобы в моем доме хоть что-то напоминало о его запахе.

Выйдя из душа в теплой пижаме и с полотенцем на голове, я услышала, как входная дверь снова хлопнула — Тайлер проводил гостей и вернулся. Я знала, что он ждет меня. Спустившись вниз, я увидела его на диване. В руке он держал бокал вина. Если Тайлер решил выпить перед разговором — значит, пощады не будет.

— Садись, — он похлопал по месту рядом с собой. — Хочешь вина?

Я замерла, ошарашенная.— Что? Ты предлагаешь мне выпить? А как же твоё вечное «ты еще маленькая»?

— Ну, ты же считаешь себя достаточно взрослой, чтобы возвращаться ночью с незнакомыми парнями на пафосных тачках, исчезать на весь день и спать с друзьями... — его голос был тихим, но каждое слово било в цель.

— Тайлер...

— Не надо, — он перебил меня, не повышая тона. — Джейкоб рассказал мне всё.

По спине пробежал холодок. Что именно он рассказал? Про поцелуй в кабинете? Про то, как я сама притянула его к себе?

— Что именно он рассказал? — я старалась дышать ровно.

— Рассказал, как вы ночевали в одной комнате.

— Тайлер, я... — он снова не дал мне договорить.

— Кристи, не нужно оправдываться. Сейчас это уже неважно. — Он допил бокал и, наконец, посмотрел мне в глаза. — Всего один вопрос. Где ты была сегодня?

Тайлер не выглядел рассерженным. Видимо, алкоголь и тот тайный разговор со Стейси или с Джеем сделали своё дело. Он вел себя непривычно спокойно.

— Я была у Рида, — честно ответила я. Смысла лгать не было. — После того как я закончила уборку в школе — а это было наказанием за опоздание, Тайлер, — в зале уже никого не было. Стейси соврала, что она дома, хотя уехала с тобой. Алекс ушел с какой-то девчонкой. Тайлер, ты не отвечал на звонки! А Джейкобу я звонить не хотела. Рид предложил подвезти меня, и я согласилась. По пути ему позвонил брат...

Я заметила, как Тайлер нахмурился при упоминании Вильяма.

— ...Вильям сообщил, что их лошадь Холли в тяжелом состоянии. Я попросила Рида разрешить мне поехать с ними. Ты же знаешь, как я люблю животных. Я просто не заметила, как пролетело время. Рид остался на конюшне, поэтому Вильям привез меня домой. Не смотри на меня так... мне было паршиво, я не хотела возвращаться сюда и выслушивать твои упреки, поэтому просто выключила телефон.

Тайлер долго молчал, вглядываясь в моё лицо.

— Я не злюсь на тебя, Крис. Я злюсь на себя. Это же как сильно я должен был тебя напугать, чтобы ты боялась возвращаться в собственный дом? Я как идиот сорвался и уехал... со Стейси.

Он взял мою руку и осторожно коснулся пальцами того места, где под кожей расцветал синяк. Он нахмурился, погладил кожу и вдруг... поцеловал место ушиба.

— Прости меня. Я не должен был так себя вести. Просто... ты знаешь, какой я. Мне невыносимо видеть, что какие-то парни лезут к тебе. А одна мысль о том, что между тобой и Джеем что-то было, сводила меня с ума. Хорошо, что он рассказал, как всё было на самом деле. Я-то думал, вы в одной постели спали...

Я резко вскинула голову. Похоже, Джейкоб наплел ему какую-то историю, чтобы выгородить меня.

— Если бы я знал, что он спал на полу, а ты в кровати, я бы так не реагировал, — продолжал Тайлер. — Просто я увидел утром, как он выходит из твоей комнаты с этой своей идиотской улыбкой и... Прости, Крис. Прости, что вообще подумал, будто между вами может что-то произойти. Ведь ничего же не было?

Он посмотрел на меня с такой надеждой и осторожностью, что у меня заныло сердце.— Нет, конечно нет, Тайлер. Ничего не было и быть не может, — ответила я, избегая его взгляда.

К счастью, он был слишком измотан и слегка пьян, чтобы заметить мою ложь.

Он молча притянул меня к себе и крепко обнял. Я уткнулась носом в его плечо. Несмотря на всё, что произошло между нами за эти сутки, он был моим братом. Моей единственной настоящей семьей. На него невозможно было злиться долго. Тайлер глубоко вздохнул, снял моё полотенце с головы, вдохнул аромат моих помытых волос, и поцеловал меня в макушку. Я невольно хихикнула, чувствуя, как лед между нами окончательно тает.

— Не то чтобы я был против Джейкоба, — Тайлер повертел бокал в руке, глядя на игру света в красной жидкости. — Я знаю его сто лет, он отличный парень. Меня просто взбесила мысль, что вы заставили меня чувствовать себя идиотом. Я думал, вы разыгрываете этот спектакль с «ненавистью» только для того, чтобы крутить роман у меня за спиной.

Он тяжело вздохнул и впервые посмотрел на меня без тени осуждения.

— Послушай, если ты когда-нибудь зайдешь в эту дверь, держа Джея за руку... я буду только рад. Просто будьте честны со мной. Не надо этих тайн. Ведь Джей мой близкий друг, знаю его очень давно, репутация и семья у него хорошая. Он не из тех кто меняют девушек как перчаток, вообще-то у него ни разу и романа с кем-то не было. Он надежный, кому если не ему мне тебя оставлять.

Я смотрела на него и не узнавала. Был ли это алкоголь или тот долгий разговор со Стейси, который случился у них днём, но Тайлер изменился. Он будто признал моё право на чувства. Мой брат — мой вечный защитник — наконец-то начал видеть во мне не ребенка, а личность.

— Нет, Тайлер, — я опустила глаза, чувствуя укол совести. — Между мной и Джеем ничего нет. Мы просто... терпим друг друга ради тебя.

Крохотная ложь во спасение. Если я сейчас расскажу о поцелуе в кабинете, эта хрупкая идиллия разлетится вдребезги.

— Ну, раз ты так говоришь, — он пригубил вино. — Кстати, сегодня меня вызывал директор. Мои успехи в хоккее открыли мне двери, о которых я только мечтал. Я говорил ему о том что мой старый тренер по хоккею, Тревор, пригласил меня в свою команду и что я рассматриваю его предложение. Профессиональный спорт не ждет. Я написал заявление о переводе в другую школу. Осталось только дождаться подтверждения. После мне напишут дату, когда я должен буду быть там.

— Что? Уже? — я почувствовала, как земля уходит из-под ног. — Ты уезжаешь? Так вот почему ты опоздал на физкультуру... Ты был у директора.

— Да. Нужно было утрясти формальности.

— И ты серьезно оставишь меня? — голос предательски дрогнул.

— Если всё пойдет по плану, то да. Кристи, я не могу вечно сидеть у твоей юбки. У меня есть шанс на карьеру, о которой мы мечтали.

— А как же я? — я категорически не хотела покидать наш дом, наш город. Тайлер предлагал мне поехать с ним, если он поступит, но я не хотела менять свою зону комфорта.

— Если бы ты согласилась поехать со мной, всё было бы проще. Но оставить тебя одну я не имею права. Я уже говорил с директором... В самом крайнем случае, если я уеду раньше твоего совершеннолетия, мне придется передать опеку кому-то из близких. Родителям Джея, Алексу или семье Стейси может. Директор одобрил этот вариант.

Я была в шоке. Тайлер уже всё распланировал, даже не спросив меня.

— Как это? Я не согласна!

— А как иначе? Ты несовершеннолетняя. Если я уеду в другую страну, социальные службы просто заберут тебя у меня. Ты этого хочешь?

Он допил четвертый бокал и с грохотом поставил его на стол.— Давай поговорим об этом завтра, на трезвую голову. Тема слишком серьезная.

Я не стала спорить. Он был слишком пьян, а я — слишком ошеломлена новостями.

Тайлер попытался встать, но ноги его не послушались. Я едва успела подхватить его под руку. Помогая ему подняться по лестнице, я чувствовала его тяжесть и то, как крепко он прижимает меня к себе.

— Как же я рад, что ты у меня есть, — прошептал он.

В этот момент вернулся «старый» Тайлер. Я помогла ему лечь, стянула футболку и укрыла одеялом.

— Прости... я обижал тебя в последнее время. Мне жаль... — его язык заплетался, но я разобрала каждое слово.

— Я давно тебя простила. Спи, большой мальчик, — я поцеловала его в щеку и тихо вышла, закрыв дверь.

***

Перед сном я заглянула в прачечную. Ветровка Вильяма уже постиралась. Развешивая её, я невольно коснулась дорогой ткани. Она выглядела новой, почти эксклюзивной. Странно, что он дал её мне, зная, что я могу её испортить.

Я наполнила ванну горячей водой, добавила бомбочки, чтобы появилась розовая пена и снова легла под горячие струи. Я думала о том, как за один день моя жизнь перевернулась. Тайлер уезжает. Джейкоб лжет ради меня. А Вильям... Вильям смотрит на меня так, будто я — его законная добыча. И, честно говоря, это пугало и будоражило одновременно.

Я вспомнила миссис Линду, мать Вильяма. Её безупречный стиль, её империю «L'ESSENCE DE LINDA». Глядя на свои руки, я представила, как рисую эскизы платьев, которые могли бы висеть в её бутиках. Я знала, что у меня есть талант, и сейчас, когда Тайлер готов меня отпустить, во мне проснулось дикое желание доказать всем — и в первую очередь себе — что я могу больше, чем просто быть «младшей сестренкой».

Спустя час я вышла из ванной в теплой пижаме и включила телефон. Экран мигнул уведомлениями. Два чата.Первый — от Джейкоба.

«Как прошел разговор? Жива?»

Второй — с неизвестного номера. Просто фотография.

У меня екнуло сердце. Я открыла чат. На фото было мужское запястье. Сильное, с проступающими венами. А на запястье красовалась моя черная резинка для волос с белой надписью.

Вильям...