Часть 4

«Плохой друг, как тень: в солнечный день беги — не убежишь, в пасмурный день ищи — не сыщешь»—  Абай Кунанбаев

Мы шли по длинному коридору, и каждая минута казалась вечностью в напряжённом молчании. Мои шаги эхом отдавались от каменных стен, и я ловила себя на том, что стараюсь идти тише — но не потому, что хотела, а потому что рядом с капитаном Агвайром любой звук казался слишком громким, любое движение — слишком резким. Я чувствовала, как сердце колотилось в груди от смеси страха и адреналина, и этот коктейль пульсировал в висках, отдавался в кончиках пальцев. Он не говорил ни слова, только шагал впереди — ровно, размеренно, и я смотрела на его широкую спину, обтянутую черной тканью, и пыталась угадать, о чем он думает. Рядом с капитаном было ощущение, словно ты находишься под пристальным взглядом хищника, который ждет, что ты совершишь ошибку. И самое страшное — он не торопил, не подгонял. Он просто ждал.

Мы добрались до тренировочного зала, и я невольно замерла на пороге. Он выглядел намного больше, чем я ожидала: высокий сводчатый потолок терялся в полумраке, а свет, пробивающийся через высокие стрельчатые окна, падал косыми полосами на ряды деревянных манекенов, исцарапанных и побитых тысячами ударов. Вдоль стен было расставлено разнообразное снаряжение — мечи, посохи, щиты, какие-то металлические конструкции, назначения которых я даже не могла представить. Воздух пах потом, кожей и металлом, и этот запах был одновременно отталкивающим и бодрящим. Где-то под потолком висели магические светильники, мерцающие теплым желтым светом.

Прямо посередине зала, на возвышении, стояло несколько рингов, огороженных натянутыми канатами, и на каждом из них кипела жизнь. Люди боролись, уворачивались, наносили удары — и толпа зевак, облепившая бортики, гудела, выкрикивая имена. Я разобрала «Даян» и «Тоби», и эти имена повторялись снова и снова, как заклинания.

— Какой по счету? — Аарон остановился рядом с рыжим парнем, которого я уже видела раньше — тем самым, что вчера стоял у глобуса в общей комнате. Теперь он держал в руках какой-то прибор, похожий на секундомер, и не отрывал взгляда от ринга.

Тот присвистнул, бросил быстрый взгляд на капитана и ответил:— Последний, третий. У Тоби нет шансов, Даян укладывает его на маты в среднем за семьдесят три секунды. — Он говорил с той особой интонацией, какая бывает у людей, которые обожают статистику.

Аарон кивнул каким-то своим мыслям, а затем повернулся ко мне. Его серые глаза были холодны и спокойны.— Они ведут последний бой. Потом пойдешь ты.

И отвернулся, словно не он только что объявил мне смертный приговор.Мое сердце бешено заколотилось, грудь сжалась, и я на секунду перестала дышать. Я машинально схватила парня за запястье, крепко удерживая, будто это могло как-то мне помочь. Его кожа была горячей, а мышцы под пальцами — твердыми, как камень.

— Что? Я вообще-то имела в виду тренажеры или что-то вроде того.

Агвайр медленно, почти лениво посмотрел вниз, на наши руки, и я, опомнившись, тут же спрятала свою за спину. Щеки вспыхнули. Его челюсть напряглась, желваки заходили под кожей. Он раздумывал — я видела это по тому, как сузились его глаза, как чуть дрогнули ноздри.

— Ты сказала, что хочешь выпустить гнев, не так ли? Так вперед. Это отличный вариант.

— Но вы не можете так просто поставить меня на ринг! — я взмахнула руками, чувствуя, как внутри закипает протест. — Я... ни разу не дралась раньше. Я не знаю правил, я не знаю приемов, я даже стойку правильно принять не смогу!

— Так что ты тогда забыла в Пристанище, нефилимочка? — в его голосе прозвучала насмешка, но не злая, а скорее испытующая. Он склонил голову набок и ждал ответа.

Пока мы разговаривали, ребята на ринге уже успели закончить, и я не увидела, кто победил в последнем раунде. Но по их лицам можно было понять, что победу одержал высокий и плотный парень со светлыми, почти льняными волосами и глубоко-голубыми глазами. Он одаривал улыбкой своих поклонников, и те тянули к нему руки, хлопали по плечам. Его лицо блестело от пота, грудь тяжело вздымалась, но он выглядел так, словно только что не дрался, а вышел на легкую прогулку.

Наши взгляды пересеклись, и на его разгоряченном лице вопросительно выгнулась бровь. Я ответила ему неуверенной улыбкой, и он двинулся в нашу сторону — легко, пружинисто, как человек, который полностью контролирует свое тело.

— Хороший бой, Даян, — Аарон саркастично обратился к блондину, и в его тоне явственно слышалась издевка. — Нашел соперника себе под стать? Какого он там ранга, второго? Ты делаешь успехи.

— Привет, — казалось, Даян не обратил на брюнета никакого внимания. Он смотрел прямо на меня, и его голубые глаза искрились любопытством. — Новоприбывшая? Я тебя раньше не видел.

Я слегка кивнула, пытаясь сохранять уверенность, хотя внутри все переворачивалось от его пристального взгляда.— Да, вчера вечером, — ответила я, стараясь удерживать ровный тон. — Это место... весьма впечатляющее.

Даян улыбнулся — широко, открыто, и стало очевидно, что он привык производить впечатление на окружающих. Его спокойствие и уверенность завораживали, и я поймала себя на мысли, что понимаю, почему вокруг него собралась толпа.

— Добро пожаловать тогда, — произнес он. — Мы здесь не кусаемся. Ну, не всегда.

От его шутки я невольно улыбнулась. Капитан, стоявший рядом, закатил глаза, но промолчал — только скрестил руки на груди, и я услышала, как хрустнули его пальцы.

— Ты уже нашла, с кем тренироваться? — продолжил Даян, глядя на меня с интересом. Его взгляд скользнул по моей серой форме, задержался на лице.

— Если честно, я просто пытаюсь разобраться, что здесь к чему, — призналась я, оглядываясь вокруг. — Тренировочный зал выглядит впечатляюще, но... зачем выставлять новичков на ринг в первый же день?

— Не понял? — улыбка Даяна погасла.

Его глаза округлились, когда он понял, кого следующего хотят заставить драться. Он с возмущением повернулся к Аарону, и в его голосе зазвучала сталь:— У новоприбывших отборочные только через месяц, а ты хочешь выпустить ее уже сейчас? На второй день? Ты в своем уме?

Аарон промолчал. Он просто стоял и смотрел на Даяна с тем же холодным спокойствием, с каким смотрел на меня.

— Посмотри на нее, — Даян махнул рукой в мою сторону, и я почувствовала, как к щекам приливает кровь. — Да ее любой ребенок уложит на маты в два счета. Она же весит как воробей!

Я резко вдохнула воздух от напряжения. Меня? Ребенок? Эти слова задели что-то глубоко внутри — ту самую гордость, которую бабушка воспитывала во мне годами. Ну сейчас посмотрим.

— Вообще-то я здесь, ребята, — взмах руки привлек их внимание. — Ставь меня на ринг, Даян. — Я скрестила руки на груди, уже понимая, что мне придется защищаться не только от ударов, но и от собственного страха.

— Девочка, во-первых... — парень виновато потер подбородок, и я заметила на его костяшках свежие ссадины.

— Ты. Вставай со мной сам, — я перебила его и с вызовом посмотрела прямо в темно-голубые глаза, чувствуя, как внутри разгорается огонь. — И я Серафина Маир, наследница великого рода, и никто не смеет сомневаться в моей силе.

В зале стало тихо. Так тихо, что я услышала, как где-то капает вода. Все с ожиданием смотрели на нас и перешептывались. Новенькая девчонка вызывает на бой того, кто может перечить даже Аарону. Я видела, как люди подталкивают друг друга локтями, как округляются глаза, как кто-то достает тот самый прибор-секундомер. Капитан, в свою очередь, стоял чуть позади меня, но ощущался повсюду. Его энергия словно заполняла все помещение, давила на плечи невидимой тяжестью. Он несколько раз недовольно фыркнул и усмехнулся, когда Даян перелез обратно на маты.

— Я не причиню тебе вреда, — блондин расхаживал взад-вперед, пока я снимала обувь. Его движения были плавными, текучими — он разминал плечи, хрустел шеей.

— Думаешь, я совсем плоха? — с вызовом спросила я, расстегивая кофту. Молния поддалась не сразу, и я дернула ее с такой силой, что едва не сломала.

Серая ткань полетела вниз, оставив меня лишь в брюках и тонкой майке, которая сразу прилипла к вспотевшей спине. Блондин не повел и глазом — ни тени смущения, ни намека на интерес. Он изучал мое лицо, и я была уверена: он думает о том, как не убить меня во время спарринга. Это бесило еще больше.

— Давайте уже, танцоры! — кто-то выкрикнул из толпы, и по залу прокатился смех. Мы с Даяном стали постепенно сближаться, и пространство между нами сжималось, как пружина.

— Еще не поздно передумать, наследница великого рода.

Парень не унимался, поэтому мне пришлось действовать первой. Я выбросила руку вперед — и удар пришелся в воздух. Моя ладонь проскользнула в нескольких сантиметрах от его лица, даже не задев. Да, нужно отдать должное: я действительно была плоха. Нет. Я была ужасна. Парни в Пустоши часто устраивали бои, но никогда не брали туда девчонок, чтобы не наживать себе лишних проблем. Но я редко пропускала их спарринги, стояла в толпе, вжимаясь в забор, и смогла кое-что изучить. Правило первое: первый бой может быть изучающим, если ты встаешь с противником впервые. И в этом ничего страшного. Тебе нужно понять, какая нога у него опорная, какая рука ведущая. Даян держал левую ногу чуть впереди — значит, он правша.

— Серафина, пожалуйста, — парень поймал мою вторую руку, когда она летела прямо в его солнечное сплетение. Его пальцы сомкнулись на моем запястье мягко, но неумолимо, как капкан.

Правило второе: не отвлекайся ни на секунду и не поворачивайся спиной к сопернику. Если дашь хоть малейший намек на то, что тебе страшно — ты труп.

— Дерись со мной, черт возьми, — я вырвала руку и встала в стойку напротив Даяна, который был больше меня в два раза. Он возвышался надо мной как скала, и я чувствовала себя мышью перед горой.

Он горько усмехнулся, и в этой усмешке было что-то похожее на уважение.

И наконец, правило третье: стой до конца, даже если это не только конечный бой, но и конец твоей жизни.

— Или ты хочешь, чтобы Аарон злился? Он ведь приказал тебе драться со мной, так что ты обязан это выполнить. Ты же не ослушаешься приказа?

Блондин среагировал на мои слова именно так, как я планировала. В его глазах моментально загорелся огонь — яркий, почти ослепительный, — и через несколько секунд мир перевернулся. Я даже не поняла, как оказалась на мате. Только что я стояла — и вот уже лежу на спине, а его колено давит мне на горло, перекрывая воздух. Перед глазами плыли круги, и я услышала, как толпа выдохнула.

— Вставай, — Даян поднялся, протягивая мне руку. Его ладонь была широкой и мозолистой. — Все? Показала себя? На этом хватит.

Он развернулся к Аарону, ожидая его реакции. Я видела, как напряглись его плечи, как сжались кулаки.

— Еще два раунда, — брюнет недовольно посмотрел в мою сторону. В его взгляде не было ни капли сочувствия. — Считай, что сегодня твой отборочный день.

Я не совсем понимала, что это значило, но по реакции Даяна можно было понять, что это не к добру. Он подошел к капитану так плотно, что их разделяла только сетка ринга, и я видела, как побелели костяшки его пальцев, вцепившихся в канат.

— Это не тебе решать, Аарон, — процедил блондин сквозь зубы, и его голос был низким, опасным. — Она приехала только вчера, и у нее совсем нет физической подготовки. Ты же видел — она даже удар правильно поставить не может.

— Это не твои проблемы, Даян. Делай то, что тебе говорит старший по званию, — Аарон сверкнул зубами в улыбке, которая больше походила на оскал. — Или ты забыл, кто здесь капитан?

Брюнет развернулся ко мне. Его взгляд был холодным и не отражал никаких эмоций — ни жалости, ни интереса, ни злорадства. А вот меня эмоции переполняли: страх, злость, обида и странное, упрямое желание доказать им всем, что я всё же чего-то стою.

Даян вернулся на середину ринга. Пальцами он подозвал меня ближе к себе и наклонился к моему уху. Его дыхание было горячим, и я почувствовала запах мяты.— Давай сделаем это быстро. Я постараюсь не сделать тебе больно.

До меня только успел долететь последний звук его голоса, как я опять оказалась на матах, но уже прижатая лицом вниз. Мат пах пылью и чужим потом, и эта вонь ударила в нос, вызывая тошноту.

«Помоги мне. Давай же!»

Я ударила по мату что есть силы — раз, другой, третий, — чувствуя, как горят ладони. Третий раунд был последним шансом доказать, что меня не сможет побороть любой ребенок. Что я не пустое место. Поднявшись на ноги, я на миг потеряла равновесие, но тут же взяла себя в руки, вцепилась в воздух, словно он мог меня удержать.

«Ты нужна мне», — прошептала я одними губами.

Даян уже стоял напротив. Его взгляд был виноватым. Он закусил нижнюю губу и отрицательно помотал головой своим мыслям, словно спорил сам с собой.Я сделала шаг вперед — и резкий удар тока прошелся по моему телу, от макушки до пяток. Я замерла. Чувство целостности заполнило все мое тело — такое полное, такое правильное, словно я всю жизнь была разбита на осколки и только сейчас они сложились в единую картину. Я физически ощутила ее присутствие — теплую, пульсирующую, живую.

«Я знала, что ты скучаешь по мне», — раздался голос в моей голове и сладко усмехнулся. Он был глубоким, бархатистым, и от него по позвоночнику побежали мурашки.

На моих губах заиграла улыбка — медленная, уверенная, чужая и одновременно моя.Способностей моей Тени хватило, чтобы отразить удар Даяна, который метил прямо в мой живот. Я даже не заметила, как это произошло: только что его кулак летел в меня — и вдруг сила парня перенесла его вес на другую сторону, и он, пошатнувшись, кое-как устоял на ногах. С недоумевающим выражением лица он посмотрел на меня, и в его глазах впервые промелькнуло что-то похожее на неуверенность. Я встала обратно в стойку в ожидании нападения. Но его не последовало.

«Нападай», — приказал голос в моей голове, и я почувствовала, как тело начинает двигаться само.

Я сделала шаг вперед, покачиваясь из стороны в сторону. Моя уверенность росла с каждым движением, и я видела, как зеваки за бортиками замерли, перестав дышать. Уложить Даяна на маты означало выиграть хотя бы один раунд и утвердить себя, как минимум, не в самом низу пищевой цепочки Пристанища.Мой первый удар пришелся ему в левую скулу — хлесткий, точный, такой, какого я сама от себя не ожидала. Парень потер место удара и встряхнулся. К его лицу начала приливать краска, но он быстро принял стойку, и теперь в его глазах не было ни вины, ни жалости — только сосредоточенность.Пары минут хватило, чтобы я полностью смогла отдать контроль Тени. Все следующие действия я наблюдала со стороны, как зритель. Вот я подхожу к Даяну, уклоняюсь от его удара локтем — движение, которое я никогда в жизни не тренировала. Затем резко выворачиваю его руку, использую ногу как опору, и соперник оказывается на мате, глядя в потолок широко раскрытыми глазами.Со всех сторон слышатся удивленные вздохи, чьи-то хлопки и свист. Я слышала, как кто-то выкрикнул мое имя — кажется, рыжий парень с секундомером. Картинка становится четче, и я снова могу управлять своим телом — словно возвращаюсь в собственную кожу после долгого отсутствия.

Я ожидала чего угодно, какой угодно реакции от Даяна, но точно не довольной улыбки. Ухватившись за мою руку, которую я ему протянула, он резво вскочил на ноги, и я почувствовала, какая у него сильная хватка.

— Никогда бы не подумал, — парень улыбнулся, и его глаза сияли. — Ты хорошо дерешься. Если разомнешься — будешь серьезным противником.

Мы сошли с ринга, и рядом с нами тут же появился Аарон. Он возник словно из ниоткуда — бесшумно, как тень. Удовлетворительно кивнул и вызывающе посмотрел на Даяна. Между ними явно что-то есть, подумала я, какая-то давняя история, в которую мне пока не стоит лезть.

— Спасибо, Даян, мне было это нужно, — я хлопнула его по плечу, как только он надел свою футболку.

Вот черт. Черную футболку. Ту самую, которую носят только Нефилимы четвертого ранга. А я только что уложила его на маты, так ещё и фамильярничала с ним. Я быстро огляделась по сторонам: все уже начали расходиться по своим делам, спарринговаться больше никто не собирался, но несколько человек все еще бросали на нас заинтересованные взгляды.

— Да, лучше при всех обращайся ко мне «лейтенант Эйтиль», — он сказал чуть тише, наклонившись ко мне. — Но ты все равно молодец. Я не ожидал.

Забрав свои вещи с пола, он подмигнул мне и ушел с несколькими парнями в сторону выхода. Его походка была все такой же легкой, но я заметила, что он слегка прихрамывает на левую ногу.

— Это было хорошо, — Аарон подал мне кружку с водой, и я благодарно ему кивнула. Вода была ледяной и пахла металлом. — Но могло быть и лучше.

— Это что-то вроде «молодец, что не умерла и прошла отбор», так?

Парень рассмеялся низким и грубым бархатным смехом. Вокруг его глаз появились небольшие морщинки, и он улыбнулся — впервые за все время по-настоящему, не саркастично, не холодно, а почти по-человечески.— Такое решение принимаю не я.

Взглядом он указал на мужчину, что стоял, облокотившись на один из опорных столбов в дальнем конце зала. Я сразу его узнала по густой бороде и грубым чертам лица. Именно он скомандовал тогда Носителям отправить меня к Цирриусу, когда меня нашли возле Пристанища. Мужчина смотрел прямо на меня и не моргал, и в его взгляде было что-то такое, от чего мне стало не по себе. Я быстро отвела глаза, чувствуя, как мурашки бегут по спине.

— Кто это?

— Генерал Селестер, один из главнокомандующих верховного отряда в Пристанище и Ратуши. Он наблюдал за этим представлением с самого начала и наверняка что-то выскажет мне после собрания, — Аарон повернулся обратно ко мне и обследовал взглядом мое тело. Только сейчас я поняла, что все еще стою в майке, и неловко сложила руки, прикрывая грудь. Ткань прилипла к коже, и я чувствовала, как по спине стекают капли пота. — Нормально себя чувствуешь?

Я кивнула. Если не считать легкого головокружения и звона в ушах — вполне нормально.

— Как насчет эмоций? Больше не накрывает? — спросил он с усмешкой, заставив меня покраснеть до корней волос.

— Нет, спасибо. Выпустила пар.

Я подняла с пола свои вещи, надела обратно форму, чувствуя, как грубая ткань царапает разгоряченную кожу, и мы с парнем распрощались на выходе из спортзала. Он бросил на меня последний, задумчивый взгляд и ушел в сторону административного крыла.

Как оказалось, с другой стороны двери меня поджидала Тия. Она стояла, прижавшись к стене, и ее поза выражала крайнее нетерпение. Ее глаза тут же загорелись, когда она меня заметила, и она схватила меня за обе руки, утаскивая в сторону комнат с такой силой, что я едва не споткнулась.

— Боже, Фина, что ты творишь? — ее голос был выше, чем обычно, и в нем звенело что-то похожее на панику.

— О чем ты?

— О тебе и лейтенанте Эйтиле! Ты с ума сошла?

Я аккуратно высвободилась из ее хватки — она держала меня так крепко, что на запястьях остались красные следы, — и пошла дальше, пытаясь восстановить дыхание.

— Я просто с ним спарринговала, что в этом такого?

Тия догнала меня и встала передо мной, перегородив путь. Девушка сейчас была похожа на слегка обезумевшую. Ее большие черные глаза стали еще круглее, а темные брови взлетели вверх, почти скрывшись под челкой.

— Просто спарринговала? Ты хоть понимаешь, с кем?

Ее напор уже начал действовать мне на нервы. Я цокнула языком и встала, сложив руки на груди.

— Тия, к чему ты клонишь? Говори прямо.

— Во-первых, Даян не выходит на ринг с кем попало, подруга. Он считает, что его сила может быть такой огромной, что он даже не заметит, как убьет соперника. Он выбирает противников лично и очень тщательно. — Она язвительно вскинула уголок губ. — А во-вторых, как ты смогла его победить? Да, только в одном раунде, но все же... Ты что-то употребляешь? «Черные» таблетки? Порошок?

У меня перехватило дыхание от ее дерзости, и я почувствовала, как напряглась моя челюсть. Обвинять меня в употреблении запрещенных веществ, которые используют на неразрешенных подпольных боях — это просто край уверенности в себе, либо же глупости. Я отпихнула Тию рукой, чувствуя, как внутри закипает та самая ярость, которую я, казалось бы, уже выпустила на ринге.— Смотри не ляпни здесь это кому-то еще, а то точно останешься без своих белоснежных зубок. Не мне тебя учить, Тия.

Девушка не пошла за мной, и я была ей за это безумно благодарна. Не хватало мне еще ее дотошных расспросов или ругани.

Я оказалась в своей комнате спустя несколько блуждающих по коридорам кругов — я специально пошла длинным путем, чтобы успокоиться. Грубая и старая кровать сейчас показалась самой мягкой на свете и приняла меня в свои объятия. Я поспала, кажется, не больше десяти минут — провалилась в беспокойное забытье, где мелькали обрывки боя, — но когда открыла глаза, за окном уже стемнело. Соседняя койка была все так же аккуратно заправлена, ни единой складки, а значит, Тия до сих пор не возвращалась. Потянувшись на кровати, я заглянула вниз, где хранила свои вещи, и облегченно выдохнула — рюкзак был на месте, нетронутый.

Просидев еще какое-то время, уставившись в стену напротив и прокручивая в голове события дня, я услышала, как мой желудок издал недовольное урчание. Часы, что стояли на пыльной полке, показывали половину девятого, а значит, до конца ужина осталось всего полчаса. Я поспешила заплести свои волосы в длинную тугую косу — пальцы еще слегка дрожали, — и вместо серой кофты надела серую водолазку, которая хотя бы не выставляла ничего напоказ. Из-за того, что в комнате было только одно небольшое и потрескавшееся зеркало, я лишь могла догадываться о том, как плохо выгляжу. Наверное, как человек, которого сначала избили, а потом воскресили.

По пути в столовую я встретила несколько ребят третьего ранга, резко затихших, когда я прошла мимо. Их взгляды жгли спину, и я услышала, как кто-то прошептал: «Это та самая, что уложила Эйтиля». Значит, слухи уже разлетелись.

Свободных столов теперь было больше. Многие разбрелись по своим комнатам и готовились к новому напряженному дню. Недовольная повариха вместе с остатками ужина угостила меня едким замечанием, что в следующий раз кормить так поздно не будет, и я села за свободный стол ближе к окну. За стеклом было темно, и я видела только свое отражение — бледное, уставшее.

Что-то похожее на рыбу смотрело на меня в ответ с тарелки, и мой аппетит начал постепенно пропадать. Я огляделась и заметила, что теперь в столовой осталось всего пара-тройка человек, доедающих свой ужин. Недолго думая, пока меня не стошнило от запаха, я принялась расправляться с содержимым, заставляя себя глотать.

— Не стоит опаздывать на ужин. Рейчел этого не любит, — сначала раздался знакомый голос, а затем передо мной на соседний стул опустился парень. Его кудрявые волосы торчали в разные стороны еще сильнее, чем утром.

— Если не хочешь, чтобы содержимое моей тарелки оказалось у тебя за шиворотом, то сгинь с моих глаз долой, Илекс. Я не в настроении.

Шатен на мою угрозу лишь весело усмехнулся, и его веснушки заплясали на носу.— А ты ничего, когда злишься. Мне нравится.

Я подняла взгляд, который до этого был направлен на тарелку, и прищурилась.— Надеюсь, что ты никогда не узнаешь, как я злюсь по-настоящему, — сказала я и мило улыбнулась, чувствуя, как сводит скулы.

Илекс сомкнул губы в прямую линию и отвел взгляд. Его кадык дернулся.— Это была просто шутка, Серафина. Не злись. От одного прогула тебе все равно бы ничего не было.

В его словах была логика. Как нам объяснили, нам ничего не будет, если мы в принципе не будем ходить на эти занятия. Но если меня убьет моя же Тень, кто в этом будет виноват?— Забыли. И зови меня Фина.

Я кое-как проглотила последний кусок рыбы и откинула вилку на тарелку. Прибор звякнул о керамику.— Хорошо, Фина. Ты в курсе, что уже наделала шуму, хотя еще и суток не прошло с твоего приезда?

— Боже, и ты туда же? Объясни мне, что я сделала? Нефилимы пялятся на меня так, словно я свечусь в темноте, а Тия вообще с ума сошла из-за этого Даяна.

Парень задумчиво разглядывал мое лицо, словно решал, можно ли мне доверять, но затем согласно кивнул.— Хорошо, я объясню тебе, в чем дело, но перед этим... Скажи мне, это правда, что твоя Тень из рода Рарога?

О, боже, за что мне это...— Да, это правда. Кто тебе сказал? — хоть в столовой кроме нас и было всего пара человек, я старалась говорить как можно тише, почти шепотом.

— Никто. Подслушал разговор подполковника Агвайра и Генерала после твоего выступления. Они говорили, что такого не видели уже много лет.

Отлично, еще и эти двое знают. Я настороженно расправила плечи, наклоняясь ближе к парню. От него пахло травами — теми самыми, из сада.

— Илекс, никто не должен узнать, ты понимаешь? — мой голос звучал искренне, почти умоляюще. — Я вижу, что ты не глупый парень. Что хочешь за молчание?

Илекс довольно улыбнулся, почесал свой нос с небольшой горбинкой и подмигнул мне. В его зеленых глазах заплясали бесенята.— Просто помни об этом молчании, и когда-нибудь мы с тобой сочтемся. Ты будешь мне должна.

— Такой вариант меня вполне устраивает, — я перекинула косу за спину и откинулась на спинку стула. — Но теперь моя очередь задавать вопросы. Так что насчет Тии? Она всегда такая... странная?

— Когда дело касается Даяна, то да, — парень весело улыбнулся. — У них что-то вроде романа. Ну, это как поговаривают, а там... кто его знает. Она никого к нему не подпускает, можешь считать это ревностью пополам с паранойей.

— Вот как... — я закусила губу, чувствуя, как в голове складывается картинка. — Очень интересно.

По всему зданию раздался громкий звук, похожий на сирену, — низкий, вибрирующий, проникающий в самые кости. Оставшиеся люди тут же поспешили к выходу, оставляя подносы на столах.

— Что это? — я вскочила, чувствуя, как сердце снова начинает колотиться.

Илекс встал со стула, расправляя подол своего пиджака, и кивнул в сторону двери.— Отряд выходит в патруль. Для остальных это сигнал для отбоя и что за периметр купола выходить небезопасно. Возможно, Гримы где-то поблизости.

Я встала следом за парнем, и мы двинулись к выходу. В коридоре уже было людно, но все шли быстро, без паники.— А что ты можешь сказать о капитане Агвайре?

Шатен остановился так резко, что я уперлась в его плечи. Он обернулся и как-то странно на меня посмотрел — с любопытством и настороженностью.

— Что?

— Мы уже подружки? — его светлые глаза игриво блеснули.

— В смысле?

— Ну... ты хочешь посплетничать, как подружки? Или тебе нужна лекция о кровожадном убийце, выросшем в ужасных условиях? Потому что про Агвайра ходят разные слухи, и не все из них приятные.

Я не смогла сдержать резкого вздоха. Кровожадный убийца? Ну конечно.

— Если хочешь, можешь называть это так. Но я бы предпочла... сотрудничество. У тебя, кажется, не так уж и много сообщников здесь, — я выгнула бровь, намекая на одного лишь Кристофера.

Илекс усмехнулся. На его бледном лице появилась еле заметная ямочка на правой щеке. Он немного помедлил, но затем ответил, недовольно чмокнув:— Мы с тобой разговариваем всего лишь десять минут, а ты уже действуешь мне на нервы.

— Это взаимно.

Мы вышли в коридор недалеко от столовой. Носителей здесь стало больше, но они все расходились по своим комнатам так же быстро, как я оказалась у своей двери.— Якшаешься с этим ненормальным? — раздался голос Тии, как только я распрощалась с Илексом.

— Что?

Девушка лежала на своей кровати в коротких шортах и майке, читая книгу, которая, судя по обложке, была взята из библиотеки. Ее черные волосы были собраны в высокий пучок, а во рту торчала незажженная сигарета. Она взглянула на меня, недовольно дернула губой и продолжила читать.

— Говорю, не тех друзей выбираешь, Фина.

— И кого же надо? — я села на свою кровать и принялась расшнуровывать обувь. Пальцы все еще дрожали. — Может, тебя? Или Агвайра? — девушка не обращала внимания. — Или Даяна? — подчеркнула я с особой интонацией, растягивая его имя.

И без того розовые щеки Тии теперь стали багровыми. Ее пальцы сжались в кулак, обхватывая корешок книги так, что побелели костяшки. Но она так же продолжала меня игнорировать, уставившись в страницу. Поэтому, как только я переоделась в одежду для сна — старую мягкую футболку, — я нырнула под одеяло и полностью провалилась в сон, даже не успев подумать о том, что завтра будет новый день. И он наверняка будет не легче.