Глава 22 : Дом

Ночь была подозрительно тихой, почти неестественной. Джессика вернулась в общежитие, с трудом отпирая ворота с помощью Беллы. В своей комнате, она с тяжелым вздохом опустилась на край кровати, сдерживая волну слез. Её взгляд упал на книгу, подарок Аарона. Она провела пальцами по потёртой обложке, прижала книгу к груди, зарывшись лицом в подушку.

— Я вернусь, как только это закончится, — прошептала она, её голос был едва слышен, — но до тех пор я должна скрываться. Утром меня не будет в этом городе. Аарон будет злиться на меня, я снова исчезаю из его жизни, как и тогда. Только так я смогу помочь нам…

Слезы текли по щекам, смачивая подушку. Она недолго лежала, быстро собрав вещи. Утром Джессика уже была в аэропорту. Шум, толпа, суета – её окружал визуальный и звуковой хаос, в котором она чувствовала себя маленькой и беззащитной. С билетом в руках она присела на скамейку.

Напротив неё опустилась бабушка, с добрыми, мудрыми глазами. Она с любопытством посмотрела на опечаленную девушку и решила заговорить.

— Девушка, у вас всё хорошо?

Джессика подняла голову, удивлённая.

— Простите, вы это мне?

— А здесь ещё кто-то есть, кроме нас? — улыбнулась бабушка.

Джессика оглянулась. Они действительно сидели в отдельной, более тихой зоне.

— Я в порядке, — ответила она, натягивая улыбку.

— Вы одна улетаете? Или ждёте своего молодого человека? — спросила бабушка, и её взгляд стал ещё теплее.

Джессика растерялась, отвела взгляд.

— Я одна, — прошептала она, чувствуя, как слезы снова накатывают. — А вы?

— О! А я еду к своему мужу. Хочу сделать ему сюрприз. — бабушка сказала это с такой теплотой, что Джессика невольно улыбнулась. — Он уехал в командировку, я очень по нему скучаю.

Последовавший разговор стал для Джессики пронзительным откровением. Бабушка рассказывала о своей долгой любви, о том, как долго она не принимала своего будущего мужа, о своем позднем понимании счастья. Её слова были просты, но они проникали прямо в сердце.

— Любовь исцеляет, моя девочка, — сказала бабушка, — запомни это. Любовь живёт вот здесь, — она указала на своё сердце. — Я думала, что буду счастлива, избегая его, но проблема была вовсе не в нём, а во мне. Я жалею, что не дала ему шанса раньше. Твой правильный человек всегда найдёт дорогу к тебе, сколько бы ты ни избегала встречи с ним.

Эти слова стали для Джессики осознанием её ошибки. Она хотела уехать, защитить Аарона, но поняла, что убегая, она лишь усугубляет ситуацию.

— Джессика!

Этот голос… Она резко повернулась. Аарон стоял неподалёку, его лицо было сердито, кулаки сжаты. Но в его глазах Джессика увидела не только злость, но и что-то ещё…Страх, что она снова уйдет.

— Вы дали мне очень хороший совет, бабушка, — сказала Джессика, с благодарностью сжимая руки пожилой женщины. — Я благодарю вас, сегодня вас послали мне с небес.

— Дорогая, о чём ты? — спросила бабушка, удивлённо глядя на Джессику.

— Я не одна. За мной приехал мой любимый. Удачного вам полёта!

Джессика бросилась к Аарону, обняла его крепко-крепко.

— Я не должна была уходить, — прошептала она, её голос дрожал, — я думала, так смогу спасти нас обоих…

Аарон мягко взял её за руки, отстранил от себя, и долго смотрел ей в глаза. Его взгляд был сложным, не простым. Джессика не могла разгадать его мысли, её сердце стучало в груди.

— Аарон? — прошептала она, прикасаясь к его лицу.

— Ты солгала мне, — сказал он, его голос был спокойным, но в нём звучала боль.

— Я не хотела этого, — прошептала Джессика, её глаза полны слезами, — но боялась, что если я останусь, то наврежу всем.

— Я обещал, что мы справимся со всем, — сказал Аарон, его голос был твёрдым. — Но ты не доверилась мне.

— Я верю тебе! Аарон! — Джессика вцепилась в его руку, её пальцы впивались в его плоть, пытаясь донести до него правду. Его взгляд избегал её, и это было хуже любого признания вины. — Посмотри на меня! — Она с силой притянула его лицо к своему, её глаза сверкали от отчаяния и любви к нему. — Я люблю тебя! — выдохнула она, каждое слово было наполнено болью и страхом. — Я… лю-блю… ТЕБЯ! — В её голосе звучала мольба, отчаянная попытка пробиться сквозь стену, которую он воздвиг между ними.

Аарон замер, его тело словно окаменело. Он медленно открыл ладонь, этот жест казался больше похожим на прощание, чем на приглашение. Его рука была холодной, как лёд.

— Мы возвращаемся домой, — прошептал он, его голос звучал сердито.

Джессика вложила свою руку в его ладонь, её пальцы сжались вокруг его, словно цепляясь за последний остаток надежды. Но его рука оставалась ледяной, и этот холод проникал в её сердце, заставляя его сжиматься от предчувствия беды.

— И ты больше никогда не уйдешь.

- Не уйду.

При возвращении, Джессика почувствовала липкий холодок в затылке – странное предчувствие, словно что-то изменилось, пока ее не было. Дом казался тише, чем обычно, звенящая тишина давила на уши. Она пошла искать Мэри, ее шаги эхом отдавались в пустых комнатах, но ни ее, ни Макса, не удалось отыскать в доме. Ни записки, ни объяснения, словно они растворились в воздухе. Она вернулась к Аарону с нарастающим чувством тревоги, немного расстроенной и растерянной.

- А где ребята? - Голос дрогнул, выдавая ее беспокойство.

- Они уехали, - его тон был ровным, почти безжизненным, - и мы тоже скоро улетим домой, обратно в Румынию.

- И мы с ней даже не поговорили… - Сердце кольнуло обидой и непонятной тревогой. Она так и не успела извиниться перед Мэри.

- У них не было времени, - он отмахнулся, словно речь шла о пустяке. - Я отпустил их, и приехал вернуть тебя.

- Ты все еще злишься на меня? - она подошла к нему, ощущая исходящий от него холод. Приложила ладонь к его руке, пытаясь согреть, но его кожа была словно камень. Пристально изучая его взгляд, но видела только его хладнокровие, словно смотрела в зеркало, отражающее пустоту.

- Что ты хотела показать своим уходом? - Голос, как лезвие, резал тишину. - Что не уверена во мне?

- Нет! - почти выдохнула она. - Ты же знаешь как сильно я люблю тебя и настолько же уверена в тебе, - она приложила руку к его щеке, пытаясь заглянуть в душу, чтобы тот не отвернулся и смотрел ей прямо в глаза. Его зрачки были сужены, в них плясали странные тени. - Ты можешь просто взглянуть на меня и все сам увидишь.

- Ты не видела, как я испугался, когда проснувшись не увидел тебя рядом, - прошептал он, словно в бреду. - С тобой могло случиться что угодно… - Он сглотнул, и Джессика вдруг заметила, как сильно напряжены его челюсти.

- Я не хотела заставлять тебя волноваться. Прости меня. - Она приложила голову на его плечи, ощущая его неподвижность, словно обнимала статую. Руками крепко обнимая его за торс, и прикрыла глаза, вдыхая его запах, пытаясь убедить себя, что все в порядке, что он снова не оттолкнет её.

- Я много раз просил тебя не извиняться передо мной, - его голос звучал приглушенно, словно из другого мира. Джессика зажмурилась, готовая прилипнуть к нему, раствориться в его объятиях, но вдруг Аарон одной рукой обнял ее за талию, притягивая ближе, а вторую приложил к голове и поцеловал в висок. Поцелуй был холодным, сухим, без капли тепла. - Я безумно рад, что ты просто решила уехать, - прошептал он. - Я вынесу все, - его хватка на ее талии становилась все сильнее, почти болезненной, - но не твои слезы.

- Ты меня простил? - она подняла голову и взглянула на него с надеждой, чувствуя, как сжимается ее сердце.

- Я и не злился на тебя, - его улыбка не коснулась глаз. - Я злился на себя, что не обнял тебя крепко, чтобы тебе не удалось вырваться. ***Король Оборотней был в ярости. Его гнев, подобно внезапному землетрясению, сотряс тронный зал. Об этом можно было судить по тому, как дрожали факелы на стенах и как прижимались к земле ближайшие волки, в коих еще оставалась жизнь. Известие о смерти Алекса, его наследника престола, ударило по нему, словно удар молнии. Безжалостно, с методичной жестокостью, он отнимал головы у оборотней, которые были рядом с его сыном в тот роковой час, и кровь заливала каменные плиты пола. Все знали о его безжалостности, но сейчас она достигла какой-то новой, леденящей отметки. В попытках бежать, оборотни, словно бестолковые мотыльки, летели на огонь, попадая в его смертельные капканы, обезглавленные его собственной рукой, их предсмертные хрипы тонули в его зверином, утробном рыке.

— Отец, Алекс перешёл границы и разозлил его… — пролепетал Стас, пытаясь найти хоть какое-то оправдание происходящему, но его слова лишь добавили масла в и без того пылающий костёр.

— Ты защищаешь вампира?! — взревел король, его глаза метали молнии, опаляя даже на расстоянии, — Ты оправдываешь убийцу моего сына?!

— Нет, отец, — сжался Стас, ощущая давящую тяжесть на плечах, — но…

— Мой сын мёртв, и ты должен отомстить за него! — Король приблизился вплотную к оборотню, нависая над ним, словно огромный, кровожадный хищник, давя своим всепоглощающим авторитетом. — Я знаю, между вами никогда не было любви, но он - твой брат. — Король схватил его за плечи, встряхивая так сильно, что в глазах потемнело, словно тряпичную куклу, – Ты сделаешь всё, абсолютно всё, чтобы его смерть не осталась безнаказанной! Ты убьёшь Аарона. Ты меня понял? — в его голосе звенела сталь, глаза горели безумным пламенем жажды крови, — Ты понял меня, Стас?!

Стас с трудом поднял опущенную голову, взглянул в лицо отцу, и уверенно кивнул. Кивнул, показывая, что готов выполнить любое его приказание.

— Вся надежда на тебя, сынок, — Король, внезапно смягчившись, похлопал его по плечу, и это простое слово, произнесенное почти нежно, обожгло Стаса, словно клеймо. Стас так и остался стоять на одном колене, оцепенев от удивления, и чего-то ещё… Счастья? Возможно. Лишь на краткий миг. Глава, не дожидаясь ответа, развернулся и покинул комнату, оставляя Стаса наедине со своими мыслями, со своей новой, тяжелой ношей.

— Я отомщу… за тебя, брат, — прошептал Стас. Голос его сорвался, в нём не было ни капли сочувствия, лишь всепоглощающая, разъедающая душу злоба. Месть, подобно змее, вползла в его душу, оставляя после себя лишь один вопрос: что будет, когда он выполнит приказ отца?***Вечером, когда огни Лондона мерцали вдали, они направлялись в аэропорт. Джессика крепче сжала ладонь Аарона, но на этот раз не от страха перед полетом, а от осознания необратимости их решения. Аэропорт, всегда бурлящий жизнью, сегодня казался для нее лишь декорацией, фоном для их общего будущего. Они уверенно шагали сквозь толпу, направляясь к взлетной полосе, словно устремляясь навстречу своей судьбе.

Через несколько волнительных минут самолет оторвался от земли, оставляя позади Лондон, город, где они встретились и полюбили друг друга. Уезжая, они жертвовали многим, но верили, что их любовь стоит того. Джессика отвела взгляд от окна, пытаясь сдержать накатившие слезы. Бросить все, начать с чистого листа, быть может, это безумие, но она знала, что делает это ради Аарона.

Она попыталась скрыть свои эмоции, но любящий взгляд Аарона заметил все. Он нежно сжал ее руку, переплетая их пальцы. Их души были связаны невидимой нитью, чувствуя каждое колебание настроения друг друга. Джессика робко взглянула на него и увидела в его глазах лишь любовь, нежность и уверенность.

- Мы еще обязательно вернемся сюда, моя любовь, - его голос был твёрд, как кремень. – Это не конец, а только начало нашей новой жизни. Я обещаю тебе это.

- Я верю тебе, - прошептала она, и слезы вновь навернулись на глаза. Аарон ласково коснулся ее щеки, стирая влагу, и нежно погладил ее лицо, словно оберегая от всех бед.

- Я люблю тебя больше жизни, моя маленькая. Прости, что тебе приходится сейчас плакать. Все должно было быть иначе, но я сделаю всё, чтобы ты была счастлива.

- Я плачу не от горя, - улыбнулась она сквозь слезы. – Это слезы радости. Я счастлива, что уезжаю с тобой, а не сбегаю от тебя, как собиралась утром.

- С этого дня я сделаю все, чтобы на твоем лице сияла только улыбка. Клянусь, я не позволю тебе проронить ни слезинки от грусти, - в его глазах горела любовь и решимость. – Тебе больше незачем бояться.

- Верю, - выдохнула она, и в этот раз ее голос звучал уверенно.

Они вернулись в город его детства, город, где было так много знакомых мест и общих воспоминаний. Место, где их ждали с распростертыми объятиями. Пусть какие-то моменты прошлого и вызывали легкую грусть, теперь она знала, что рядом с ней Аарон, и они вместе смогут справиться со всем.

С порога их встречали Макс и Мэри. Встречали с искренней радостью и теплотой.

- Добро пожаловать домой! – Мэри подбежала к Джессике и крепко обняла ее. – Прости меня, Джес, я… - она запнулась, пытаясь подобрать нужные слова.

- Все в прошлом. Мы же подруги - ответила Джессика, с теплотой улыбаясь. В глазах Мэри она увидела искреннее раскаяние и любовь. Всё будет хорошо, она знала это. Теперь всё будет по-другому.

Но внезапно Аарона словно током прошило. Взгляд Макса, обычно такой открытый и дружелюбный, был сейчас настороженным и изучающим. Что-то было не так.- Брат, - тихо сказал Макс, – отец здесь. Ждёт нас двоих в своём кабинете.

- Когда он успел приехать? – Аарона похолодело внутри. - Что ему нужно?

- Кажется... Он хочет задать тебе какой-то вопрос, – Макс замялся, избегая смотреть в глаза Аарону. – И еще… он остановил поиски Венеры…

Услышав имя матери, Аарон непроизвольно стиснул кулаки так, что побелели костяшки. Внутри закипала ярость. Не дожидаясь больше ни слова, он развернулся и направился прямиком к кабинету отца, предчувствуя недоброе.

Джессика проводила его обеспокоенным взглядом. Что-то явно случилось. Она переглянулась с Мэри, и вместе они прошли в её комнату, чувствуя, как сгущается напряжение в доме.

Макс шёл следом за братом, и сомнения терзали его. Слова Алекса, сказанные перед смертью, не давали ему покоя. Всё это время он боялся задать Аарону прямой вопрос, боялся узнать правду. Неужели вся их жизнь – ложь? Они выросли вместе, делили радости и горести, но всегда… всегда ощущалась какая-то пропасть между ними. И сейчас, когда они, казалось бы, наконец-то стали настоящими братьями, сомнения раздирали его душу. Он вообще сын Влада? Или его отец кто-то другой?

- Спрашивай уже, – глухо произнёс Аарон, не оборачиваясь.

- Что? – Макс вздрогнул, словно его застали за кражей. Он смущенно уставился на брата, пытаясь понять, как быстро тот услышал его мысли.

Аарон резко остановился и повернулся к нему. В его глазах читалась усталость и какая-то обреченность.- Я знаю, что тебя мучает. Спрашивай.

Макс сглотнул, пытаясь увлажнить пересохшее горло. Готовясь услышать правду, он набрал в грудь воздуха, посмотрел прямо в глаза брату и выпалил:

- Мы… кровные братья?

Вместо ответа повисла гнетущая тишина. Казалось, даже воздух перестал циркулировать. Затем, после мучительной паузы, Аарон произнёс одно слово, которое перевернуло всю жизнь Макса:

- Нет. – Его голос был твёрд, как сталь, а взгляд – серьёзен и непоколебим.

Макс отшатнулся, словно его ударили. В голове зашумело, мир вокруг поплыл.- То… Тогда почему Влад не убил меня? Почему я остался жив?

- Он… полюбил тебя как сына, – медленно произнёс Аарон, словно каждое слово причиняло ему боль. – Но он ненавидел Кристалл. Всегда подозревал её в измене… А когда узнал, что ты – сын её любовника, его лучшего друга… Он убил её.

Макс покачнулся, словно сломанная марионетка. Ноги стали ватными, в ушах звенело.- Мне жаль, – тихо сказал Аарон, приблизившись к нему и положив руку на плечо. – Но… несмотря ни на что, я всегда считал тебя своим братом.

Макс поднял на него глаза, полные боли и растерянности. Однако, сквозь слёзы, пробивалась слабая улыбка благодарности.

- Что… случилось с моим родным отцом? – прошептал он, стараясь удержаться на ногах.

- Его отослали… далеко. Но Влад, несмотря ни на что, не смог лишить тебя отца. – В голосе Аарона звучала горечь. – Довольно об этом. Пошли. Отец нас ждёт.

Аарон натянуто улыбнулся, похлопав брата по плечу.

Вместе, словно приговорённые, они направились в кабинет отца.

Стоило Аарону пересечь порог и встретиться взглядом с Владом, как его пронзила ледяная волна ненависти. Отец смотрел на него с таким презрением, словно он был не сыном, а… заразой.

– Она вернулась, – процедил Влад сквозь зубы, и в этом коротком сообщении было больше смертельной угрозы, чем во всех его криках и проклятиях вместе взятых.

– Я знаю, отец, – ответил Аарон, стараясь сохранить самообладание, хотя внутри всё кипело.

– Ты… виделся с ней?

– Она сама появилась у меня на пути, – лицо Аарона исказилось от отвращения при воспоминании о том, что Венера сделала с Джессикой.

– Я скучала, сынок, – промурлыкал елейный женский голос, и Аарон с Максом мгновенно обернулись, в ярости узнавая его хозяйку.

– Что эта ведьма здесь делает?! – прорычал Аарон, стискивая кулаки. В его глазах плескалась такая ненависть, что Макс невольно отшатнулся.

– Я вернул её, – с улыбкой ответил Влад, словно забыл что она бросила его.

– Ты… ты серьёзно?! – взревел Аарон, теряя контроль. – Она чуть не убила Джессику!

С яростным криком он ударил кулаком по массивному дубовому столу, и волна магической энергии пронеслась по комнате. Хрустальная люстра опасно закачалась, а по поверхности стола поползла зловещая трещина.

– Не смей повышать на меня голос! – взревел Влад, и его глаза налились кровью. – Она твоя мать, и ты должен проявлять к ней уважение!

– Уважение?! – взорвался Аарон. – Она уничтожила мою жизнь, бросила тебя, бросила нас!

– У неё не было выбора, – Влад говорил это словно заученный текст, и Аарона пронзило жуткое предчувствие.

Он вперил взгляд в лицо отца, пытаясь найти хоть что-то знакомое, но не увидел в нём ни капли сочувствия, ни любви, лишь… пустоту? Равнодушие? Макс тоже в замешательстве смотрел на человека, который его вырастил, и который сейчас, казалось, превратился в совершенно другого, чужого человека.

– Что… что ты с ним сделала?! – Аарон, чувствуя нарастающую панику, повернулся к своей матери, прожигая её взглядом. – Отвечай!

– Он под чарами, дорогой, – промурлыкала Венера с ехидной улыбкой, переводя взгляд на бывшего возлюбленного. - Всего лишь небольшая коррекция личности.

– Верни мне моего отца, ведьма! – прорычал Аарон, не сводя с нее взгляда.

– Ха-ха, вспомнил, что он твой отец! Как трогательно! Когда вы успели наладить отношения? Ты же всегда ненавидел его, сынок. Я вижу тебя насквозь, – Венера приблизилась к нему, и в её глазах вспыхнул зловещий огонь.

– Ты давно перестала быть моей матерью, – отрезал Аарон, стараясь сохранять хладнокровие, но Макс, стоящий позади, чувствовал, как его сотрясает гнев.

– Нет, ты всегда будешь моим сыном, – прошептала Венера, и в её глазах вдруг мелькнуло что-то похожее на сожаление. – Я… всегда наблюдала за тобой, издалека. За тобой и за твоим отцом.

Она медленно подняла руку, намереваясь коснуться лица Аарона, но, не успела её коснуться, как он перехватил её запястье, сжимая его с нечеловеческой силой. На лице Венеры отразилась боль. Осознав, что он не поддается ее влиянию, она быстро прошептала какое-то заклинание, и её рука вспыхнула адским пламенем. Но Аарон не отпустил её.

– Отпусти! – прошипела Венера сквозь зубы, чувствуя, как кости ее руки хрустят под его хваткой.

– Брат, хватит! Так мы не вернем отца! – в отчаянном крике Макса прозвучал неподдельный ужас.

Голос Макса, словно ледяной душ, вернул Аарона в реальность. С отвращением отшвырнув руку Венеры, он отступил на шаг.

– Завтра мы устраиваем вечерний бал в честь перемирия с оборотнями, – произнёс Влад, и в его голосе не было ни тени раскаяния или сожаления, словно резня, случившаяся совсем недавно, была лишь досадным недоразумением. – Пригласи свою девушку, Аарон. Будет интересно посмотреть на вас вместе.

- Перемирия? – Макс, словно очнувшись от кошмара, растерянно взглянул на брата. В памяти всплыла жертва Мэри, отдавшей всю свою кровь, чтобы он выжил. Ее самоотверженность казалась насмешкой в свете этого внезапного примирения.

Аарон, едва сдерживая ярость, вперил взгляд, полный ненависти, в Венеру, пытаясь разгадать еë намерения. Не проронив ни слова, он резко развернулся и вышел, оставляя её наслаждаться временной победой.