Глава 2

2. Кэрри Моррис.

На следующий же день, после того как Юу приехал к ней среди ночи и узнал ее тайну, Кэрри собрала вещи и переехала к нему, в Миддл-Таун. Квартирка находилась в центральном районе, была обставлена дорогой мебелью, а из окна открывался прекрасный вид на город. Хотя Кэрри смущал тот факт, что квартира все-таки не принадлежала Юу, а считалась корпоративной, и, значит, вскоре им предстояло искать новое место.

Вещей Кэрри взяла немного, аренда ее собственного лофта была проплачена до конца года, и она рассудила, что лучше пока оставить вещи там. А вот кошку, конечно, пришлось взять с собой, чему мохнатая не сильно обрадовалась. Когда кошка оказалась в новом месте, то первым делом царственно обошла все комнаты, пронюхала все закоулки и, найдя для себя подходящей только большую кровать в спальне, возлегла там с таким видом, словно ей теперь все были должны, раз заставляли жить в таком отвратительном месте.

Кэрри подобное поведение животного возмутило, а вот Юу позабавило. Он улегся рядом с кошкой и пристально наблюдал за тем, как Кэрри раскладывала в шкафу свои вещи.

— Не могу поверить, что ты так быстро согласилась, — сказал он. — Я думал, мне придется уговаривать и приводить миллион доводов, чтобы ты пошла на такой шаг.

— Значит, мне удалось тебя удивить, — с улыбкой заметила она. — Я бываю непредсказуемой.

— Я больше не хочу удивляться, — вдруг произнес Юу. — Мне все еще кажется, что ты усыпляешь мою бдительность и в один совсем не прекрасный день снова исчезнешь.

Кэрри замерла с вешалкой в руках. Она отложила ее, медленно подошла к кровати и села напротив Юу, поджав под себя ноги.

— Знаешь, что для меня самое главное, Юу? — спросила она и, дождавшись, когда он отрицательно покачал головой, ответила. — Семья. Теперь, моя семья ты и крошка, которая внутри. И я ни за что не брошу вас.

Юу взял в ладони ее лицо и, притянув к себе, нежно поцеловал в губы. Кэрри закрыла глаза, желая продлить этот момент нежности, который грозил перерасти во что-то более горячее и страстное. Но, словно почувствовав ее желание, Юу обнял ее и поцеловал в макушку. Пусть сейчас их мир штормило от неизвестности, а под ногами не было твердой почвы, с Юу она чувствовала себя в безопасности, и даже перемены, происходившие вокруг, ее теперь не пугали. Пока он будет с ней, ее ничто не сможет напугать.

Через день, когда Кэрри более или менее привыкла к новому месту жительства, она вновь вернулась на работу в клуб. Юу вызвался подвезти ее до клуба и встретить, когда она закончит. Его не радовала мысль, что она будет продолжать работать в клубе, но он не спорил, смирившись с ее решением. Вечер ничем не отличался от прочих, разве что Кэрри теперь старалась меньше флиртовать и расточать улыбки. Однако улыбка сама собой расцветала на ее лице, когда она думала, что за ней никто не наблюдает, сдержать ее не было сил, стоило лишь на мгновение вспомнить, где и с кем она теперь жила.

Клиенты разошлись, за последним закрылась дверь, и Кэрри собиралась идти переодеваться, но заметила, что все работники как-то странно смотрят на нее, не сходя с места. Она неосознанно напряглась: может быть, что-то опять случилось? Вдруг свет погас и в абсолютной темноте стали зажигаться огоньки, дорожка из них вела к сцене, они взметнулись в воздух светлячками, осветив человека, стоящего там. Это был Юу, и сердце Кэрри пропустило пару ударов. Теперь дорожка из огоньков вела от сцены к Кэрри.

— Кэрри Моррис, — сказал Юу, и от звука его голоса, усиленного микрофоном, она вздрогнула. — Я знаю, как важно для тебя это место. Поэтому сначала пришел сюда и получил благословение твоих коллег, твоей духовной семьи.

Все молчали, и Юу улыбнулся, продолжив.

— Это было нелегко, и я на их месте тоже не спешил бы отдавать тебя какому-то бездельнику из Элиты. Но им пришлось принять неоспоримый довод — этот бездельник любит тебя — и они сдались, — Юу снова на мгновение замолчал, а потом с улыбкой заметил. — Признаться, я нервничаю.

После его слов включилась тихая музыка, создавая легкий фон для его пламенной речи.

— Но пришло время спросить тебя саму, — он сошел со сцены и подошел к Кэрри, по дороге отдав кому-то микрофон. Подойдя, он взял ее руку и осторожно, но достаточно крепко, повязал на ее запястье красную нить, скрутив в несколько оборотов. — Не знаю, как так вышло, но именно ты пробудила меня к жизни, и теперь я не хочу связывать свою судьбу ни с кем другим. Только с тобой.

Последние слова он сказал очень тихо, лишь для нее одной. Он обнял ее и, оторвав от пола, закружил под аплодисменты коллег Кэрри. Ей стоило большого труда не расплакаться, но она благоразумно уткнулась лицом в его плечо. Никто ей даже не намекнул, что ее ждет, и все это выступление стало полной неожиданностью.

— Ты сумасшедший, — прошептала она Юу на ухо. — А как же то, что ты не хочешь больше удивляться?

— Не хочу, — согласился Юу. — Но я ни слова не говорил о том, что не хочу больше удивлять тебя. Только дай мне ответ побыстрее.

— Я думала, ты знаешь мой ответ, — заметила она.

— Я надеюсь на это, но ты слишком непредсказуемая девушка.

— Я люблю тебя, — прошептала она. Его объятия стали крепче, и он поцеловал ее, усилив аплодисменты, похоже, именно этого заключительного аккорда все и ждали.

После «официальной» части был небольшой фуршет, на котором каждый счел своим долгом подойти и лично поздравить Кэрри.

— Удивлена, что ты не сжег Юу, — с усмешкой сказала она Томо, от которого меньше всего ожидала благословения.

— Мне пришлось сдержаться, было слишком много свидетелей, — хмыкнул в ответ Томо. — Но если что-то пойдет не так и он тебя обидит, только скажи — и от него останется один пепел.

Он эффектно щелкнул пальцами, вызвав на одном из них огонек в подтверждение своих слов. На это Кэрри лишь улыбнулась, принимая такое объяснение. С другой стороны, наверняка и сам Томо не ожидал от Юу подобного поступка. Хотя он и шутил сейчас, это должно было произвести на него впечатление и изменить отношение, пусть не ко всем элитным, но по крайней мере к одному конкретному элитному. На памяти Кэрри еще никто не устраивал такого представления с повязыванием красной нити на глазах у всех. Да, Юу удалось удивить не только Кэрри, он умел устраивать сюрпризы.

Праздновали они недолго, все устали, да и ночь подходила к концу. Юу и Кэрри попрощались со всеми и уехали в Миддл-Таун.

Непривычно было чувствовать нить на руке, и Кэрри постоянно трогала ее, словно даже не понимала, откуда она взялась. Странное ощущение нереальности происходящего не покидало ее с тех пор, как в ее жизнь вновь ворвался Юу и забрал в Миддл-Таун.

Когда они оказались в квартире и собирались ложиться спать, Кэрри бросила в Юу подушкой и шутливо заметила:

— Ты мог бы сделать это и в более интимной обстановке, без такого размаха и представления, — она лукавила, конечно, размах и шумиха ей польстили, но не признаваться же в этом.

Юу поймал подушку и ответил:

— Тебе придется принять меня таким, какой я есть — элитным до мозга костей. Я вряд ли смогу измениться, по крайней мере так сразу. Сложно избавиться от привычек, с которыми прожил всю жизнь. В Элите очень важно, что о тебе думают окружающие, традиции и церемонии играют значимую роль. Сейчас самые близкие тебе люди — клубные артисты, их мнение для тебя много значит, я не мог обойти стороной этот момент. К тому же, на идею меня натолкнул художник, он и помог организовать для тебя сюрприз.

— Юу, — Кэрри села на кровати и обняла подушку, его слова тронули ее даже больше, чем сам поступок. — Ты ведь не пожалеешь о своем решении?

Он сел рядом с ней и вытащил подушку из ее рук. Лишившись опоры, будто спасательного круга, Кэрри тут же смутилась, и вопрос показался ей глупым. Пожалеет или нет — покажет лишь время, а сейчас нужно наслаждаться моментом, отдаться счастливым дням и ночам и не думать о будущем, по крайней мере, не придавать ему большого значения и не добавлять мрачных красок. Достаточно и того, что этих красок у них хватало в прошлом.

— Не пожалею, — тихо, но уверенно ответил Юу. — Знаю, со мной может быть сложно, наши миры слишком разные, их разделяли две стены. Но если ты будешь со мной, я все смогу преодолеть.

Кэрри с благодарностью прильнула к нему, они незаметно для себя оказались в постели. И прежняя страсть накрыла с головой, заставив отложить разговоры на потом.

Она уснула в объятиях Юу с мыслью о том, что нужно найти красную нить. Свой ответ она уже озвучила, но хотела, чтобы на его руке тоже была метка судьбы, знак того, что они связаны.

Несмотря на волшебную ночь Кэрри видела дурные сны и ворочалась. Там, в темноте закрытых глаз, к ней снова вернулась тревога — Кэрри будто опять попала в библиотеку большого дома и слышала вкрадчивый голос из тьмы. «Мы еще встретимся», — твердил он, и как бы она ни гнала от себя страх, он неизменно настигал. Но она боялась не за себя, ей ничего не стоило применить свой талант и заставить самозванца замолчать. Ее пугало то, что он мог сделать с дорогими ей людьми. Угрозы звучали так убедительно, от них невозможно было просто отмахнуться. А потом из одной тьмы она падала в другую и вновь сталкивалась с Эрикой. И боялась собственной силы, зная, что стоит применить ее — и на месте Эрики окажется Юу.

Она проснулась в поту, тяжело дыша. Близость Юу успокаивала ее, но она не хотела будить его, заставлять волноваться. Хватит с них и реальных проблем, не стоило ему понапрасну переживать еще и о кошмарах Кэрри. Она смотрела на его спокойное во сне лицо, затаив дыхание. Протянув руку, убрала упавшие на глаза волосы, легко коснувшись щеки кончиками пальцев. Какое-то движение за окном привлекло ее внимание и Кэрри подняла взгляд. На улице шел снег, большие белые хлопья кружились на ветру, преобразив серый невзрачный пейзаж. Первый снег, первый предвестник зимы. Но в душе Кэрри он вызвал не восторг, как бывало в детстве, а безнадежную тоску. Словно пелена опускалась не только на землю, но и на осень, проводила черту, за которой ждала неизвестность. Вот и кончилась их осень, время, когда они познакомились и беспечно думали, что у них нет будущего, отмеряя каждую минуту, отвоевывая каждое воспоминание. Они ценили их гораздо больше, думая, что других не будет. Нет, Кэрри не скучала по тому времени. Она хотела смотреть в будущее, зная, что оно принадлежит только им и будет таким, каким они его сделают. И все же что-то заканчивалось, а что-то начиналось, и от этого Кэрри охватывала невольная грусть.

Поддавшись порыву, она осторожно высвободилась из объятий Юу и неслышно встала с постели. Заглянула в шкаф, стараясь не издавать громких шорохов, нашла красное платье и достала его. Оно было не новым, поэтому не жалко. Кэрри нашла удобное место на ткани и высвободила несколько длинных ниток, связав из них одну, потолще. Потом она сможет заменить этот импровизированный браслет на что-то более качественное, но пока подойдет и этот, ведь ей хотелось подарить Юу символ, какой он подарил ей. Пока она пыталась завязать непослушную нитку на его запястье, он открыл глаза.

— Поймана на месте преступления, — смущенно улыбнувшись, признала Кэрри.

Юу явно не находил слов, но его глаза горели таким блеском, что никаких слов и не требовалось. Он поднял руку, рассматривая жалкое подобие красного браслета — на самом деле такие вещи продавались в Храме Судьбы, где он сам наверняка купил такой для Кэрри. Она едва не пожалела о своем поспешном порыве, пока не услышала его слова.

— Это лучший подарок, — сказал Юу с блаженной улыбкой.

— Не преувеличивай, ты же знал, каким будет мой ответ, — покраснев, заметила Кэрри.

— Знать одно, а получить его — совсем другое, — сказал Юу.

Кэрри ничего не ответила, но почувствовала, как тревога отступила. Ее ночные страхи ушли, их место заняли совсем другие эмоции.

Она приготовила завтрак, хотя теперь это должно было стать привычным делом, ей все равно нравилось это время, когда они сидели вместе за столом и обсуждали планы на день. И самое главное, что теперь Юу не уходил от нее в Элиту, теперь у них была одна жизнь на двоих, не разделенная никакими стенами.

— У меня сегодня несколько встреч, хочу прощупать почву перед тем, как начать свое дело, — воодушевленно сказал Юу. — Может, пока рано говорить об этом, но у меня действительно много идей.

— Поделишься идеями? — подтолкнула его Кэрри.

— Если ты не будешь смеяться, — Юу сделал большой глоток кофе. — Сначала нужно найти спонсора, своих средств мне не хватит, но в перспективе, я хочу... открыть ресторан-галерею. Как думаешь, можно будет уговорить художника из клуба помочь мне с выбором картин? Или, может, даже он сам внесет свой вклад? Я видел его работы, если бы он выбрал тему и нарисовал все в одном стиле, это было бы полезно нам обоим. Конечно, я оплачу ему расходы, а когда его картины будут покупать, он получит свою долю, все останутся в плюсе.

— Ого, у тебя и правда много идей, — поразилась Кэрри. Она даже не догадывалась, как далеко зашел Юу в своих планах. И, конечно, его планы, как и все, что он делал, были грандиозны.

— Да, — согласился он. — После наших разговоров я много думал об этом.

— У тебя все получится, — уверенно заявила Кэрри. — Казуя согласится, я уверена.

Они все утро предавались мечтам, планировали будущее, полное надежд, пока Юу не настала пора собираться на первую из запланированных встреч.

— А ты что будешь делать? — спросил он Кэрри. — Сегодня снова поедешь в клуб?

— Да, сегодня я работаю, — ответила она. — Не хочу бросать клуб, пока не будет слишком заметно мое положение.

— Если я не успею и не смогу подвезти, позвони водителю, пусть отвезет тебя, — наставлял Юу. — И кстати, я не забыл про врача, завтра поищу надежного человека.

— Юу, я... — Кэрри запнулась. Было бы лучше, если бы он все-таки забыл про врача. — Я не уверена, что смогу.

— Сможешь, — заявил Юу. — Я же буду с тобой.

Кэрри не стала спорить, рассудив, что для этого найдет другое время. Она разрывалась между желанием угодить Юу и согласиться и собственными страхами перед врачами. Но в одном он был прав — она очень хотела этого ребенка. И она сделает все возможное, чтобы на этот раз все прошло удачно. На этот раз она сможет защитить свою крошку.

Юу уехал, а Кэрри стала не спеша собираться в клуб. Они проспали полдня, да и завтрак определенно затянулся. За окном все еще шел снег, темнело рано и вечерний город зажег свои огни. Напевая веселую песенку под нос, Кэрри оделась в соблазнительно-короткое платье темно-зеленого цвета. Скоро она в такие платья перестанет влезать, так что сейчас, пока могла, наслаждалась возможностью. Ее мысли прервал настойчивый звонок в дверь. Странно, водителю она пока не звонила, значит, это не мог быть он. Но тогда кто?

Она рассеянно взглянула в экран видеонаблюдения и настороженно замерла. Перед дверью квартиры стоял незнакомый парень в форме известной курьерской компании. Зная замашки Юу, это мог быть какой-то очередной его сюрприз, с другой стороны, она не забыла и о самозванце, для которого ничего не стоило принять любой облик. Кэрри подошла к двери и спросила:

— Что вам нужно?

— Доставка для Кэрри Моррис, — буднично отозвался незнакомец.

Она открыла дверь и впустила его. Он закрыл за собой дверь и медленно развернулся, протянув ей коричный плотный конверт.

— Ты так беспечна, Кэрри Моррис. Или бесстрашна? — с ухмылкой заметил он, пока она открывала конверт.

Кэрри подняла глаза на «курьера», они тут же полыхнули пронзительной зеленью, вокруг повеяло холодным сквозняком.

— О нет, подожди, пока не откроешь и не посмотришь, что там, — подняв руки в обезоруживающем жесте, сказал «курьер». — Если я не выйду отсюда живым, пострадать может кто-то из твоих близких.

Кэрри продолжила распечатывать конверт, а «курьер» тем временем прошел в квартиру, осматриваясь. В конверте оказались голографии, на всех был Юу — в машине, на улице, в офисе, в ресторане и даже в клубе. На некоторых была и она сама, полностью или частично, ведь главным объектом оставался Юу. На последнем изображении он был в той же одежде, которую надел утром, там он пожимал руки людям в костюмах.

Кэрри прошла в комнату и, стараясь не выдать своего волнения, пренебрежительно бросила голографии на столик.

— И что дальше? — насмешливо спросила она. — Мне следует ужаснуться этой слежке?

— Слежке? — удивился «курьер» и засмеялся. — Нет, но тебя ужаснет то, что может сделать мой человек, если я прикажу ему. Или если от меня не поступит отмашка, сигнал, суть и частота которого известна только мне и ему.

Кэрри пыталась переварить эти слова, но все равно не понимала, зачем он пришел к ней, зачем все это устроил.

— Я все еще не понимаю, зачем? — озвучила она свой вопрос.

— Конечно, — согласился он и, сняв с головы кепку, признался. — Этот облик не очень-то мне нравится, но он не привлекает внимания, а это главное. Если хочешь, я могу принять любой другой.

Кэрри с ужасом смотрела на то, как на ее глазах происходила метаморфоза и человек в курьерской одежде становился другим. Но больше всего ее шокировало то, какой именно облик выбрал собеседник. Меньше, чем через минуту перед ней стоял Юу. Она смотрела на него и не находила отличий — черты лица, глаза, волосы, идеально-точное сходство с настоящим Юу. Только одежда — все та же курьерская форма — совершенно не подходила к созданному образу.

— Так лучше? — с усмешкой спросил «курьер» и даже голос его изменился, стал точь-в-точь как у Юу.

— Перестань, — растеряв всю свою самоуверенность, беспомощно попросила Кэрри. — Верни все как было.

— Просто хотел, чтобы нам было комфортнее общаться, — иронично сказал он, но Кэрри была уверена, что он преследовал совершенно противоположную цель. — Я все же пока побуду в этой «шкуре», на случай если ты захочешь воспользоваться своим талантом.

— Кто ты и что тебе нужно от меня? — попытавшись вернуть себе самообладание, спросила Кэрри.

— Мне нужна ты, — ответил он. — И за это я готов платить высокую цену. Например, оставить в живых Широтани.

— Это смешно, — Кэрри нервно рассмеялась. — Зачем тебе я? Какой в этом смысл?

— О, детка, мне жаль, что ты не знаешь, как велик твой потенциал. Я давно за тобой наблюдаю, видел тебя в деле. Но все это — детский лепет по сравнению с тем, что ты можешь. Мне нужна твоя сила, вся, без остатка. И вот мои условия — ты идешь со мной, прямо сейчас, без вещей, телефона и записок нашему общему знакомому. Все, что тебе потребуется, у тебя будет. Все, что нужно от тебя — слушаться и неотступно следовать за мной, днем и ночью быть моей тенью и избавлять от любой опасности. У меня немало врагов, а вскоре их станет еще больше и мне нужна защита.

— И ты думаешь, я соглашусь на это? — в ее голосе звучала насмешка, но Кэрри не чувствовала такой уж уверенности.

— У меня есть железные доводы, — сказал он и достал из сумки прозрачный экран голографа. Он включил его и в комнату ворвались трехмерные голограммы. — Голографии были всего лишь закуской, я знал, что тебя они не убедят.

Кэрри наблюдала за ним, чувствуя, как в душе рос тот самый страх, от которого она едва сумела избавиться утром. Она будто окаменела, узнав в одной из движущихся фигур Юу.

— Это съемка в режиме реального времени, все, что ты видишь, происходит на самом деле. Если сомневаешься, я даже могу набрать номер Широтани и поговорить с ним от лица какого-нибудь элитного знакомого. Но главное, ты сможешь увидеть, что сделает мой человек, если ты отвергнешь мое предложение.

Он набрал в телефоне сообщение — судя по быстроте, это был числовой код — и среди голограмм появился человек с оружием. Он издалека целился в фигуру Юу. Через какую-то секунду он нажал на курок — и бокал рядом с рукой Юу разлетелся вдребезги. Кэрри вскрикнула, закрыв рот руками.

— Это всего лишь предупреждение, — заверил ее самозванец. — Решение за тобой.

Хладнокровно отогнав от себя эмоции, которые могли бы помешать ей, Кэрри опустила руки.

— Хорошо, — ответила она. — Отзывай своего человека. Я пойду с тобой.

Он улыбнулся, не сомневался в ее ответе, убрал экран и забрал голографии со стола. Потом стер запись видеонаблюдения, не сводя, впрочем, глаз с Кэрри. Она могла надеяться лишь на то, что эту сцену увидит Казуя и поймет ее взгляд правильно. Затем «курьер» открыл дверь, галантно пропуская Кэрри вперед. Перед подъездом их ждала машина и она села на заднее сидение.

Закрыв глаза, она пыталась унять охватившую ее дрожь. Ее трясло, но не от холода. Первое, что пришло в голову Кэрри, мысль, за которую она вцепилась мертвой хваткой: самозванец не должен узнать о ее положении. Она придумает, как выкрутиться. Но пока ей нужно думать и о том, как сохранить жизнь всем, кто был ей дорог. Юу. И крошке, растущей внутри. Раскисать никак нельзя, как и позволять страху затмевать здравый смысл. Может, у нее получится усыпить бдительность этого психа, сделать вид, что она полностью в его власти. А потом, выяснив его слабые места, она сможет нанести удар в спину, тогда, когда он меньше всего будет ожидать этого.

Крупные хлопья снега все кружились, кружились, заметая следы. Кэрри обняла себя за плечи, тонкая ткань платья не грела. По дороге в Элиту, она вдруг вспомнила слова Кенджи, последние его слова к ней. «Не доверяй элитным, они могут воспользоваться силой, которой вы обладаете». Тогда она отмахнулась от этого предупреждения, а сейчас оказалась в ловушке именно из-за своего таланта. Если бы она была обычной, простой артисточкой в кабаре, каких сотня, она никому не была бы нужна. Но она не обычная, и это ее слабость и ее сила одновременно. Она что-нибудь придумает и обязательно вернется к Юу. Только бы он понял ее исчезновение правильно. Только бы он дождался ее и не влезал ни во что опасное. Не для того они прошли весь этот путь, чтобы их смог разлучить какой-то безумный самозванец.

«Пожалуйста, Юу, не делай глупостей», — молила Кэрри Богиню судьбы. Она успокоилась, ощутив на запястье красную нить. Все просто не могло закончиться сейчас, это все, что она знала наверняка. Это был еще не конец, она сделает все ради своей семьи.