Глава 24

В раннем детстве, когда Сэм был ещё слишком маленьким, чтобы ходить самостоятельно, он много плакал и не мог заснуть. В то время его самая старшая сестра Ирен заметила, что младший брат плачет, когда видит бесформенные тени на потолке.

- Ветер играет с листвой и лунный свет формирует на потолке разнообразные кляксы, думаю это пугает братика, - сказала тогда родителям Ирен.

Её наблюдательность сильно помогла изнеможденной бессонными ночами матери и тогда их отец, Френк Крой, придумал театр теней. Он вырезал из дерева множество различных фигур животных, бабочек и птиц. Они натягивали большую белую простыню, ставили лампы и всей семьей показывали перед сном маленькому Сэму целые представления. Это удивительным образом успокаивало ребёнка и вызывало смех, после чего он крепко засыпал. И хотя Сэм вырос, научился ходить и разговаривать, но семейные театры теней стали своего рода традицией и периодически устраивались до тех пор, пока Сэма не забрали в Святого Люминэ. И хотя другие сестры - Поппи и Рени - будучи маленькими, тоже наслаждались теневыми спектаклями, но без Сэма они потеряли свой смысл и забылись.

Однако Сэм помнил о них. Теперь он любил тени и смотрел на них очень внимательно. Каждое малейшее шевеление тени могло показать удивительную трансформацию и новую историю. Точно так же он наблюдал за людьми и малейшими изменениями их поведения и эмоций. Это позволяло ему видеть больше, чем остальным.

Сидя на кухне и нарезая капусту для пирожков, он наблюдал за Оливером, который вынимал из кастрюли варёные яйца и явно видел, что его маленький друг изменился. Стал смелее и, кажется, замыслил что-то, что не понравится их учительнице.

- Знаешь... ты сегодня какой-то особенно довольный и взволнованный. Ощущение безнаказанности ударило в голову? - с явной иронией спросил Самюэль и на него в ответ посмотрели широко распахнутые глаза.

Оливер резко повернул голову, услышав вопрос друга, от чего последнее варёное яйцо, которое он доставал, соскользнуло с металлической поверхности ложки и плюхнулось обратно в кипяток. Пару брызг попало мальчику на руки, он дёрнулся и зашипел от боли. Самюэль тут же вскочил с места, но Оливер остановил его жестом.

- Я в норме! - морщась сказал Майлдмей, при этом виновато улыбаясь.

Сэм медленно сел на место, наблюдая за тем, как Оливер промыл руки под холодной водой, а затем опять взялся за ложку и яйцо. Когда все яйца были сложены в тарелочку, а горячая вода слита, он поставил на стол миску и всё, что было необходимо для замешивания теста - муку, дрожжи, масло, молоко, сахар и соль. Он собирался смешать ингредиенты и оставить тесто отдыхать, а потом помочь Сэму обжарить капусту, но тишина и пытливый взгляд друга не давали ему покоя.

- Я вовсе не чувствую себя безнаказанным... - виновато начал Оливер. - Я просто благодарен всем за то, что отнеслись ко мне с таким пониманием...

- Не все... - спокойно сказал Сэм, наблюдая за тем, как Оливер насыпает муку в миску.

- Оливию я не считаю, - с лёгкой улыбкой, не глядя, ответил Оливер и добавил в муку дрожжи.

Самюэль внимательно наблюдал за Майлдмейем, за каждой переменой его эмоций и жестами. Оливер плохо врал, в целом не был склонным ко лжи и почти никогда этого не делал. Но, кажется, в последнее время он кое-чему научился у своего нового друга.

- Я имел ввиду не Оливию, - сказал Сэм и тяжело вздохнул, тем самым заставив Оливера посмотреть на него с замешательством, - Я искренне не понимаю, чем этот парень так сильно тебя зацепил, что ты готов рисковать всем ради встречи с ним и...

- Дело не в нём! - сказал Майлдмей, перебив Кройя и немного просыпав соль на стол. - Он, конечно, хороший... но я и сам хочу многое увидеть и многое узнать...

Оливер запнулся, не понимая, как правильно сформулировать мысль. Он хотел поделиться своими чувствами с Сэмом, ведь он так ему доверял и раньше делился абсолютно всем, но сейчас просто виновато собирал соль в ладошку.

- Оливер... - с новым тяжёлым вздохом начал Сэм, - Кевин Кин вовсе не хороший. Так считаю я, так считает Гай, это так же понимают миссис Чейн и мистер Берри. Просто они более деликатно говорят об этом. Даже Оливия... хоть ей в принципе никто не нравится, но этот парень... он вызывает у твоей безбашенной сестры тревогу и страх. А я вот вообще никогда не видел, чтобы она чего-то боялась... так, объясни мне, почему ты не прислушиваешься к нашему мнению? Оно больше не важно для тебя?

Тень обиды застыла на лице Оливера. После приезда матери и побега за пределы Святого Люминэ ему не довелось поговорить с Сэмом по душам. Оливер и представить не мог, что Крой, который был всегда его опорой и поддержкой, думает в таком ключе. Мальчик и сам понимал, что не может нормально сформулировать свои мысли и чувства. Оливер не до конца разобрался в себе, но он ощущал, как его сердце жаждет большего. Оно жаждало целого мира и не хотело быть запертым всю жизнь в стенах этого дома. Оливер и раньше был слишком общительным. Все неприятности, в которые он попадал с другими учениками Святого Люминэ, были из-за его желания завести больше друзей. Но разве он сможет сделать это в стенах Гостевого Дома? Сколько ещё детей и новых людей сможет появится тут? Он был благодарен за то, что имеет таких близких друзей, как Сэм и Гай. Был благодарен за миссис Чейн и мистера Берри и за всех, кто к ним иногда заглядывал. Но Оливер не понимал почему он должен ограничивать себя этим, когда он может идти к ним навстречу сам?

- Не говори так, - сердито сказал Оливер, налив молоко и масло в смесь сухих ингредиентов, и принялся сурово их мешать. - Вы все мне очень дороги. Поэтому даже не думай так.

Сэм лишь устало покачал головой, явно сделав какие-то свои выводы, и продолжил нарезать капусту.

После того как тесто было оставлено отдыхать, а капуста обжарена на сковороде с луком и смешана с яйцом, Сэм и Оливер разошлись по своим делам. Но договорились встретиться на кухне через пару часов, чтобы вместе лепить пирожки. Они планировали угощать ими всех жильцов гостевого дома на ужин. Это был повод собрать всех вместе, потому что в последние пару дней у каждого был свой режим дня, и жильцы редко пересекались во время еды. Мистер Берри стал чаще покидать территорию школы по каким-то своим делам, а миссис Чейн вставала позже остальных и её время приёма пищи совсем съехало. Гай завёл привычку кушать у себя в комнате, а Оливия вообще редко появлялась дома и вечно где-то летала. Оливер стал чаще пропадать на улице, и Сэм догадывался, что это всё так же было связано с Кевином Кином.

И он был прав. Оливер в очередной раз вышел из дома и направился в сторону огорода. У него была пара часов до того, чтобы вернуться на кухню, и он решил потратить их на поиски Кевина.

После их побега Кин так и не связался с Оливером. Раньше он всегда присылал Кайя с запиской, если не мог встретиться лично, и Майлдмей очень переживал, что его друга могли сильно наказать из-за него. Он представлял себе худшие сценарии с участием мистера Зелля. Мальчик видел профессора всего один раз в тот самый день, и он оставил от себя впечатление сурового и непреклонного человека.

Оливер боялся заходить на территорию пансиона и школы, но он сходил проверить те места, где они раньше встречались. Сперва он сходил на малый и большой огороды, потом в яблоневый сад. Он не уходил вглубь, лишь шёл по тропинке, глядя в сторону пансиона и надеясь, что Кевин сможет его заметить. Потом его маршрут возвращался через огород к домику мистера Филлса, и после к озеру. Обычно он обходил всё озеро вокруг и после шёл обратно домой, чтобы потом через постирочную выйти на улицу, где они с Кевином вместе вешали сушиться бельё и часто встречались. Сегодня он планировал совершить тот же самый маршрут, но, когда он вышел за калитку большого огорода, выходящую в яблоневый сад, ему показалось, что он видит знакомую фигуру вдалеке. Оливер так обрадовался, что побежал навстречу так быстро, что в итоге запутался в собственных ногах и упал коленями на дорожку прямо перед лакированными туфлями кремового цвета.

- Оливер! - над головой мальчика раздался взволнованный голос миссис Дэвис, которая тут же принялась помогать Оливеру подняться и отряхивать его. - Какой ужас! Твои колени!

На коленях Оливера красовались красные ссадины, которые болели и щипали. Он посмотрел на свои ноги и ему захотелось расплакаться. Но не из-за боли, а из-за обиды, что перед ним стоял не Кевин, которого он так надеялся встретить.

- Ну, что ты! - запричитала миссис Дэвис ласковым голосом, заметив первые слезинки на щеках мальчика и аккуратно прижала его к себе, а затем медленно повела в сторону пансиона. - Надо скорее обработать эти царапины и промыть их! До гостевого дома далеко, быстрее будет зайти в медпункт пансиона.

Только после этих слов Оливер сообразил, что они стоят рядом с галереей возле входа в пансион и какое-то странное тепло разлилось у него в груди. Он никогда не был в пансионе или во внутреннем саду пансиона. Они с Оливией один раз были в школе в день своего приезда в Святого Люминэ, но Оливер плохо помнил тот день. Он послушался и медленно последовал с миссис Дэвис ко входу. Она поддерживала его, раны были свежим и отдавались зудящей болью при ходьбе, но Оливеру больше не хотелось плакать. Он стёр с лица слезинки и вытер глаза тыльной стороной руки, потому что его ладони оказались грязными из-за падения. После чего он внимательно рассматривал всё с широко открытыми глазами.

Они прошли через галерею и вошли в пансион. На входе сидел мужчина с газетой, который кинул на них беглый взгляд, но ничего не сказал и продолжил читать. Миссис Дэвис кивнула мужчине с улыбкой, и они обошли его, чтобы оказаться в длинном коридоре, наполненном светом. С одной стороны коридора были двери с номерами, а с другой огромные окна, которые выходили во внутренний двор пансиона, и Оливер первый раз увидел знаменитый сад, где должна была располагаться скульптура и мемориал Айлы Люмен. Они шли недолго пока не подошли к двери с надписью медкабинет и вошли внутрь. Это было мрачное помещение без окон с несколькими кушетками, столом и стульями, а внутри никого не было. Оливер подумал, что планировка этого здания весьма странная. Кто и зачем будет делать комнаты без окон? Затем миссис Дэвис посадила его на одну из кушеток.

- Так. Посиди здесь, я схожу за врачом! - она погладила мальчика по голове и после того, как он несколько раз кивнул, вышла из кабинета, прикрыв за собой дверь.

На секунду Оливеру стало не по себе. Он вспомнил мистера Берри, который был хилером и мог быстро вылечить его при помощи Капельки. Стоило ли Оливеру вообще быть здесь? Он вполне мог потерпеть и дойти до гостевого дома, но любопытство пересилило. Сейчас он тревожно озирался, сидя в полумраке комнаты, наполненной специфическими горькими ароматами, а затем дверь скрипнула и медленно открылась, от чего Оливер вздрогнул.

- Ты так хотел со мной повидаться, что решил найти способ пробраться в пансион? Весьма хитрый и действенный метод! - с лёгкой усмешкой сказал знакомый голос и дверь захлопнулась.

- Кевин! - чуть ли не крикнул Оливер, но Кин приставил указательный палец к своим губам, показывая, чтобы тот был тише.

Затем Кевин прошёл вглубь комнаты ближе к Оливеру и сел перед ним на колени. Майлдмей молча наблюдал, как его друг достал из кармана шорт маленький пузырёк с водой. Кевин откупорил пузырёк и из него вылился элемент воды, который сразу окутал одно больное колено мальчика своим собственным телом. Уоттер растекся по ране, и Оливер ощутил приятное тепло, а после элемент переключился на второе больное колено.

- Что бы ты без меня делал? – присаживаясь рядом на кушетку, сказал Кевин. - Вероятно попадал бы в очередные неприятности?

Кин улыбался, а Оливер был просто рад, что наконец-то вновь увидел друга. У него было столько вопросов, но он просто слушал, благодарно улыбаясь в ответ, потому что не мог собраться с мыслями.

Спустя пару минут элемент закончил лечить вторую коленку и вернулся обратно в пузырёк к Кевину. Юноша встал с кушетки и убрал его в карман, а затем развернулся в сторону выхода из медкабинета, прислушиваясь.

- Мне стоит уйти пока не пришёл врач... - огорченно сказал Кин.

- Но! Мы так давно не виделись! Ты наказан? Профессор посадил тебя под домашний арест? - все вопросы, накопившиеся в голове Оливера, тут же начали вырываться на свободу.

- Что-то в этом роде... да... - не глядя на Майлдмейя и явно прислушиваясь к звукам в коридоре, ответил Кевин.

- А Кай? Ты мог отправить его мне с запиской, чтобы я знал! Мы могли бы общаться, как раньше! Я так переживал! - Оливеру очень хотелось поговорить с другом, но в сложившейся ситуации он старался успеть хотя бы донести главные мысли и чувства прежде, чем Кевин уйдёт.

- К сожалению... Кай недоступен, - голос юноши звучал сдавленно и немного плаксиво, что вызвало сильное беспокойство Оливера.

- Как недоступен? Мистер Зелль забрал его? Он же не мог так поступить, да? - мальчик пытался понять, что происходит, он был очень встревожен и даже встал с кушетки.

- Мистер Зелль не забрал его... - Кевин, который все это время сверлил взглядом дверь, внезапно повернулся и хмуро посмотрел на Оливера. - Его забрал кое-кто другой... и он не отдаст его мне, пока я не прекращу с тобой общаться... думаю ты понимаешь о ком речь.

Сердце Оливера кольнуло. Он не верил своим ушам и его мысли путались. Он прекрасно понимал, кого имеет ввиду Кевин и ему не хотелось в это верить. Они стояли так пару минут, глядя друг другу в глаза. Оливер смотрел испуганно. Он видел во взгляде Кина боль и ему так хотелось это изменить, как-то помочь другу. Но затем Кевин резко развернулся к двери и открыл её.

- Мне лучше уйти. Нельзя чтобы кто-то узнал, что я виделся с тобой... мне жаль... - произнёс он осипшим голосом и вышел, прикрыв за собой дверь.

Когда Кевин ушёл, Оливер вновь сел на кушетку. В его голове было много противоречивых мыслей, которые не покидали его вплоть до прихода врача и миссис Дэвис. Они были сильно удивлены, заметив, что раны на коленях мальчика затянулись. Оливеру пришлось соврать, что ему помогли местные двеллинги и затем миссис Дэвис проводила его до гостевого дома. Он был так поглощён этими мыслями, что забыл пригласить учительницу на пирожки в знак благодарности. Он махал ей вслед, когда она уходила и потом, прежде чем войти, долго смотрел на входную дверь и на цветной витраж с розами.

Когда он оказался внутри, то не пошёл на кухню, проигнорировав Сэма, который уже ждал его там и что-то кричал вслед. Оливер быстро поднялся по лестнице на второй этаж и направился в комнату Гайя. Ему нужно было убедится в том, что Кевин неправ. Но зачем Кевину врать?

Когда Оливер открыл дверь в комнату Янга, в ней никого не было. Ни владельца, ни признаков нахождения Кайя. Оливер попытался сосредоточится, чтобы почувствовать энергию файера и даже зашёл внутрь, чтобы осмотреться, но он ничего не видел и не ощущал. Никакого остаточного следа. От этого его сердцу стало чуточку легче, но всё же оно ныло. Он верил, что Кевин не мог ему соврать, но также он не хотел верить, что Гай может поступить подобным образом. Однако кто-то в этой ситуации был лжецом или виновным, и Оливер хотел убедится во всём сам.

- Что ты делаешь? - за спиной раздался голос Гайя, он звучал незнакомо и холодно.

Оливер повернулся в сторону Янга и виновато потупил взгляд, пытаясь собраться с мыслями. Он хотел правильно сформулировать свой вопрос, чтобы не обидеть Гайя, но при этом узнать правду.

- Я видел тебя в окне с миссис Дэвис. - Гай сделал шаг вперёд, его голос сменился на встревоженный. - Вы шли от огорода... что-то случилось?

- Нет! - резко ответил Оливер, но потом осекся, ведь это было не совсем правдой. - То есть да! Но ничего страшного... я просто упал и разбил колени, а миссис Дэвис оказалась рядом и отвела меня в пансион, чтобы врач осмотрел... так было ближе и быстрее...

Оливер немного запинался. Он хотел показать другу, что он правда в порядке и при этом подвести тему разговора к нужному вопросу, но этого не понадобилось. Гай сощурился, внимательно осмотрев Майлдмейя, а потом устало выдохнул.

- Ты виделся с ним, да? - этот вопрос звучал спокойно, но в нём чувствовалась доля раздражения. - Я не собираюсь больше ругаться с тобой на эту тему. Мы уже это обсуждали...

От этих слов Оливеру стало чуточку спокойнее, ведь он и правда боялся, что Гай разозлится, когда узнает, что он виделся с Кевином. Если Янг поймёт, что он специально искал встречи с Кином всё это время. Он хотел по возможности избегать этих тем, чтобы не расстраивать Гайя, но всё и так было написано на лице Оливера.

- Так что он тебе сказал на этот раз? Я вижу, что тебя что-то тревожит... - это было нетипично для Янга быть таким разговорчивым и пытаться разговорить другого, его тоже что-то тревожило.

- Он сказал, что ты забрал у него Кайя... это правда? - Оливеру было сложно озвучить этот вопрос и сердце буквально колотилось в ушах от застывшего между ними напряжения.

- Да, - коротко ответил Гай, глядя на друга и глаза Оливера моментально стали огромными.

- Но... как... почему... Почему?

Оливер не мог осознать этого признания. Его взгляд метался по комнате будто в поисках дополнительных ответов и подсказок. В среде волшебников считалось неэтичным забирать элементов у других волшебников. Но во Фламар это никак не наказывалось. Такие вопросы иногда решались на официальных дуэлях, которые по сути напоминали перетягивание каната. Два волшебника пытались привлечь элемента на свою сторону используя энергетические потоки. Сильнейший подавлял волю элемента и забирал его себе честно и официально.

Но было достаточно много волшебников, в том числе в кругах аристократии, которые осуждали подобные древние традиции. Гай, которого знал Оливер, просто не мог так поступить по отношению к самому элементу, так сильно привязанному к своему хозяину. Это было бесчеловечно.

- Ты забрал его себе? - немного осипшим голосом спросил Оливер, словно собирался расплакаться, но глаза его были сухими и больше не смотрели на Янга.

- Нет, - спокойно ответил Гай, - Я просто спрятал его от Кина, чтобы тот не мог больше шпионить за домом и...

- Это всё равно неправильно! - резко выкрикнул Оливер, теперь он выглядел очень сердитым. - Ты должен вернуть его Кевину! Он его хозяин! Кай может страдать без него! Им надо бить вместе! Им...

- Я не буду этого делать, - перебив эмоциональный поток Оливера, чуть повысил тон Гай, - Я спрятал его, пока Кин не скажет, что задумал... пока я не буду уверен, что все в безопасности...

- Это неправильно! - Оливер крикнул со всей силы, сжав свои маленькие кулачки, - Я сам его найду и верну!

Гай не успел ничего сказать, он не успел даже дотронуться до Оливера. Его рука потянулась к другу, который быстро обошёл Янга и юркнул в дверь, но он не решился схватить Майлдмейя. Их несовместимость стихий могла причинить Оливеру боль, так что Гай просто остался стоять в своей комнате, не зная, куда ему деться.

Он слышал сердитый топот маленьких ног друга, а затем в комнату ворвалась миссис Чейн.

- Что случилось? Это Оливер кричал? - встревоженно спросила учительница, осматривая комнату с порога.

- Ничего... просто недоразумение, - внезапно грубым тоном ответил Гай.

Он не смотрел на миссис Чейн, и она поняла, что он специально избегает зрительного контакта. И если она продолжит задавать вопросы, то ей придется вытягивать из него ответы силой. Амелия решила, что выяснит, что происходит, другим способом. Она похлопала Янга по плечу и ушла в направлении лестницы.

Гай так и остался стоять в своей комнате, пытаясь успокоить бурю эмоций, нарастающую у него в груди.

***

Оливер быстро спустился по лестнице на первый этаж. Чувство разочарования охватило его, но сердце всё ещё отказывалось верить в происходящее.

Люди могут совершать ошибки.

Эта мысль утешала мальчика, который не хотел думать о своём друге плохо. Но также Оливер отчётливо чувствовал, что был несогласен с Гайем. Он не мог найти никаких оправданий для такого поступка, ни одной веской причины.

Раньше для Оливера Гай был тем, кем он восхищался и уважал больше всего. Мальчик всегда хотел быть похожим на своего серьезного и собранного друга. Гай казался ему очень взрослым, хотя был всего на год старше, но что-то в этом образе изменилось. Оказалось, что Гай был тем, кто больше всего погружался в эмоции и не умел их отпускать.

Оливер же был тем, кто умел прощать и старался прислушиваться к остальным. И сейчас он пытался придумать причину, по которой он может простить Гайя за этого поступок, но в его голове было пусто.

Сейчас он пытался сосредоточиться на поиске Кайя, но плохо соображал. Как он вообще может найти файера? Он мог быть где угодно. В доме и на территории Святого Люминэ, которая была отнюдь не маленькой. Ему нужно облазить каждый уголок, но сколько на это уйдёт времени? Оливер злился на себя за то, что не мог так хорошо распознавать энергию, как остальные, а значит ему придется искать элемента своими силами подобно невидящим. Он нервно метался по гостиной, осматривая пианино, диван и парты, а потом услышал стук знакомого костыля.

- Что происходит? Ты что-то потерял? - встревоженно спросил Сэм, выглядывая из коридора. - Мне кажется я слышал, как ты кричал...

Оливер вылез из-под парты Оливии, глядя на Сэма растерянным взглядом полным мольбы о помощи. Он был настолько в моменте, что не задумываясь коротко и быстро рассказал кого он ищет и что случилось, но взгляд его друга отчего-то стал мрачным.

- Я знал, что ничего хорошего из этого не выйдет... - на выдохе сказал Сэм и развернулся в сторону коридора. - Идём со мной.

Оливер подошёл к Сэму, но не успел ничего спросить, как Крой просто взял его под руку и потащил за собой. Буквально через минуту они уже стояли в его комнате и Самюэль, втолкнув друга внутрь, закрыл за ними дверь.

- Что? Зачем? - запаниковал Оливер, но Крой молча проковылял к своему столу, на котором стояло несколько глиняных горшков разного размера, перевёрнутые вверх донышками с маленькими отверстиями для слива воды.

Майлдмей знал, что Сэм оставил у себя элемента земли, которому посвятил свой дневник наблюдений. Этот иорф уже долгое время жил в его комнате в горшке и любил, когда ему приносили камушки, но Оливер не знал, что друг устроил элементу целый горшковый город. Однако, когда Сэм поднял самый большой горшок под ним оказалась банка, в которой сидел Кай. Файер спокойно спал, свернувшись калачиком внутри банки и не заметил происходящих манипуляций.

- Ты! Ты поддержал эту затею!! - разозлился Оливер, но в коридоре раздался знакомый стук каблуков, и Сэм тут же вернул горшок на место, скрыв банку.

Миссис Чейн вошла без стука, беглым взглядом оценив комнату и остановив взгляд на Оливере, который выглядел как преступник, застигнутый на месте преступления.

- Может кто-нибудь из вас всё-таки расскажет мне что происходит? - она застыла в проходе, полностью преграждая собой выход из комнаты и в её голосе ощущался сарказм.

- Мы печём пироги на всех, - с лёгкой невинной улыбкой ответил Сэм и накинул свою руку Оливеру на плечо, закрывая собой стол.

- Пироги печёте? Серьезно? Вот прям тут? В этой комнате? - не скрывая иронии, спросила миссис Чейн.

- Нет, конечно, на кухне, - улыбка играла на лице Кройя и он принялся массировать плечо Оливера, который слишком очевидно выглядел напряженным, - Нужно было кое-что обсудить.

- Обсудить? Видимо тема была животрепещущая, раз крики Майлдмейя раздавались даже в комнате Янга, - миссис Чейн опёрлась о косяк двери, при этом её взгляд внимательно сканировал помещение.

- Начинку! - внезапный тонкий голос вырвался изо рта Оливера. - Мы не могли договориться, но сейчас уже всё решено! Будет только капуста с яйцом!

Миссис Чейн расплылась в широкой улыбке, кивая головой.

- Капуста с яйцом, так капуста с яйцом... - спокойно повторила учительница, а затем развернулась и вышла за порог. - Тогда увидимся на ужине.

Затем женщина пошла по коридору в сторону гостиной и, когда звук её каблуков стих, Оливер внезапно так расслабился, что даже присел на корточки.

- Не понимаю... зачем мы скрываем это от миссис Чейн? - голос Майлдмейя почему-то звучал запыхавшимся, будто недавно он пробежал пару кругов вокруг дома.

- Миссис Чейн опытная волшебница, бывшая военная... Как ты думаешь, что будет, если этот файер попадёт ей в руки? - уставшим голосом сказал Сэм и сам сел на кровать.

- Не знаю... - задумчиво проговорил Оливер, подняв взгляд на друга. - Думаешь, она может сделать с ним что-то плохое?

- Не знаю, но я думаю, что у взрослых свой взгляд на происходящее. Помнишь, как миссис Чейн была зла, когда ты пропал? Как она говорила с тем профессором! - размышлял Сэм, а Оливер кивал, улавливая каждое его слово. - Я думаю, что у нашей учительницы точно есть свои способы, как добыть информацию из элемента... и я не могу гарантировать, что они безопасные... в конце концов она настроена решительно.

- Думаешь, она причинит ему вред? - с сомнением спросил Оливер и его брови нахмурились.

- Не-зна-ю... - по слогам произнес Самюэль. - И не хочу это проверять.

Оливеру не нравилось то, что Сэм может оказаться прав и он решил, что скрывать нахождение Кайя в их доме от взрослых всё-таки хорошая идея. Но лучшей идеей было вернуть его хозяину.

- Если мы вернём Кайя, то он будет в безопасности и не будет никакого риска... - начал Майлдмей, но друг его перебил.

- Я согласен с Гайем. Для меня сейчас важнее наша безопасность.

Оливер долго и внимательно смотрел на Сэма. Тот ответил ему тем же, ожидая очередного эмоционального всплеска, но его не произошло. Оливер первый опустил взгляд и вздохнул, а потом повернулся в сторону выхода из комнаты Кройя.

- Тесто уже должно было подняться... пойдём лепить пирожки, - он открыл дверь и вышел в коридор, дожидаясь Сэма.

Самюэль немного растерялся такой перемене, но решил, что лучше не развивать конфликт и пока понаблюдать за другом. В итоге они сделали пирожки и испекли их. А на ужин впервые за долгое время кухня была полна жильцов, даже мистер Берри неожиданно вернулся в гостевой дом, хотя до этого выезжал в деревню по делам.

На кухне было тесно, но уютно. Сэм ютился на скамье с миссис Чейн и мистером Берри, а Оливер и Гай сидели на стульях друг напротив друга. Оливия пришла чуть позже, но разместилась на подоконнике и ела пирожки с удовольствием. Вся эта идиллия ощущалась, как раньше, словно они одна большая разношёрстная семья и никто не поднимал прошлых спорных тем. Оливер был по-настоящему счастлив. Он мог считать этих людей за столом своей семьей и был благодарен им за то, что они любили его таким, какой он есть. Он улыбался весь ужин и наслаждался едой. В этот момент они даже были с Оливией очень похожи, как в раннем детстве, когда их никто не мог различить.

Тем же вечером, когда все жильцы разбрелись по дому. Миссис Чейн и мистер Берри обустроились в гостиной и пили кофе. Гай ушёл в библиотеку, а Оливия внезапно осталась на кухне с Сэмом, чтобы помочь ему убирать со стола и мыть посуду, Оливер сделал вид, что отправился в уборную на первом этаже. На самом деле он пошёл в постирочную и вышел через запасной вход. Обойдя дом вокруг на отдалённом расстоянии, он оказался у окна в комнату Сэма, которое было слегка приоткрыто. После нескольких неудачных попыток ему удалось подтянуться и залезть внутрь, оказавшись прямо на столе, где стояли перевернутые горшки. Он поднял самый большой горшок, под которым стояла банка с Кайем, файер, кажется, всё ещё спал. Оливер взял банку и попытался открыть крышку. Она поддалась не сразу, пришлось приложить много усилий, чтобы, скрипнув, крышка сдвинулась с места. Когда банка была открыта, Кай резко взмыл вверх и вылетел в окно, не оглядываясь. Маленькой вспышкой он облетел Оливера и скрылся за деревьями. Когда Оливер вылез из окна, ему ещё какое-то время казалось, что он может разглядеть этот маленький огонёк в нарастающих сумерках.