- 2 -

Глава 2. Незваная гостья

​Положительным в ситуации было то, что Пит грубо оттолкнул её. Он вскинул руки, будто защищаясь от заразы, и выразительно сплюнул в сторону. Отрицательным — девушку это ничуть не задело. Напротив, его реакция её развеселила. Она расхохоталась так звонко, что согнулась пополам, притопывая стройной ножкой в экстремально коротких шортах.

​«Истукан» внутри меня наконец оттаял. Я разжала затекшие кулаки и медленно направилась к ним. Следовало прояснить ситуацию здесь и сейчас, без преждевременных выводов. За год рядом с Питом я привыкла к липкому вниманию со стороны женского пола, но чтобы вот так, в открытую, вешаться на шею — такого наглость еще не знала.

​— Привет, — я остановилась рядом, угрюмо насупившись.По перекошенному лицу Пита было ясно: он в одной минуте от взрыва. Это открытие слегка остудило мой собственный внутренний вулкан. Видимо, этот «французский поцелуй» стал для него таким же сюрпризом, как и для меня.

​— Сэм? — при виде меня его взгляд изменился, став колючим и виноватым одновременно. Он непривычно ссутулился, пряча эмоции.

— Сэм — это Бри. Бри — это Сэм, — бросил он короткое представление, кивнув сначала на меня, потом на рыжую.

​Мы замерли, сканируя друг друга. Она смотрела с вызывающей усмешкой и ленивым интересом; я — угрюмо и недобро. Стоит признать, Бри не выглядела вульгарно. Никакого боевого раскраса или вавилонов на голове: простые шорты, майка, кеды. Но её волосы… они казались отдельным персонажем. Длинные, огненно-рыжие, они сияли на солнце, будто их напитали жидким золотом, и послушно ложились на плечи при каждом движении её головы. Глаза — прищуренные, изумрудные, хитрые, как у кошки. Она походила на дьявола, укравшего лицо ангела.

​— И? Что это сейчас было? — наконец мой мозг подал сигнал, что лимит изучения этой «слащавой физиономии» исчерпан.

​Девчонка ухмыльнулась:

— А ты, значит, та самая? — фраза прозвучала странно. Будто она знала обо мне всё, но это не помешало ей совершить наглый набег на моего парня. Внутри меня вновь заструилась горячая лава.

​— Сэм — моя девушка, — вмешался Пит. Он собственническим жестом притянул меня к себе за плечи, вырывая из объятий гнева. — Что тебе нужно, Бри?

​— Прости, Сэм, — «морковка» картинно потупила взор, но её губы дрожали от едва сдерживаемого смеха. — Я не знала, что нашего мачо уже оседлали.

​Её голос был пропитан сарказмом, как губка — ядом.

— Могу забрать свой поцелуй обратно, если хочешь, — она исподлобья следила за моей реакцией, точно зная, куда бить.

​Я стиснула челюсти так, что зубы скрипнули. Народу вокруг было слишком много, иначе эта смазливая мордашка давно бы познакомилась с моим кулаком. Но правила университета были суровы: любая потасовка на территории — немедленное отчисление. Пит предупредил меня об этом в первый же день, так что мне пришлось придушить в себе желание устроить скандал.

​— Слушай, Бри, — Пит почувствовал, как мое тело превратилось в натянутую струну. — Говори дело и проваливай. Нам пора.

​— Да ничего особенного, — она пожала плечами, изображая невинность. — Просто мне негде было остановиться в Париже, и я вспомнила про тебя.

​Она хлопнула ресницами — честно, широко, без тени недавней усмешки. Этот ответ поверг меня в ступор. Пита, кажется, тоже. Он выпустил мое плечо, закатил глаза и сцепил руки на затылке.

​— Какого черта? Откуда у тебя мой номер? — он с силой провел ладонями по лицу, сжимая щеки.

— Твоя мать дала.​Судя по тому, что Пит даже не удивился, ответ был ожидаемым. Он застыл каменным изваянием, превратив складку между бровей в глубокую гармошку. Я же почувствовала, будто меня замуровали в холодный студень. Мало того что эта девица виснет на нем, так она еще и вхожа в его семью. Катастрофа. Отношения Пита с Милой всегда были сложными, но он никогда ей не отказывал. И больше всего меня изводила мысль: они явно не просто знакомые. Их прошлое было… тесным.

​Пит отошел в сторону, нервно набирая номер матери. Бри всё это время улыбалась — спокойно, размеренно, не сводя с меня глаз. Казалось, она наслаждается каждой секундой этого хаоса. Именно такой реакции она и ждала.

​Когда Пит вернулся, по его хмурому виду стало ясно: хороших новостей не будет.

— Ну что? — я всё еще на что-то надеялась.

— Ничего, — буркнул он, растирая переносицу.

​— Ну что-о? — передразнила меня Бри, накручивая рыжий локон на палец.

— Сколько ты здесь пробудешь? — голос Пита звучал глухо, как из-под завала.

— Месяц. Может, два, — нагло отозвалась рыжая, продолжая ощупывать его фигуру призывным взглядом.

​Меня начало разбирать на части по клеточкам. Мысль о том, что он может предложить ей жилье, казалась бредом, от которого голова начала опухать в буквальном смысле. Он ведь не сделает этого без моего согласия? Мы ведь живем вместе…

​— Поехали, — Пит резко развернулся и дернул меня за руку.

Решив, что гроза миновала, я выдохнула и поспешила за ним. Но, оглянувшись, увидела, что «морковка» уверенно ковыляет следом.

​— Пит! — я попыталась высвободить руку, замедляя шаг. Его пальцы впились в мою ладонь еще крепче. По его острым скулам и плотно сжатым челюстям было понятно: сейчас он не настроен на диалог.

​Когда мы дошли до кабриолета, я первой прыгнула в кресло и демонстративно нажала кнопку центрального замка. Щелчок — и я в домике. Но Пит тут же деактивировал замок, и Бри с грацией кошки ввалилась на заднее сиденье прямо за моей спиной.

​— Какого черта?! — я сорвалась, глядя на Пита. Он часто принимал решения молча, но это уже переходило все границы. — Может, просветишь меня, что происходит?

​— Бри некоторое время поживет у нас, — процедил он сквозь зубы и завел мотор. Он сжал руль так, что на кистях вздулись вены.

​— Ах, вот как… — я почувствовала себя воздушным шариком, который передули и ткнули иголкой. Обида, негодование, горечь — всё смешалось в один ядовитый коктейль.

​Первым порывом было выскочить из машины, хлопнув дверью так, чтобы вылетели стекла. Но это было бы слишком предсказуемо. Именно этого Бри и ждала — моей истерики, моего бегства. Сэм-подросток так бы и сделала. Но за последние годы я научилась выключать сердце, когда нужно действовать головой. Было очевидно: Питу эта затея противна не меньше, чем мне, но пойти против воли матери он не мог.

​— Я всё объясню, — прежде чем рвануть с места, Пит бросил на меня короткий взгляд. В нем читалась не просто просьба — мольба. Он не хотел давать этой рыжей повод для торжества, обсуждая подробности при ней.​Я сдалась. Решила, что потерплю до дома. В крайнем случае, я всегда смогу забаррикадироваться на своей половине квартиры, а в общем проходе поставить огромный шкаф.