Белый волк. Птица свободы

Оказалось, в больнице почти нет людей. В основном звери. А я-то уже паниковать начала. Ну это, наверное, из-за того, что Порецкое – это село. В городах зверей всегда мало. А в больших и подавно. А всё потому, что в них большое скопление людей, а значит и вэнанов полно...Я поднялась на третий, упала на кровать, закрыла глаза...– Что стряслось? – спросила бабушка. – Почему мне позвонили и сказали, что ты в больнице? Куда ты ходила? Здесь что... вэнаны?Я опустила глаза и посмотрела на открытое окно, откуда спрыгнул Егор.– Всё в порядке. Я просто неудачно упала, – я сжала больничное одеяло.– Я очень надеюсь, что это правда. И всё же... Ты под домашним арестом, – твёрдо сказала бабушка. Я раскрыла рот, чтобы возразить. – На неделю. Прости, но теперь я несу ответственность за вас. Обоих! – она посмотрела на Лекси. – Алексия, помоги сестре собраться. Только побыстрее. На автобус опоздаем.Бабушка ушла, а Лекси лишь виновато опустила голову.– Ну?Она посмотрела на меня. Я застыла. Её глаза одновременно залиты счастьем и слезами. Зелёная радужка, будто стала стеклянной. На лице яркая улыбка.– Сестра, я думала... что опять тебя потеряю, – голос тонкий, звенящий и спокойный. – Но ты вполне в порядке.– Ты... испугалась? – мягко спросила я.– Нет. Что ты, нет. Я просто... Очень счастлива, что всё хорошо, – она посмотрела на меня с той же улыбкой.Я открыла глаза. Слегка улыбнулась. Поднялась с кровати, чтобы переодеться. Сняла джинсы и... О! Что это? Из кармана, видимо, выпала какая-то бумажка. Я подняла её, раскрыла. Там был номер. Егора епт! Ну, ладненько. Созвонимся как-нибудь. Через неделю, чёрт возьми!Я окончательно переоделась и включила телек. В комнату зашла Алекса.– Женя... Я глянула на неё. – Я... Я истекаю кровью, – она вдруг упала.– Лекси! – я испугалась и подбежала к ней. – Что случилось? Лекси! – я села рядом, взяла её на руки и стала трясти. Она медленно открывает глаза.– Се-стра...– Что? Что такое? – кажется, я реву.– Скажи бабушке, что... Что я люб-лю... Её... – она вновь закрыла глаза.– Алекса! Нет!Нет-нет, как это произошло? Что с ней? Что хрень творится?– Видимо, настало то время... Когда мне нужно... Нужны... Твои прокладки.– Ч-чего? – я замерла и ни хрена не поняла.– Гости на красном феррари приехали. Неожиданно, конечно. Так что? Дашь, пожалуйста?Я сбросила её. Подошла к тумбочке. Достала пачку. Бросила в неё.– Чтоб ты сдохла! – крикнула я и снова села около телевизора.– Спасибо! – она ушла, захлопнув дверь.– Гребаная с###а...Через час мне стало скучно. Я выключила телек и посмотрела в сторону тумбочки, где лежал листочек. Встала, подошла, взяла. Может?.. Ой в жопу всё! Я набрала номер. Долгие гудки. Чёрт, может не стоило?– Да? Кто это? – отозвалось в телефоне. Я затаила дыхание.– Чё как, очкарик? – прозвучал ответ. Я совсем не это хотела сказать! – Уже весна. Мишке пора бы вынуть лапу изо рта.– А! Так это ты! И как я сразу не догадался? Чувствую ведь, что псиной запахло.У меня дернулся глаз.Лови ответочку!– Что? Антигризли не действует? Или тебе медку надо, чтоб не рыкал? – остановите меня!– Гхем! Я-то знаю, когда остановиться, – его голос стал более серьёзным.– Я заметила, – как можно серьёзней, ответила я.– Так. Чего звонила то?– Да просто... Вот... Вот какого хрена у меня твой номер телефона в кармане завалялся? – и правда. Зачем я вообще ему позвонила? Теперь вот выкручивайся.– Тебе заняться не чем?– Пфф! Конечно, есть чем, – прыснула я. – Но в данный момент нет.– Всё с собой ясно.– Чего те ясно? – рыкнула в ответ я.– Ты просто соскучилась по мне вот и всё.– Да нифига подобного! Кто по такому куску мяса с четырьмя глазами скучать будет!? – я, конечно же, взорвалась.Он, кажется, захихикал.– А не ты ли говорила, что обязательно мне поможешь? – я чувствую, как его и так узкие глаза стали ещё уже. Вот так и хочется обозвать его лисьей жопой. Но он же медведь!Меня слегка передернуло. Ненавижу медведей.– Ага. Да. Помогу, если бесить не будешь.– Будто ты много об этом знаешь.– Поверь мне, знаю.– Имела дело? – сомневается чёрт.– Да, было такое. Просто... Не давайся в подробности. Я всё равно ничего не скажу.– Ну ладно, ладно. И как ты собираешься мне помогать?– Проверю, как действуют на тебя опасные вещества и растения, – без малейшего колебания ответила я. Я помню, что он именно так и сделал.– Оу... А ты довольно умна...– А ты как думал?! Если ты вундрик, то все вокруг тупые?– Нет, конечно.– Я же чувствую, что ты врёшь!– Угх... Ладно. Ладно. Окей. С этого момента я буду говорить тебе только правду. Спокойна?– Спокойна.Последовала небольшая пауза.– И когда же мы встретимся? – спрашивает.– На следующей неделе.– Э? Почему так долго?– Я на домашнем аресте.– А, понятно.– И до того времени собери всё, что я тебе сейчас скажу.– Слушаю.– Чё, серьёзно соберешь?– Говори уже!– Нужна крапива... Бронза, гортензия... Вороний глаз.– Что? Вороний глаз?– Растение такое. И... Пока что это всё.– Окей. Добудем.– Ага...Опять пауза. Так и что дальше? Вешать трубку, да?– Ну, до встречи... – начал он. – Если ещё что-то надо будет найти, звони. Пока.– Пока! – я быстро отключилась.И что это такое было? Вот дура!– Ты закончила?Я резко обернулась. Лекси стоит со скрещенными руками на груди.– Ты всё время стояла здесь?– Не всё время, но да.– И что ты слышала? – подозрительно спросила я.– Было бы правильнее спросить, что я узнала. А узнала я, что ты... – я напряглась. – С кем-то встречаешься!– Ч-чего? Э-э! Нет! С дубу рухнула? Конечно, нет!– Аха ха ха!.. – Лекси вдруг заржала. – Опять купилась. Думаешь, я тебя не знаю? Такого ведь никогда бы не произошло. Ты чего так взбесилась? Ещё и покраснела вся.– Чего? – я подбежала к зеркалу и посмотрела на своё лицо. – Фух...Оно не красное.– Лекси! Ты меня уже сегодня во второй раз достала! Иди вон бабушке помогай. Делать что ли нечего?– Не-а. А бабушке сейчас помощь не нужна. Она улетела по делам.Я, уставшая от всего этого, плюхнулась на кровать.– Не подходи ко мне сегодня больше. Убью.– Как страшно. Прям дрожу.Я посмотрела в её сторону. Лекси села в кресло и, кажется, задумалась о своём.– Чего это ты сегодня какая-то сама не своя? – спросила я, глядя в потолок. – Смеёшься, улыбаешься, разыгрываешь меня. Что-то случилось?– С тобой случилось, – буркнула она. Я посмотрела на неё. – Ты стала слишком серьёзной. Это не ты. Я тебя знаю.– Просто...– То, что случилось тогда и стало причиной твоей перемены, – перебила она меня. – Ты всё ещё не можешь забыть, отпустить... простить.– Ты думаешь, я могла? Могла поступить иначе? – внутри всё сжалось. Голос стал твёрже.– Ты не должна была убегать. Я тоже очень любила дядю Джона, – я стиснула зубы. – Максим был мне, как брат, – я нахмурила брови. – А родители... Они тоже были мне очень дороги! – Заткнись!! – я резко поднялась. Она посмотрела на меня зелеными, большими, испуганными глазами. – Не смей говорить так, будто знаешь меня! Будто знаешь всю меня!– Женя, ты...– Что!?– Горишь.Я расслабилась, потому что её ответ меня напугал.– Ты... Ты вся извергаешь очень много энергии... Прошу, прекрати это.– Ты думаешь, я знаю как? – я запаниковала.Что за фигня?– Тебе надо... Успокоиться.– Что ты несешь? Я спокойна! – стало очень жарко.– Женя, только не отключайся. И...– Что ещё? – голова начала кружиться, воздуха не хватает.Опять?– Твоё лицо... Как-то изменилось, – Лекси подошла ближе.– Лучше не подходи. Мы обе не знаем, что происходит.– Женя! – я посмотрела на неё. – Она тебе что-нибудь говорила?– Кто она? – совсем не хватает кислорода.– Ралина-перевертыш говорила тебе слово?Я вздрогнула всем телом.– Не могу... Не могу произнести. Нельзя.– Скажи их! Я знаю, ты должна.Что она несет?Я взялась за горло, за голову...– Щикаши! – закричала я. Удар моего сердца распространился по всему телу. Само сердце обожгло так, как было в первое обращение. Что-то внутри меня рвётся наружу. Перед глазами ничего нет. Только вихрь синего тумана. Что же это? Что со мной происходит?