Глава 2.12

Тёплый ветер нежно подул мне в лицо, заставляя мои темные локоны пританцовывать в такт. На удивление была хорошая погода, но как вы видите дул лёгкий ветерок. Щас мы ожидаем наш вылет, который осуществится через пятнадцать минут. Доносит нас личный вертолет, до острова, который оказывается был Стивенсона. И так как кроме Фила, другого наследника нету, а Кейт (сестра Фила), уехала учится во Францию, и островом справиться не смогла, то парень был единственным вариантом.

—Вообщем,–начала Белла,–Вы едите на остров, и пробудитесь там три дня, приезжаем мы, и привозим всё необходимое. Потом уезжаем на три дня, а дальше вас забирают. Еда там есть, найдёте в холодильнике, а Фильмы на флешке, вот,–улыбнулась девушка и дала нам флешку.

—Презервативы,–тихо сказал Давид, протягивая Филу.

—Давид, бля,–возмутилась я, давая парню подзатыльник.

—Вы детей пока-что не планируете,–кинул кареглазый, мило улыбнувшись.

—Сама невинность,–фыркнула я.

Тут из вертолета выходит мужчина сорока лет, с усами. И это наш лётчик.

—Ребята, садитесь,–проговорил он странным акцентом.

Тут ребята накинулись на нас с объятиями, и разными пожеланиями.

—Пока!–замахали те, пока мы заходили внутрь.

Улыбнувшись им на прощание, повернулась в сторону Фила, который нёс наши чемоданы. На нем была белая футболка, и черные шорты до колен, а на плече висел рюкзак. Ну, а сам он напевал какую-то песню. Когда мы прошли внутрь, сели на места. Пока я распутывала свои наушники, то и не заметила как мы взлетели.

—Кес,–произнес парень.

—Что?

—Почему ты такая красивая?–спросил голубоглазый облокотившись щекой об кресло.

Я посмотрела на него. Заткнула наушники в уши. Снова посмотрела на него. Включила музыку.

***

Мы летим пол часа, и эти пол часа Фил спит. Но когда я увидела невероятно красивый закат, мне хотелось чтобы и Фил это увидел.

Фил

Меня кто-то нежно поглаживал по руке, и я невольно улыбнулся.

—Фил,–прошептал знакомый, и нежный голос. 

Я открыл глаза, и увидел довольную морду Кес.

—Смотри,–восхищено произнесла она, показывая в иллюстратор.

Темноволосая показывала мне облака над которыми мы пролетали, розового приятного оттенка, сквозь эту сахарную вату можно было увидеть окне, в котором озеркалывалось небо.

—Тебе точно видно? Пересядь на мое место, к окну,–сказала девушка, и начала подниматься.

—Кес, мне и так хорошо видно, не надо,–улыбнулся я, положив ладонь ей на руку.

Ей важно было не самой насладиться красотой мира, а показать этот мир мне. А я больше любовался её сияющим лицом:

—Ты видишь? Тебе нравится?

Да, я видел, и мне нравилось.

Объявился голос стюардессы, и мы замолчали.

—Вертолет садится на посадку.

—Через несколько минут, мы будем сами на острове,–радостно проговорил я.

Но посмотрев на грустный вид Кес, которая аккуратно крутила наушники на своих двоих пальцах, сразу замолчал. Ясно.

Когда вертолет сел на крышу стюардесса объявила посадку, и мы могли вылезти с этого вертолета. Свежий воздух ударил мне в лицо, и я мог увидеть те зелёные пальмы, которые шевелились в такт ветра. Палящие солнце ярко светило, грея мою кожу. Кес улыбнулась щурясь от солнца. На её лице явно была радость, смешная со счастьем. Мы начали спускаться по лестнице, которая вела в самый внутрь дома. Интерьер был исполнен серых, сдержанных оттенков, как любил Стивенсон. Тут я был около пяти раз, по этому это видеть мне не впервой. Ну а Кесседи, с интересом рассматривала помещение.

***

Кесседи

Положив последнюю футболку на полочку, пошла искать Фила, который оказался на кухне.

—Где твоя комната?–спросила я, взяв у него банан.

—Мы спим вместе,–ответил тот, забирая свой же банан, но потом протянул голубой листочек, где аккуратно напечатано белым шрифтом "Ссортесь, но засыпайте вместе".

—Что делать будем?–произнесла я.

—Го купаться,–предложил голубоглазый, улыбнувшись во все 32.

—Ну окей,–ухмыльнулась я, и побежала переодеваться в купальник.

***

—Ты умеешь ходить?–заржал Фил, когда я мать его, третий раз, падаю на песке. Как так можно?

—Я гусеничка,–сказала я, и начала барахтаться в песочке.

Темноволосый подошёл ко мне, и взял меня на руки. Отлично. И ходить не надо.

—Что означают твои татуировки?–спросил парень, идя к пляжу.

—Которые на руках, просто закрывают шрамы. Пентаграмма, то что я в Мафии. Пистолет – опасность. Вот,–ответила я, и этот придурок кинул меня в воду,–ЕБАННЫЙНОСОК!

—ГИГИГИ,–заржал темноволосый, и уплыл.

А я плавать не умею.

Фил

Пока разогревался в теплой воде, увидел как Кесседи повернулась ко мне спиной, где были белые полосы оставленные мною. Господи, какой же я ублюдок. По этому я решил топить Кес. Гигиги.

Подплыв к темноволосой, потянул её за ногу. А та встала кричать. И когда она была под водой, с надутыми щеками, я улыбнулся. Её волосы словно парили, а лицо было милым и детским. В этот момент я вспомнил, как мы ездили во Францию, в Марсель. Ну и решил повторит подводный поцелуй. Девушка начала вырываться, из-за нехватки воздуха, ну а я мысленно закатив глаза, всё таки поцеловал её. Через несколько секунд, воздуха не хватало, ни мне, ни ей. По этому мы вынырнули с под воды. Зеленоглазая начала глотать воздух, смотря на меня. С её волос скатывались капли, по шеи, по плечам, по ключицам, и это было безумно красиво.

—Придурок,–выдавила та, и мы засмеялись.

Покупавшись где-то час, я заметил, что губы Кес стали синего оттенка, хотя вода была теплая.

—Пошли на берег,–серьезно указал я, на что девушка замычала.

—Ну ещё чуть-чуть..

—У тебя губы синие.

—Я буду плавать,–гордо ухмыльнулась зеленоглазая, и решила пройти мимо меня, но я остановил её за талию.

—Ты не умеешь,–прошептал я, и взял её на руки.

Та обвила своими ногами мне торс, а руками шею, ну а сама смотрела мне в глаза. Я подумал, что она что-то скажет сексуальное, но на ебанутая.

—Го букашек давить,–заулыбалась та.

—Дура,–ухмыльнулся я, уже идя по песку.

—Пиздокрыл,–хихикнула зеленоглазая, и положила свою башку на плече. Романтика,—Этот момент я запомню на всегда,–прошептала темноволосая.

—Потому что в нем есть я?

—Нет, потому что в нем есть потрясающий закат.

Как только я повернулся, увидел красное небо, солнце, которое садилось за горизонт. Это было очень красиво. Невероятно. Шикарно.

—Мы все – момент,–коротко произнесла Кесседи, но потом, красиво продолжила,–Одна секунда может изменить всю твою жизнь в корне. Только представь, 9 миллиардов (кто знает, сколько будет 2020 году) человек. Кто-то сейчас просыпается, кто-то только ложится спать. Кто-то только что поцеловал свою любовь впервые, кто-то сделал это в последний раз. Кто-то сейчас стоит на коленях в слезах перед больничной койкой, а кто-то плачет от счастья. Возможно, сейчас умер тот, о ком даже не вспомнят. Возможно, сейчас родился мальчик, который заставит огромные стадионы петь вместе с ним. Кого-то сейчас бросили. Кто-то стоит на краю дома. Кто-то сейчас врёт, что больше не любит, а кто-то прямо сейчас врёт в глаза человеку, который готов отдать жизнь за него, что любит его. Сейчас где-то парень пишет песню, которую будут напевать подростки спустя сотни лет. Сейчас девочка допишет стих, в строках которого каждый найдёт себя. Кто-то встречает рассвет со своей будущей женой. Кто-то уходит от парня, которого будет любить всю жизнь. Кто-то уезжает далеко, оставив свою любовь дома, а кто-то наконец-то вернулся домой, но ещё не знает, что его предали. Кто-то сейчас пьёт за любовь, а кто-то из-за любви. Кто-то сейчас мечтает под ноты пост-рока, а кто-то может мечтать только держа руку любимого человека,–девушка замолчала, и посмотрела на меня,–Ты сейчас слушаешьь это и если ты всё ещё не понял, то давай помогу тебе. Наша жизнь состоит из моментов. Каждый момент важен по своему. Поэтому цени каждый из них.

—Самый лучший момент в моей жизни, была..–сделав паузу, посмотрев на чудесный закат,–Была ты. Я всегда думал, что самое сложное – это влюбиться. Найти себя среди миллиардов других людей. Встретиться, узнать друг друга, полюбить. Думал, что самое важное происходит в самом начале. Ведь во всех этих пушистых фильмах, которые так обожают девочки, вся история крутится вокруг того, как главные герои влюбляются. Они два часа знакомятся, целуются, ругаются, и как только они становятся парой – фильм заканчивается. Конец истории. Принц целует Белоснежку – конец. Русалочка бежит на корабль Эрика – конец. С самого детства нас учат, что если мы нашли того самого человека, то всё остальное не имеет значения. Что как только мы понимаем, с кем хотим быть – жизнь становится мёдом. Какой же это бред. Самое тяжёлое в любовной истории совсем не это. Влюбиться – это просто. Любить – ещё проще. Но любить человека так, как он этого заслуживает – одна из самых сложных вещей в мире.

На эти слова зеленоглазая улыбнулась мне, но она улыбнулась мне так, словно я самый лучший человек во всей Вселенной.

—Пошли костёр разведем,–сказала Кес, и побежала в дом,–Но сначало я переоденусь!–крикнула та напоследок.

Ну, я решил развести огонь. Взял дрова, которые были сзади дома, бумагу, и мелкие деревяшки. Подрались всё это, решил, что надо притараканить бревно, на котором мы будем сидеть. Всё сделав, сел на своеобразную "лавочку".

Через несколько минут, из дома вышла девушка с подносом в руках. На ней был бежевый топ, белые шорты, и полупрозрачный белый кардиган, который упал ей на плече.

—Я фруктов нарезала, и зефирок принесла,–крикнула Кес, спускаясь на ступеньках.

Её темные локоны падали ей на плечи, а на лице можно было заметить красный носик, и щёчки. Кес села на бревно, поставив поднос на пенёк, который находился рядом.

—Курить будешь?–спросила зеленоглазая, подвигая мне дорогую пачку сигарет.

—Кес ты не куришь,–грозно сказал я.

—Это последняя, честно,–невинно ответила девушка.

—Ладно,–смирился я.

Взяв черную сигарету, поджёг её на костре, а после поднес к губам.

Мы купили в полной тишине, только ветер слегка дул на костер, а тот возмущался звонким треском. В этот вечер я  посмотрел ей в глаза. Боже, боже, сколько же печали, сколько же тоски в этих глазах.

Спаси

Кричали они. Глаза кричали, а она улыбалась.

Но потом я заметил как она уже бросает окурок в костёр, пока у меня осталась половина сигареты.

—Черт, как ты так быстро куришь?

Она посмотрела на меня, и на ее милом лице появилась такая широкая улыбка, что вы бы усомнились в ее умственных способностях, если бы не эта безупречная зелень в глазах. И радостно, как ребенок в Рождество, она ответила:

—Просто ты куришь, потому что тебе это доставляет удовольствие. А я – потому что хочу умереть.

—Ты себя слышишь?!

—Фил, мои мысли слишком громко кричат, смешиваясь воедино,–горько ухмыльнулась Кес, смотрев на костёр.

—Кесседи, я всегда буду рядом. Всегда,–прошептал я, крепко обняв её,–Я люблю, люблю, несмотря ни на что и благодаря всему, любил, люблю и буду любить, будешь ли ты груба со мной или ласкова, моя или чужая. Все равно люблю.

—Мне тяжело справляться с тем, что происходит внутри. Знаешь к чему это все привело? Я больше не доверяю людям. Мне кажется, что каждый хочет как больше надавить на то, что и так болит. Каждый хочет использовать меня, каждый хочет солгать. Каждый хочет причинить как можно больше боли.

Я молча взял её на руки, и понес в комнату.

Автор

Он толкнул ее к стене и посмотрел таким взглядом, как хищник смотрит на свою жертву. Страх прошелся по ее телу, в глазах появились слезы. Он медленно к ней подошел, смотря ей в глаза. Далее послышался ее дрожащий голос:

—Пожалуйста, только не кр..

Он в это время улыбнулся, нагнулся и дотронулся губами ее губ:

—Как можно кричать на такую?Таких, как ты, только убивать. Ты же хочешь смерти..

Затем одну руку он резко положил на талию, другой – поднял ее подбородок. В ее глазах слезы, одна выкатилась, он улыбнулся, глядя на это, хотя ему было трудно смотреть как она плачет. Так же держа ее подбородок, поцеловал слезу, потом стал водить губами по ее щеке, скуле, дальше – шея, ключицы. Она задрожала еще сильнее, положила руку на его затылок и закрыла глаза, а он.. опускаясь все ниже, чувствовал себя счастливее. Чем ниже, тем острее чувства и меньше шанса на то, чтобы ее не убить за то, что она такая. После ключиц он поднял голову и крепко поцеловал в губы, она ответила ему тем же.

Они даже представить себе не могли, сколько вот так простояли возле стены и довольствовались друг другом. Он был ее воздухом, а она.. он не знал, как назвать это чувство к ней, но то, что он ее любил – это да, это было. А как вы сходите с ума?

***

Кесседи

Вы когда-нибудь засыпали в объятиях? Не в таких, когда просто обнимают рукой. А в таких, когда перемешиваются руки, ноги. Когда от тебя торчит только одна макушка. И когда так крепко обнимают со спины. Как будто ты – целый маленький, хрупкий мир, который нужно хранить и оберегать от всех.Скажу я вам, что это счастье.

Я не хотела вставать, а просто лежала притворившись, что сплю.

Фил

У меня рука затекла, по ней бегали электрические разряды, но я ни за что на свете не пошевелился бы, потому что боялся её разбудить.

Ребята, простите, что не было так долго глав! Из-за сырой, холодной, паршивой погоды, пропадает вдохновение. Ещё это тупорылая школа, которая ебёт всех конем! Но когда наступили выходные, во мне проснулось второе дыхание!

Простите ещё раз, надеюсь глаза выйдет как обычно через три, четыре, ну или пять дней.