Старая кожа

Я — Мэй. Но, если быть честной, это имя сейчас почти ничего не значит.

После салона, где мои длинные каштановые волосы остались лежать на плитке под креслом, а зеркала отразили новую — светловолосую, с коротким каре — я будто сбросила старую кожу.Теперь мне нужно было одеться под свою новую версию. Ту, что не бросается в глаза. Ту, которую не узнают.

Мы приехали в один из самых дорогих бутиков в центре.Мама припарковалась у входа — её тёмная машина сверкнула на солнце, как чёрный рояль.Она вышла уверенно, идущая вперёд, как будто знала, куда и зачем. Я плелась рядом, будто нырнула под воду — всё звучало приглушённо, шаги, разговоры, музыка в магазине.

— Выбирай всё, что хочешь, — сказала она просто. — Всё, что поможет тебе исчезнуть.

Я кивнула.

Первым делом — очки. Большие, затемнённые, как у актрис, что прячутся от камер. Я примеряла одну модель за другой. Мои глаза исчезали за ними — и с каждым разом мне становилось легче дышать.

Потом — бейсболка. Серо-зелёная, со стертым логотипом. Подошла идеально.Маски — чёрные, медицинские, многоразовые. Удобные, плотные, закрывающие пол-лица.Мама что-то обсуждала с консультантом на португальском, быстро, уверенно, легко — и я снова поймала себя на мысли, как много она скрывала от меня раньше.

Я ничего не сказала. Слишком многое хотелось спросить. Но не сейчас.

Взяла чёрные карго-штаны. Объёмные худи. Простые майки, на размер больше.Никаких платьев.Никаких каблуков.Никакой старой Мэй.

Я накинула всё в примерочной, повязала маску, опустила козырёк бейсболки пониже, посмотрела на себя в зеркало — и с трудом узнала себя.У меня кольнуло в груди.

— Готово? — спросила мама, выглянув в примерочную.

— Почти, — прошептала я.

И снова посмотрела в зеркало. Слеза чуть не сорвалась — но я моргнула, не позволив ей упасть.Да, мне было больно прощаться с той девочкой, что мечтала петь, влюблялась, верила.Но теперь я стала кем-то другим.Теперь у меня есть броня.

Мы оплатили всё без единого слова. Консультанты вежливо кивнули.Мама взяла пакеты, я — очки и маску.

На улице стало шумнее. Жарче. Я натянула козырёк ещё ниже.

И пошла дальше.

Прочь от прошлого. Навстречу своей новой жизни.

Завершив покупку одежды,мы с мамой заехали в маленькое кафе на углу. Знаешь, из тех, что пахнут ванилью, свежим хлебом и немного дождём — даже если дождя не было. Оно выглядело уютно, тихо, почти забыто горожанами, как будто специально спрятано для нас.

Я вошла внутрь в новом образе — в худи, с очками и маской. Даже самой себе казалось, что я шпион. Или беглец. Хотя, по сути… я и была им.

Мы сели у окна. Я повернулась так, чтобы на меня не попадал прямой свет. Людей было немного: пара студентов с ноутбуками, пожилая пара у стены и женщина с ребёнком у витрины. Никто не смотрел. Никому не было до меня дела. И это было самое лучшее чувство на свете.

— Тут готовят твой любимый чизкейк, — сказала мама, глядя в меню. — Помнишь, мы ели такой в Оттаве?

Я только кивнула. Воспоминание накрыло быстро — тогда всё было по-другому. Я ещё не знала, что мир может быть таким опасным. И что отец может исчезнуть навсегда.

— Возьмёшь чай с двумя ложками сахара? — спросила она мягко.

— Конечно, — чуть улыбнулась я. — Ты ведь всё помнишь.

Она заказала нам обед. Я спряталась за чашкой, согревая руки об тёплый фарфор. Чай был вкусным. Не как дома. Но близко.Сырный суп, горячий хлеб, десерт — после долгого дня и недель напряжения всё это казалось праздником.

— Мы справимся, — вдруг сказала мама. — Ты справишься. Я знаю.

Я молча кивнула.

За стеклом ехали машины, люди шли с пакетами, дети ели мороженое. А я сидела здесь, со своей новой жизнью в рюкзаке. И знала — пути назад нет. Но вперёд — есть.

И это было лучше, чем ничего.

Я взяла ложку чизкейка, он таял на языке, сладкий и мягкий — как будто кусочек прошлого, где всё было просто. Мама что-то рассказывала про рынок недалеко от дома, про нового соседа и его лохматого пса, а я слушала… вполуха.

Всё было спокойно. Почти слишком спокойно.

И тут я почувствовала чей-то взгляд. Такой, от которого холодок ползёт по спине. Я подняла глаза — и заметила мужчину у выхода. Он стоял с чашкой кофе навынос, не двигаясь, и смотрел прямо на меня.

Высокий. В серой куртке, с бородой. Слишком знакомо.

Мама не заметила. Она листала меню, обсуждая десерт.

Я отвела взгляд. Может, показалось? Может, просто случайность?

Медленно повернулась снова — он уже ушёл. Только колокольчик над дверью ещё звенел, а я уже чувствовала, как сердце колотится в груди. Нет. Нет. Это просто паранойя. Я далеко от особняка. В новом теле, почти. Никто не мог меня узнать.

Но всё равно — я на секунду забыла, как дышать.

— Всё в порядке? — мама сразу это уловила.

— Да… Просто… показалось.

Она наклонилась ближе и тихо сказала:

— Не забывай, Мэй. Теперь ты — Анна Лоренсо. А они — никто.

Я кивнула, но внутри было тревожно. Кто он был? И действительно ли ушёл?

                  •От лица Оливера•

Я не помнил, как оказался в машине. Руки дрожали, сжимающие руль так, что побелели костяшки. По венам разливался яд — смесь ярости и отчаяния. Город за окном был серым, размытым пятном. Никчёмным. Без неё — всё потеряло смысл.

Я заехал в очередной тупик, выскочил из машины и пнул капот так, что загудело.— Чёрт возьми… — прошипел сквозь зубы.

Зачем я вообще её отпустил хоть на секунду? Почему не уследил? Это ведь моя работа — защищать. Моя одержимость, моя зависимость. Мэй была моей тенью. Моим светом. Моей слабостью.

Я вернулся в особняк. Пустой. Холодный.В каждой комнате её больше нет.Подошёл к её кровати. Сел.Опустил голову в руки.

— Ты была здесь… — прошептал, будто она могла ответить.

Но только тишина. Даже стены как будто отвернулись.

Я вызвал охранника.— Ты дежурил у южной стены? — прошипел, не глядя.Он кивнул.Я поднял голову.— И ты… ничего не заметил?— Нет, сэр.

Я встал, подошёл вплотную, смотрел прямо в его глаза.— Тогда, может, мне выбить из тебя зрение, раз ты им не пользуешься? — тихо, спокойно. И от этого ещё страшнее.

Он побледнел. А я… я развернулся и ушёл. Потому что если останусь — сойду с ума. Или кого-то убью.

Я вышел во двор. Холодный воздух не помог. Он не остужал гнев.Я знал — пока её не найду, мне не будет покоя.А если с ней что-то случилось… если кто-то посмел…

Мир должен начать молиться. Потому что зверь проснулся.И он идёт искать свою Мэй.

Я не сошёл с ума.Я просто потерял её.А без неё — что толку оставаться в здравом уме?

---

Я стоял в центре своего кабинета, окружённый мониторами, как в ловушке.Каждый экран — другой угол города.Каждое лицо — не то.Каждая секунда — пытка.

Пальцы дрожали от бессилия. Глаза выжгло. Я не спал уже вторые сутки.— Где ты, Мэй… — прошептал я в темноту, в пустоту, в то место, где когда-то была она.

Я выдернул флешку с камерами, вставил другую.Промотал ещё раз.И ещё.И снова.

Ничего.

Я ударил кулаком по столу. Раз — хрустнуло дерево.Два — пошла кровь.Три — с грохотом упал монитор.

— Найдите мне её! — заорал я в переговорник. — Всех! Я сказал — всех! Поднимите город! Пусть дышать никто не смеет, пока она не найдена!

Кто-то постучал.Охранник.— Сэр, мы делаем всё возможное…

— Всё возможное? — Я схватил стакан и швырнул в стену. Осколки брызнули на ковер. — Она исчезла у вас под носом! Всё возможное? Да вы даже кофе ей нормально принести не могли, не то что защитить!

Он попятился, побледнел. Я почти бросился на него, но сдержал себя. Почти.

К ночи весь особняк знал — я в бешенстве.Посуду на кухне можно было собирать по кускам.Стены в кабинете были исцарапаны, как после драки с тигром.И я не переставал.Не мог.

Я открывал все архивы, ко всем улицам, магазинам, вокзалам.— Пробивайте логи. Время, координаты, маршрут. — Мой голос срывался, становился хриплым, почти нечеловеческим. — Я хочу видеть каждый шаг, каждое движение!— Ищем…— Мне не нужно "ищем",мне нужен результат!—Закричал я так громко,что казалось стены особняка содрогались.

Я не ел.Не пил.Я жил только мыслью: она где-то там.

Что если ей холодно?Что если её кто-то держит?Что если она боится… снова?

Я облокотился на стену и сжал виски. Молча.На секунду.Только на секунду.

Потом — включил очередной экран.Следующий час.Следующий угол.Следующее сердце, что разобьётся от разочарования.

Но я найду её.Я обещаю.Хоть переверну весь этот мир — но верну свою Мэй.

Я стоял в зале, как на поле битвы. Только оружие у меня — голос, ярость и острое чувство пустоты внутри. Вся прислуга, охрана, каждый, кто хоть раз проходил мимо Мэй, стояли передо мной в напряжённой тишине. Даже повара — в белых фартуках, с опущенными глазами. Я смотрел на них, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони.

— Каждый. Слышите? Каждый из вас должен мне помочь. Иначе я превращу эту жизнь в ад. — Я шагнул вперёд. — Вы готовили для неё еду, приносили чай, охраняли спальню. А теперь? Она исчезла! И никто, чёрт возьми, не видел, как?!

Тишина. Только моё дыхание — тяжёлое, злое.

— Начнём с тебя, — я ткнул пальцем в старшего охранника. — Ты дежурил ночью?Он кивнул.— Где ты был с часу до трёх?— Я… я проверял периметр.— Один?— С Марио.— Позови Марио. И если хоть в слове вы не совпадёте — будете патрулировать болото. Без фонарей.

Я прошёлся по остальным.Повар.Горничная.Садовник.

Каждый — под подозрением.Каждый — мог быть тем, кто что-то пропустил.

---

В зал зашла София.Босиком, с книжкой в руках. Глаза настороженные.

— Оливер, ты весь дом на уши поднял. Что случилось?

Я обернулся к ней и заглянул в глаза.— Мэй пропала.

Она расширила глаза и с недоверием спросила —Ты уверен?

—Да.Записи с камер стёрты,никаких улик,никто из охранников ее не видел.

София лишь усмехнулссь.—А ты что думал Оли?Мэй не такая как все твои прошлые "куклы".Она упрямая,с характером.Я поражена насколько эта молодая девчонка умна,раз смогла обойти всю систему охраны и камеры.—Она подошла ближе,положив книгу на ближайшую полку.—Это твоя вина Оливер.Ты ее похитил,запер и не давал дышать без твоего позволения.Если она сбежала,то все правильно сделала,я бы на ее месте поступила так же.А если ее похи ...—Я не дал ей договорить.

—Заткнись.Ее не могли похитить.По крайней мере никто кроме нее не мог так тщательно продумать план.Камеры были отключены из дома,а ворота не открывались до утра,так что это был добровольный побег.

София лишь подала плечами и ушла.

Теперь Уилиам.

Дверь в кабинет отца захлопнулась с грохотом.

Он сидел в кресле, спиной ко мне, с бокалом виски. Тишина. Словно он ждал.

— Она исчезла, — бросил я, голос хрипел от бессонных ночей.

Он медленно развернулся. Его лицо было привычно холодным.

— Я слышал.

— Ты, правда, хочешь убедить меня, что не имеешь к этому отношения?

Он встал, подошёл, налил себе ещё. Отхлебнул и пожал плечами:

— Я не трачу время на игры, Оливер. Особенно на девчонку, чья кровь пахнет предательством.

Я подался вперёд, сдерживая ярость:

— Не смей. Она не он. Она не виновата, что её отец...

— …предал нас, — перебил он спокойно. — Мой брат по крови. Я должен был прикончить его сам. Тогда бы ты сейчас не бегал как бешеный.

Я стиснул кулаки:

— У нас всё было хорошо. В последние дни до её ухода… она вела себя странно. Словно… узнала что-то, что не должна была узнать. Что-то, что сломало её.— И я полагаю,что ты причастен к этому.

Он оторвал взгляд от бокала, резко посмотрел на меня. На миг — что-то мелькнуло в его глазах. Но тут же исчезло.

— Если бы был причастен — не молчал бы.

— Ага. Конечно, — прошипел я.

— Послушай, — он подошёл ближе. — Ты ослеплён. Любовь тебя ослепила. Ты не видишь очевидного. Ты ведёшь себя как ребёнок.

— А ты ведёшь себя как кто-то, кто её ненавидит, — резко бросил я. — Ты хотел, чтобы она исчезла. Ты рад, что она исчезла.

Он усмехнулся.

— Я не рад. Я — реалист. А ты просто не справился. Это твоя слабость, не моя.

— Если я узнаю, что ты хоть на шаг был рядом в её исчезновении…

— Что? — прищурился он. — Поднимешь руку на отца?

— Если придётся, — прошептал я. — Если это поможет вернуть её.

Я развернулся и вышел, оставив за собой только злость и гул в висках.

Я знал, он что-то знает.И знал — Мэй ушла не просто так.Но пока — я продолжу искать.И если для этого придётся сжечь этот город — я это сделаю.

                  •От лица Мэй•

Машина мягко катится по ночной трассе. За окном — ускользающие огни фонарей, чернильное небо, редкие машины. Внутри салона играет спокойная музыка — The Weekend:The party & The after party. Мама ведёт молча, и я благодарна ей за это.

Я прижимаюсь лбом к прохладному стеклу.Уже не тот страх. Не та паника.Просто… странное чувство. Словно я где-то между прошлым и будущим, не имея права остаться в первом, и ещё не зная, кем буду во втором.Иногда хочется повернуть назад.Но я помню глаза Оливера. Слишком хорошо.

Мы едем домой. К нашему новому дому.В моей голове — сумбур: кто я теперь? Могу ли быть собой? Или мне стоит стать кем-то совсем другим?

♡♡♡

Как только мы вошли, мама тихо пожелала спокойной ночи и оставила меня одну. Я сразу же потащила в комнату огромные пакеты из бутиков. Куча одежды: худи, топы, джинсы, платье в стиле куклы из Тима Бёртона, пальто, серьги, очки, маски… Всё, что кричало — «новая жизнь».

Я вытащила старую одежду из чемодана.Мой любимый свитер.Джинсы с порванным карманом.Футболка, в которой я впервые уснула у Оливера в доме.

Горло сжало.Я держала её в руках, будто держала себя — ту, старую Мэй, наивную, влюблённую, доверчивую.Ту, которую уничтожили.

Я выбросила её в мусорный пакет.Одну за одной — все вещи.

Пусть боль уйдёт вместе с ними.Пусть в зеркале будет новая я.Не та, которую украли, а та, которая сбежала.

Сильная. Свободная. Живая.

Я легла в постель с мыслью:Завтра начнётся что-то другое.И я уже не боюсь.