24 глава

Дверь дома открыла мама. Я обняла её, не успев даже зайти за порог. Вот и всё слёзы опять полились рекой. Следующие дни проходили чередой: знакомство с Бобом, общение с Мэри, слёзы, слёзы, ненависть, слёзы, слёзы, его постоянные не прекращающиеся звонки, воспоминания, слёзы. Я не замечала, как сменяются дни и ночи, как мама ходит на свидания, как Боб приходит к нам домой. Я всего этого просто не замечала, я чувствовала только боль. Боль, которая сжигает изнутри. Спустя 10 отвратительных дней моя мама заставила меня встать с постели и разобрать чемодан. Я уже и не помню, что положила в него в тот день. И первое, что я вижу – это ноутбук, его ноутбук. Теперь в нашем доме нельзя называть его по имени. Так придумала мама, чтобы мне было легче справиться с расставанием. Пока что все придерживались этого правила и я в том числе. Даже не помню, как положила его сюда. Странно. Очень странно. Всё равно я не знаю пароль – я швырнула ноутбук на стол. Или знаю? Визг мамы перебил все мои мысли. -САММЕР! Я спустилась вниз по лестнице, мама стояла около входной двери с каким-то письмом в руке. -Что нам такого написали, что ты так кричишь? -Просто посмотри – на её щеках слёзы. Она протягивает мне бумажку. Это из банка: «Ваш кредит в размере 20 000 долларов погашён» Твою - то мать! Я смотрю на маму, она на меня. В одну секунду мы держимся за руки и подпрыгиваем на месте. После останавливаемся, а потом ещё раз подпрыгиваем и визжим. -А откуда у тебя такие суммы? Это всё Боб? -Это всё он – она приподнимает брови, но опускает голову вниз – Ты понимаешь, о ком я говорю? -Тогда верни назад все эти деньги! -Что? Дочь, он нам помог. Очень сильно. -Я сама заработаю эти деньги и погашу кредит! -И сколько ты будешь работать? 10 лет? С зарплатой учителя мы этот долг будем гасить лет 15. -И погасим, без его помощи. -Но если у человека есть возможность… -Нет, мам прекрати. -Но… -Хватит! Прошу! – опять я плачу – Хватит, мы очень много о нём сейчас говорили. Давай передохнём немного. Я поднимаюсь обратно по лестнице на второй этаж. Буду опять валяться и думать, что всё-таки моя теория подтвердилась и всё мужики – мудаки. -Он звонил мне – слабо говорит мама. Я замерла. Откуда он знает её номер? Я спускаюсь на 5 ступенек вниз, чтобы видеть маму. -И ты ответила? -Конечно, я же не знала, что это он звонит. Он сказал, что хочет поговорить с тобой, но ты игнорируешь его. -Да, так и есть. -Но может… -Нет, не может мама. Мы это уже обсуждали. Ничего не может. -Ладно – ладно. -Ты больше ему ничего не рассказала? -Нет, ты что! За кого ты меня держишь? – она также не умеет врать, как и я. Но я сделала вид, что поверила ей. Я закрылась в комнате. В голову опять пришёл этот долбанный ноутбук. Я его открыла как всегда пароль. Он говорил, что это связано со мной. М-м-м может быть Париж – нет, Холм – нет, с маленькой буквы холм – нет, спустя 20 минут ноутбук летел через всю комнату на пол. Он выжил, значит, попробую ещё. Ничего не выходило, пока я не набрала – Саммер Уолсон – да. Офигеть! Вот я и плачу. Я по нему очень сильно скучаю. По этому грёбанному Волондеморду, чьё имя нельзя произносить. В почте всё как обычно – работа, работа, старые смс от Леси, которые я читала в Париже. Я зашла в черновики…Там было только одно сообщение… Дорогая Саммер Уолсон, Я всегда буду любить только тебя. Всё. Казалось одно сообщение, 9 слов, 46 букв, 2 знака: точка и запятая, но оно изменило во мне что-то. Я расплакалась, но не от боли, а от любви к нему. Больше такого я никогда не встречу. Но мне оно и не нужно. Теперь я буду наслаждаться воспоминаниями и его ноутбуком. Но все планы разрушил звонок в дверь…