Глава 17

Голубые глаза моего нового знакомого бегло изучают меню, пока я рассматриваю его. Лёгкая улыбка не сходит с его лица. Сделав выбор, он откладывает в сторону папку и смотрит на меня. Я отвожу глаза в сторону и морщу нос.- Что-то не так, Беатрис? - спрашивает он.- Всё так, - говорю я, - мне чашку кофе, пожалуйста.Кларк кивает и подзывает официантку. К нам подходит миловидная девушка и достаёт из кармана своего передника ручку и блокнот. Кларк смотрит на неё и говорит:- Нам, пожалуйста, две чашки кофе и два яблочных пирога.- Всё? - уточняет она.Кларк смотрит на меня, чтобы я подтвердила заказ. Я согласно киваю.- Всё, - улыбается он ей, и девушка уходит.Кларк вздыхает и опускает глаза вниз. Я ставлю локоть на стол и упираюсь им в подбородок.- Расскажите мне, Беатрис, почему у такой девушки, как вы, такие печальные глаза? - спрашивает он, перестав улыбаться.Но меня смущает не его вопрос. Меня смущает то, что он заметил это. Не зная меня, посторонний человек сразу сходу определил, что со мной что-то не так.- С чего вы взяли это? - смущённо спрашиваю я.- Это видно. Вместо того, чтобы светиться, ваши глаза тускло мерцают слабым огоньком печали и грусти, - говорит Кларк и выжидательно смотрит на меня.- Видите ли... Это сложно объяснить, - выдавливаю я.- Иногда легче рассказать всё незнакомому, чем близком человеку, - задумчиво тянет он.Я закусываю нижнюю губу и упираюсь глазами в стол. К нам подходит официантка и ставит две чашки с кофе и два куска яблочного пирога. Когда она уходит, Кларк опять смотрит на меня и ждёт моего ответа.- Ладно, если не хотите рассказывать, что у вас случилось, тогда просто расскажите о себе, - предлагает он.Я поднимаю на него глаза и чуть улыбаюсь.- Вы психолог? - спрашиваю я и прищуриваю глаза.- Нет, что вы! - смеётся он. - Просто мне интересны вы. И мне непонятна та грусть в глазах, которая есть у вас. - Я потеряла своего лучшего друга, - вдруг неожиданно для себя выдаю я.- О! - только и говорит он. - В каком смысле "потеряли"? С ним что-то случилось?- Можно и так сказать... - горько усмехаюсь я. - Он... Эээ... Мы немного не поняли друг друга. И он обиделся. А сейчас... Я просто не знаю, что мне делать. Я скучаю по нему, честно! Но он не хочет больше общаться со мной. Поэтому мне плохо.Пусть я и не казала ему всей правды, но немного стало легче. Кларк поджимает губы и задумчиво смотрит в одну точку.- Такое бывает, - говорит он, - но я думаю так: если между вами действительно была дружба, то она никуда не денется. Рано или поздно вы поговорите обо всём. Вы сами почувствуете, когда придёт время. И выясните всё. А сейчас не нужно грустить. Она вам не к лицу, Беатрис!От его слов я начинаю смеяться. Он тоже. И продолжает смотреть на меня. Когда я понимаю это, то смущаюсь.- Сегодня Рождество... - как-то задумчиво говорит Кларк. - Как вы будете его отмечать?- С родителями, - пожимаю я плечами, - а вы?Кларк вздыхает:- Я здесь по делам своей фирмы. Поэтому - никак. Дома меня никто не ждёт. Да и дом мой далеко, - усмехается он.- А откуда вы? - спрашиваю я.- Я - американец. Но уже долгое время живу в Лондоне, - говорит он.- И у вас здесь никого? - как-то с грустью спрашиваю я.- Нет, родителей у меня нет, они умерли давно, когда я был ещё маленьким. Ни братьев, ни сестёр. Жены тоже нет, детей и подавно! Правда, живёт у меня здесь друг, но он занят сегодня. Он приглашал меня к себе на ужин. Но, знаете, не хочу мешаться, - говорит он.И тут в голове у меня промелькнула безумная идея...- Тогда вас приглашаю я! - улыбаясь, говорю я.- О, нет! Спасибо, Беатрис! Но я думаю, что это плохая идея! Вы будете отмечать с семьёй, а меня едва знаете! Я буду чужим на этом празднике. Лучше давайте мы встретимся после праздников? - предлагает он.- Я настаиваю! - не унимаюсь я. - Вы будете гостем. Тем более, моя мама любит новые знакомства и большие компании. А киснуть в Рождество - это кощунство! Так что... - я беру салфетку и протягиваю руку, заметив в его нагрудном кармане ручку.Кларк минуту колеблется, потом достаёт ручку и протягивает её мне. Я записываю ему свой номер телефона на салфетке и адрес.