|𝟑𝟐| - Искупление

— Кто сказал, что мой свет лучше твоей тьмы?:«Цветы для Элджернона»— Дэниел Киз.

Фарид покинул дом стремительно, оставив за собой лишь глухое эхо хлопнувшей двери. Он шагал по улице, почти не замечая соседей, и не выпускал из рук телефон в ожидании ответа от Райдена. Отыскать его профиль в подписках сестры оказалось делом нескольких секунд.

​На лице Рида застыла решимость, однако в глубине глаз притаилась тень сомнения. Он всё еще не знал, с чего начать разговор, — Фарид по-прежнему не питал симпатии к парню, — но понимал: пришло время разгребать тот хаос, который он сам же и породил. Хотя бы ради сестры.

​Старому Фериту пора было возвращаться. Тому самому — адекватному, понимающему и в меру самовлюбленному.

«Где?» — короткое сообщение от @ryden.kim всплыло на экране спустя пять минут.

На Каннам-даэро, у Café de Paris, — быстро отстукал Фарид.

«Буду через полчаса».

Фарид взглянул на часы. Тридцать минут... Вечность. Но выбирать не приходилось.

«Спасибо, что вообще согласился, а не послал. Я бы на его месте поступил именно так», — подумал он, сжав челюсти и замирая в ожидании.

​Вскоре показался Райден. Сегодня он был без привычного мотоцикла, в строгом деловом костюме, который придавал его облику непривычную серьезность.

— Ты пешком? — нахмурился Фарид, не желая верить, что парень проделал такой путь на своих двоих.

— Нет, на машине, — бросил Райден, неопределенно указав в конец улицы. В его голосе сквозила холодность, но во взгляде Рид уловил странную, тщательно скрытую уязвимость.

​Фарид кивнул, стараясь сохранить бесстрастное выражение лица, хотя внутри у него всё клокотало. Он сделал шаг вперед, помедлил, словно взвешивая каждое слово.— Хорошо. Извини, если отвлек от дел.

​— Всё в порядке, — Райден пошел вперед, и Фарид последовал за ним.

Они медленно двигались по оживленной улице, затерянные в потоке людей, которым не было дела до их драмы.

​— Я хотел поговорить о сестре, — после недолгого молчания начал Фарид. Голос его едва заметно дрогнул.

— Как она? — Райден спросил это сдержанно, но в его глазах вспыхнула тревога. В этом взгляде было всё: и печаль, и страх, и нечто большее — безоговорочная любовь.

​Рид замер на мгновение, поймав этот взгляд. Он вспомнил их с Рони, ведь он сам смотрел на сестру Райдена точно так же. Сердце болезненно сжалось.

— Плохо. Если честно. Она не ест, почти не разговаривает... Родители пока не знают о случившемся. По крайней мере, если не заглянут в новостную ленту, — горько добавил он, намекая на утренний скандал.

​Райден ответил, не раздумывая:— Об этом не переживай. Я уже решил вопрос. Статью удалили, а те, кто её состряпал, подумают дважды, прежде чем решатся снова пачкать бумагу. Твои родители ничего не увидят.

​Фарид изумленно вскинул брови, пораженный такой оперативностью.— Спасибо, — тихо произнес он, и в этом слове впервые не было враждебности. — Я здесь только ради неё. Я спросил Раю, чего она хочет. Пообещал сделать всё, что угодно. И она попросила... чтобы я стал лучше относиться к тебе.

Райден тяжело вздохнул и провел рукой по волосам, сжимая челюсти.

— Послушай, я не знаю, кто ты и чем живешь, ясно? — голос Рида снова задрожал от подступивших эмоций. — Я просто боюсь за неё. Мы с ней связаны с самого начала. Ты не поймешь. Даже Рауф не поймет. Это связь близнецов — я чувствую её как самого себя. И я ничего не могу с этим поделать. Я честно пытался принять тебя. Повторял себе, что ты хороший парень, что ты брат Рони и не причинишь Рае боли... — Глаза Фарида наполнились слезами. — Но стоило увидеть тебя рядом с ней, как внутри всё переворачивалось от ярости. Я всю жизнь оберегал её. Боялся, что появится кто-то, кто влюбит её в себя, а потом разобьет ей сердце. Она ведь такая влюбчивая... — Рид усмехнулся сквозь слезы и тут же смахнул одинокую каплю со щеки. — Ты не плохой. Просто...

Он замолчал, подбирая слова и пряча дрожащие руки в карманы брюк.

— Ты живешь в другом мире. Клубы, вечеринки, алкоголь... всё это — пустота, от которой трудно отказаться. Я видел многих, кто хотел принять Ислам ради любви, но мирская суета всегда оказывалась сильнее. Я знаю, что ты любишь мою сестру.

Райден вздрогнул, его плечи напряглись. Он встретил взгляд Фарида с заметным усилием.

— Но достаточно ли ты любишь её, чтобы принять её веру? Вот главный вопрос, Райден. Неопределенность — вот чего я боялся больше всего. Ты ведь сам еще не знаешь, сможешь ли оставить свою прежнюю жизнь ради неё. А Рая... она уже не видит будущего без тебя. Она уже представляет тебя в нашей религии. Я просто не хочу, чтобы ей было невыносимо больно, если ты в итоге выберешь себя.

Наступила тишина. Райден отвернулся, глядя на прохожих, а Фарид опустил голову, погруженный в собственные мысли.

— Я хотел... — Рид запнулся, нервно потирая ладони. — Хотел попросить прощения за всё. Я лишь пытался сберечь её сердце. Своими методами, пусть и паршивыми. После того ужасного инцидента я многое переосмыслил. И теперь я прошу тебя об одном: будь осторожен. Если в твоем сердце появятся сомнения — не тяни. Не мучай её. Просто... верни мне мою сестру.

​— Я тебя понял, — Райден едва заметно улыбнулся, и в его голосе прозвучала стальная уверенность. — Спасибо за честность. Я сделаю всё, чтобы не разочаровать её. И тебя тоже.

​Они впервые пожали друг другу руки, и это краткое прикосновение поставило точку в их долгой вражде.

— До встречи, Ферит, — Райден вставил наушники, возвращаясь к своему привычному образу.

— До встречи, надоедливый байкер, — Рид усмехнулся, и в этой шутке уже не было яда.

​Райден шагнул на переход под зеленый свет светофора. Фарид провожал его взглядом, чувствуя, как с души медленно сползает тяжкий груз. Но облегчение длилось лишь секунду. Из-за угла на бешеной скорости вылетела машина. Водитель явно не собирался тормозить. Райден, погруженный в музыку, продолжал идти, не замечая опасности.

​— РАЙДЕН! — в ужасе закричал Рид, но его голос утонул в шуме города.

​Страх парализовал на мгновение, но инстинкт оказался сильнее. Рывок, глухой удар и визг тормозов сопровождались криками прохожих, и всё мгновенно слилось в один кошмарный поток.

​Фарид успел оттолкнуть Райдена. Но сам уйти не успел.

•РАЙДЕН•

Меня с силой толкнули в спину. Я потерял равновесие и рухнул на асфальт, успев выставить руки. Боль в ободранных ладонях обожгла сознание, но когда я обернулся, мир вокруг просто перестал существовать.

​Там, где мгновение назад стоял я, лежало безжизненное тело Ферита. А чуть впереди замерла машина, из которой, пошатываясь, выходил пьяный водитель.

​Холод сковал всё тело.— Чёрт... нет! — я вскочил, не чувствуя ног. — Нет-нет-нет! Твою мать!

Толпа росла пугающе быстро. Люди смыкали кольцо, кто-то уже доставал телефоны, фиксируя чужую трагедию на камеру. Я опустился на колени и дрожащими руками приподнял голову Ферита. Кровь была везде. Она пропитывала асфальт, его одежду, мои руки...

​— Эй, Ферит, открой глаза... — мой голос сорвался, превращаясь в безнадежный хрип.

​Память беспощадно швырнула меня в прошлое. Перед глазами вспыхнули кадры аварии, в которой погибла мама. Тот же липкий ужас, то же предчувствие конца. Меня била крупная дрожь.

​Кто-то уже вызвал скорую, но в моей голове стучал лишь один вопрос: как я скажу об этом Рае? Я судорожно пытался нащупать пульс на его шее. Пальцы соскальзывали, пока я не почувствовал едва уловимый, нитевидный толчок. Он еще жив.

​Я сорвал с себя пиджак, прижимая его к ране на затылке Ферита, и осторожно убрал окровавленные волосы с его лба.— Только не умирай... умоляю тебя, дыши...

​К нам пробился какой-то парень, крикнув, что он медбрат. Он склонился над Ридом, его лицо становилось всё более сосредоточенным и мрачным. Я следил за каждым его движением, забывая дышать.

Он не может уйти. Не сейчас, когда мы только что нашли общий язык. Если с Феритом что-то случится... Рая не переживет этого. Что я скажу ей? Что её брат умер, спасая меня? Нет, он не умрет. Надо верить в...

​Вдруг парень отстранился, и почва буквально ушла у меня из-под ног, когда он произнес:— У него остановилось сердце.