Глава 45. Десять лет тишины

Стас

Я смотрел её профиль как одержимый. Почему "как"? Я был ею одержим. Семь лет захожу на её профиль и смотрю все её посты. Одна из её фотографий даже стоит у меня на обоях. Её голубые глаза я помню ещё с детства. Они смотрели на меня с восхищением и весельем. Она в моих воспоминаниях навсегда останется маленькой, счастливой и жизнерадостной девочкой.

Иногда я ловлю себя на том, что открываю её страницу машинально, даже не осознавая этого. Пальцы сами знают путь. Я могу не помнить, что ел утром, но помню каждую её фотографию, каждую подпись, каждую дату. Это стало привычкой, почти ритуалом - проверить, не появилась ли новая публикация, не изменилась ли она ещё сильнее.

Неважно, сколько теперь косметики на её лице, я же знаю, как она и без неё прекрасна. Помню её блондинистые волосы, которые в детстве совсем казались почти белыми.

Иногда я увеличиваю фото, пытаясь разглядеть в чертах взрослой девушки ту самую девочку, которую знал. И каждый раз нахожу. В линии губ. В разрезе глаз. В этой лёгкой, почти незаметной улыбке, которая всегда появлялась, когда она видела меня.

Как она бегала вместе со мной в юном возрасте во дворе. Играли в разные игры: казаки-разбойники, догонялки, прятки и многие другие, которые, если честно, я уже и позабывал. Но уже тогда она показывала свой характер: милая, добрая, наивная и доверчивая, но справедливая и робкая.

Она всегда верила мне. Даже когда падала и разбивала колени, не плакала - просто смотрела на меня, будто ждала, что я всё исправлю. И я исправлял. По крайней мере, мне тогда так казалось.

Мне было семь лет,когда родителям пришлось переехать в другой город, чтобы папа поднялся по карьерной лестнице. И тогда я оставил эту голубоглазую блондинку, даже не попрощавшись. И если бы я знал, что спустя три года стану буквально ею одержим, то украл бы её и засунул в свой чемодан, забрал бы её с собой.

Я часто прокручиваю тот день в голове. Пытаюсь вспомнить, искала ли она меня потом. Ждала ли во дворе. Спрашивала ли у кого-то, куда я пропал. Эта неизвестность гложет сильнее всего.

А сейчас мне приходится смотреть, как она на фотографии счастлива и целует парня. Следующая фотка - нашего двора. Всё так же, как и осталось в моих воспоминаниях. Её селфи, где она улыбается. Редкость фотографий с лицом. В основном это природа или эстетика. Фотка с какой-то брюнеткой. Ещё фотка, где два парня и две девушки. И фотка, из-за которой я чуть ли не разбил телефон: она целуется с Ваней. С парнем, у которого я её "забрал". Она ему с детства нравилась. Но Маша не замечала. Видела только меня. Сейчас бы я всё отдал, чтобы она хоть раз взглянула на меня, как в детстве.

Экран дрожит в руке, дыхание становится тяжелее. Я ненавижу этот кадр, но не могу отвести взгляд. Мне хочется стереть его, будто если убрать фотографию - исчезнет и сам факт их близости.

Я перешёл на его аккаунт. Его фотографии: фото с блондином, которого я видел на одной из фотографий Маши, фотография Даниловской и их совместные снимки.

Счастливые, аж тошно. Челюсть напряглась от злости.

Злость накатывает волнами, холодная и липкая. Я сжимаю зубы так сильно, что начинает болеть челюсть. Они живут моей жизнью. Моими воспоминаниями. Моим прошлым.

Потом я наткнулся на аккаунт одной девушки - Лизы Лактионовой. На фотографии девушка с русыми волосами и зелёными глазами. Симпатичная, но не такая красивая, как моя Маша. Фотки с подружками - ничего такого. Меня привлекла одна фотография.

Она целуется с Лисичкиным. И следующая, где они влюблённо друг на друга смотрят.

Пальцы на секунду замерли над экраном. Не удалила фотку? Значит, любит его до сих пор. У него о ней нет вообще упоминаний. Интересно. Значит, чувства неравные. Она держится за прошлое, а он - уже ушёл дальше. Такие люди всегда самые опасные. И самые полезные.

И только я об этом подумал, как вдруг мне пришла идея. Она пришла внезапно, как щелчок. Чёткая, холодная, выверенная. Мне даже стало спокойно. Когда появляется план - исчезает хаос.

Я кинул ей заявку в друзья. Через минут шесть она её приняла.Шесть минут. Она сомневалась. Значит, не безразлична. Значит, внутри всё ещё болит. И я решил ей написать.

«Привет» - написал я.

«Привет. Что нужно?»- спросила она.

Сухо. Настороженно. Умница.

«Дело есть.»-ответил я.

«Я пас.»

«Почему?» - удивился я.

«Я тебя даже не знаю»

«Зато ты знаешь одних людей.»

«Каких?»

«Лисичкина и Даниловскую. Знаешь их?» - спросил я.

«Допустим» -Видно было, что она заинтересовалась разговором.

«У меня к тебе предложение.»

«Какое?»

Пауза перед ответом была длиннее. Она ждала. Хотела услышать.

«Я вижу, ты до сих пор его любишь. А он сейчас в отношениях с Машей.»

«Ну и? Я в курсе.» - В курсе, но задело. Я это чувствовал даже через экран.

«А мне нравится Маша.»

«Кому она вообще может нравиться?»

Внутри всё сжалось от злости. Эти слова были лишними. Опасными.

«Прикуси язык»,-я разозлился от этих слов, но быстро себя успокоил.-«Я предлагаю тебе их рассорить. Мы будем с теми, кого мы любим.»

Я перечитал сообщение перед отправкой. Всё идеально. Никакого давления. Только обещание.

«Я пробовала, но они всё равно сходятся, как будто кто-то там наверху их сводит. Судьба, галимая!»-даже через сообщения я видел ее злость и негодование.

Вот теперь она настоящая. Раздражённая. Разбитая. Готовая на шаг дальше, чем раньше.

«У меня план лучше»-написал я.

«Ну, не знаю...» -она не уверенна.

Конечно не уверена. Но мысль уже поселилась у неё в голове.

«Ну так ты в деле?»-спросил я.

Она вышла из сети. Я подумал уже, что она не согласится. И вдруг, спустя десять минут, она написала:

«Я в деле»

Я медленно выдохнул и откинулся на спинку стула. Сердце билось ровно. Спокойно. Всё шло именно так, как должно.

Ухмылка расползлась по моему лицу. Жди меня, Машенька

Очень скоро ты снова будешь смотреть только на меня. Как в детстве. И на этот раз я никуда не уйду.