Часть 32. Зак

Зак оглядывал границу гнили. Место они выбрали аховое. Прямо за спиной была скалистая стена. Перед ней узкой полосой метров в десять не больше пролегала полоса незаражённой травы. Рукотворной межи каменно-деревянных жителей мира здесь не было, что позволяло предполагать, что и они сами были далеко отсюда. Зак оглядывал границу мерзости. Она пролегала чёткой, едва ли не идеально прямой линией. Пространство за границей было как бы подёрнуто какой-то дымкой. Будто смотришь через мутное и грязное стекло – очертания угадываются, но конкретики никакой. Он вздохнул и вернулся к лагерю.

Все лишние вещи, воду и еду они сложили в большие кофры и свалили кучей у самой скалы. Заранее запасли дрова. Теперь Стель точила свой меч, а Бенедикт привязывал край большого мотка верёвки к камню.

- Это зачем, брат? – спросил его Зак.

- Это ориентир, - пояснил сосредоточенный друг, - Мало ли что. Вдруг мы увлечёмся боем и потом не сможем найти границу этой гадости, чтобы вернуться назад. А мне кажется, что ночевать в пределах гнили – не лучшая идея.

- Круто! Это ты правильно придумал, - сказал Зак, подтаскивая камень и закрепляя им конец верёвки. – Когда начнём?

- Сейчас с верёвкой закончим и можно, - ответил он.

- Надо бы меры предосторожности обсудить, - предложил Зак. Бенедикт пожал плечами и кивнул в сторону Стель. Мол, уверен, что хочешь что-то с ней обсуждать? – Так! Товарищи! – Зак всё же решил провести совещание, - Стель, ты тоже товарищ! – эльфийка мрачно глянула на него исподлобья. – Идём треугольником, спинами внутрь, чтобы в случае чего держать оборону. Дальше двух шагов друг от друга не отходим. Бенедикт разматывает верёвку. Из виду её не упускаем, что бы ни случилось. По ней будем возвращаться. В принципе, каждый сам за себя, но на товарищей поглядываем. Если видим, что нужна помощь, не спрашиваем, а помогаем. Ясно?

- Великий стратег! – с сарказмом произнесла упрямая эльфийка.

- Понятно, - Зак повернулся к ней спиной и начал сначала: - Бенедикт, идём парой. Страхуем спины на случай, если придётся держать оборону. Дальше двух шагов...

- Я с вами, - сказала Стель, становясь с правого бока Зака. – Не строй из себя лишнего, человек.

- Бенедикт, верёвка готова? – спросил Зак.

- Готова, брат, - ответил друг.

- Тогда оружие на изготовку, - дружно заскользили лезвия, руки взвились в атакующей позе, - Двинулись! – выдохнул Зак.

Они быстро пересекли границу и остановились, внимательно оглядываясь по сторонам. Пространство было неподвижным. Воздуха здесь не ощущалось. Дышать было трудно, но можно. Земля под ногами напоминала иссушенную корку, покрытую зеленоватым пеплом. Запахов не было. Вообще никаких. Стерильность как в хирургическом кабинете. Деревья и кусты были как картонные декорации. Зак почувствовал себя плохо. Под ложечкой сосало, во рту появился привкус железа. Мышцы сводило. Не сильно, но чувствительно. Он посмотрел на свою руку и отшатнулся. Она была серая и какая-то полупрозрачная в фиолетовых разводах как у мертвяка. Он бросил взгляд на Бенедикта. Вампир был монолитно серым, только шрам от креста на щеке светился живым огнём, явно причиняя другу боль. Сзади послышался громкий шорох, и Зак развернулся моментально, получая впрыск адреналина в организм. Стель согнулась в конвульсиях, изрыгая прямо в пепел содержимое желудка. Она единственная казалась живой среди этого ужаса. Он быстро присел рядом, придерживая её волосы. Эльфийка хватала ртом воздух, как рыба, выкинутая из воды. А воздуха тут как раз и не было! Зак беспомощно оглянулся. Бенедикт в два прыжка оказался рядом, доставая из-за пазухи фантом. Он накинул его на Стель. Ей сразу стало легче. Фантом сам принял форму, ассимилировав с миром. Вместо златоволосой эльфийки на них смотрело страшное существо. Стройное и гибкое тело, как будто облитое кровью с головы до ног. На лице зияли чёрные провалы тьмы вместо глаз. Рот раздвинулся в неестественно большом оскале, обнажая кривые и острые клыки в ярко-алой пасти. Язык был длинным, раздвоенным и беспокойным. Руки увенчивались длинными изогнутыми когтями. Посмотрев на них, Стель вдруг громко завопила, взмахнула мечом и кинулась к ближайшему дереву, легко, как бумагу, срезая с него сразу два больших сука. Она начала яростно крушить всё вокруг. Будто очнувшись, Зак тоже заорал в голос и кинулся вперёд, разрывая пространство двумя своими ятаганами. Бенедикт вытащил свой двуручень и присоединился к бойне.

Они шаг за шагом продвигались вперёд, круша и рубя всё на своём пути. Деревья, камни, кусты и всё прочее тут же превращалось в зеленоватый пепел, рассыпаясь прямо под ноги, оставляя пространство абсолютно пустым. Только слой пепла всё рос и рос на искалеченной земле. Ступни уже по самую щиколотку погружались в него. Они рубили и рубили. Сил на крики не осталось. Поэтому они молча и методично вычищали пространство. Вскоре руки стали уставать. Дышалось и так с трудом. Зак начал потеть. Пот жёг его странную плоть. Устав терпеть эту боль, Зак остановился. Стель и Бенедикт тоже замерли как по команде. Они стояли посреди пустого пространства. Заку начало казаться, что всё это нереально. Он опустил руки с мечами. Грудь демона, которым стала Стель, высоко вздымалась от тяжёлого дыхания. Бенедикт выбирал верёвку. И вдруг в этой тишине-пустоте раздался звук. Какой-то чавкающий, как будто кто-то отодрал присоску от стекла. Только присоска была гигантская. Поэтому волна звука пошла, распространяясь, как круги на воде, куда кинули камень. Пепел взвивался вверх, когда волна доходила до него. Эти зелёные всполохи легко ушли за линию горизонта в том направлении, откуда они пришли. Заку стало вдруг не по себе. Он посмотрел в глаза Бенедикта, потом Стель и увидел там то же. Тревогу. Сорвавшись как по команде одновременно, они бросились назад, перебирая в руках верёвку.

Они бежали и бежали. Зак начинал паниковать. Они слишком долго выбирались. Не могли они вырубить километры пространства. Не могли! Реальность сыграла с ними злую шутку. Она начала вибрировать и извиваться, распластываясь до бесконечности во все стороны. Они твёрже вцепились в верёвку, натягивая и перебирая по ней руками. Посмотрев вперёд, Зак увидел, как верёвка уходит за горизонт абсолютно ровного пространства, теряя видимость. Впереди, казалось, не меньше сотен километров пространства. Он сглотнул и потёр глаза, чтобы избавиться от наваждения. Но оно никуда не исчезло. Он зарычал и пошёл вперёд, продолжая ориентироваться на верёвку. И вдруг всё кончилось. Реальность как будто рассыпалась вокруг них, и они оказались на свежем воздухе, стоя ногами на зелёной траве. Они повалились на траву, тяжело дыша.

Выровняв дыхание, Зак оглянулся и обомлел:

- Мать твою! – заорал он. – Вот же сука! – граница гнили подвинулась к лагерю. Теперь между скалой и злом было не больше пяти метров. – Ребята! Оно растёт!

- Великое древо! – выдохнула Стель, сдирая с себя фантом. – Как же это? – прошептала она растеряно.

- Зато теперь понятно, что имели в виду местные жители, когда говорили «они сами стали злом». Первые воины не смогли выбраться из границ этой мерзости и остались там. Правда, непонятно, где конкретно они теперь там пребывают. Признаков хоть чего-то живого и разумного не заметно было.

- Может они превратились в эти странные деревья? – спросила Стель.

- Чтобы это проверить, надо заглянуть внутрь снова, - предложил Бенедикт. – Если вновь поглощённая территория повторяет тот же ландшафт, что был живым, скорее всего, нет. То есть преобразование происходит точь-в-точь. Был камнем тут, стал камнем там. Был деревом тут, стал деревом там. Хотя, это всего лишь предположение.

- Я пойду и проверю, - сказала Стель, потянувшись за откинутым в сторону фантомом.

- Стоять! – закричал Зак. – Никто и никуда не пойдёт в одиночку. Мы слишком устали. Надо отдохнуть и подумать. А потом уже действовать, - он пошёл в сторону кофров за водой и едой.

- Темнеет, - сказала эльфийка.

- Надо огонь развести. Поесть приготовить, - снова взял на себя инициативу Зак. Странно, но Стель промолчала. – Умываться будешь? – спросил он её, - Я могу полить.

Умывшись и разведя огонь, они сели полукругом. Бенедикт проверял верёвку, перематывая ей и проверяя каждый кусок растяжкой. Стель жевала что-то из маленькой красивой коробочки. Зак закурил. В голове крутилось очень много мыслей:

- Я странно там выглядел. Как мертвяк, - он бросил взгляд на Бенедикта и прошептал: - Извини, брат. А Стель вообще там не смогла дышать.

- Это как раз довольно просто объяснить, - отозвался Бенедикт, не прекращая свою работу. – Я мёртв, поэтому вообще ничего не чувствовало. Ты мёртв в своём мире, но жив здесь. Так что и страдал ровно наполовину. А вот Белегестель из нас всех самая живая, - он смущённо улыбнулся.

- Ты умер в своём мире? – спросила Стель, глядя на Зака.

- Ну, да, - ответил Зак. – Так сказал Саган.

- Кстати, именно поэтому, а не из-за алкоголя, ты вполне сносно переносишь звучание моего голоса. Чары носферату действуют на живых, но никогда на мёртвых, - посмотрев на заинтересованное лицо Стель, Бенедикт быстро добавил: - О! Я ни в коем случае никогда не буду применять эти чары на вас, Белегестель!

- Меня не это беспокоит, герцог, - Зак клацнул зубами, чуть не прищемив язык. Эльфийка впервые назвала Бенедикта как-то ещё, кроме излюбленного «вампир». Это даже как-то попахивает некоторым уважением.

- Что же вас беспокоит? – спросил этот самый герцог.

- Получается, что мёртвые ближе к злу? – она посмотрела на Бенедикта. – Я делаю эти выводы из ваших слов. Вы мертвы, поэтому вообще ничего плохого там не чувствовали. Зак мёртв наполовину, поэтому ему было сложно, но он справился. А вот я без фантома там вообще находиться не могу.

- Получается, что так, - подтвердил Бенедикт.

- Кстати, ты бы видела себя в фантоме там! Это был ужас! Ты просто в демона-убийцу превратилась! – вставил Зак. По его мнению, это был комплимент. Оставалось понять, как к этому отнесётся эльфийка.

- Благодарю, - кивнула она, и Зак украдкой вздохнул от облегчения.

- Я думаю над тем, что говорили местные жители, - протянул Бенедикт, закончив с верёвкой. – Помните, каменный господин настаивал на том, что с оружием в эту зону входить нельзя?

- Было такое, - ответил Зак и передразнил скрежещущий голос: - «Нельзя!» «Нельзя!»

- Что, если это предположение тоже проверить в нашу следующую вылазку? – спросил носферату.

- Что конкретно проверить и как? – спросил Зак.

- Если пойти туда без оружия, может, граница расширяться не будет? – предположил Бенедикт.

- А как же тогда уничтожать эту гадость? – спросил Зак.

- Огнём! – закричала Стель. – Огонь – это не оружие! Это стихия!

- Так, - подвёл итоги Зак. – Снова берём верёвку, чтобы вернуться. Внимательно проверяем, остались ли предметы такими, какими и были в новой оккупированной полосе. Не берём с собой оружие, но берём факелы. И проверяем, может ли всё это хозяйство гореть. И далеко не заходим в этот раз. Так?

- Так, - ответил Стель.

- Когда идём? – спросил он. – Бенедикт, ты отдохнул?

- Я, признаться, и не уставал, - ответил друг, слегка жутковато улыбнувшись.

- Я сделаю факелы! – Стель вскочила с места и принялась наматывать на обрывки ветоши на большую палку, предварительно поливая их маслом.

Посовещавшись, они всё же решили перенести лагерь на случай нового расширения границы гнили. Нашли промежуток живой полосы около пятнадцати метров. Развели костёр и уложили вещи вплотную к скале. Снова закрепили верёвку, подожгли факелы и двинулись. На этот раз Стель надела фантом сразу.

Они снова пересекли границу мёртвого пространства. Снаружи осталась ночь и отсветы костра. Внутри ничего не изменилось. Похоже, здесь не существовало времени суток. А может, и времени вовсе не существовало, как воздуха, запахов и других признаков реальности. Они внимательно осмотрели полосу пространства, вплотную прилегающую к границе. Кусты оставались кустами, камни камнями. Только трава исчезла, вновь превратившись в заскорузлую твёрдую корку, покрытую зеленоватым пеплом. Факелы здесь горели, но как-то блекло. Жёлтые и алые всполохи огня превратились в сине-зелёные. Но горели! Натянув верёвку и держа её в руках всей командой, они стали дотягиваться до декораций деревьев и кустов. Зак поднёс свой факел к веткам дерева над головой. Стель и Бенедикт старались подпалить кусты. Огонь неохотно облизывал ветки, но особо разгораться не спешил. Ветки обугливались, опадая всё тем же пеплом вниз. Ни дыма, ни пожара.

Стель вытащила из кармана склянку с маслом, с размаху бросив её в ближайший ствол дерева. Склянка глухо стукнулась и, не разбившись, откатилась в сторону. Стель фыркнула, подобрала её, открыла и принялась обливать ствол. Масло медленно превращалось в пепел, осыпаясь под ноги. Тогда Стель сделала по-другому. Всё-таки настойчивая девочка! Она брызгала и тут же поджигала капли, пока они не успели превратиться. Дело пошло быстрее. Некое подобие маленького локального пожарчика образовалось. Зак кинул свой факел в него. То же сделал и Бенедикт, а затем и Стель, когда масло закончилось. Они вцепились в верёвку и стали ждать. Огонь, будто проснувшись, начал жрать пространство. Сине-зелёные всполохи стали расти и расти. Зак решил, что не стоит ждать, когда они станут в рост человека и махнул ребятам. Мол, надо выбираться. Они начали перебирать верёвку, двигаясь к выходу. Огонь за спиной набирал силу. Это было жутковато. Пламя без дыма и звука стремительно пожирало пространство. Они прибавили шагу.

Уже оставив молчаливое пылающее пространство далеко позади, они продолжали перебирать верёвку. В этот раз они зашли недалеко, но путь обратно занял столько же времени. Только теперь паники не было. Они чётко знали, что вылезут. Вылезут, и всё тут! И, в конце концов, вывалились на полянку рядом с почти погасшим костром. Зак сразу же подкинул дров. Бенедикт со Стель осмотрели границу. Она осталась на месте.

- Можем отпраздновать маленькую тактическую победу, господа? – спросил, улыбаясь, Бенедикт.

- Я «за»! – тут же отозвался Зак, доставая из мешка бутылку с вискарём, а затем, немного порывшись, и грушу к ней.

- Я обойдусь водой, - ответила Стель.

И в этот самый момент в пространстве повис звук. То, что изнутри купола звучало как маленький чавк от присоски, здесь звучало как удар гигантского гонга. Он резонировал со всеми звуками одновременно, заставляя хвататься за уши, чтобы защитить перепонки. Зак упал в траву, закрыв голову и уши двумя руками, но продолжая смотреть на границу гадости. Стель, не успевшая снять фантом, и Бенедикт, ничего не зажимали, но также напряжённо смотрели на полосу между гнилью и живой травой. Внезапно она мигнула, став невидимой на долю секунды, а затем тут же появилась ещё на пять метров ближе к героям.

- Мать твою, - теперь уже устало произнёс Зак.

- Оружие мы не брали, но она всё равно выросла, - сказала Стель.

- Меня больше волнует звук, - сказал Бенедикт. – Если и в первый раз это было так же громко, то местные жители уже идут на наши поиски.

- Ну, они нас не сразу догонят, - ответил Зак, - учитывая, что большую часть пути мы проделали со скоростью света в твоих чутких руках. Нас сейчас, наверное, половина экватора их планеты разделяет.

- Я имею в виду, что нам нужно по мере возможности убираться отсюда, чтобы они нас не догнали никогда, - ответил Бенедикт.

- Как же так! – взорвалась Стель, - Всё, что мы не делаем, приводит к тому, что эта гадость растёт! Мы не просто не уничтожили её, мы её увеличили! Это вас не волнует?! Как мы вообще выполним эту миссию?!

- Стель, - постарался успокаивающе произнести Зак, - мы все устали. Давайте отдохнём и подумаем, что произошло на самом деле. А там обязательно решим, что надо делать.

- Если констатировать факты, то, похоже, что любое вмешательство в существование этого пространства приводит к его расширению, - задумчиво произнёс Бенедикт. – Если следовать этой логике, то чтобы не расширять эту реальность, нам не нужно вмешиваться. А вот что делать, чтобы её сократить, пока неизвестно. Может, связаться с Саганом?

- Свяжемся, - ответил Зак. – Завтра. Мы слишком устали сегодня. Надо отдохнуть. Выспаться хоть немного. И подумать на свежую голову.

- Это всё, что ты можешь предложить? – спросила Стель.

- Слушай, ты можешь делать всё, что взбредёт тебе в голову. Но сейчас этой будет глупо. Ты под эмоциями. А эмоции и здравый смысл никогда не дружат между собой.

- Зак прав, - прошептал Бенедикт.

- Так что я лично спать,- закончил Зак разговор, расстилая на земле спальный мешок. Краем глаза онпосмотрел на Стель. Она тоже начала устраиваться ко сну. Но в её глазах былочто-то такое, что заставляло понимать, она точно что-нибудь выкинет в ближайшеевремя.