21

Герда.

Моя голова казалась неподъемной, все тело ныло, словно после жестокой драки. В ушах стоял оглушительный звон.

Где я?

Что случилось?

Воспоминания обрушились лавиной, яркие и болезненные.

Измена Валтора…

Наша яростная ссора.

Вид из окна машины, резкая остановка.

Холодный укол шприца.

Веки с трудом разомкнулись. Я облизнула пересохшие губы, пытаясь отдышаться.

Я лежала на полу сырого, пропахшего плесенью подвала, прикованная к стене ржавыми цепями.

Единственный звук – размеренное падение капель откуда-то сверху.

В полумраке сновали крысы и тараканы, вызывая тошноту.

Что, черт возьми, здесь происходит?

Сморщившись от боли, я села и тут же инстинктивно прижала руки к животу.

С ним все в порядке? … С моим ребенком?

С нашим с Валтором ребенком.

С лязгом открылся замок, и в проеме двери показались силуэты.

Зрение еще не сфокусировалось, но я различила очертания двух фигур.

– Очнулась, отлично, – услышала я елейный женский голос.

Кто-то грубо схватил меня за подбородок, больно сдавив щеки.

Постепенно зрение прояснилось, и я увидела знакомые карие глаза.

Шэнон? Шэнон, это ты?

– Привет, сестренка, – промурлыкала она, наигранно проведя пальцами по моим волосам.

Я окинула ее взглядом. На ней был черный кружевной топ, обтягивающие брюки карго и тяжелые берцы на шнуровке. Она выглядела дерзко и угрожающе.

– Шэнон, – прохрипела я, – почему я здесь?

– Неужели не догадываешься? – усмехнулась она и вытащила из кармана складной нож. Лезвие блеснуло в тусклом свете.

За ее спиной стоял Джереми, его лицо ничего не выражало. Просто наблюдал за происходящим.

– Что происходит? – повысила я голос. Страх начал сковывать тело.

– Давай скажем так: я пришла забрать то, что принадлежит мне по праву.

Я смотрела на нее и не узнавала. Словно она сбросила маску и показала свое истинное лицо. Где та милая, немного странная Шэнон, которую я знала?

– Хорошо, давай поиграем в игру, – сказала она, и Джереми протянул ей какой-то пульт. Шэнон нажала на кнопку, и часть бетонной стены отъехала в сторону, обнажив старое кресло с кожаными ремнями.

Шэнон достала связку ключей и освободила меня от цепей. Джереми грубо схватил меня за руку и потащил к креслу.

Я упала в него, и тут же почувствовала, как ремни фиксируют мою шею, руки и ноги.

Джереми отошел в сторону, а Шэнон наклонилась ко мне, одарив хищной улыбкой.

Руки задрожали, сердце колотилось, словно птица в клетке.

– Шэнон, чего ты добиваешься? – спросила я дрожащим голосом.

– Сейчас узнаешь.

Она присела на корточки передо мной, закрыла глаза и слегка наклонила голову.

– Как долго я этого ждала… – прошептала она так тихо, что я едва расслышала.

– Джереми! Пожалуйста, выпусти меня! – закричала я.

Он не ответил, даже не повернулся. Просто стоял спиной ко мне.

– Итак, начнем. Скажи мне, сестричка, Валтор был твоим первым мужчиной?

Я сузила глаза, глядя на нее.

Она и так знала ответ.

– Да, – прошептала я.

– За это я готова была убить тебя еще тогда, – прошипела она и нажала на кнопку на пульте.

Тело пронзила невыносимая боль от электрического разряда. Я закричала во все горло.

– Следующий вопрос. Ты винишь себя в смерти наших родителей?

Я вздрогнула. Эта тема всегда была для меня болезненной.

– Нет, – честно ответила я.

– Неправильно!

Шэнон ухмыльнулась и снова нажала на кнопку.

Мой крик эхом разнесся по подвалу.

– Остановись, блять! Что я тебе сделала?!

Шэнон схватила меня за волосы и дернула мое лицо к своему.

– Что ты мне сделала? Ты просто… существовала.

Я замерла. Этот ответ ошеломил меня.

Я никогда не замечала, чтобы Шэнон ненавидела меня. Иногда она была холодна и отстраненна, но чтобы вот так…

– Ты всегда была проблемой, Герда, вечной головной болью. Помнишь, когда тебе было четыре года, ты упала с лестницы?

Я медленно кивнула.

– Это я тебя столкнула. Все решили, что это несчастный случай, но я надеялась, что ты сдохнешь. А помнишь, как ты сорвалась со скалы в море? Это тоже я! Я всегда мечтала о дне, когда ты умрешь.

Я покачала головой.

Нет, это не может быть правдой. Кто угодно, только не она.

– За что? – мой голос звучал как жалкий шепот.

– Ты отняла у меня все. Ты никогда не заслуживала того, что у тебя было. Родителей, друзей, Валтора…

Валтор? Он всегда был моим.

– Все дело в нем? В Валторе? – спросила я, хотя уже знала ответ.

– Да. Знаешь, пока он не появился, я еще думала оставить тебя в живых. Но потом… он увлекся тобой, ослеп. Вы оба… отвратительны. Валтор всегда принадлежал мне! Мой. Если бы не ты, мы были бы вместе! Ты все разрушила… маленький кролик.

Она прошептала последние слова с безумным блеском в глазах.

Маленький кролик…

Мое сердце бешено колотилось.

Этого не может быть.

– Твои ночные кошмары – это моя работа. Я специально подсыпала тебе психотропные препараты, чтобы ты медленно сходила с ума.

– Это ложь! – прошептала я.

– О, ты должна поверить! Бабочки, телефонные звонки, все твои галлюцинации – это тоже я.

Боже… Пазлы начали сходиться. Я не сошла с ума. Все это было реально…

– Ты, наверное, удивишься, узнав, сколько усилий я приложила. Признаюсь, после переезда в новую квартиру стало сложнее добавлять тебе препараты, но цель оправдывает средства. Я детально спланировала каждый шаг. И вот, я здесь.

Шэнон достала сигарету с ментолом и закурила.

– Он должен был достаться мне, – сказала она, глядя мне прямо в глаза. – Я должна была целовать его, я первая должна была познать его тело, носить его украшения, жить с ним под одной крышей, дышать одним воздухом!

– Он никогда не полюбит тебя, – выплюнула я. – Он любит меня, и ты это знаешь.

Шэнон потушила сигарету о мою щеку и взвизгнула от ярости.

– Полюбит! – заорала она, как будто пытаясь убедить саму себя. – А сейчас, сестренка, начинается представление.

Внезапно единственная лампочка в подвале погасла, погрузив помещение в кромешную тьму.

Мой пульс взлетел до предела.

Из тени появился силуэт, одетый в костюм окровавленного кролика.

Точно такой же, как в моих кошмарах !

Заиграла жуткая детская мелодия, от которой холодок пробежал по спине.

Кролик медленно двигался ко мне, в его руке блеснул топор.

– БУ!

Я завизжала и дернулась в кресле.

Сзади появился второй кролик с зажигалкой.

– Сюрприз! Сюрприз! – пропищал третий ублюдок со скальпелем в руках.

Они были реальными – мои ночные кошмары материализовались в этом проклятом подвале.

Меня рывком отстегнули от кресла и швырнули на грязный пол. Я ударилась головой о бетон.

Мелодия стала громче, сменившись безумным детским смехом.

Кролики окружили меня, наставив свое жуткое оружие.

– Пожалуйста… останови это… – молила я Шэнон, зная, что это бесполезно.

Она всегда была безжалостной.

Первый кролик замахнулся топором под звуки детской колыбельной.

Я закрыла лицо руками, и топор ударил по моим волосам, отрубая часть пряди.

Инстинктивно я коснулась головы и почувствовала, как по щеке стекает кровь.

– Пожалуйста! – хрипела я, захлебываясь слезами.

Второй кролик поднес зажигалку к моей одежде.

Я заорала от нестерпимой боли, чувствуя, как пламя лижет кожу. Запахло паленым.

Я хотела исчезнуть, провалиться сквозь землю, лишь бы не быть здесь.

– Шэнон, это уже перебор, – услышала я вдруг встревоженный голос Джереми.

Музыка стихла.

– Не мешай мне наслаждаться этим зрелищем, – пробормотала Шэнон.

Когда третий кролик присел рядом и приставил скальпель к моему лицу, перепуганный голос Джереми оглушил подвал:

– Я сказал хватит! Ты говорила, что только попугаешь ее!

Мелодия оборвалась, и кролики отступили.

– Ты что, надеялся, что я оставлю эту суку в живых? – процедила Шэнон сквозь зубы.

– Я не хочу в этом участвовать! Я люблю тебя, Шэн, но это уже слишком безумно, – Джереми поднял руки в жесте капитуляции.

– Ты не собираешься мне помогать?

– Либо ты заканчиваешь эту хрень, – он указал на меня, – либо я ухожу.

– Ладно, – пожала плечами Шэнон.

Ладно? Она просто так меня отпустит?

– Ладно? – Джереми был явно удивлен.

– Уходи. В мир иной, – прошипела Шэнон и выхватила пистолет из кармана Джереми.

Не успела я и слова сказать, как раздался выстрел, и Джереми рухнул на пол, заливая все вокруг кровью.

Шэнон с безумной улыбкой повернулась ко мне.

– Он хотел помешать мне быть с Валтором, – сказала она как ни в чем не бывало. – А я этого не допущу.

Она приблизилась, и я, дрожа от ужаса, поползла в угол, подальше от нее.

– Ты сумасшедшая! – прошептала я дрожащим голосом.

– Нет, это ты сошла с ума, – возразила она, усмехаясь.

Она окинула меня оценивающим взглядом. Я инстинктивно обхватила живот руками.

Ее глаза наполнились первобытной яростью.

– Ты… беременна? – прошипела она.

– Нет, – соврала я. – Просто живот болит.

Я не позволю ей причинить вред моему ребенку.

– Ты лжешь, тварь! – выплюнула она.

– Н… нет, я не вру, правда! – Я вжалась в стену, отползая все дальше и дальше.

– Я не планировала убивать тебя сегодня, но, видимо, придется.

Она выхватила скальпель у одного из кроликов и резко вонзила его мне в живот, с силой проворачивая лезвие.

– НЕТ! – закричала я, и этот крик, казалось, сотряс стены подвала.

– Ну вот и все, сестричка. Эй, перевяжите ее, я не хочу, чтобы она умерла слишком быстро, – прошептала она мне на ухо. – Теперь ты Шэнон, а я Герда.

Она сорвала с моей шеи цепочку, которую подарил Валтор, и надела ее на себя.

Я была слишком слаба и сломлена, чтобы понять смысл ее слов. Из моей груди вырывались хрипы, я судорожно хваталась за окровавленный живот. Сознание ускользало.

– За мной, мальчики, – сказала она кроликам, и они вышли из подвала, оставив меня умирать.