Часть 35

– А где именно находится эта Навь? – спросил Хёнджун после долгой паузы.

Он молчал дольше всех, стоя в стороне и скрестив руки на груди. Казалось, разговор его не задевает, но сейчас он смотрел в зеркало с почти академическим, холодным интересом. Джудит посмотрела на него с удивлением – она и сама крутила этот вопрос в голове, но не решалась озвучить.

Зеркальная поверхность медленно потемнела, словно стекло начало наполняться ночными сумерками изнутри. Отражение спальни расплылось, контуры мебели утратили чёткость. Вскоре в раме не осталось ничего знакомого – только бездонная глубина, лишённая верха и низа, похожая на тёмную воду, в которую страшно смотреть слишком долго.

– Навь там, где живут её боги, – ответила Морана. Её голос звучал спокойно, как констатация очевидного факта. – Она не отмечена на ваших картах. Её нельзя найти, двигаясь на север или на юг, пересекая океаны. Это не географическое место.

Хён нахмурился, чуть склонив голову набок.

– Тогда что это? – спросил он, и в его голосе проступило внезапное раздражение. Он сделал шаг к зеркалу. – Другой мир? Параллельная реальность? Ад?

– Эй, ты чего? – Калеб потянул его за край куртки, усаживая рядом с собой на кровать. – Мистер Невозмутимость, тебя тоже амулетом зацепило?

Парень посмотрел на Калеба растерянно, словно сам не ожидал от себя такой вспышки, и пожал плечами.

– Возможно, мне же снились её сны. И тебе, кстати, тоже. Видимо, нас всех зацепило.

– Ты прав, – подтвердила Морана. – Часть воздействия распространилась и на вас. Вы – её близкие друзья, вы всегда были рядом, образуя круг. – Она продолжила тише, и её голос стал почти гипнотическим. – Люди всегда стремятся всё упростить. Ад, рай, тьма, свет... Вам так легче справляться со страхом. Когда на вещах висят ярлыки, вам кажется, что вы ими управляете. Но Навь была создана разумом самих людей. Теми, кто верил в богов. Кто звал нас по именам. Кто знал, что смерть – это не финал, а лишь дверь в иную жизнь. Ваши мысли придали нам форму.

– Но сейчас в вас почти никто не верит, – сказала Джудит. – Это просто мифология. Легенды. Сюжеты для фильмов.

– Легенды – это тоже форма памяти. Мы существуем, пока о нас помнят. Пока наши имена произносятся, пусть даже с усмешкой или неверием. Если хотя бы один человек на земле знает моё имя – я не исчезну. Пока оно звучит – я есть.

– А если все-все забудут? – спросила Джудит.

Зеркало стало совсем тёмным, как будто в нём сгустилась полночь.

– Тогда боги исчезают окончательно, – без колебаний ответила Морана. – Мы не умираем, как смертные. Мы растворяемся. Становимся великой пустотой, в которой больше некому отвечать на зов.

– А люди? – подал голос Калеб. – Те, кого Дарквуд... забрал. Где они?

– Бродят по Нави, – отозвалась Морана. – Она не убивает их сразу, но искажает их суть. Лишает памяти, формы, собственного имени. Делает их удобными инструментами для Чернобога.

– Поэтому они превращаются в... монстров, – прошептала Джудит. Её внезапно озарило: она вспомнила то многорукое чудовище, которое встретила в Нави в тот день, когда открыла книгу.

За окном проехала машина, на мгновение осветив комнату резкой полосой света. Спальня бабушки, комод, зеркало в потёртой раме – всё на миг стало привычным и будничным. А потом свет исчез, и мрак Нави снова заполнил раму.

В голове Джудит крутилась одна и та же мысль, словно в сложном уравнении не хватало самого важного символа.

– А что случилось с волком? С Сивером? – наконец спросила она. – Он умер?

– Нет. Не так, как умирают живые существа.

– То есть он может быть жив?! – Калеб воодушевлённо подался вперёд, как будто речь шла о его собственном псе.

– Он и не жив, – ответила богиня. – И не мёртв.

Пожилая женщина, всё ещё сидевшая в кресле, медленно выдохнула, как будто очнулась от долгого сна.

– Он исчез, – сказала миссис Бёрнс. – Просто... растаял. Вы же сами видели.

– Не совсем исчез. Его сущность не выдержала долгого пребывания в Яви. Мир живых выпил его силы. Как только Сивер передал серп – связь, державшая его форму, оборвалась.

– Так он погиб или нет?! – Калеб явно терял терпение, пытаясь продраться сквозь туманную логику богов.

– Нет. Он остался между мирами. Застрял на самой границе Яви и Нави, лишившись собственной плоти. Он больше не принадлежит ни одному из миров полностью.

Джудит сжала кулаки, чувствуя укол жалости к верному зверю.

– Но его можно почувствовать, – добавила Морана. – Иногда, когда ветер становится неестественно холодным. Или когда вы ощущаете движение воздуха там, где его не должно быть. Он не страдает. Но и не знает покоя. Он блуждает. Такова цена верности.

– Как его спасти? – спросила Джудит.

По поверхности зеркала снова прошла мелкая рябь.

– Границы между мирами не статичны. Они меняются, слабеют, смещаются. Иногда – по нашей воле. Иногда – из-за ваших поступков.

– Значит, возможность есть...

– Найти покой, – закончила за неё Морана. – Или быть призванным обратно, если того потребует великое равновесие.