Глава 12

Дорогой дневник,Пишу с самого утра, потому что, если честно, я не уверена, что у меня вообще будет возможность взять ручку позже. Такое чувство, будто моя жизнь включила ускоренную перемотку, но только в сторону ада, и я не могу найти кнопку «стоп». Всё крутится, гремит, рушится — и я уже не понимаю, где начало, а где конец.Вчера к нам пришёл куратор... забавно, я успела забыть о его существовании, как будто это был кто-то из прошлой, спокойной жизни. Когда я  вошла в дом, там стоял такой хаос, будто кто-то потряс нашу семейную картину за раму, и все куски посыпались. Джон — так зовут куратора — вызвал отца, и, конечно же, всё снова сорвалось в привычный адский круг их ссор. Отец кричал, что заберёт меня, обвинял всех подряд, кроме себя, как всегда. Иногда кажется, что он живёт в каком-то выдуманном мире состоящим только из одного человека — себя.Но потом случилось то, от чего у меня до сих пор мурашки по позвоночнику бегут, как от раскалённого железа. Я узнала, что Маркус — никакой не психотерапевт. Он — сектант. И мама... моя мама... в процессе подготовки документов, чтобы переписать дом. Наш дом. На них.Мне даже сейчас трудно это писать. У меня всё внутри как сжёванная бумага.Когда мама узнала, что я следила за ней, у неё случился психоз. Я видела её глаза — они как будто не принадлежали ей. Как будто кто-то вытащил её душу и поставил туда другого человека, оборванного, дергающегося, потерянного. Отец вызвал санитаров, и они увезли её в больницу. Их белые халаты казались слишком яркими, почти преступно чистыми на фоне нашего разрушенного дома.Господи... я так устала. У меня такое чувство, что я уже недели две как не дышу. Просто делаю вид. Почему всё перевернулось? Почему именно сейчас? Почему так больно?

Пока Джуди была в душе, я взяла телефон. Я не хотела — он стал как коробка с пауками, которую открываешь и знаешь: сейчас выбегут. Но всё равно открыла.Сообщения.Папа: «Маму определили в психоневрологический диспансер. Собери её вещи, вечером доедем.»Стив: «Я знаю, что ты не хочешь меня видеть. Но я узнал про Маркуса, как и обещали. Надо встретиться.»Джей: «Мы можем поговорить?»

Я просто смотрела на экран, а строки плыли, как будто кто-то размазывал их пальцем. Столько голосов, столько ожиданий. Столько людей, которые хотят что-то от меня. И ни одного, кто мог бы просто... забрать хотя бы часть этого с моей груди.Я устала. Я так устала, что чувствую: если сделаю ещё один шаг — хоть один — то тресну пополам. Моя броня вся покрыта дырами, а в каждую дырку летят стрелы, и я уже не успеваю вытаскивать старые, потому что в меня летят новые.И я правда не знаю... как мне всё это выдержать.

*******

Подходя к школе вместе с Джуди, я чувствовала себя как человек, который идёт на экзамен, к которому забыл подготовиться. Вроде бы солнце светит, дети болтают, кто-то смеётся — обычное школьное утро. Только внутри у меня всё было серым, как мокрый пепел.И вот я увидела его.Стив стоял у ворот, вцепившись взглядом в толпу, пока не выхватил меня. Его плечи сразу опустились — будто он выдохнул после долгой задержки дыхания. И тут же пошёл к нам быстрым шагом.— Джуди, я тебя потом догоню, — бросила я ей.Она не особо слушала. Что-то печатала на телефоне, улыбаясь так широко, будто внутри неё бабочки танцуют. Я почти уверена — это был не Джей. Или очень надеюсь.Стив подошёл ближе, немного замедлив шаг, будто не знал, как ко мне подступиться.— Сью... — начал он осторожно.— Стив, не мог бы отвалить? — я даже не смотрела на него. Просто разворачивалась, делая шаг прочь.— Брось. Я не для этого пришёл. — Он ускорил шаг, нагоняя меня. — Мы узнали про Маркуса...— Он сектант. Я в курсе. Что-то ещё? — перебила я резко, не дав ему даже вдохнуть.Он моргнул. Словно получил пощёчину от того, что я уже всё знаю.— Да, что-то ещё. — Его голос стал серьёзным, ниже. — Сью... он не просто сектант. Он крупная фигура в этом городе. Очень влиятельная. Такие люди не работают в одиночку. Если твоя мать попала к нему — он будет давить на неё, пока не выжмет всё. И это не просто про дом. Он может сделать... правда очень ужасные вещи.— Стив, не беспокойся. Мама в психушке, — я натянуто улыбнулась, будто это было хорошей новостью, хотя внутри все просто разваливалось. — Так что твоя «информация» немного опоздала.Я уже разворачивалась уйти, когда он снова шагнул вперёд.— Сью, постой. — Его голос чуть дрогнул. — Пожалуйста.— Стив, отстань. Мне не до тебя. У меня проблем целая гора, и ты — не в списке решений. Ни на каком месте.Он сжал губы, глядя на меня так, будто хотел подойти ближе, но боялся, что я ударю.— Ты всегда можешь... — начал он тихо, почти шёпотом.— Нет, не могу. И не стану. — Я отрезала жёстче, чем планировала. — Пока.И ушла, не оглядываясь. Но чувствовала кожей, как его взгляд уцепился в мой силуэт, будто боялся, что я исчезну окончательно.

Я прошла через двери школы — и будто попала в другой мир. Здесь пахло мелом, дешёвым кофе, бумагой и чем-то знакомым... нормальной жизнью. Двери кабинетов хлопали, кто-то смеялся у своего класса, учителя что-то строго напоминали опоздавшим. И вот впервые за последние дни я почувствовала: здесь меня никто не тронет.Обычная рутина — такая скучная, что даже драгоценная. Первым уроком была химия, миссис Роджерс улыбнулась мне с той самой её натянутой «я терплю детей» улыбкой.— Сьюзан, сегодня ты садишься... — она провела пальцем по списку, — к Мэту Картеру. Хочется чтобы вы все поработали в новых парах и показали хорошие результаты на контрольной. Я аж моргнула.К Мэту. Серьёзно?Мэт был ходячей рекламой клуба любителей науки.Высокий, худой, настолько светлый блондин, что волосы почти белые. Очки с толстой оправой, которая всё время сползала ему на нос. Рубашка заправлена, галстук с динозаврами — ДИНОЗАВРАМИ — и рюкзак, будто куплен в «магазине для отличников». И, конечно же, лицо, на котором вечное выражение: я знаю формулу твоего будущего и она неутешительная.Когда я села рядом, он поднял глаза, улыбнулся... ну как улыбнулся — растянул губы в полупаническую линию.— Эм... привет, Сью... — он попытался махнуть рукой, но случайно снёс локтем свой ластик на пол. — Ой... э... он... ускакал.Я приподняла бровь.— Бывает.Он наклонился под стол и врезался головой в край парты.— Ай! — шёпотом, но так громко, что пара ребят обернулись.Я чуть не хмыкнула.Когда он сел обратно, у него на лбу красовалась красная отметина.— Всё нормально? — спросила я.— Да, да... это... это стратегическая шишка. — Он поправил очки и снова чуть не уронил ручку.Господи, он такой нелепый, что даже... милый? — эта мысль меня саму удивила. Он был как маленький ребенок если честно.

— Слушай, если что... — Мэт развернул тетрадь ко мне с таким видом, будто собирался показать древний свиток, который нашёл в пирамиде. — Я могу делать за нас расчёты. Все расчёты. Любые. Я в этом... ну... неплох.Он понизил голос:— На самом деле очень хорош. Я в восьмом классе выиграл... э... фестиваль юных химиков.Он помолчал и добавил уже почти трагическим шёпотом:— Это звучит менее круто, чем в моей голове.Я вытянула учебник, стараясь удерживать серьёзную мину.— Может, и круто. — Я чуть наклонилась к нему. — Конкурентов, наверное, было пять?Мэт вздохнул, словно признавался в тяжком преступлении.— Три.Потом поднял палец.— Но один был очень сильный. Он знал таблицу растворимости наизусть. До сих пор считаю его своим личным злодеем.И каким-то чудом из меня вырвался смех. Настоящий. Лёгкий. Не вымученный.Мэт застыл, как будто его ударило током.— О. — Он моргнул. — Я... эм... я тебя рассмешил?Он посмотрел по сторонам, будто проверяя, не скрываются ли свидетели этого события.— Это... это победа? Я могу записать это куда-нибудь?— Только попробуй, — сказала я, приподняв бровь. — И не зазнавайся.— Ладно, — он опустил глаза, но я видела, как уголки его губ тянутся вверх.— Хотя, знаешь... — он снова взглянул на меня, смело на целых полсекунды. — Если тебе вдруг... ну... сложно с заданиями... или вообще сложно... в смысле, со школой... или... ну... с чем угодно...Он запутался в собственных словах и выдохнул:— Я просто рядом сижу. Типа... техническая поддержка. Как в играх, только без мечей.Я улыбнулась, на этот раз мягче.— Спасибо, Мэт. Я это... учту.— Учти, — серьёзно кивнул он. — Я человек надёжный. Почти всегда. Если не роняю вещи. Или себя.Я едва не рассмеялась снова.Он снова скромно уткнулся в тетрадку, будто спрятался в ней.И впервые за долгое время я почувствовала, что в мире всё ещё остались места, где можно просто сидеть, слушать глупые шутки и не ждать беды. Пока миссис Роджерс объясняла новые элементы, я ловила себя на мысли, что впервые за много дней чувствую дыхание ровнее. Никто не кричит. Никто не ломает мебель. Никто не орёт в трубку.Только формулы, тетрадки, туповатые шутки Мэта, его галстук с динозаврами — и тишина в моей голове.Пусть ненадолго, но именно эта скучная школьная рутина дала мне то, чего я так давно ни разу не получала:Передышку. Безопасность. Ощущение, что мир может быть нормальным. Хотя бы ненадолго.

**********

Вечером отец заехал за мной. Фары его машины медленно скользнули по фасаду дома, вырвали из темноты крыльцо, на котором я сидела, обняв пакет с мамиными вещами. Ветер шевелил край куртки, а я чувствовала себя пустой — как этот дом.Он вышел из машины, тяжело хлопнул дверью и, не говоря ни слова, подошёл ко мне.— Всё собрала? — голос у него был ровный, но жёсткий.— Да. Только самое нужное.Он кивнул, взял пакет, будто это был просто груз, и пошёл к машине. Я шла за ним, стараясь не замечать, как быстро он отворачивает взгляд, когда наши глаза случайно встречаются.Мы ехали молча минут пять. Лишь мотор жужжал, будто заполняя всё, что мы не могли сказать друг другу.И тут он заговорил:— Сью. — Он сделал паузу. — Я... не могу сейчас доверять тому, что ты остаёшься здесь одна.Я сжала ремень.— Пап, я справлюсь...— Нет. — Он перебил сразу, резко. — Ты не справляешься. Ты исчезаешь ночами. Ты скрываешь, что происходит. Дом превратился в бар.Он провёл рукой по лицу.— Я не могу это игнорировать. Поэтому... начиная с завтрашнего дня... я перееду сюда. Неделю. Может больше.— Что? — я повернулась к нему. — А меня спросить?— Ты себя ведёшь так, будто спрашивать тебя бесполезно. — Он покосился на меня. — Это не наказание. Мне нужно убедиться, что с тобой всё в порядке. Что дома ты в безопасности.Я отвернулась к окну, потому что чувствовала, как сжимается горло.Небо темнело, редкие фонари мелькали, будто вырезали куски из темноты.И тут он вдруг добавил, тоном «раз уж речь зашла»:— Кстати... Элма хочет познакомиться с тобой.Я крепче прижалась к дверце.— Кто? — спросила я, хотя прекрасно знала.— Элма. — Он вздохнул, будто ждал реакции. — Она... ну... много спрашивает о тебе. Хочет, чтобы мы все... нормально общались. Это была ее идея чтобы я немного пожил с тобой и наладил отношения. — Нет.Он моргнул.— Что — «нет»?— Нет, я не буду с ней знакомиться.Слова вышли холоднее, чем я сама ожидала.— Это она разрушила нашу семью. И ты хочешь, чтобы я села с ней за один стол? Мирно улыбалась?Он сжал руль так, что суставы побелели.— Сьюзан... — начал он осторожно. — Наш брак с твоей матерью закончился задолго до Элмы. Ты была маленькой, но...— Не надо, — перебила я. — Ты ушёл. Точка. А теперь ты хочешь, чтобы я радовалась твоей новой жизни? Прости, но я не клоун.Он резко втянул воздух.— Нам нужно наладить отношения. Ты можешь не любить Элму, но....— Но ты хочешь, чтобы я сделала вид. — Я покачала головой. — Папа, я только что пережила такую задницу, что мне сейчас вообще никто не нужен. Тем более она.

Он замолчал. До самой больницы.Когда мы подъехали, он вышел первым, даже не взглянув на меня — будто проглатывал злость, чтобы не выдохнуть её прямо мне в лицо. Я вылезла следом, чувствуя, что наш разговор повис между нами тяжёлым, липким комом, который ни один из нас не решается тронуть.

Мы вошли в больницу через боковой вход — тот, где стеклянные двери всегда чуть запаздывали с открытием, будто проверяли, достаточно ли ты уверен, что хочешь войти внутрь.Пахло хлоркой, лекарствами и чем-то кислым, что цеплялось за горло.Отец шёл впереди, быстрым, уверенным шагом. Я — чуть позади, будто тень.У стойки регистрации сидела женщина лет пятидесяти, с короткой стрижкой и видом человека, который видел любую драму уже тысячами раз.— Маргарет Филдс, — сказал отец. — Её привезли ночью. — Палата двадцать четыре, — ответила женщина, даже не посмотрев на нас. — По коридору налево, третий поворот.Мы двинулись.И чем ближе мы подходили, тем сильнее у меня сводило живот.Словно внутри всё сжималось, сжималось... больно, стыдно, страшно.Наконец отец остановился у двери с номером 24 и толкнул её чуть-чуть, чтобы заглянуть внутрь.Я выглянула следом.Мама сидела на кровати, в больничной рубашке. Волосы спутаны, лицо бледное. Глаза — красные, уставшие, но в них всё ещё жил тот самый блеск злости, который всегда появлялся, когда кто-то «лезет в её жизнь».— О, — сказала она. — Пришли.Голос её был злой, но слабый.Отец вошёл первым.— Маргарет, — начал он спокойно, — тебе нужно лечение. Мы не будем спорить. Это уже решили врачи.Она засмеялась — коротко, горько.— Конечно. Легче всего отправить меня сюда и сделать вид, что всё замечательно. А сам? Ты думаешь, я не вижу, как ты смотришь? Как ты доволен ситуацией? Как тебе удобно, что дочь теперь твоя ответственность?— Маргарет... — устало произнёс он.Но она резко перевела взгляд на меня.— И ты! — почти выкрикнула. — Ходишь за мной, подслушиваешь, вынюхиваешь! Думаешь, я не видела? Думаешь, я не понимаю, что ты настроила всех против меня?!— Мам, я не... — я попыталась заговорить.— Замолчи! — Она вскинула руку, будто отмахиваясь. — Ты всегда всё усложняешь. Всегда! Ты разрушила всё, что я пыталась построить. Даже то место, где мне помогали... ты разрушила и это.У меня внутри что-то хрустнуло.— Они промывают тебе мозги, — сказала я тихо. — Они хотят забрать дом. Они...— Заткнись! — закричала она так резко, что я вздрогнула. — Ты не понимаешь! Ты ничего не понимаешь! Они — моя семья! Они единственные, кто слушали меня! И они помогут мне выбраться!Вдруг она сорвалась с кровати, толкнув тумбочку — та упала, грохнувшись на пол.Испуганная медсестра вбежала почти сразу, как будто ждала за дверью.— Маргарет, успокойтесь, — попросила она мягко.— Не трогайте меня!! — мама отшатнулась, захлебываясь криком.Отец подошёл к медсестре и что-то быстро сказал ей почти шёпотом. Она кивнула, вышла в коридор, а через несколько секунд зашли двое санитаров — крепкие, но спокойные мужчины.Я стояла, прижав руки к груди. Дрожь шла по телу.Когда санитары подошли к маме, она сначала сопротивлялась, потом сломалась — как треснувшая стеклянная ветка — и начала рыдать.Громко. Некрасиво.Так, что мне хотелось закрыть уши.— Маргарет, всё в порядке, — тихо говорил один из санитаров. — Мы дадим вам успокоительное. Всё будет хорошо.Мама плакала и что-то бормотала, пока они аккуратно укладывали её на кровать.Отец отвернулся. Я поняла — не потому, что не хотел видеть, а потому что больно.Через пару минут в палате стало тихо. Мама лежала, слабая, еле дышащая под действием препарата.Отец наконец выдохнул.— Пойдём. Здесь нам пока делать нечего.Я кивнула.Мы вышли в коридор и закрыли дверь.Отец облокотился о стену, потер лицо ладонью, будто смывал с себя всё, что произошло.— Хочешь, я останусь с тобой сегодня? — спросил он.— Нет, — сказала я. — Я... справлюсь. Мне просто нужно... побыть дома.Он посмотрел на меня внимательно — слишком внимательно, как тот, кто сомневается в каждом слове.Но всё же кивнул.— Ладно. Если что — позвони. В любой момент.Он задержался на секунду.— И завтра к вечеру я приеду. Элма останется в нашей с ней квартире. Он ушёл к выходу.А через пять минут, когда я стояла на парковке и пыталась вдохнуть полной грудью, я достала телефон.Позвонил Стив....Только его не хватало. Я сбросила и поставила на беззвучный.

Отец отвёз меня домой. Ехал молча, но я чувствовала, как он смотрит на меня то и дело, будто пытается понять, что со мной. А я сама не понимала. Когда мы подъехали, он сказал, что поедет к себе, и чтобы я позвонила, если что-то случится. Я только кивнула. Хотелось, чтобы он уехал быстрее — пусть оставит меня в покое хотя бы на секунду.В доме было душно, будто там стоял воздух, которым никто не дышал. Я поднялась к себе, достала ту пачку сигарет, что недавно купила "на всякий случай", и вышла на крыльцо. Зажигалка щёлкнула, и от первого вдоха меня будто чуть отпустило.Я успела сделать пару затяжек, когда услышала двигатель. Я его узнала сразу — слишком знакомое рычание, слишком правильный поворот на нашу улицу.Стив.Конечно. Кто ещё.Я сжала губы, стряхнула пепел, и смотреть на него не стала, пока он подходил.— Ты что хочешь? — бросила я, когда он уже стоял передо мной. — Я же сбросила.— Я заметил, — сказал он спокойно. — Но мне нужно поговорить. Это важно.— Угу. Ты всегда так говоришь.Он не улыбнулся. На этот раз даже не попытался.— Это про Маркуса.У меня внутри всё сжалось, но я только сильнее затянулась.— Людей из этой "группы" заставляют работать на них, — сказал он. — Проституция, наркотики, шантаж. Они ломают людей. Если кто-то пытается уйти — доводят до психушки. И даже оттуда вытаскивают. Потому что считают их своей собственностью. Его люди везде. Они делают, что он скажет. Они могут прийти за кем угодно.Мне стало холодно. Смех выдавился сам, нервный, сухой.— Ты врёшь.— Не вру. Мне вчера это подтвердили. Твоя мать — лёгкая добыча. Маркус не отпустит её просто так.Я почувствовала, как злость вспыхивает резко, как спичка.— И что? Ты теперь спасатель? Всех вытащишь? Маму? Меня? Ты всегда лезешь, куда тебя не просят!— Лезу, потому что ты делаешь вид, что всё нормально. А это не нормально, Сью.— Да не твоё дело! Мы не вместе! Ты понял? Не вместе! Оставь меня в покое!— Я и не говорил, что мы вместе, — ответил он тихо. — Но я переживаю за тебя.Эти слова меня почему-то разозлили ещё сильнее.— Ты не переживаешь! Ты просто хочешь быть правым! Ты всегда хочешь быть правым! Ты контролируешь всё вокруг и хочешь контролировать меня тоже!Он сделал шаг ближе. Мой пульс участился, но я не отступила.— Если бы я хотел контролировать тебя, — сказал он чуть ниже, — ты бы уже это почувствовала. Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности.— Мне не нужна твоя безопасность.— Нужна.Я открыла рот, чтобы огрызнуться, но он вдруг сказал:— Ты дрожишь.Я резко опустила взгляд — и увидела, что рука с сигаретой действительно едва заметно трясётся. Чёрт.— Отойди, — выдавила я.Он не двинулся.Я снова вдохнула, чтобы набрать воздуха для крика, но не успела. Он шагнул вперёд, резко, уверенно, схватил меня за талию и притянул к себе. Я почувствовала тепло его пальцев, запах его куртки — и прежде чем смогла что-то сказать, он поцеловал меня.Слишком внезапно. Слишком близко. Слишком сильно.

Я на секунду потеряла связь с реальностью. Настолько, что даже не сразу поняла, кто кого целует — он меня или я его. Внутри всё вспыхнуло, будто кто-то поджёг меня изнутри. Это было слишком знакомо, слишком правильно... слишком то, по чему я скучала.Мой организм будто кричал: «Вот! Вот что ты хотела! Вот чего тебе не хватало!»И я — чёрт — ответила. На миг. На один короткий, предательский миг я потянулась к нему сама.Но разум — запоздалый, как всегда — включился резко, громко, словно огромный колокол ударил мне в голову.Стоп. Это Стив. Стоп. Стоп, Сью, что ты делаешь?Я резко оттолкнула его.— Какого чёрта ты творишь, придурок?! — выпалила я, вытирая губы тыльной стороной ладони, будто могла стереть то, что уже произошло.Стив чуть пошатнулся назад, но улыбнулся — криво, раздражающе уверенно.— Да ладно тебе, Сью. — Он поднял руки, будто сдавался. — Я же не человека убил. Почему ты так чертовски меня ненавидишь?— Потому что ты лезешь в мою жизнь, когда тебе вздумается! — выкрикнула я. Я даже сама слышала, как голос дрогнул. — Потому что ты считаешь, что всё знаешь лучше! Потому что думаешь, что можешь вот так приходить и... и...— И что? — тихо спросил он. — И напоминать тебе, что ты не одна?Я почувствовала, как меня снова начинает трясти.— Стив... проваливай, — сказала я глухо. — Мне не до тебя. Правда. Мне... просто не до тебя.Он смотрел на меня долго. И впервые за весь вечер его лицо изменилось — словно я ударила его чем-то тяжелее слова.Он отвернулся, выдохнул, провёл рукой по волосам.— Ну знаешь что... — сказал он, снова встречаясь со мной взглядом. — Ну и ладно.— Отлично, — прошипела я, хотя это «отлично» звучало совсем неубедительно.— Да не «отлично», Сью. — Он покачал головой. — Я устал. Реально устал. Крутиться перед тобой как... как собачка, которая ждёт, что её наконец-то заметят.Меня будто ударили.Он сделал шаг назад.— К чёрту всё. — Его голос стал твёрдым. — И к чёрту тебя тоже. Машина щёлкнула сигнализацией, он резко открыл дверцу и, не взглянув ни разу назад, сел внутрь. Я смотрела, как фары ослепляют крыльцо, и как он уезжает, снижая скорость только на повороте.Когда его машина исчезла за углом, я наконец позволила себе выдохнуть — хрипло, с надломом — и сжала пальцы до боли, будто так могла собрать себя обратно. Закурила сигарету и стояла на крыльце, судорожно теребя фильтр. Мимо дома медленно ехала машина, такое чувство что водитель что-то искал. Выглядела она так себе конечно. Как будто прямиком со свалки. И без номеров, что было очень странно. Я выбросила сигарету и поспешила в дом, закрываясь на все замки. Что-то меня испугало в этом автомобиле. Но что?