38 глава

POV Пэйтон.

— Ваши дела плохи, мисс Миллер. — промолвил доктор Хоггарт, запихивая ледяной градусник обратно в футляр. — Боюсь, ещё придется снять вас с занятий на пару дней.

Я виновато уставился в пол, разглядывая свои кроссовки. Эмили, с совершенно убитым выражением лица, спокойно сидела на кушетке, мотляя ногами в разные стороны. Она выглядела не просто бледной - бледность ей к лицу - она выглядела абсолютно белоснежной, словно только что побеленная стена. Натянутые связки внутри шей отчетливо пульсировали рядом с голубыми жилками на тонкой коже, хрупкие запястья уверенно сжимали край кушетки, темные глаза недовольно смотрели в пол.

Я хотел ее в любое время и в любом состоянии.

— Мистер Мурмайер, могу я вас попросить передать данную справку о состоянии здоровья девушки заведующему третьим этажом? — ровным тоном спросил доктор, обернувшись ко мне лицом. — Мисс Миллер нуждается в постельном режиме.

«Ещё как нуждается.» — хмыкнул я про себя, но промолчал, выхватывая справку из рук.

— Мы можем идти? — слабым, еле слышным голосом прошептала Эмили, вставая на ноги.

— Разумеется. — доктор подошёл к двери и распахнул ее, выпуская нас вперёд.

— И помните только постельный режим. Ничего больше.

Мы одновременно кивнули и вывалились из медицинского кабинета, синхронно посмотрев друг другу в глаза.

— Ешь, пей‚ спи, дыши и перестань смотреть на меня такими глазами, будто первый раз видишь. — недовольно буркнул я и осторожно сжал тонкие пальцы в своей ладони. — Я ни в чем не виноват.

Эмили фыркнула, нервно заправляя выпавший локон за ухо.

— Конечно, ни в чём. — прохрипела она, громко закашлявшись при этом. — Именно мне пришла идея стоять под дождем в два часа ночи в одной, мать ее, футболке!

Хриплый, осипший голос девушки вызывал во мне смешанные чувства. С одной стороны мне чертовски хотелось пожалеть ее, обнять настолько крепко, чтобы хриплый голос немедленно стал нежнее. Всем своим отчетливо бьющимся сердцем я мог сделать ее счастливей хотя бы не на минуту.

Но, друзья, перед вами Пэйтон Мурмайер, и каждый скажет вам, что нежность и спокойствие не для него.

Я дышал ее похотью, которую она пыталась скрыть. Я впитывал в себя ее возбуждение, импульсами вырывающееся из трясущегося тела.

Я жил ее терпкими вздохами, которые поочередно доходили до моего сознания.Я хотел ее.Всегда.

И только стиснутые зубы и крепко сжатые кулаки держали тестостерон на одном уровне в воздухе, не позволяя мне сорваться на нее.

— Миллер, ну подожди ты. — хрипло произнес я, застыв на одном месте.

Девушка быстрым шагом шла по направлению к своей комнате, видимо, не желая оставаться рядом со мной.

Смело ухватив ее за локоть, я прижал трясущееся тело Миллер к себе, зарываясь лицом в ее шелковые волосы. Лёгкий вздох возмущения сорвался с ее губ, и я тут же требовательно прильнул к сухим губам, положив ладонь на затылок девушки.

Миллер, словно в первый раз, робким движением запустила руку под мою футболку, крайне чувствительно пройдясь подушечками пальцев по моей коже.

Миллионы мурашек разрушили всю идиллию, что я успел создать за эти чертовы десять минут. В моей голове творилось черте что, сердце разрывалось от беспомощности, одновременно долбя где-то в горле от всего того, что я испытывал.

Туфли на платформе, джинсы, черный лифчик, футболка, джемпер, укладка такая, словно простояла на пронизывающем ветру часа два, и сухие губы, Миллер - не девушка, она - мечта идиота.

Внезапно Эмили покрылась мурашками, начиная трястись всем телом. Зверский хрип застыл в ее горле, и она немедленно оторвалась от меня, отвернувшись и громко закашляла.

Я подошёл к ней со спины и обвил руками тонкую талию, прижимая ее к себе настолько сильно, насколько мог.

— Ты должна выздоравливать, милочка. — спокойной прошептал я ей на ухо, убирая этот чертов локон с ее лица.

— Я сильная, я справлюсь. Выздоровлю.

Я усмехнулся ей на ушко, оттягивая мягкую кожу зубами. Миллер вновь затрясло, словно в лихорадке.

Быстро возбуждается.

— Сильным буду я, а ты будь нежной и просто люби меня. — произнес я и перехватил ее руку в своей, направляясь к лифту.

Войдя в комнату, Миллер тут же плюхнулась на постель, зарываясь лицом в подушку. Состояние девушки с каждым часом становилось все хуже, от чего я чувствовал себя не просто виноватым, а конченым ублюдком, раз заварил все это дерьмо.

Я осторожно сел на край кровати, снимая с ослабленной девушки обувь.

— Какая же ты слабенькая. — усмехнулся я, расстегивая пуговки на тонком джемпере.Миллер недовольно нахмурилась, перехватывая джемпер в свои руки. Я спокойно отодвинул ее руки в стороны, продолжая заниматься излюбленным делом.

— Без тебя мне не надо было быть сильной, и я стала слабой. — спокойно прошептала она, переворачиваясь на спину.

Бледность ее лица вызывала в моем теле сущий шторм и конченый круговорот. Голова кружилась, горло сковывало, мышцы напрягались, содрогались и сокращались. Я не мог держать себя в руках.

Любое движение Миллер превращало меня в ненасытного зверя, пытающегося заглотнуть все, что у него имелось.

— Миллер, я хочу тебя. — склонившись над ее лицом прошептал я, коснувшись припудренной кожи губами.

Девушка хитро приоткрыла один глаз И высунула кончик языка, дразня меня всем своим видом.

— Какого... — не сдержав улыбки‚ я вцепился в ее губы, прокусывая сухую кожу до крови. На губах железный привкус, острые зубы Миллер впиваются в мою шею, оставляя на ней лиловые укусы.

И хотя мы были совершенно обессилены, долгих пять секунд мы поглощали друг друга, а все параллельные миры, все параллельные жизни, которые могли бы существовать, но никогда существовать не будут, крутились вокруг нас.

Она выглядела настолько нежно и трогательно, что каждый гребаный раз я ловил себя на мысли, что я не хочу оставлять ее. Я хочу целовать ее. Снова и снова.

— Ты моя, Миллер. — хриплым шепотом произнес я, закутывая хрупкую фигуру в теплое одеяло. — И я не оставлю тебя.

— Даже если...

— Даже если ты не захочешь, чтобы я был рядом. — перебил я мгновенно, аккуратно сворачивая одежду пополам. — Потому что я буду.

— Но Пэй..

— Запомни наконец. — я недовольно нахмурился. — Всегда.

Красные от высокой температуры глаза смотрели пристально, с горчинкой разочарованности и полнейшего недоверия. Она сводит с ума. Если бы только она знала, каких жертв мне стоит держать себя в руках. Насколько я становлюсь сильным, понимая, что не сейчас, не сейчас, потом, как-нибудь в следующий раз.

Но мне заебалась врать самому себе.

— Ты пугаешь меня, Мурмайер, но мне не страшно. — шепчет Миллер в пустоту, устремив взгляд в одну точку. — Ты привязал меня к себе, вонзил в меня свои чертовы шипы обаяния, влюбил меня в себя, это самое страшное. Теперь я ничего не боюсь.

Я с интересом оглянулся назад и посмотрел на спокойную Миллер, которую, скорее всего, ничего не волновало. Спокойный вид девушки заставил меня озвереть на месте и я мгновенно вышвырнул из рук свернутую одежду, тут же склоняясь над ее лицом.

— Ничего? Правда что ли? — лёгкая ухмылка и Миллер почти в слезах. — А если я уеду? Оставлю тебя? Вот так просто возьму и исчезну. Представляешь? Меня не будет рядом. Не боишься?

— Что ты несешь? — ехидный прищур. — Ты не сможешь. Ты не сделаешь мне больно, Мурмайер.

— Представь теперь, как больно будет мне. — я мечтательно закатил глаза и облизнулся. — Так что забудь об этом, Миллер. Этого не будет.

— Нико...

— Никогда, девочка моя. Запомни. Никогда.

Эмили облизнула свои губы и натянула улыбку на лицо, старясь выглядеть непринужденной. Хотя нервные импульсы отдавались сквозь ее кожу, она держалась почти уверенно.Для других.Но только не для меня.

— Хочешь уехать отсюда? — томным голосом спросил я, усаживаясь прямо на пол перед постелью Миллер. — Только скажи мне, и мы уедем куда ты захочешь.

Эмили вздернула бровью и ехидно улыбнулась, в синих глазах сверкнул бирюзовый огонек, я потерял голову в миллионный раз.

— Я слишком дорогая девушка, Мурмайер. — съехидничала вновь та, сверкая хитрыми глазами. — У тебя не хватит денег на меня.

— У тебя не хватит смелости продолжить нести эту чушь, цыпочка. — заметил я, облизнув и без того влажные губы. — На тебя у меня хватит всего. Сил, денег, нервов, улыбок, поцелуев, прикосновении. Секса. Вот чего мне не хватит никогда. И ты не вправе это исправить, иначе я просто буду иметь тебя до твоего последнего вздоха.

— Чертов извращенец. — прошипела она. — Есть проблемы поважнее, не касающиеся твоего члена?

Я слегка призадумался, устремив взгляд в потолок. Проблемы, проблемы... какие могут быть ещё проблемы? Даже и не... Ах да.

— У тебя грудь видно. — спокойно ответил я и поправил теплое одеяло до ее подбородка. — Опять возбуждает.

Миллер покраснела от смущения и тут же спрятала лицо в ладонях, хрипло хихикая себе под нос.

— Что ты там шепчешься, девочка? — улыбнулся я, осторожно проведя пальцем по матовой коже.

Черт.

И какая же она все таки ахуенная.

— Мурмайер, ты такой дурак. — рассмеялась она хриплым голосом и вновь высунулась из одеяла. — Я хочу убить тебя.

Подмигнув развеселившейся девушке, я мягко прикоснулся губами к не просто тёплому, к ебануться какому горячему лбу, наслаждаясь каждой секундой, что я проводил рядом с ней.

— Я должен идти в Главный Зал на ужин. — шепотом произнес я, склоняясь над девушкой. — Ты должна поесть, я позабочусь об этом.

— Я не голодна, Пэйтон. — мгновенно ответила Миллер и перевернулась на бок. — Не стоит.

— Ты голодна, Эмили. — я нахмурился, недовольно застегивая на замок свою кофту. — Стоит.

— Я правда не...

— Ты должна будешь поесть, просто потому, что я так хочу. Ты должна выздороветь. И ты должна есть. Все в ответе за тебя и за твое здоровье. И мы в ответе за это. — я остановился, прикусив губу. — Я в ответе за это.

Медленно встав с кровати, Эмили в одной длинной футболке подошла ко мне, и я вынужден был отвернуться, просто потому, что внутренности сделали тройное сальто, а мозг категорически отсоединился от меня.

Я в ответе за Миллер, но не в ответе за свои поступки.И я снова хочу ее.

Терпеть это слишком сложно, каждая моя клеточка рвется к ней.

— Возвращайся. — она прильнула к моей спине, обхватывая меня за пояс и утыкаясь лицом в мою спину.

Она застала меня врасплох. Она... она...Вся моя жизнь была на волоске.Весь мир принадлежал мне.

— Я люб...

— Скоро вернусь. — отрезал я и мгновенно вылетел из комнаты, не желая принимать то, что наотрез становиться неоспоримым утверждением.

/////

— Здорова, брат, где был? — распахнув руки, произнес Джош, встречая меня у входа.

— Эмили заболела. — тут же ответил я, недовольно нахмурившись и посмотрев на Ноена.

Его лицо мгновенно изменилось. Вечно сияющие зелёные глаза сменила мутная пелена настороженности и напряженности.

— В чем дело? — невзначай спросил я, медленно пробираясь вперёд. — Что это с твоим лицом?

Я щёлкнул его по носу и улыбнулся, однако Ноен шел словно под наркозом, всматриваясь в одну точку и не отрывая взгляда от своих ног.

Недовольно фыркнув, я подошёл к своему столу и расплылся в улыбке, обнаружив за ним Джоша с Риккой и ещё двоих придурков.

— Привет. — деликатно сказал я и сел за стул рядом с девушкой, с интересом посмотрев на нее. — Ты у нас теперь, как я понял, часть нашей ебанутой компании?

— Не употребляю. — мгновенно ответила она.

— Прости? — я улыбнулся, притягивая к себе тарелку с картошки и отбивными. — Не употребляешь? Но мы тоже не из таких.

Стол на мгновение замолчал, а буквально через секунду все прыснули со смеху, стараясь заткнуться, всматриваясь в свои тарелки.

— Довольно таки интересная фигурка. — заметил Джош, сдерживая смех и ковыряясь вилкой в тарелке. — Моя отбивная похожа на кролика.

— Твоя отбивная похожа на...

— Не продолжай, Джейден. — перебил его Ричардс и залился краской, невзначай посмотрев на Рикку.

Девушка тут же перевела на него взгляд и вздернула плавным изгибом брови. Джош побелел в одно мгновение и накрыл ладонь девушки своей рукой, продолжая рассматривать свою отбивную.

Вот идиот.

— Эмили серьезно заболела? — внезапно спросил Ноен и я тут же посмотрел на него, злобно прищурившись.

— Какое тебе дело? — хрипло спросил я. — Это должно волновать только меня и никого больше.

— Мурмайер, не будь эгоистом. — перебила меня Рикка, сверкнув тёмными глазами. — Нам всем интересно, как она.

Я стиснул зубы и сжал вилку настолько крепко, что она с треском согнулась пополам, не желая выпрямпяться обратно.

— Вас не касается. — прошипел я, отодвинув от себя тарелку. — Наблюдайте за своим здоровьем, с Эмили все в порядке.

— Мурмайер? — с усмешкой перехватил Джейден и посмотрел за спину. — Мне кажется, или с тобой хотят поговорить?

Я резко обернулся. Передо мной во всей красе стояла ебаная Саманта, взирая на меня сверху вниз.

Я нервно сглотнул, помахав этой ебанутои ладонью.

— Здравствуй, Пэйтон. — сладким голосом пролепетала пташка, положив руку мне на плечо.

Не родная рука на моей коже заставила меня не просто вздрогнуть, а подскочить на стуле как совершенно недалекому человеку без мозгов.

— Ну здравствуй, Саманта. Как поживаешь?

— Запредельно круто. Нужно поговорить, Пэйтон.

— Я занят. — мгновенно ответил я и повернулся за столик. Все смотрели на меня, распахнув глаза, взирая так, словно увидели впервые.

— Отбивная подождёт.

— Эмили не подождёт. — заметил Джош и кивнул головой, хмуро посмотрев на эту шлюху.

Я довольно улыбнулся, взглянув на него одобрительным взглядом.

— О Эмили могу позаботиться я. — внезапно сказанул Ноен и я чуть не подавился ебаной картошкой от его слов.

— Не. Надо. О. Ней. Заботиться. Ноен. — отчеканил я. — Спасибо за заботу, но не стоит.

Юбэнкс как-то не по доброму улыбнулся и сверкнул зелёными глазами.

— Стоит, Пэйтон. Ещё как стоит.

— Заткните его, пока я ему не въебал. — попытался рассмеяться я, но не вышло ничего, кроме какого-то долбанутого хрипа и что то там ещё.

— Ну так что, Мурмайер? — напомнила о себе Саманта, не убирая руки с моего плеча. Сука, меня начинает это все порядком бесить.

— Уделишь мне 15 минут?

— А ты не ахуеешь от счастья? — поинтересовался я, вставая со стула. — 3 минуты и пошла ты нахуй. Прямым текстом, Саманта, ничего личного.

Девушка улыбнулась и самоуверенно направилась к выходу. Я в свою очередь остался стоять на месте, сложив руки на груди.

— Так было бы гораздо лучше остаться здесь. — пробубнил я себе под нос, а затем перевел взгляд на Ноена.

— Юбэнкс, раз ты уже закончил со своим ужином, будь добр отнести эту тарелку в комнату Миллер.

Ноен тут же изменился в лице и расплылся в широкой улыбке, начав перекладывать в тарелку ещё кучу всякой ерунды.

Я склонился над его ухом и притянул блондина поближе к своему лицу.

— Учти, Ноен, я вернусь так быстро, ты даже глазом не успеешь моргнуть. Обойдемся без происшествии, мальчик мой, ты знаешь, каким я бываю, если меня не слушаться.

С этими словами я кинул недоброжелательный взгляд на блондина и лениво поплелся к выходу.