LXIV

Монах разговаривал с Шишом, и Колен дожидался конца ихбеседы, затем подошел к Монаху. Он не различал больше землю подногами и на каждом шагу спотыкался. Перед глазами у него былаХлоя, лежащая на их брачном ложе, ее матовая кожа, темныеволосы и прямой нос, ее слегка выпуклый лоб, округлый и нежныйовал лица и сомкнутые веки, которые извергли его из мира. -- Вы по поводу похорон? -- сказал Монах. -- Хлоя умерла, -- сказал Колен. Было слышно, как Колен говорит: "Хлоя умерла", -- и неверилось в это. -- Я знаю, -- сказал Монах. -- Какую сумму вы собираетесьвложить? Вы, без сомнения, хотели бы красивую церемонию? -- Да, -- сказал Колен. -- Я могу устроить вам похороны что надо за две тысячидублезвонов, -- сказал Монах. -- Есть, конечно, дороже... -- У меня всего двадцать дублезвонов, -- сказал Колен. --Возможно, я получу еще тридцать или сорок, но не сразу. Монах наполнил свои легкие воздухом и брезгливо запыхтел. -- Церемония для нищих, вот что вам в таком случае нужно. -- Я нищий... -- сказал Колен. -- И Хлоя умерла... -- Да, -- сказал Монах. -- Но в жизни нужно устраиватьсятак, чтобы было на что вас похоронить. Итак, у вас нет дажепятисот дублезвонов. -- Нет, -- сказал Колен. -- Если вы согласны, чтобы язаплатил в несколько приемов, я мог бы дойти до ста. Выпонимаете, что значат эти слова: "Хлоя умерла"? -- Знаете, -- сказал Монах, -- я привык к подобным словам,на меня это больше не действует. Я бы посоветовал вамобратиться к Господу Богу, но боюсь, что с такой незначительнойсуммой его беспокоить не следует. -- О! -- сказал Колен. -- Я не буду его беспокоить. Да я ине верю, что он на что-то способен, ведь Хлоя умерла. -- Сменим тему, -- сказал Монах. -- Подумайте... о... незнаю, неважно о чем... например... -- За сто дублезвонов будет приличная церемония? --спросил Колен. -- Не хочу даже рассматривать такую возможность, -- сказалМонах. -- Остановимся на ста пятидесяти. -- Мне понадобится время, чтобы вам заплатить. -- У вас есть работа... Вы подпишете мне одну маленькуюбумажку... -- Как вам угодно, -- сказал Колен. -- На этих условиях, -- сказал Монах, -- вы, может быть,согласитесь на двести, это гарантирует, что Пузан и Шиш примутвашу сторону, тогда как при ста пятидесяти они выступают настороне оппозиции. -- Вряд ли, -- сказал Колен. -- На этой работе я, похоже,продержусь недолго. -- В таком случае мы остановимся на ста пятидесяти, --заключил Монах. -- Прискорбно. Ей-Богу, церемония будетпремерзкая. Вы мне не нравитесь, вы слишком скаредничаете... -- Прошу прощения, -- сказал Колен. -- Ступайте подписывать бумаги, -- сказал Монах и грубоподтолкнул его. Колен налетел на стул. Монах, разъяренный этим шумом,снова подтолкнул его к сакристилищу и с ворчанием устремилсяследом.