Глава 74. Ливень

Дождь лил стеной. Холодные струи били по лицу, пропитывали одежду до последней нитки, превращали волосы в мокрые пряди, липнущие к коже. Даня стоял у самого края тёмной улицы, вцепившись пальцами в собственные локти, чтобы хоть как-то удержать себя от падения. Но дрожь — не только от холода, но и от того, что творилось внутри — сотрясала всё его тело.

Кровь смешивалась с дождём, стекая по рукам тонкими багровыми дорожками и растворяясь в мутных лужах. Каждое сердцебиение отзывалось болью, тупой и ноющей, но это было ничто по сравнению с тем, что творилось в голове.

Я больше не могу. Я просто не могу... — слова крутились в его сознании, заглушая даже звук дождя.

Он ушёл тихо. Без скандалов, без хлопков дверей. Просто вышел, не сказав ни слова. Не хотел, чтобы Лёша видел его в таком состоянии. Не хотел быть слабым в его глазах.

Но время текло странно. Пятнадцать минут на улице в холодном ливне казались вечностью.

Вдруг сквозь шум дождя послышались быстрые шаги. Чужие? Нет. Знакомые.

— ДАНЯ! — голос прорезал гул дождя, наполненный паникой и злостью одновременно.

И прежде чем он успел поднять взгляд, его обвили сильные, до боли крепкие руки. Лёша прижал его к себе так, словно боялся, что тот исчезнет, растворится в этой мокрой ночи.

— Господи... — голос у Лёши дрогнул. — Думал... как найду тебя — придушу. А сейчас... — он не договорил. Просто прижал Даню ещё сильнее, уткнувшись лицом в его мокрые волосы.

Даня хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. Вместо этого он лишь почувствовал, как Лёша дрожит — не от холода, а от ужаса, который он пережил, пока искал его.

— Ты в крови... — Лёша посмотрел на его руки, и в глазах блеснула смесь страха и гнева. — Зачем ты это делаешь с собой?..

Но Даня опустил взгляд, не в силах встретиться с его глазами.

Дождь всё так же хлестал, одежда прилипала к телу, пальцы сводило от холода. Но в этих объятиях, таких крепких, будто Лёша мог своим телом защитить его от всего мира, Даня впервые за весь день позволил себе чуть-чуть расслабиться.

— Пойдём домой, — тихо, но твёрдо сказал Лёша. — Я тебя никуда больше не отпущу.

И они пошли сквозь дождь, прижавшись друг к другу, как двое утопающих, нашедших в этом холодном мире единственный островок тепла.