Глава 6. Голод

Тристан говорил долго. Смачно, с перекурами, с усмешками в особо опасных моментах. Никс слушала, впитывала, вспоминала, а что-то запоминала. Про охотников, про церковь, про то, кто в Данли реально держит власть. Оказалось, Тристан - не просто псих с ружьём. Он был системой. И эту систему стоило уважать.

-- ...короче, волчара, - закончил он, закуривая очередную самокрутку. - Моя земля - мои правила. Не лезь ко мне, и я не полезу к тебе. Надо будет чего - приходи, поговорим. Но без глупостей.

Никс кивнула, поднимаясь с крыльца. Тело затекло от долгого сидения, но мозг горел новой информацией.

- Я запомню, - сказала она. - Ты опасен.

- А то, - Тристан усмехнулся. - Бывай, кровососка. И передай своему щенку, что если он сунется в Данли без тебя - я его пристрелю. Из вежливости.

Никс оскалилась - но без злобы. Развернулась и побежала в лес, обращаясь волчицей на ходу.

***

Она ждала, что Рафаэль встретит её у ворот замка. Бросится на шею, начнёт обнюхивать, проверять, цела ли. Она даже приготовилась рыкнуть на него за это - для порядка, чисто символически. Но ворота были пусты. Никс нахмурилась, пройдя во двор. Стройка замерла - камни так и лежали грудами, станок молчал. Тишина стояла такая, что уши закладывало.

- Рафаэль? - позвала она, входя в замок.

Ответом был только шорох где-то в глубине. Никс двинулась на звук, принюхиваясь. Запах - тот самый, который её вампирский нюх чуял безупречно - вёл в тронный зал. Туда, где они... ну, где они вчера «строили» не только замок.

Она вошла и замерла. Рафаэль сидел на груде шкур, сжимая в руках её лохмотья - те самые, что она скинула перед уходом. Он прижимал их к лицу, глубоко вдыхая, и дрожал всем телом. Глаза его горели алым - не просто голодным, а безумным, диким огнём.

- Рафаэль...

Он вздрогнул, поднял голову. И в его взгляде Никс увидела всё: голод, страх, ревность, желание. И ещё что-то, от чего у неё самой внутри всё перевернулось. Собственничество. Чистое, животное, вампирское собственничество.

- Где ты была? - прохрипел парень, держа взгляд вампирши.

- Я же сказала - в Данли. К охотнику.

- Три часа, - голос Рафаэля сорвался на рык. - Три часа, Никсария. Три часа ты говорила с каким-то смертным ублюдком, который хочет тебя убить. А я сидел здесь. Один. И ждал.

Никс моргнула. Он никогда не называл её по имени. Всегда «госпожа». Всегда с придыханием, с обожанием.

- Ты... ты считал время?

- Я с ума сходил! - Рафаэль вскочил, сжимая её лохмотья так, что ткань затрещала. - Я думал, он убил тебя. Думал, ты не вернёшься. Думал...

Он зарычал - по-настоящему, по-звериному, отбрасывая тряпки в сторону. В два прыжка оказался рядом, вжал её в стену, навис сверху, дрожа всем телом.

- Ты моя, - выдохнул он ей в губы. - Моя госпожа. Моя жизнь. Моя кровь. И я не вынесу, если с тобой что-то случится.

Никс смотрела в его безумные глаза и чувствовала, как внутри разгорается ответное пламя. Она должна была рявкнуть, поставить на место, напомнить, кто здесь главный. Вместо этого её руки сами легли ему на грудь, пальцы впились в рубашку.

- Рафаэль...

- Я хочу тебя, - перебил он хрипло. - Не только кровь. Тебя. Всю. Сейчас. Здесь. - его бёдра прижались к ней, и она почувствовала то же, что и вчера. Твёрдое. Горячее. Готовое. - Я больше не могу ждать. Не могу представить, что ты с кем-то говоришь, смотришь на кого-то, дышишь с кем-то одним воздухом, кроме меня.

- Это был разговор, - выдохнула Никс, но голос предательски дрогнул.

- Мне плевать. - Он прикусил её нижнюю губу, потянул, заставляя приоткрыть рот. - Ты пахнешь им. Его табаком. Его порохом. - Рафаэль зарычал ей в рот. - Я хочу смыть с тебя этот запах. Своим. Всем собой.

Никс не выдержала.

Она вцепилась в его волосы, притягивая для поцелуя - жёсткого, злого, голодного. Он ответил тем же, вжимая её в стену так, что камень скрипнул. Руки рвали одежду - её, его, без разбора. Губы кусали шею, ключицы, грудь, оставляя следы, которые заживут через час, но сейчас горели огнём.

- Ты моя, - рычал он между поцелуями. - Скажи это.

- Твоя, - выдыхала Никс, сдирая с него остатки рубашки. - Твоя, идиот. Всегда твоя.

- Никого больше.

- Никого.

- Никогда.

- Ник...

Он вошёл в неё резко, без подготовки, и мир взорвался алым.

***

В этот раз всё было иначе. Не нежно, не осторожно - дико, жадно, отчаянно. Рафаэль любил её так, будто хотел стереть из памяти всё, кроме себя. Будто боялся, что она исчезнет, если он отпустит хоть на секунду.

Никс царапала его спину, кусала плечи, выгибалась навстречу каждому толчку. Голод - настоящий, вампирский, первобытный - пульсировал в крови, требуя больше. Больше его. Больше этого. Больше всего.

- Сильнее, - хрипела она. - Ещё.

Он подчинялся. Рвал её, брал, заполнял до краёв. Их крики смешивались с хрустом камня под когтями и запахом крови - она прокусила ему губу, он - её шею, и они пили друг друга, не в силах остановиться.

Кульминация накрыла одновременно - волной жара, тьмы и такого облегчения, что Никс показалось, будто она умирает. И возрождается. Снова. В его руках.

Они рухнули на шкуры, тяжело дыша, переплетённые, потные, липкие от крови и всего остального. Рафаэль прижимал её к себе, уткнувшись носом в макушку, и дрожал - крупной, нервной дрожью.

- Прости, - выдохнул он хрипло. - Я не должен был... так... но я не могу... когда тебя нет...

- Заткнись, - Никс ткнула его локтем в бок, но без злобы. - Ты идиот. Но ты мой идиот.

Он замер. Потом приподнялся, заглянул ей в глаза - и улыбнулся. Так светло, так чисто, будто только что не трахал её как последний зверь.

- Твоя, - сказал он. - Навсегда.

Никс фыркнула и спрятала лицо у него на груди, чтобы он не видел, как она улыбается в ответ.

***

Утром (хотя какое утро - вампиры спят днём) она проснулась одна. Прислушалась - в замке кто-то возился, стучал, двигал камни.

Никс накинула шкуру (её одежда снова погибла смертью храбрых) и вышла во двор.

Рафаэль строил. Таскал камни, укладывал их, колдовал над станком - и при этом насвистывал какую-то дурацкую мелодию. Увидев её, просиял так, будто она была солнцем (хотя солнце они оба не переносили).

- Госпожа! Вы проснулись! Я тут подумал - надо закончить северную стену, пока вы отдыхали. И ещё я нашёл старые чертежи в подвале, там есть интересные решения для...

- Рафаэль, - перебила Никс.

- Да?

- Ты реально решил завалить меня стройкой после того, как чуть не разорвал от ревности?

Он моргнул. Потом улыбнулся - виновато, но довольно.

- Я подумал... если я буду занят делом, то меньше буду думать о том, что вы снова уйдёте к охотнику. - он помолчал. - Это же работает так? Занятость отвлекает?

Никс закрыла лицо рукой и расхохоталась.

- Идиот, - повторила она в сотый раз. - Безнадёжный идиот.

- Ваш идиот, - поправил он с той же убийственной серьёзностью.

Никс подошла, встала на цыпочки и поцеловала его - коротко, но со вкусом.

- Мой, - согласилась она. - А теперь показывай свои чертежи. И если там будет хоть одна глупость - пеняй на себя.

Рафаэль просиял.