начало нового пути

‎Говорят, мир держится на тончайшей нити равновесия - где свет и тьма в вечном танце переплетаются, создавая узор судьбы.

Иногда я думаю, что этот танец слышен даже в тишине ночи - в шорохе звёзд, в дыхании ветра, в трепете пламени свечи.

Стоит прислушаться - и можно уловить, как взвешиваются силы: добро и зло, жизнь и смерть, надежда и страх.

Я всегда верила, что где-то, за гранью видимого, существует древняя сила, следящая, чтобы ни один луч света не сиял слишком ярко, и ни одна тень не поглотила всё вокруг.

И, может быть, именно поэтому мне досталась магия - не как дар, а как испытание..

Меня зовут Бетти.

И это - моя история.

На самом деле, моё полное имя - Элизабет Малфой.

Звучит красиво, даже благородно... но чуждо.

Слишком правильное, выверенное, как будто вырезанное из мрамора.

Имя для собраний, фамильных портретов и длинных речей о "чести рода".

Я терпеть не могу, когда меня так называют.

"Элизабет" - это для учителей, для отчётов, для тех, кто видит в тебе не человека, а фамилию.

Для них я - очередная Малфой.

Тень предков, наследница крови и ожиданий.

А я - Бетти.

Просто Бетти.

Я живу в Малфой-Миноре - старом поместье с бесконечными коридорами, где эхо чужих шагов звучит громче, чем голоса живых.

Мраморные лестницы там вздымаются, словно застывшие волны, а стены холодны и безмолвны, как сердце моего отца.

Мои родители - Люциус и Нарцисса Малфой.

А мой старший брат - Драко.

Мы с ним почти ровесники: ему семнадцать, мне шестнадцать.

Когда-то мы были неразлучны - делили секреты, заклинания и даже тишину.

Иногда мне казалось, что нас связывает не просто родство, а что-то древнее, магическое.

Мы понимали друг друга без слов.

Но теперь всё иначе.

Между нами пролегла тень, которой я не могу дать имени.

Он стал... далёким.

Отрешённым.

Словно его мысли теперь принадлежат не ему, а чему-то, что зовёт изнутри тьмы.

Драко учится в Хогвартсе - школе, о которой я мечтала с тех пор, как впервые услышала, как перо скрипит по письму с гербом школы.

Я мечтала стоять под сводами Большого зала, слушать, как шепчет под потолком магия.

Но вместо этого я учусь в Шармбатоне.

Звучит красиво, правда?

По-французски утончённо, благородно...

Но для меня - чуждо.

Шармбатон - это солнечные залы, розовые шёлка, сладкие духи и улыбки, в которых нет ни капли искренности.

А я выросла среди теней, среди шёпота и старинных заклинаний, где каждое слово весит больше, чем обещание.

Иногда мне кажется, что даже стены Малфой-Минора помнят, кто я есть.

А Шармбатон - старается забыть.‎Вы, наверное, спросите: почему не Хогвартс?

Ответ простой - потому что отец решил за меня.

Мне было одиннадцать, когда в одно утро совы постучали в окно сразу с двумя письмами.

Одно - в тяжёлой конверте с сургучной печатью Хогвартса.

Другое - в тонком, почти прозрачном, с серебристым гербом Шармбатона.

Я помню, как у меня дрожали руки.

Сердце билось так быстро, что, казалось, оно вот-вот вырвется наружу - от счастья, от ожидания.

Я мечтала об одном - учиться рядом с Драко.

В тех самых залах, где стены хранят шёпот заклинаний, а свечи горят под парящим небом.

Но отец даже не дал мне открыть рот.

- Шармбатон. И точка, - сказал он.Так, словно ставил печать приговора.

А я... я просто кивнула.

Потому что спорить с Люциусом Малфоем - всё равно что бросать камни в ураган.

Они не долетят.

Их сметёт ещё до того, как ты успеешь поднять руку.

Мама - другая.

Она всегда смотрит мягче, говорит тише, и в её взгляде можно увидеть то, чего нет в отце - тепло.

Она спрашивает, слушает, понимает.

Я видела, как дрогнули её пальцы, когда отец оборвал наши мечты, как рвал сухие цветы из хрустальной вазы.

Она не сказала ни слова - просто обняла меня.

И тогда, среди шелеста её платья и запаха жасмина, я пообещала себе:однажды я всё равно окажусь в Хогвартсе.

Драко стал чужим.

Не вдруг - нет.

Это случилось незаметно, как туман, что сначала мягко стелется по земле, а потом скрывает всё вокруг.

Он всё чаще ссорился с отцом.

Их голоса разносились по дому, сталкивались, как молнии, и замирали в воздухе, оставляя запах гнева.

Потом наступала тишина - глухая, вязкая, как заклятие.

Он стал скрытным, таинственным, будто тень поселилась в его взгляде.

Иногда я ловила себя на мысли, что больше не узнаю брата.

Он уходил по вечерам и возвращался поздно, с запахом дождя и чего-то, чего я не могла определить - тревоги, может быть?

А ведь раньше мы с ним были неразлучны.

Как два крыла одной птицы: стоило одному взлететь, второй всегда следовал за ним.

Мы делили всё - тайны, книги, шёпоты за ужином, даже сны.

Но теперь между нами будто выросла стена, холодная и прозрачная, сквозь которую я могла видеть его, но не могла дотронуться.

После его семнадцатилетия он изменился окончательно.

Стал молчаливым, будто каждый его шаг - часть какой-то тайной миссии.

Иногда я ловила на нём взгляд отца - пристальный, оценивающий, как будто тот рассматривал не сына, а оружие.

И это пугало меня.

Пугало сильнее любой тьмы, о которой я читала в книгах.

Потому что эта тьма жила теперь не где-то там, в легендах, а прямо здесь - в стенах Малфой-Минора.

И она начинала смотреть на меня глазами моего брата.‎‎Ранним утром я проснулась от чьего-то взгляда - настойчивого, почти ощутимого кожей.

Ощущение, будто кто-то тихо дышит рядом, и воздух в комнате стал гуще, чем обычно.

Я моргнула, перевернулась на другой бок и замерла.

На краю моей кровати сидел Драко.

Я сначала подумала, что всё это сон - его фигура расплывалась в мягком утреннем свете, который пробивался сквозь тяжёлые шторы.

Но нет.

Это был он.

Настоящий.

И он улыбался.

Широко, почти детски - так, как не улыбался уже много месяцев.

- Что ты тут делаешь? - пробормотала я, с трудом проснувшись. - И чего лыбишься, как сова на зельях?

- Да так, - протянул он лениво, но в его голосе мелькнула странная, тайная радость.

Он достал из-за спины конверт - плотный, кремового цвета, с печатью, сверкающей в луче света.

Печать Хогвартса.

Мой сон окончательно рассеялся.

- Что это? От кого? - я села, чувствуя, как волосы спадают на плечи.

Сердце гулко ударило.

- Письмо из Хогвартса, - сказал он. И улыбнулся шире.

Мир словно дрогнул.

Воздух вокруг меня стал лёгким, но внутри будто что-то оборвалось.

Письмо из Хогвартса.

Два слова, которые я ждала годами.

Два слова, что пахли мечтой, надеждой и невозможным.

- А... ну тогда это тебе, - я неловко потянулась вернуть конверт. - Причём тут я?

Но Драко не взял.

Он только откинулся назад, скрестив руки, и глаза его сверкнули чем-то между торжеством и нежностью.

- Нет, сестрица. Это - тебе.

Я выронила конверт.

Он упал на одеяло с тихим шелестом, но звук прозвучал громче, чем раскат грома.

Сердце заколотилось так сильно, что я слышала каждый удар.

Мне?

Письмо... из Хогвартса?

Нет, это ошибка.

Так не бывает.

Пальцы дрожали, когда я подняла конверт.

Бумага была тёплой - будто дышала.

Сургуч переливался золотисто-красным светом, и от него исходил слабый аромат старых пергаментов и чего-то ещё... родного.

Магия.

Настоящая, чистая, как дыхание звёзд.

Я дрожащими пальцами разорвала сургучную печать.

Щёлк - и звук эхом разнесся по комнате, хотя вокруг была тишина.

Пальцы дрожали так, что пергамент чуть выгибался под ними, словно сам оживал.

Сердце стучало бешено, будто пыталось вырваться наружу и сообщить всему миру:

Это происходит!

Это реально!

Я достала письмо, осторожно развернула его и начала читать вслух, каждое слово ощущалось как удар волшебного молота:

"Дорогая Элизабет Малфой. Мы рады сообщить, что вы зачислены в школу чародейства и волшебства Хогвартс. Вы будете учиться на шестом курсе, вместе с вашим братом - Драко Малфоем. Мы ждём вас 1 сентября..."

Слова плавно текли, но мозг отказывался верить.

Я остановилась, взглянув на текст, пытаясь убедить себя, что это не сон.

Сердце словно вспыхнуло светом, и внутри разлился ветер надежды - тёплый, прохладный, колкий, настоящий.

Каждая клетка тела вибрировала: радость, страх, удивление, восторг - всё смешалось в одном сумасшедшем вихре.

- Я что, сплю?.. - прошептала я, всё ещё не веря глазам, и уставилась на Драко.

Он сидел напротив, ухмылка играла на губах, глаза сияли каким-то странным, тихим торжеством.

Он медленно протянул руку и щипнул меня за палец.

- Ай! - вскрикнула я, инстинктивно отдёрнув руку. - Ты что творишь?!

- Подтверждаю: не спишь, сестрица, - сказал он, и его улыбка стала чуть мягче. - Добро пожаловать в Хогвартс.

Он выглядел довольным, почти гордым - как будто это он только что получил письмо, которое ждала вся жизнь.

И в этот миг я поняла: возможно, именно он сделал всё, чтобы это письмо оказалось у меня.

Чтобы моя мечта - та, что жила в сердце столько лет - сбылась.

Я смотрела на него и не могла говорить.

Пальцы сжимали пергамент, бумага согревала ладони, словно передавая силу, которую нельзя объяснить словами.

Свет утреннего солнца скользил по комнатным стенам, и я заметила, что тени вокруг Драко мягче, как будто магия тоже улыбалась вместе со мной.

- Да ну тебя, - буркнула я, всё ещё не веря происходящему, опуская взгляд на письмо.

Внутри всё пульсировало - счастье, удивление, страх и предвкушение.

Я вдруг ощутила себя маленькой в огромном мире, где магия реальна, а мечты иногда становятся правдой.

И я знала точно: этот момент изменит меня навсегда.

Я сжала письмо крепче.

- Собирайся и спускайся на кухню, - сказал Драко, вставая с кровати и направляясь к двери. - Мама с папой ждут нас за завтраком. У тебя пятнадцать минут.

Он открыл дверь и, не дожидаясь ответа, вышел.

Я осталась одна в комнате, где утренний свет скользил по стенам, падая на старые портреты предков, и мягко играл на зеркале в углу.

Тень Драко растянулась по ковру, и комната вдруг стала огромной, почти пугающе пустой.

Я уставилась в потолок.

- Боже... не верится... Я действительно буду учиться в Хогвартсе?

Письмо в руках было тёплым, почти живым.

Я снова пробежала глазами строки, и каждое слово отзывалось в груди, будто ударяя в барабан моих эмоций.

Шестой курс... вместе с Драко...

Почему сейчас?

Почему именно меня?

Разве я заслужила это?

А если всё окажется не так, как я представляла?

Страх и радость переплелись, словно два заклинания, сталкивающиеся в воздухе.

Я почувствовала, как лёгкая дрожь пробегает по пальцам и плечам, а в животе скручивается странный клубок ожидания.

Я встала и подошла к окну.

Утренний свет мягко касался волос, отражаясь в зеркале.

На улице ветер шевелил листья старых деревьев, и казалось, что он шепчет мне:

Ты готова.

Всё только начинается.

Я сжала письмо крепче, ощущая его тепло, и на миг закрыла глаза.

Это шанс.

Мой шанс.

И я не могу позволить страху остановить меня.

Я вскочила, словно по команде.

Каждое движение - умытие, чистка зубов, расчесывание волос - казалось ускоренным, как будто сама комната подталкивала меня вперёд.

Свежий запах мыла и шампуня смешивался с ароматом старых ковров и горечью утреннего воздуха, который просачивался сквозь приоткрытое окно.

Я выбирала одежду, стараясь чувствовать себя не просто готовой к школе, а готовой к магии, к приключению, к новой жизни.

Сердце стучало бешено, будто предчувствовало что-то важное.

Каждый удар отдавался эхом в ушах, в висках, в кончиках пальцев.

Скоро всё изменится...

Сегодня начинается моя настоящая история...

Хогвартс...

Я иду к тебе.

В комнате тихо шуршали занавески, где-то на лестнице поскрипывали ступени, и я знала: весь дом как будто тоже затаил дыхание.

А я... я уже не могла остановиться.

Мир вокруг наполнился магией, шепотом ветра, блеском света и предчувствием того, что моё настоящее приключение только начинается.

Когда я вышла из комнаты и спустилась вниз, в столовой уже сидели мама, папа и Драко.

Тёплый утренний свет мягко пробивался сквозь витражи, играя на старых серебряных приборах и зеркале за буфетом.

Воздух пахнул свежей выпечкой и лёгкой горчинкой утреннего кофе - запахи, которые всегда делали дом живым.

Я заняла своё привычное место рядом с братом - прямо напротив родителей.

Сквозь привычную строгость дома проскальзывала необычная лёгкость: сегодня что-то было иначе.

Мама, как всегда утончённая, с мягким, почти сияющим взглядом, улыбнулась мне.

- Я слышала, тебе пришло письмо, солнышко, - сказала она тихо, почти шепотом, словно боясь нарушить магию момента.

Я улыбнулась в ответ, сердце стучало быстрее.

- Да, - пробормотала я. - Но почему вы не сказали раньше?

Папа откинулся на спинку стула, аккуратно сложив руки.

- Хотели сделать что-то типа сюрприза, - вмешался он.

Его голос был ровный, холодный, но с оттенком... чего-то почти человеческого, что редко улавливается в его тоне.

- Но почему вы решили только сейчас перевести меня? - спросила я, всё ещё не до конца веря в происходящее.

- Мы подумали, что сейчас, в такое время, тебе будет лучше быть рядом с братом, тем более вы так отделились друг от друга, - ответила мама, её взгляд был мягким и понимающим.

Я кивнула про себя: да, она была права.

Мы с Драко действительно стали как будто чужими после того, как разъехались в разные школы.

И он в последнее время стал менее общительным, почти скрытным.

- Теперь мы с Элизабет будем всегда вместе, - ехидно улыбнулся Драко.

- Драко! - я чуть не выскочила из-за стола. - Я же просила, не называть меня так!

Меня это раздражало до дрожи, а он знал это и, очевидно, наслаждался.

- Да ладно тебе, Элизабет, - с усмешкой протянул Драко, наклоняясь чуть ближе.

Я скрестила руки на груди, отчаянно стараясь скрыть улыбку, которая пробивалась сквозь ярость.

- Ой да иди ты, - буркнула я в ответ.

- Да-да, я тебя тоже люблю, сестрёнка, - подмигнул он, и я чуть не закатила глаза.

Внутри всё было сумбурно: раздражение, радость, предвкушение предстоящих перемен.

Я ловила себя на мысли, что даже эта маленькая утренняя сцена, эти привычные поддразнивания - теперь будут особенно важными.

Мы будем вместе.

Мы снова рядом.

И это чувство - странное, тёплое, почти магическое - переполняло меня.

- Доедайте быстрее, вам ещё нужно отправляться в Косой Переулок за учебниками! - напомнила мама, глядя на часы.

‎Мы быстро позавтракали, собрали вещи и вышли в дорогу.

Тёплый воздух Косого Переулка смешивался с ароматами свежей выпечки, старых книг и едва уловимого запаха волшебных ингредиентов.

Проходя мимо лавок, я ловила себя на том, что глаза разбегаются: столько всего удивительного, блестящего, магического.

Шелест бумаги учебников, звон колокольчиков на дверях лавок и тихие шёпоты продавцов создавали ощущение, что я действительно попала в другой мир.

Спустя три часа, уставшие, но довольные, мы наконец купили всё необходимое - от учебников до волшебных палочек.

Рюкзаки почти ломились, а ноги горели от усталости.

- Давай передохнём, - предложил Драко, и мы зашли в уютное кафе неподалёку.

Тёплый запах кофе, выпечки и сладкого мороженого наполнил помещение, мягкий свет скользил по деревянным столам, а маленькие свечи на подоконниках отбрасывали тёплые тени.

Мы сели за свободный столик, заказали по мороженому и наконец позволили себе минутку расслабиться.

Примерно через двадцать минут Драко внезапно встал и куда-то вышел, оставив меня одну за столом.

Я смотрела ему вслед, мороженое таяло в руках, и в голове роились мысли:

Что случилось?

Зачем он так вдруг ушёл?

Сердце тревожно стучало, но я старалась успокоиться, делая вид, что наслаждаюсь тёплым светом и сладким вкусом.

Через пару минут Драко вернулся - но он был не один.

Рядом с ним стоял парень, чуть выше Драко, с густыми каштановыми кучерями, которые ловили свет, и глубокими карими глазами, полными непокорного огня.

Лицо его было усыпано шрамами, каждый из которых будто хранил свою отдельную историю, свои победы и поражения.

Мне понадобилась ровно минута, чтобы понять, кто это.

Это был Теодор Нотт - лучший друг Драко.

Он был как буря: немного дикий, немного непокорный.

Тео был настоящим хулиганом: вечно искал повод подраться, бросал вызов правилам и авторитетам, и, казалось, ни один взрослый, даже отец, не мог его остановить.

Но для тех, кто знал его лично, он был предельно честен и верен друзьям.

Драко часто рассказывал мне о нём, а Тео не раз приезжал к нам на каникулы.

Я была с ним знакома, хоть и не слишком близко.

Он казался одновременно опасным и своим - человеком, с которым нельзя было скучать, но рядом с которым всегда ощущалась сила и уверенность.‎- Нотт, - улыбнулась я.

Я редко называла его по имени, и ощущение было странным - словно я делаю шаг в новый мир, где прошлое и настоящее пересекаются.

- Привет, Бетти, - подошёл он и крепко обнял меня.

Тепло его руки и уверенность в движениях удивительно контрастировали с тем, как я его помнила.

- Слышал, что ты переводишься к нам.

- Да, - кивнула я, стараясь не выдать, как сильно меня это волнует.

Сердце стучало быстрее, а в груди играла лёгкая дрожь предвкушения.

- Это хорошо.

Я посмотрела на них внимательнее.

И вдруг заметила, что они оба довольно странно одеты: Драко - в строгом пиджаке, а Тео - в простой тёмной толстовке.

Всё это казалось слишком контрастным, как будто они пришли из разных миров.

- Кстати, почему вы так одеты? На улице ведь жара, - нахмурилась я, пытаясь понять логику их нарядов.

- Я всегда хожу в пиджаке, - серьёзно ответил Драко, как будто это был закон природы. - Это мой стиль.

- Ну да, ходишь как настоящая серьёзная шишка, - засмеялся Тео, наклоняясь чуть ближе и скосив глаза.

Я чуть смутилась, но это его озорство добавляло лёгкости.

- А ты чего? - перевела я взгляд на него, оценивая.

- Да, мне так комфортно, - спокойно сказал он, почти не меняя выражения лица, но я заметила лёгкую искру в глазах, будто он всегда рад испытать реакцию других.

Я улыбнулась, чуть качнув головой, и откинулась на спинку стула.

Странная пара... - подумала я, наблюдая за ними. - И всё же они похожи друг на друга сильнее, чем кажется на первый взгляд.

Драко серьёзный и холодный, а Тео - огненный и непокорный.

И теперь мне придётся уживаться с ними обоими.

Я вдохнула запах мороженого и свежего хлеба с соседней лавки, почувствовала мягкий шум кафе и тепло солнца, что пробивалось сквозь окно.

Всё это - и шум, и запахи, и их голоса - создавали ощущение, что мир вокруг ожил.

Вот она, новая глава.

Хогвартс ждёт.

А пока я здесь, среди них, и учусь разгадывать их странные, неповторимые миры.

‎Тео присел к нам за столик, и мы ещё минут пятнадцать болтали, смеясь и шутя.

Смеялись так, что мороженое таяло быстрее, чем я успевала его есть, а солнечный свет пробивался сквозь окна, играя на столе, словно подчёркивая радость момента.

Каждое слово Тео было как искра, и я невольно ловила себя на том, что всё больше расслабляюсь рядом с ним.

Но время летело быстро, как вода сквозь пальцы, и вскоре он встал.

- Рад был встретиться, но мне пора. До завтра, - сказал он, пожал руку Драко, а затем крепко обнял меня, прежде чем выйти из кафе.

Я почувствовала лёгкую пустоту, когда он исчез за дверью, и невольно крикнула:

- Пока!

Сердце ещё долго колотилось от встречи, от смеха, от энергии, которую Тео оставил за собой.

Его присутствие всегда оставляло после себя лёгкий трепет, словно в комнате осталась маленькая искра магии.

Драко потянулся, потирая плечи, и сказал:

- Ладненько, пошли и мы домой. Я ужасно устал.

Я кивнула, вставая со стула:

- Угу, я тоже.

Я ещё раз оглянулась на стол, на солнце, играющее на витрине, и на пустую улицу, которая теперь казалась немного тише без Тео.

Странно... так мало прошло времени, а мне уже не хватает этой сумасшедшей энергии, - подумала я.

И всё же внутри было тепло и предвкушение: завтра мы все вместе отправимся в новый мир - в Хогвартс, где всё только начинается.

Брат расплатился за заказ, и мы отправились домой.

Как только приехали, я почти бросилась наверх - пора собирать вещи.

Завтра я наконец поеду в Хогвартс - в школу, о которой мечтала с детства.

Сердце сжималось от волнения, а пальцы дрожали, перебирая учебники, мантии и заклинательные книги.

Я аккуратно раскладывала вещи, проверяя список, когда вдруг до меня донеслись голоса.

Сначала тихие, затем всё громче, резкие, наполненные яростью.

Я замерла.

Сердце ушло в пятки.

Это был Драко.

Я подкралась к двери, стараясь дышать ровно, не издавая ни звука, и спустилась вниз по лестнице.

Каждый шаг отдавался эхо в пустом холле, словно предупредительный сигнал: что-то случилось.

За углом холла я остановилась и прислушалась.

- Нет, папа! Она не будет в его рядах! Я не позволю! - голос Драко был диким, надрывным, словно весь мир вокруг него рушился.

- Пойми, Драко, у нас нет выбора. Ей придётся, - холодно, ровно, почти как лед, ответил отец.

Каждое его слово резало пространство, и я почувствовала, как холод стекает по спине.

- Ему мало меня?! - прорычал Драко.

Я почти ощутила напряжение в его кулаках, будто он сжал их настолько, что ногти впились в ладони.

- Драко, она ему нужна. Он не станет спрашивать нас. - Люциус на мгновение замолчал. Его голос стал тише, почти уязвимым: - Ты думаешь, я хочу этого? Думаешь, я хочу, чтобы она была втянута в это? Конечно, нет.

Я почувствовала, как в груди сжалось, дыхание перехватило.

- Да тебе плевать на неё! - взорвался Драко, голос дрожал от ярости и боли. - Никто не просил тебя говорить ему!

- Драко, до её семнадцатилетия никто не посмеет её тронуть, - спокойно вмешалась мама. - У нас есть время. Мы что-нибудь придумаем.

- Это её судьба, пойми, - холодно добавил отец.

Слова отца висели в воздухе, как чёрный туман.

Драко резко замолчал, дыхание стало тяжёлым, будто он втягивал воздух, чтобы не сорваться снова.

Почти... - подумала я, ощущая ком в горле и дрожь в руках.

- Её... судьба? - повторил он, медленно, с надрывом.

А потом взорвался:

- Ты мне жизнь сломал, хоть её пожалей! - крик был яростным, почти болезненным, срывался с горла как гром среди ясного неба. - Тебя волнуешь только ты сам - ты и твоя чертова репутация!

Я едва не задохнулась от напряжения. Каждый мускул тела напрягся, сердце колотилось бешено, будто пыталось вырваться наружу.

- Драко, родной... пожалуйста, иди к себе. - Мама подошла к нему, осторожно, словно боится разбить стекло.

Голос был почти шёпотом, мягким, но наполненным силой.

- Тебе нужно успокоиться.

- Драко... - тихо позвала я, подходя ближе. Сердце колотилось, пальцы слегка дрожали, когда я осторожно взяла его за руку.

Он застыл на мгновение, а затем ответил быстрым движением, почти нежным:

- Ничего, - сказал он и чмокнул меня в макушку. - Всё хорошо. Пошли.

Он мягко взял меня за плечо и повёл обратно к моей комнате.

Каждый шаг отдавался эхом в груди: я ощущала его напряжение, его бурю эмоций, и в то же время понимала - он делает это ради меня.

- Драко... - раздался за спиной голос мамы.

Она стояла в дверях гостиной, с тревогой в глазах.

Он обернулся и кивнул.

Без слов.

Я поняла: она попросила его молчать.

Не говорить мне.

Он согласился.

Я шла за ним, чувствуя, как в груди сжимается смесь тревоги, страха и странного облегчения.

Завтра всё изменится...

Хогвартс ждёт... и мы должны быть готовы.

Но как быть, если даже дома не можешь почувствовать себя в безопасности?

Мы зашли в комнату, и тишина сразу повисла между нами, будто комната сама затаила дыхание.

Я села на край кровати, сердце колотилось так, что казалось, его удар слышен в каждой стене.

- Что это было только что? - спросила я, стараясь сдержать дрожь в голосе. - Вы кричали. Я всё слышала.

Драко замер, глаза на мгновение потемнели, словно тень ярости ещё не успела рассеяться.

- Ничего особенного, - отмахнулся он, но в голосе сквозила лёгкая натянутость. - Просто с отцом немного не сошлись во мнениях.

- О чём вы ругались? - я заглянула ему в глаза, пытаясь выловить хоть крупицу правды.

Сердце сжалось, в груди стоял холодок тревоги, дыхание стало чуть чаще.

- Пустяки. Не бери в голову, - сказал он, подходя к двери.

Уже положил руку на ручку, но я не могла отпустить этот момент.

- Что вы от меня скрываете? - спросила я, глядя брату прямо в глаза.

Моя рука слегка дрожала, и я чувствовала, как напряжение растёт в каждом мускуле.

Он слегка отпрянул, словно я поймала его врасплох, но быстро вернул спокойное выражение лица.

- Ты о чём? - его глаза встретились с моими, и я заметила мельчайшую искру тревоги. - От тебя никто ничего не скрывает. Мы с отцом просто поругались из-за ерунды. Не бери в голову.

Он быстро вышел из комнаты и уже захлопывая за собой дверь.

Я осталась одна, слыша отдалённое эхо его слов.

Сердце всё ещё колотилось, и на мгновение я ощутила странную смесь облегчения и тревоги.

Комната казалась слишком большой, а воздух - слишком тяжёлым.

Каждый звук - лёгкий скрип досок, шум ветра за окном - казался громче обычного.

Он хочет защитить меня... но я всё равно хочу знать.

Хочу понять.

Хочу быть рядом, даже если правда страшна.‎‎Время шло.

Было уже почти девять вечера.

Я спустилась вниз, чтобы поужинать.

На кухне за столом уже сидели мама, папа и Драко.

Мама, как всегда, выглядела спокойно, с лёгкой улыбкой на лице, но я ощущала за ней едва заметное напряжение.

Папа сидел отрешённо, руки сложены на столе, взгляд скользил по тарелке, будто погружён в свои мысли.

А Драко...

Он выглядел мрачным, усталым, почти затравленным.

Еда перед ним оставалась нетронутой - он лишь ковырялся в ней, словно стараясь найти какой-то смысл в каждом кусочке.

Когда он заметил, что я смотрю на него, попытался улыбнуться.

Но эта улыбка была натянутой, чужой.

И от неё стало ещё тревожнее, словно она предостерегала меня:

«Не подходи слишком близко».

Тишину нарушила мама:

- Мы хотели вам сказать... - её голос был мягким, почти шепчущим, но в нём ощущалась лёгкая тревога. - Завтра с отцом мы уезжаем. Вернёмся только первого числа утром.

Я моргнула, немного ошеломлённая.

- А вы куда? - спросила я, глядя на родителей, пытаясь уловить причину их внезапного отъезда.

- У папы появились дела по работе, - ответила мама, бросив на Люциуса быстрый взгляд.

Их глаза встретились, и я почувствовала в этом молчаливое понимание, которое оставалось скрытым для меня.

- Хоть отвлечёмся без вас, - пробормотал Драко себе под нос, настолько тихо, что услышала только я.

Я не смогла сдержать улыбку.

Это было так в его духе - ворчливое, скептическое, но с намёком на то, что он всё равно рад, что мы останемся наедине.

‎После ужина я поднялась в свою комнату, переоделась, легла в постель и почти сразу провалилась в сон.

Утро следующего дня.

Я проснулась достаточно поздно.

Солнечные лучи уже заполняли комнату золотым светом, рисуя на стенах мягкие узоры, и мне потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, где я и что происходит.

Поворотив голову к часам, я увидела цифры: 12:30.

Отличное начало последнего дня перед отъездом, - пробежала мысль по голове.

Сердце слегка ускорило ритм, предчувствуя волну новых эмоций.

Я быстро умила лицо, причесала волосы, натянула лёгкую домашнюю одежду.

Каждое движение казалось наполненным лёгким волнением: вот уже завтра я окажусь в Хогвартсе, а сейчас - это спокойное утро дома, где можно задержать время, хоть на немного.

На кухне за столом сидел Драко.

Он держал чашку с чаем, глаза устремлены в окно, и казалось, что мысли его где-то далеко, далеко за пределами кухни.

Я замерла на пороге, наблюдая, как солнечный свет играет на его волосах, подсвечивая лёгкий блеск в глазах.

- Доброе утро, - сказала я, появляясь в дверях, пытаясь придать голосу бодрость.

Он медленно повернул голову ко мне, и уголки губ чуть приподнялись, едва заметная усмешка скользнула по лицу:

- Доброе утро? - произнёс он, подняв брови. - Вообще-то уже обед.

Я улыбнулась, садясь за стол и потягиваясь:

- Для меня - утро. Сделай чай.

- Руки есть? Иди делай сама, - сухо ответил он, не отрывая взгляда от окна.

Я прищурилась, делая вид, что обижена:

- Ну ля, тебе что, жалко для любимой сестры чай сделать?

- Руки и ноги при тебе. Вперёд делай.

Я скорчила самые жалостные щенячьи глазки, на которые Драко реагировал безошибочно.

Сердце слегка дрогнуло - было приятно видеть в нём тёплую реакцию, даже если он и пытался её скрыть.

- Ну, Драко... Пожалуйста... - добавила я, пытаясь придать голосу мягкость.

Он фыркнул, будто стеснялся собственной улыбки:

- Только не надо вот этих твоих глазок. Эх, ладно уж, подожди.

Я широко улыбнулась, ощущая, как лёгкая радость разливается по телу.

Когда он поставил передо мной чашку чая, а сам сел напротив, в комнате повисло тихое спокойствие, почти детская умиротворённость, будто время замедлилось, позволяя нам насладиться простым моментом.

Мы начали болтать о всякой ерунде - как раньше, когда были детьми, когда мир казался проще и легче.

- Слушай, может, что-нибудь приготовим? Ну как раньше, помнишь? - его голос звучал неожиданно мягко, почти осторожно.

- Да, давай, - улыбнулась я, чувствуя лёгкое волнение и радость от того, что мы вдвоём.

- Что будем готовить? - спросила я, и мы одновременно сказали:

- Пиццу.

На пару секунд повисла тишина, и мы оба рассмеялись - смех такой лёгкий, непринуждённый, как будто уносил все тревоги последних дней.

- Ну всё, решено. Готовим пиццу, - сказал Драко, вставая, а я почувствовала, как сердце чуть быстрее забилось от ощущения настоящей близости, тихого уюта и семейного тепла.

‎Мы начали готовить.

Всё шло нормально: тесто ровно раскатывалось, соус аккуратно ложился на поверхность, а запах свежих томатов и расплавленного сыра наполнял кухню уютом.

Но всё изменилось в одну секунду.

Драко засунул руку в муку и, неосторожно дотрагиваясь до теста, размазал её мне по щеке.

- Ах ты, сученок! - вырвалось у меня, и я, не думая, схватила пригоршню муки и запустила прямо в него.

Попала в грудь. Его взгляд - смесь удивления и злости - мгновенно перекочевал в улыбку.

Через секунду началась настоящая битва.

Мука летела по кухне, как снег в метель.

Мы визжали, смеялись, швырялись друг в друга, ноги скользили по тесту, которое случайно выпало на пол.

Я чувствовала, как сердце бешено стучит, а смех вибрирует в груди.

Через пару минут мы выглядели как привидения: белые головы, белые плечи, а кухня - словно поле боя, где победителей пока не было.

Наконец Драко поднял руки:

- Всё, стоп, хорош! - сказал он, поставив пиццу в духовку и вытер лоб. - Теперь наводим порядок.

- А может потом? - я облокотилась на стол, всё ещё задыхаясь от смеха.

- Нет, сейчас.

- Что за спешка-то? - прищурилась я, замечая, что в голосе брата скользнула странная строгость.

- Просто хочу, чтобы всё было чисто. В этом что-то плохое?

- Просто раньше тебя это вообще не волновало.

Он отвёл взгляд, плечи слегка напряглись, и вдруг стал каким-то напряжённо серьёзным.

- Иди, приведи себя в порядок.

Я фыркнула, но всё равно вышла из кухни.

В душе оставалось странное ощущение - будто за его словами пряталось нечто большее, чем просто желание прибраться.

Что-то тревожное, что он не сказал, но я это почувствовала...

Я быстро сбегала в душ, смыла остатки муки и переоделась.

Тело ещё дрожало от смеха и энергии, но в голове крутились странные мысли.

Уже тянулась к двери, когда услышала глухой стук в парадную.

- Кто это может быть?.. - пробормотала я, ощущая, как в груди снова вздрагивает лёгкая тревога, смешанная с любопытством.

Я спустилась вниз, осторожно ступая по лестнице, прислушиваясь к каждому шороху.

Сердце стучало чуть быстрее, а мысли метались:

Кто пришёл?

И что это за чувство, которое тянет меня к двери быстрее, чем любопытство?

В прихожей стоял Драко.

Его спина была напряжена, как будто он только что сдерживал ссору.

Рядом с ним — парень, высокий, чуть сутулящийся, в светлой рубашке.

Но лица я не видела — он стоял ко мне спиной.

— Кто пришёл? — спросила я, неуверенно делая шаг ближе.

Сердце странно сжалось — откуда-то изнутри поднялось чувство тревожного ожидания.

Парень медленно обернулся.

И когда я увидела его лицо, внутри будто щёлкнуло — мгновенно вспыхнули воспоминания: смех, запах полевых трав, его глаза, в которых всегда пряталась насмешка.

— Нотт?.. — мой голос дрогнул.

— Привет, Бетт, — Тео лениво улыбнулся — та самая улыбка, из-за которой когда-то у всех девчонок  плавились колени.

Он шагнул ко мне, не спеша, уверенно, и, словно ничего не изменилось, обнял.

Запах его одеколона — лёгкий, терпкий, с нотками дыма и трав — хлынул в память, заставив кожу покрыться мурашками.

Я машинально обняла его в ответ, чувствуя, как внутри всё перемешалось: радость, неловкость, и… что-то ещё.

Что-то, чего я сама боялась назвать.

— А ты что тут забыл? — спросила я, отстраняясь, пытаясь вернуть голосу привычную лёгкость.

— Как что? — Тео вскинул бровь, бросив на меня короткий, почти озорной взгляд. — Тебе разве Драко не рассказывал?Я приехал в гости, чтобы завтра мы все вместе поехали на вокзал.

Я медленно повернулась к брату.

Взгляд — ледяной.

— Жду объяснений. Сегодня же, — прошипела я ему, наклонившись ближе.

Драко пожал плечами, глядя мимо меня.

Уголок его губ едва дрогнул, как будто он сдерживал усмешку.

Я знала этот взгляд — он что-то скрывал.

И это раздражало.

— Видно, ты не особо рада меня видеть, — протянул Тео, наигранно вздыхая, и опустил голову.

— Ну что ты! Конечно рада, — я тут же смягчилась, коснувшись его плеча. — Просто… с этими сборами голова кругом.— Прости, — добавила я, улыбнувшись виновато.

Он усмехнулся, и его глаза — ярко-зелёные, почти кошачьи — на мгновение встретились с моими.

Тот самый взгляд, в котором всегда было слишком много — огонь, насмешка, тайна.

— Бывает, — отозвался он тихо.

— Ладно, я пойду приведу себя в порядок, — сказал Драко, устало потягиваясь, но голос звучал нарочито спокойно. — А ты, Бетт, займись нашим гостем.

Он бросил на меня взгляд — короткий, предупреждающий.

— И без фокусов.

— Фокусы — моё второе имя, — фыркнула я.

Тео рассмеялся, низко, мягко.

— Даже не сомневался, — сказал он, следуя за мной, когда я обернулась к лестнице.

Мы поднимались наверх, и я вдруг почувствовала, как напряжение между нами сгущается.

Невесомое, но ощутимое, как электричество перед грозой.

Он шёл чуть позади, и я чувствовала на себе его взгляд — внимательный, изучающий, будто он видел больше, чем я готова была показать.

‎‎‎— Вау... — тихо выдохнул он, переступая порог.

Голос прозвучал почти с благоговением, будто он вошёл не просто в комнату, а в некий личный мир.

— Я впервые вижу твою комнату, — добавил он, делая шаг вперёд.

Его взгляд скользил по полкам, по аккуратно сложенным книгам, по мягкому креслу у окна, где лежала раскрытая книга и кружка с недопитым какао.

— Тут… всё такое тёплое. Прямо как ты.

Я невольно улыбнулась, чувствуя, как щеки предательски нагреваются.

Эта фраза — простая, будто сказанная между делом, — почему-то задела сильнее, чем хотелось.

Я опустила взгляд, притворившись, что поправляю рукав кофты, но сердце всё равно билось чуть быстрее.

Он прошёл дальше, не торопясь, оглядываясь вокруг, как будто впитывал каждую деталь.

Пальцы легко скользнули по деревянной поверхности стола, по тонкому слою пыли на стопке перьев, потом — по рамке с фотографиями.

Он задержался у стены, где висели снимки — настоящие, живые, дрожащие от едва заметных движений лиц.

— Ого… — в его голосе появилась искренняя теплинка. — Не знал, что ты знакома с Пэнси и Блейзом.

Я подошла к нему, встав рядом.

На фото мы с Драко, Пэнси и Блейз сидели у озера, босые, смеющиеся, с мороженым в руках.

Волосы растрёпанные, солнце слепит глаза, и всё кажется беззаботным.‎— Ну да, конечно, знакома, — тихо ответила я, улыбаясь. — Пэнси почти каждое лето приезжает. Иногда раздражает, но всё равно как сестра мне. А Блейз… он тот ещё тип, но у него добрая душа. Просто он это тщательно скрывает.

Тео хмыкнул, но на лице промелькнуло что-то мягкое, чуть грустное.

Он повернулся ко мне, опираясь рукой о стену.

— Ты изменилась, — сказал он негромко. — Стала взрослее.

Пауза.

Его глаза были внимательными, почти изучающими.

— Но всё равно осталась той самой Бетти. Мелкой, которая вечно бегала за нами с Драко по всему двору.

— Эй! — я хихикнула и схватила подушку. — Это ты вечно пытался показаться крутым.

— Я и был крутым, — самодовольно заявил он, но в уголках губ мелькнула усмешка.

— Конечно, особенно когда ты навернулся со ступенек перед всем Большим залом, — поддела я, едва сдерживая смех.

— Вот теперь ты нарываешься, Малфой, — протянул он угрожающе, но с тем самым блеском в глазах, в котором всегда пряталась насмешка.

— Напоминаю, ты у меня в комнате. Тут я — королева, — сказала я, скрестив руки на груди и гордо вскинув подбородок.

Тео театрально поклонился.

— Повезло мне, значит, попасть во дворец к самой Бетти Малфой, — он медленно выпрямился и опустился на кровать, откинувшись на локти. — А где же моя королевская подушка?

— Сейчас получишь, — сказала я и метнула подушку прямо ему в грудь.

Он поймал её на лету, хмыкнул и ответил броском.

Подушка попала мне в плечо, я засмеялась и швырнула вторую.

В комнате поднялась настоящая мини-битва: смех, хлопки, перья из подушки, которые закружились в воздухе, будто лёгкий снег.

Когда мы, наконец, выдохлись, всё стихло.

Только редкие перышки плавно оседали на пол.

Тео сел на край кровати, а я стояла у окна, переводя дыхание.

— Как думаешь, — тихо сказал он, глядя на меня, — на какой факультет тебя определят?

Я повернулась.

Он сидел чуть сгорбившись, руки сцеплены в замок, взгляд серьёзен, почти задумчив.

От этого вопроса в комнате стало тише — даже пыльные частицы в воздухе будто замерли.

— Не знаю, — ответила я, пожав плечами. — Наверное, на Слизерин. Все мои предки там учились.

Я улыбнулась, но в груди кольнуло лёгкое сомнение.

— Не знаю, как все отреагируют, если меня определят, скажем, в Гриффиндор.

Тео усмехнулся краешком губ, но глаза оставались мягкими.

— Мне кажется, факультет — это не главное. Главное — кто ты на самом деле. — Он говорил тихо, но каждое слово будто оставляло след. — Ты могла бы быть хоть где, Бетти… и всё равно осталась бы собой.

Я открыла рот, чтобы что-то ответить — но в этот момент воздух прорезал резкий запах гари.

‎Из-под двери в комнату начал валить чёрный дым.

Мы вылетели из комнаты, перескакивая через ступени, и уже через секунду оказались внизу.

Из кухни валил густой серый дым. Воздух был таким тяжёлым, что резал глаза и першил в горле.

‎— Мерлин… — выдохнул Тео, прикрывая рот рукавом.

В дыму, прямо у духовки, мелькал силуэт — Драко, судорожно размахивающий полотенцем, пытаясь прогнать дым, будто тот был живым существом.

На лице — смесь паники и раздражения.

‎— Что произошло?! — я кашлянула, зажмурившись, чувствуя, как глаза режет от дыма.

Дышать становилось невозможно.

Комната будто заполнилась горячим, липким воздухом.

‎— Побежим на улицу! — резко сказал Тео, хватая меня за запястье.

Его рука была тёплой, крепкой.

Он буквально вытащил меня наружу.

На улице пахло свежестью, и после удушливого дыма воздух показался почти сладким.

Я несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь прийти в себя.

Сердце бешено колотилось.

‎— Что случилось? — наконец выдохнула я, голос всё ещё дрожал. — Что загорелось?

‎— Пицца… — Драко отвёл взгляд, губы сжались в тонкую линию. — Я забыл выключить духовку.

На миг во мне что-то оборвалось.

‎— Серьёзно? — я шагнула ближе, чувствуя, как злость начинает подниматься по горлу. — Почему ты мне не сказал, что духовка осталась включённой? Я думала, ты всё контролируешь!

‎— Я просто забыл, ладно?! — вспыхнул он, глядя на меня раздражённо.

‎— Забыл?! — я почти выкрикнула. — А если бы дом сгорел, Драко? Что бы ты сказал родителям? Что просто “забыл”?

Он шагнул ко мне ближе, глаза метнули искру — ту самую, которую я помнила с детства, когда он злится, но старается не сорваться.

‎— Да что ты сразу психуешь?! Забыл я, ну и что? Никто не пострадал, всё нормально!

‎— “Нормально”? — голос сорвался. — Ничего уже не нормально, понимаешь?!Я чувствовала, как руки дрожат, кулаки сжимаются сами собой. — Ты всё время врёшь, Драко! Прячешь от меня правду, делаешь вид, что всё под контролем, а на деле… даже духовку выключить не можешь!

Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но я не дала.

‎— Сегодня ты не сказал, что приедет Нотт! Почему? Что ты скрываешь, Драко? От меня, от родителей — от всех!Я почти кричала. Глаза жгло не только от дыма — от слёз, которые я не хотела показывать. — Может, мне стоит услышать правду от тебя, а не догадываться по обрывкам разговоров и взглядам?!

Тишина повисла тяжело, почти звеня.

Он ничего не ответил.

Просто стоял, глядя на меня с каким-то странным выражением — смесью вины, боли и злости.

‎— Ладно, — прошептала я, чувствуя, как всё внутри ломается. — Молчи. Молчи, как всегда.

Я развернулась и пошла в дом, не дожидаясь ответа.

Шаги звучали глухо, как в пустоте.

Моя комната встретила тишиной.

Окно приоткрыто, воздух прохладный — спасение после этого жара.

Я захлопнула дверь, прислонилась к ней спиной и долго просто стояла, слушая, как сердце гремит в груди.

‎Потом медленно подошла к кровати, сняла закопчённую кофту, надела пижаму и рухнула на постель.

‎Дым всё ещё лёгкой завесой тянулся в воздухе, но теперь я его почти не чувствовала — внутри и так всё горело.

Я смотрела в потолок.

Глаза больше не щипало от дыма, но щипало от боли.

Злость и обида перемешались в какой-то тяжёлый ком.

‎Мне хотелось кричать.

Или расплакаться.

Или просто исчезнуть — чтобы не чувствовать, как всё, что когда-то было родным, начинает рушиться.

Почему всегда так?

Почему всё выходит из-под контроля, стоит мне хоть на секунду расслабиться?

Я думала, что сегодня будет просто вечер — обычный, тёплый, домашний.

Мы смеёмся, готовим пиццу, немного дурачимся...

Хоть раз без этих тайн, намёков, напряжения в голосе брата.

Но нет.

Даже в таких мелочах он умудряется что-то скрывать.

Я дышала глубоко, пытаясь  успокоиться, но внутри будто пульсирует злость.

Не просто на него — на всё сразу.

На эту вечную закрытость, на то, как он всегда решает за меня.

Как будто я ребёнок, которому нельзя знать правду.

«Я забыл», — сказал он.

Забыл.

Просто забыл.

Может, и правда забыл.

Может, действительно просто устал.

Но почему я не могу поверить?

Почему теперь любое его слово кажется ложью?

Открытое окно впустило ночной воздух, но даже он не остудил мысли.

Я устала быть "младшей Малфой".

Устала, что со мной обращаются, будто я просто тень — дополнение к чьей-то истории.

У всех есть тайны, у всех свои игры… а я всё время где-то посередине, между правдой и тем, что мне разрешено знать.

Может, я зря вспылила.

Может, он просто... не хотел волновать меня.

Но ведь именно это и бесит — что он всё время решает, что мне можно чувствовать, а что нет.

Я повернулась на бок и уткнулась лицом в подушку.

Где-то внизу хлопнула дверь — тихо, осторожно.

Наверное, Тео вышел.

Или Драко.

Мне уже всё равно.

Я просто хочу тишины.

Хочу понять, что происходит.

Хочу перестать бояться, что в любой момент всё снова перевернётся.

И самое страшное — я чувствую, что это только начало.

‎Драко подошёл к моей двери и постучал.

Три коротких, нерешительных удара — будто он боялся, что я не открою.

Я застыла, не сразу поняв, что происходит.

Драко никогда не стучал.

Он просто врывался, словно эта комната тоже принадлежала ему.

А стук… это было его молчаливое «извини».

Его способ признать, что перегнул палку.

— Да, — тихо сказала я, чувствуя, как внутри что-то дрогнуло.

— Можно войти?

— Угу.

Дверь открылась медленно, и в щель хлынул тёплый свет из коридора.

Драко вошёл, немного ссутулившись, будто нёс на плечах что-то тяжёлое.

Закрыл за собой дверь и, не глядя прямо на меня, опустился на край кровати.

Я сидела, подтянув колени к груди. Тишина давила.

Слышалось только, как где-то за окном шелестит ветер и скрипит ветка у стекла.

Он сидел рядом, молча, перебирая пальцами край подола своей рубашки — редкий жест, который я замечала только тогда, когда он действительно нервничал.

Наконец, он заговорил:

— Прости, — тихо, хрипло, будто через усилие. — Я был неправ. Не должен был скрывать, что Тео приедет.

Я посмотрела на него — глаза опущены, голос усталый, без привычной колкости.

— Я просто думал… ты будешь против, — он усмехнулся, коротко, горько. — И потом, с отцом опять… — он сжал кулаки, — мы сцепились. Он лезет во всё. Всегда лезет. Думает, что знает, как я должен жить, с кем дружить, куда идти. — Его челюсть напряглась. — Меня это бесит.

Я молчала, чувствуя, как злость во мне тает, уступая место чему-то другому — жалости, усталости, пониманию.

Он выглядел неуверенным, уставшим, совсем не тем надменным Драко, которого знали все вокруг.

Просто братом.

Тем самым мальчишкой, который когда-то защищал меня от всего мира.

— Ты тоже прости, — выдохнула я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Я не должна была на тебя так наезжать. Особенно при Тео... Теперь он, наверное, думает, что я его видеть не хочу.

Драко усмехнулся, качнув головой.

— Не думает он так, поверь. Он понял, что ты просто вспылила. И вообще — он знает, что это я не сказал тебе о его приезде.

Я кивнула, покусывая губу.

Сердце колотилось медленно, тяжело.

Хотелось сказать ещё что-то, но язык не слушался.

Он вдруг посмотрел на меня чуть внимательнее, уголки губ дрогнули.

— Между нами… тебе Тео нравится? Как парень?

Я моргнула, не сразу поняв.

— Тео? — я нахмурилась. — Да нет, что ты. Он красивый, да, и умный. Но… он просто друг. Я не смотрю на него так.

Драко усмехнулся чуть шире, но в его взгляде мелькнула какая-то задумчивая тень.

— Ясно. Просто интересно было, — пробормотал он.

Мы оба замолчали.

В комнате стало почти темно — только тонкая полоска лунного света скользила по полу, цепляясь за край ковра.

Я тихо выдохнула, чувствуя, как усталость обволакивает тело, как мягкое одеяло.

— Драко… я правда устала. Можно я уже посплю?

— Конечно, — мягко сказал он, поднимаясь с кровати.

На секунду задержался у двери, обернулся.

В его взгляде было то, чего я давно не видела — тихая, тёплая забота.

— Спокойной ночи, Бетт.

— Спокойной, Драко.

Он кивнул, тихо прикрыл дверь, и я осталась одна.

Повернулась на бок, глядя на стену, где висели наши детские фотографии — двое светловолосых детей, смеющихся беззаботно.

Теперь всё казалось другим.

Между нами было больше тишины, чем смеха.

"Почему всё стало так сложно?" — подумала я, зарываясь лицом в подушку.

"Куда делся тот Драко, что мог смеяться, просто потому что я его щекочу?

Куда делась я — беззаботная, лёгкая, не боявшаяся ссор и недосказанности?..

Ветер тихо стукнул в окно.

Где-то за домом залаяли собаки.Я закрыла глаза.

"Может, завтра всё станет проще… хоть немного."

Но глубоко внутри я уже знала — завтра что-то изменится.

И уже не так, как раньше.

Я лежала, глядя в потолок, и мысли снова вернулись к Тео.

Он словно нарочно поселился в моей голове — тихо, без стука, как будто всегда там жил.

"Нравится ли он мне?.."

Вопрос звучал глупо и слишком просто для того, чтобы на него было легко ответить.

Тео всегда был рядом — ещё с детства.

Он, Драко и я — троица, которая вечно ввязывалась во всякие глупости.

Тогда он был просто другом.

Тем, кто таскал меня за косички, кто мог швырнуть снежком в спину, а потом закрыть собой от отцовского крика, когда мы что-то натворим.

Но сейчас... всё иначе.

Он стал другим.

Более уверенным.

Спокойным.

В нём появилось что-то… взрослое.

Когда он улыбается, кажется, что всё вокруг становится теплее.

И при этом — от его взгляда внутри будто что-то сжимается.

Не страх.

Не смущение.

Что-то странное…

Как будто он может видеть больше, чем я показываю.

Я перевернулась на бок, глядя в окно, где в темноте отражалось моё лицо — бледное, уставшее, но с лёгкой, почти невольной улыбкой.

"Нет, он просто друг."

Я пыталась убедить себя в этом.

"Он друг.

И всё.

Просто рядом с ним спокойно.

Он напоминает детство.

Простоту.

Безопасность."

Но почему тогда сердце чуть ускоряет ритм, когда он смотрит прямо в глаза?

Почему слова путаются, когда он подходит ближе?

И почему, когда он смеётся, я ловлю себя на том, что хочу, чтобы этот смех не заканчивался?

Я провела ладонью по щеке, вздохнула.

Может, это просто ностальгия.

Или благодарность.

Он был рядом, когда всё рушилось.

Когда Драко спорил с отцом, когда в доме становилось холодно не от зимы, а от тишины.

Может, просто я привязалась к теплу, которое он приносит.

"Да, вот и всё," — подумала я, закрывая глаза.

"Он просто часть моего мира.

Тот, кто возвращает меня к себе, когда я начинаю теряться."

Но где-то глубоко внутри — очень тихо, почти шёпотом — другая часть меня всё же прошептала:

"А если не просто?.."

С этими мыслями я незаметно уснула.

Проснулась от стука.

Глухого, настойчивого — как будто издалека

. Сквозь полусон я различила голоса родителей:

— Дети, подъём! — звенящий, мягкий, но требовательный голос мамы.

— Скоро выезжать! — добавил отец — с его привычной сдержанной строгостью.

Я открыла глаза.

Комната утопала в солнечном утре.

Тёплые лучи пробивались сквозь белые шторы, ложились золотыми полосами на простыню.

Было уже семь утра.

Я лежала ещё пару секунд, слушая, как где-то внизу гремят чашки, хлопают двери, слышен голос Драко — короткий, раздражённый, видимо, снова спорил с отцом.

Всё по-старому.

И всё же — сегодня всё было иначе.

День отъезда.

Мой первый день в путь в Хогвартс.

В груди приятно заныло.

Страх, волнение, радость — всё перемешалось.

Я вскочила, почти подбежала к ванной.

Холодная вода обожгла кожу, прогнала остатки сна.

Пенящийся аромат мяты и лаванды заполнил воздух — любимое мамино мыло.

Я долго стояла перед зеркалом, разглядывая себя — будто впервые.

«Так вот она, Бетти Малфой.

Вчера — просто младшая сестра.

Сегодня — почти ведьма из Хогвартса».

Уголки губ непроизвольно дрогнули в улыбке.

Я тщательно расчесала волосы, собрала их в аккуратный пучок, оставив пару выбившихся прядей у лица.

Нанесла лёгкий макияж — лишь блеск на губы и немного теней.

Хотелось выглядеть... взрослой.

Не просто «сестрой Драко», а собой.

Открыв гардероб, я остановилась на минуту, раздумывая.

Хотелось чего-то яркого, живого, чтобы чувствовать этот день до кончиков пальцев.

В итоге выбрала алый кроп-топ, чёрные свободные брюки и короткую куртку.

Алый — цвет решимости.

Цвет перемен.

На голову — тонкий ободок, на ноги — белые кеды, чуть потрёпанные, но любимые.

Когда я вышла из комнаты, чемодан уже ждал у двери — аккуратно собранный, застёгнутый до блеска.

Всё готово.

На лестнице пахло тостами и свежесваренным кофе.

Внизу, в прихожей, стояли родители, Драко и Тео.

Мама выглядела, как всегда, элегантно — идеально уложенные волосы, лёгкий блеск жемчуга на шее.

Отец был сдержан, даже чуть холоден, будто уже мысленно был в своих «делах».

Драко, в своём безупречном пиджаке, стоял чуть в стороне — руки в карманах, глаза напряжённо бегали между всеми.

А Тео... Тео просто стоял и смотрел на меня.

— Я готова, — сказала я, подходя ближе, чувствуя на себе его взгляд.

— Отлично, — кивнул отец, и в его голосе мелькнула одобрительная нотка.

Мама мягко улыбнулась, но взгляд её был внимательным, оценивающим.

— Ты прекрасно выглядишь, — тихо сказал Тео, и в его голосе было что-то тёплое, будто совсем не про одежду.

Я почувствовала, как щёки мгновенно наливаются румянцем.

— Спасибо, — пробормотала я, опуская глаза.

— Давай чемодан, выходим, — отозвался Драко, забирая багаж.

Он говорил буднично, но в его движениях чувствовалась странная торопливость.

Мы вышли из дома.

Утренний воздух был прохладным, чистым, пах травой и свежей землёй.

На небе — ни облачка, как будто сам день решил быть идеальным.

— Боюсь, с тремя такими чемоданами будет тяжеловато трансгрессировать, — сказала мама, доставая палочку. — Reducio.

Миг — и огромные чемоданы сжались до размера мизинца, звякнув о каменные ступени.

— Удобно, — хмыкнул Тео, поднимая свой.

— Только не потеряй, — усмехнулся Драко.

Каждый взял свой миниатюрный багаж, и я ещё раз оглянулась на дом.

Малфой-Менор стоял в утреннем сиянии — строгий, холодный, но всё же мой. Дом, в котором я выросла.

Дом, из которого я теперь уезжаю.

— Готовы? — спросил отец.

— Да, — ответили мы почти хором.

В следующее мгновение всё вокруг завертелось, воздух завибрировал — и мир словно перевернулся.

Мгновение — и мы стояли уже на вокзале Кингс-Кросс.

Запах дыма, гомон голосов, стук чемоданов — всё казалось нереальным после тишины поместья.

Голова слегка кружилась, а сердце стучало быстро, в унисон ритму нового начала.

— Inflatus, — сказала мама, и чемоданы вновь приняли обычный размер, громоздко заполняя тележки.

Мы дошли до барьера.

Я остановилась и уставилась на кирпичную стену между девятой и десятой платформой.

С виду — обычная, ничем не примечательная стена, как миллионы других.

Но сейчас она будто дышала, ждала.

Никогда раньше я не была на платформе 9¾.

Никогда.

Сердце билось где-то в горле, ладони вспотели.

"Просто бежать.

Всего-то.

Бежать — и не думать".

Легко сказать.

Я стояла, вцепившись в ручку тележки, и не могла заставить себя сделать этот шаг.

Стена будто насмехалась надо мной: неподвижная, равнодушная, но такая пугающая.

«Что если не получится?

Если врежусь?

Если... не смогу?»

— Если страшно, давай вместе? — рядом оказался Тео.

Голос его был мягкий, почти шепот.

Тёплый, как утренний луч солнца, пробившийся сквозь туман.

Я обернулась.

Он стоял близко, слишком близко — так, что я почувствовала запах его одеколона, свежего, чуть пряного, и сердце пропустило удар.

Он смотрел прямо на меня, чуть склонив голову — с той самой полуулыбкой, из-за которой внутри всё почему-то становилось теплее.

Я кивнула.

Не доверяя голосу, не находя слов.

Просто — да.

Согласие.

Доверие.

Тео молча переложил мой чемодан на свою тележку, словно это было само собой разумеющееся.

Мы встретились взглядами.

Мир будто замер — шум вокзала стал глухим, люди вокруг исчезли.

Только он, я и стена.

— Готова? — спросил он тихо.

Я кивнула снова.Мы разбежались.

Секунда — и я зажмурилась.

Воздух ударил в лицо.

Сердце колотилось как сумасшедшее.

«Сейчас... сейчас врежусь…»

Но удара не последовало.

Тишина.

Я открыла глаза.

Передо мной был он.

И — поезд.

Ярко-красный, словно живой, будто сердце самого магического мира.

Сияющая золотом надпись «Hogwarts Express» блестела на солнце, отражаясь в окнах.

От паровозной трубы поднимался белый дым, пахло металлом и сладковатым паром.

Люди в мантиях суетились, дети смеялись, совы ухали из клеток.

Всё это было слишком ярко, слишком настоящее.

Я стояла, всё ещё не веря, что прошла.

Что теперь — по ту сторону.

И вдруг поняла, что до сих пор крепко держу Тео за руку.

Тёплую, сильную.

Его пальцы чуть касались моих, будто не хотели отпускать.

Мы встретились взглядами.

В его глазах — спокойствие, уверенность... и что-то ещё, что я не успела уловить.

Щёки мгновенно вспыхнули.

Я резко отпустила его руку, отступила на шаг, стараясь выглядеть спокойно.

— Спасибо... — выдохнула я почти неслышно.

Он чуть улыбнулся, не отвечая.

Просто посмотрел — и этого хватило, чтобы у меня опять предательски сжалось внутри.

Сзади послышался голос Драко:

— Долго вы там собираетесь стоять?

Я обернулась.

— А где мама с папой? — спросила я, всё ещё чувствуя, как дрожит голос.

— Папа торопится, — ответил Драко, слегка пожав плечами. — Они решили не провожать нас до конца.

— А… понятно, — тихо сказала я.

Хотела добавить ещё что-то, но слова застряли где-то между сердцем и горлом.

Я снова посмотрела на поезд.

Он гудел, дышал, звал.

И где-то внутри, среди страха и смущения, разливалось одно-единственное чувство — восторг.

Я сделала это.

Я — здесь.‎‎Мы направились к поезду, пробираясь сквозь густую толпу учеников.

Вокзал гудел — перекликались голоса, шуршали мантии, мелькали чемоданы, у кого-то громко ухала сова.

Запах перегретого металла смешивался с ароматом сладостей и магических паров, вырывающихся из трубы Хогвартс Экспресса.

Сердце колотилось — от волнения, от осознания, что это действительно происходит.

В самом центре толпы я заметила знакомые лица — Пэнси и Блейза.

Рядом с ними шла незнакомая мне девушка.

Они шли уверенно, будто эта платформа принадлежала им с рождения.

Пэнси первая заметила нас.

Её глаза зажглись, губы растянулись в широкой улыбке — и через секунду она уже обнимала меня, пахнущая розами  и чем-то дорогим, тёплым.

— Приветик, — сказала она мягко, но с искренней радостью. — Я так рада тебя видеть! Наконец-то у меня появится женская компания среди всей этой стаи парней.

Я улыбнулась в ответ, чувствуя, как напряжение чуть отступает.

С Пэнси всегда было так — она могла вывести из равновесия, довести до крика, но при встрече её энергия, её теплая уверенность возвращали ощущение «дома».

— И я тоже рада, — ответила я, прижимаясь в ответ. — Ты как всегда вовремя.

Блейз подошёл ближе, пожал руки Драко и Тео — движения лёгкие, расслабленные, будто всё вокруг это просто продолжение его сцены.

Потом повернулся ко мне, с той самой хитрой, почти кошачьей улыбкой:

— Малишка Бетти, — протянул он, растягивая слова.

— Алкаш Блейз, — парировала я, поднимая бровь.

Он сделал вид, что смертельно оскорблён, прижав руку к груди:

— Эй! Я не алкаш!

— А кто тогда? — засмеялся Тео, и вся компания разразилась смехом.

Даже Драко, который обычно сохранял ледяное спокойствие, усмехнулся уголком губ.

— Дегустатор, — театрально произнёс Блейз, будто объявлял свой титул. — Ладно, иди сюда, — и, не дожидаясь разрешения, крепко обнял меня.

Я коротко хмыкнула, но обняла его в ответ.

От него пахло чем-то пряным, знакомым — смесь табака, дорогого зелья и ещё чего-то, что всегда ассоциировалось с вечеринками и запретами.

Но в его объятиях было что-то надёжное, почти родное — память о беззаботных днях, когда всё было проще.

Рядом остановилась незнакомка.

Она выглядела иначе — спокойная, собранная, словно всё происходящее её почти не касалось.

— Привет, — коротко сказала она.

— А это Астория, моя соседка по комнате, — представила её Пэнси.

Я повернулась к девушке.

Передо мной стояла худая, изящная девушка с чёрными, чуть волнистыми волосами до плеч.

Её глаза — светло-серые, холодные, внимательные, будто видели меня насквозь.

— Привет, рада знакомству, — я протянула руку.

Она на секунду замялась, потом просто кивнула.

— Привет, — тихо, без улыбки.

На мгновение между нами повисло странное напряжение — лёгкое, почти невидимое, но ощутимое.

Я не могла понять, то ли она просто застенчивая, то ли ей действительно не по душе моё присутствие.

— Вы с ней на одном курсе будете, — сказала Пэнси, повернувшись к Драко.

Драко хотел что-то возразить, но вдруг вмешался сам:

— Она с нами на одном курсе. Папа обо всём уже договорился.

Я нахмурилась.

Папа договорился?

Значит, снова связи, снова влияние Люциуса Малфоя.

Всё как всегда.

Блейз хлопнул Драко по плечу:

— Да это же круто! — улыбнулся он. — Ещё одна Малфой среди нас.

Я усмехнулась краем губ, но внутри мелькнула тень беспокойства.

Астория не сводила с Драко взгляда — ровного, внимательного, но... слишком личного.

И почему-то это кольнуло.‎В этот момент к нам быстро подошла девушка — высокая, стройная, с длинными белыми волосами, переливающимися на солнце, будто сотканными из самого света.

В ней было что-то ледяное и завораживающее одновременно.

Она двигалась уверенно, словно каждая плитка под её ногами заранее знала, куда ей нужно лечь.

Её глаза — холодно-голубые, внимательные — скользнули по мне, и я невольно съёжилась.

От этого взгляда веяло властью.

Такой женщине, казалось, не нужно было ничего доказывать — мир уже принадлежал ей.

— Я заняла нам купе, — произнесла она с лёгкой улыбкой. Голос — звонкий, ровный, уверенный. — О, наши мальчики!

Она подошла ближе и, не раздумывая, обняла Драко — быстро, но тепло.

Потом Тео — и даже чмокнула его в щёку.

Это выглядело так естественно, что внутри меня что-то неприятно кольнуло.

Она посмотрела на меня.

Я не знала, что делать — улыбнуться, кивнуть, сказать что-то?

Но тело само отреагировало: я шагнула ближе к Драко и, будто спасаясь, схватила его под руку.

— Оу, малыш Драко нашёл себе девушку, — усмехнулась она, чуть склонив голову.

Я почувствовала, как кровь бросилась в лицо.

— Вообще-то это его сестра, — вмешался Тео с лёгкой усмешкой.

— Сестра? — изогнула она бровь. — А разве она не должна учиться в Шармбатоне?

— Уже нет, — спокойно ответил Драко. — Она перевелась к нам.

— Хм. Ну, ладно. — Она протянула мне руку с лёгким движением запястья. — Я — Дафна, старшая сестра Астории.

Я взяла её руку.

Тонкая, холодная, ухоженная.

И почему-то в этот момент мне стало неловко — словно я прикоснулась к чему-то, к чему не имею права.

— Бетти, — выдавила я, чувствуя, что голос звучит слабее, чем хотелось бы.

— Так, все, пошлите в поезд. Он вот-вот тронется. За мной! — скомандовала Дафна и легко повисла на шее у Тео и Блейза, будто это было её обычным состоянием — быть в центре внимания.

Пэнси и Астория радостно пошли следом.

А я с Драко — последними.

— Что случилось? Почему ты меня схватила? — спросил он, чуть повернувшись ко мне.

Я замялась, глядя себе под ноги.

— Я… боюсь потеряться, — сказала тихо, почти шёпотом. — Так безопаснее.

Он улыбнулся, чуть качнув головой.

— Ну, тогда держись.

Но внутри я понимала — дело не в том, что я боюсь потеряться.

Я просто чувствовала себя рядом с ней… ничтожной.

Слишком простой, слишком тихой.

Она — вся свет, уверенность, зрелость.

Я — будто её тень.

Почему это задело меня?

Почему то, как она коснулась Тео, заставило моё сердце сжаться, а горло — пересохнуть?

Он же просто друг Драко.

Просто Теодор.

Мы вошли в вагон.

Воздух был густой — тёплый, пахнущий деревом и сладким дымом от конфет.

В купе Дафны всё было аккуратно: идеально разложенные вещи, чистое окно, даже подушки лежали ровно.

Два свободных места: одно рядом с Тео, другое — возле Пэнси.

Я уже потянулась к подруге, но Драко резко вмешался:

— Не-не, я соскучился по своей подружке, хочу с ней поболтать. А ты садись к Тео.

Я почувствовала, как взгляд Дафны едва заметно скользнул по мне.

Смешок.

Или это показалось?

Я села рядом с Тео.

Он тихо закрыл книгу, глянул на меня и мягко улыбнулся.

Тепло, спокойно.

Никакого давления, никакой игры.

И всё же я не могла заставить себя расслабиться.

Снаружи поезд тронулся.

Металлический ритм стука колёс будто убаюкивал.

Воздух в купе становился всё мягче, звуки — тише.

Я опустила голову, чувствуя, как веки тяжелеют.

Последнее, что запомнила — ровное дыхание Тео рядом.

Где-то сквозь сон я ощутила движение: его руки осторожно подхватили меня, положили голову себе на колени.

Так бережно, что даже во сне мне стало тепло.

— Как трогательно, — раздался голос Дафны.

Холодный, звенящий, как тонкий лёд.

На миг в купе стало тихо.

Я даже не видела — но чувствовала, как Дафна напряглась, как её улыбка соскользнула.

Потом — тишина и ровное постукивание колёс.

Она больше ничего не сказала.

Когда поезд остановился, все уже вышли.

Остались только я и Тео.

Он осторожно коснулся моего плеча.

— Бетт, просыпайся. Мы приехали.

Я открыла глаза.

Свет был мягкий, тёплый.

Голова всё ещё лежала на его коленях.

Мгновение — и щёки вспыхнули жаром.

— Ой… я уснула на тебе, — пробормотала я.

Он улыбнулся.

— Ничего страшного. Мне было даже приятно.

Эти слова будто застряли в воздухе.

Я не знала, что ответить, и просто кивнула.

Когда мы вышли, Пэнси тут же схватила меня под руку и потащила вперёд.

Я чувствовала, как позади идёт Тео.

И знала — если обернусь, поймаю его взгляд.

— Мне кажется, нашему Тео ты нравишься, — заговорщицки прошептала Пэнси.

— Глупости, — я тут же отвела глаза. — Он просто… внимательный.

— Внимательный? — Пэнси рассмеялась. — Да он на тебя смотрит, будто ты заклинание, которое он боится нарушить.

— Ерунда, — вмешалась Дафна, её голос звучал сухо. — Он просто относится к ней как к сестре лучшего друга.

— Не занудствуй, — фыркнула Пэнси.

Я поспешно кивнула.

— Да, она права. Мы просто друзья.

Но, обернувшись, я всё же встретила взгляд Тео.

Он улыбался.

Просто.

Тихо.

Но от этой улыбки сердце сделало глупый, беспомощный скачок.

— Бред, — прошептала я себе под нос.

Бред — всё это.

Или… нет?‎‎ Мы подошли к каретам.

Внутри было просторно и уютно: мягкие сиденья, тёплый свет фонаря, тихий скрип колёс по гравию.

Все расселись — Пэнси с Дафной о чём-то оживлённо шептались, Блейз рассказывал очередную историю, от которой Драко только закатывал глаза, а Тео сидел напротив меня и иногда бросал короткие взгляды.

Я старалась не встречаться с ним глазами, но каждый раз, когда он ловил мой взгляд — уголок его губ чуть поднимался, и мне становилось неловко.

Минут через тридцать мы уже подъезжали к замку.

Хогвартс стоял на холме, огромный, величественный, словно из сна: сотни огней мерцали в окнах, башни тонули в лёгком тумане, а над ними кружили совы.

Всё выглядело нереально красиво.

Я почувствовала, как что-то внутри дрогнуло — то ли восторг, то ли страх.

Карета остановилась.

Дверца открылась сама собой, и нас встретил влажный воздух ночи и шум голосов учеников.

Я шагнула наружу и тут ко мне подошла высокая женщина в строгом тёмно-зелёном платье.

— Мисс Малфой? — её голос был уверенным, но не холодным.

Я кивнула, чувствуя, как ладони стали влажными.

— Да, это я.

— Я профессор Макгонагалл, — представилась она, чуть кивнув. — Пойдёмте со мной.

Я молча последовала за ней.

Профессор шагала быстро и прямо, будто каждое её движение было заранее рассчитано.

От неё исходило ощущение силы и спокойствия — но и чего-то такого, что заставляло держать спину ровнее.

Мы вошли в боковой коридор.

Воздух внутри замка был тёплый, пах старым деревом, свечным воском и чем-то… волшебным.

Я не могла объяснить, но казалось, стены шепчутся между собой.

Вскоре мы подошли к группе первокурсников.

Маленькие, растерянные дети стояли кучкой, переминаясь с ноги на ногу. Кто-то шептался, кто-то прижимал к груди шляпу.

Я вдруг почувствовала себя одной из них.

Так странно — вроде бы я не впервые в магической школе, но именно здесь всё казалось другим, новым, почти пугающим.

— Сейчас вы зайдёте в Большой зал, — спокойно объяснила профессор Макгонагалл. — Я по очереди буду вызывать каждого. Вы садитесь на стул, а я надеваю вам шляпу, которая определит ваш факультет.

Она повернулась ко мне:

— А вы, мисс Малфой, зайдёте чуть позже. Вас обязательно позовут.

Я кивнула, чувствуя, как ком подступает к горлу.

Профессор увела первокурсников внутрь.

Двери закрылись, и я осталась одна.

Тишина.

Только где-то вдали гулко эхом звучали голоса и аплодисменты.

Я стояла перед массивной дверью и не могла усидеть на месте.

Сердце колотилось, как бешеное.

"Вот и всё. Ещё минута — и всё изменится."

Шармбатон казался теперь каким-то далеким, почти выдуманным.

Там всё было другим — блеск, изящество, хрустальный смех.

Здесь — камень, древность, сила.

И я... чувствовала себя песчинкой.

"Интересно, что скажет шляпа?

Слизерин, как Драко?

Или, может, Равенкло...

Ха.

Вряд ли."

Я усмехнулась себе под нос, но смех вышел нервный, короткий.

"Если я попаду не туда, что подумает Драко?

Или Тео?.."

Я поймала себя на этой мысли и нахмурилась.

"Почему я вообще думаю о Тео?

Почему его мнение вдруг стало для меня важным?.."

Из-за массивных дубовых дверей доносился лёгкий гул голосов — ученики, наконец, расселись по факультетам.

Вдруг всё стихло.

И в тот же миг я услышала знакомый, тёплый голос, звучавший спокойно, но властно:

— Добро пожаловать, дорогие ученики, — произнёс профессор Дамблдор, и в его голосе было что-то, что сразу заставляло сердце биться чуть мягче. — Добро пожаловать в Хогвартс, дом, где каждая тайна ждёт своего часа, а каждая душа — своего пути.

В зале раздались одобрительные аплодисменты.

Я, стоя за дверью, прижала ладонь к груди, чтобы немного унять волнение.

— Особенно рад видеть среди нас тех, кто впервые переступил порог этого замка, — продолжал он. — Пусть ваше сердце будет открыто чудесам, которых здесь немало. Пусть неудачи не пугают вас, ведь именно через ошибки мы постигаем истинное волшебство.

Я слышала, как кто-то тихо засмеялся, и Дамблдор улыбнулся:

— А теперь, прошу вас, не забывайте и о простых радостях — дружбе, смехе и, конечно же, еде.Сегодня, как и всегда, пир в честь начала учебного года ждёт вас всех.

Его голос стал чуть строже:

— На этом мы не закончили, — произнёс Дамблдор с мягкой, почти загадочной улыбкой. — У нас есть ещё один ученик из Шармбатона, который должен пройти распределение. Мисс Малфой, входите, пожалуйста.

Сердце пропустило удар.

Двери с гулким скрипом распахнулись, и на меня обрушился свет, отражённый от сотен парящих свечей.

Большой зал был огромен — потолок терялся где-то в темноте, а под ним мерцало волшебное небо, усеянное звёздами.

Сотни глаз устремились на меня.

Каждый шаг отдавался эхом в груди.

Подол мантии тихо шуршал по каменному полу.

Я чувствовала, как подгибаются колени, но заставила себя идти вперёд — прямо, уверенно, как подобает Малфоям.

Среди множества лиц я сразу увидела знакомые: Драко, Тео, Пэнси и Блейз сидели за длинным зелёно-серебряным столом.

Шёпот прокатился по залу.

— У Малфоя есть сестра? — донёсся до меня тихий голос Поттера.

— Оказывается, — отозвался его рыжей дружок , по всей видимости Уизли .

— Но почему её перевели? — тут же я услышала писклявый голосок их рыжей подружки, видимо это та самая Грейнджер, всезнайка , о которой рассказывал брат .

— Что-то здесь не так, — настороженно произнёс Поттер.

Я старалась не обращать внимания, но их слова словно застряли в голове.

Да, у Малфоя есть сестра, — подумала я.

И теперь все вы это знаете.

Подойдя к кафедре, я села на высокий стул.

Профессор Макгонагалл бережно надела на меня Распределяющую шляпу.

Ткань была тёплой и немного шершавой, пахла старой кожей и магией.

— Интересно… ещё одна Малфой, — пробормотала шляпа.

Голос был старый, немного насмешливый, но не злой.

— Вижу ум, решительность… и немного неуверенности. Откуда же она, хм? Может, Шармбатон оставил след? — она будто усмехнулась. — Гриффиндор? Нет, нет… слишком много раздумий, слишком мало безрассудства. А вот Слизерин… да, в тебе есть хитрость, но и сердце — не камень. Любопытно… но да. СЛИЗЕРИН!

Последнее слово шляпа выкрикнула так громко, что эхо прокатилось под сводами.

Зал взорвался аплодисментами.

За столом Слизерина поднялся Драко — гордый, сияющий:

— ЭТО МОЯ СЕСТРА! ОНА С НАМИ!

— БЕТТИ МАЛФОЙ С НАМИ! — подхватил Тео, вскинув руку.

Меня окутало ощущение, будто я наконец-то встала на своё место.

Я подошла к столу, села между Драко и Тео, чувствуя, как их плечи касаются моих.

— Поздравляю, — тихо сказал Тео, глядя на меня с какой-то тёплой нежностью.

— Добро пожаловать домой, — добавил Драко, едва заметно улыбнувшись.

И в этот момент в зале снова заговорил Дамблдор, разводя руки в стороны:

— Всем желаю чудесного учебного года и… приятного аппетита!

Сотни блюд появились на столах.

Аромат свежего хлеба, жаркого и тыквенного сока наполнил зал.

Я глубоко вдохнула, пытаясь осознать, что теперь всё по-настоящему.

Я — ученица Хогвартса.

Я — Малфой.

И моя история только начинается.‎Мы с ребятами быстро поели — я даже не запомнила, что именно ела.

Всё слилось в одно: шум, смех, вспышки разговоров, блеск свечей над головами.

Но внутри было какое-то тихое волнение, словно я вступала в новую, ещё неизведанную главу жизни.

Когда трапеза закончилась, мы направились вниз, к подземельям.

Каменные коридоры становились всё уже, прохладный воздух пах старым камнем и сыростью.

Свет факелов отбрасывал зелёные отблески на стены.

У входа в гостиную нас уже ждал мужчина в чёрной мантии — высокий, с бледным лицом и цепким взглядом.

— Рад видеть вас на моём факультете, мисс Малфой, — произнёс он ровным, чуть холодным голосом. — Я Северус Снейп, декан факультета Слизерина. Добро пожаловать.

— Спасибо, профессор, — ответила я, стараясь говорить уверенно, хотя внутри всё сжималось.

Его взгляд словно проникал прямо в мысли.

— Ваша комната — номер одиннадцать, — добавил он, слегка кивнув. — Мисс Паркинсон проводит вас.

Он развернулся и почти бесшумно ушёл в коридор.

Только подол мантии тихо скользнул по полу.

— Мы с тобой в одной комнате! — радостно пискнула Пэнси, схватив меня за руку. — Ура, будет весело!

— А ещё ваша комната по соседству, — добавил Тео с мягкой улыбкой, немного склонив голову. — Номер двенадцать — наша. Так что далеко не убежишь, Малфой.

Я усмехнулась, хотя щёки почему-то слегка загорелись.

Гостиная Слизерина была величественной и немного мрачной — всё в зелёных и серебряных тонах, огромные кожаные кресла, камин с изумрудным пламенем, тяжелые шторы и мягкий шелест воды за стенами.

Казалось, что мы действительно под озером.

Свет факелов отражался в стекле, будто по залу плавали призрачные волны.

Мы направились по лестнице влево, и вскоре оказались в комнате номер одиннадцать.

Там уже стояли четыре кровати с зелёными балдахинами, между ними — столик и большой шкаф.

Воздух пах мятой и старой древесиной.

— Дом! — воскликнула Пэнси и упала на кровать, смеясь.

— Если это дом, то я не против, — сказала я, улыбнувшись.

Пока я раскладывала вещи — аккуратно, по привычке, — девушки расположились поудобнее.

Пэнси уже рассказывала забавную историю о том, как на прошлом курсе Блейз случайно превратил перо в змею, а Дафна скептически закатывала глаза.

Астория слушала молча, но улыбалась.

В её взгляде было что-то мягкое, родное — она сразу вызывала доверие.

Я наконец присела на свою кровать.

Всё вокруг казалось таким новым, но в то же время… правильным.

Вот оно — моё место.

Мой факультет.

Моя комната.

Мои люди.

— Так, Бетти, — оживлённо сказала Пэнси, подтягиваясь ближе. — Рассказывай всё! Почему ты перевелась? Что там, в Шармбатоне? И… — она заговорщически прищурилась, — кто тебе из наших приглянулся?

Дафна фыркнула.

— Пэнси, дай девочке хотя бы вещи разложить.

— Ой, ну я просто спрашиваю! — надулась Пэнси, но в глазах мелькнуло веселье.‎— Я расскажу, — рассмеялась я,  — но сначала… — я наклонилась ближе к девочкам, будто собиралась поведать страшную тайну. — Слушайте, а где здесь можно выйти покурить?

Астория, лежавшая на соседней кровати, моргнула, словно не поверила своим ушам.

— Ты… куришь? — её голос прозвучал даже немного растерянно.

— Да, — спокойно ответила я, стараясь не выдать смущения. — Только, пожалуйста, не говорите Драко.

Пэнси прыснула со смеху:

— Мы — могила, обещаем. — Она заговорщицки подмигнула. — Курящая у нас тут только Дафна.

Дафна, до этого молчавшая и лениво листавшая журнал, подняла глаза.

— Я обычно поднимаюсь на астрономическую башню, — сказала она, спокойно и уверенно, будто это была территория, где ей всё подчинялось. — Пошли, я покажу тебе. Только с тебя сигарета.

— Договорились, — усмехнулась я и встала, чувствуя, как внутри приятно защекотало от предстоящего приключения.

Пока мы шли по коридору, замок словно дышал — каменные стены тихо гудели от ветра, за окнами колыхались огни факелов.

Я чувствовала прохладу, запах старого камня, немного сырости и чего-то сладкого, пряного — может, от зелий, оставшихся в подземельях.

Дафна шла впереди — уверенно, легко, её походка была точной, почти грациозной.

Она не оглядывалась, просто знала дорогу.

Иногда я ловила себя на мысли, что её уверенность будто давит на меня.

В Шармбатоне я никогда не чувствовала себя… маленькой.

А рядом с ней — будто стала ею.

— Осторожно с Филчем, — шепнула она, когда мы миновали очередной поворот. — У него нюх, как у пса. Если услышит запах дыма — нам конец.

Мы поднялись по узкой винтовой лестнице.

С каждым шагом становилось всё холоднее и светлее — стены постепенно сменялись каменными арками, и вскоре перед нами распахнулась вершина башни.

Небо было бездонное, глубокое, полное звёзд, будто кто-то рассыпал по нему осколки стекла.

Ветер мягко трепал мои волосы, и я вдохнула полной грудью.

— Здесь… красиво, — прошептала я. — Даже не верится, что под нами весь Хогвартс.

Дафна прислонилась к перилам, прикурила и посмотрела вдаль — на озеро, чёрное, как зеркало.

— Да. Это моё место, — сказала она тихо. — Здесь можно быть собой.

Я достала сигареты, протянула одну ей, потом закурила.

Огонёк зажигалки на секунду осветил её лицо — спокойное, уверенное, но в глазах промелькнуло что-то острое, оценивающее.

Мы курили молча, слушая, как ветер поёт между башнями.

Было странное ощущение близости и напряжения одновременно.

— Кстати, — вдруг произнесла Дафна, не глядя на меня, — что у тебя с Ноттом?

Я чуть не поперхнулась дымом.

— С Ноттом? — переспросила я, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно. — Ничего особенного. Мы просто друзья.

Она усмехнулась, всё так же глядя вдаль:

— Друзья… Понятно.

— А у вас? — спросила я, стараясь, чтобы вопрос прозвучал легко, но внутри всё сжалось.

Дафна на секунду замолчала, потом выдохнула дым и тихо сказала:

— Мы очень близки. Очень.

Её голос был спокоен, но в нём скользнула нотка притяжения.

Или мне показалось?

Я не знала, почему её слова больно кольнули.

Хотя я даже не заметила какую-то близость Тео к ней .

Мне даже показалось что она его не интересует.

Хотя...

Что мне вообще до этого?

Тео — просто друг.

Всего лишь.

Но сердце всё равно неприятно сжалось.

Я отвернулась, глядя в небо.

Сигарета медленно догорела между пальцами, оставив на коже запах табака и пепла.

— Ну что, — первой нарушила тишину Дафна, — пойдём? Завтра будет долгий день.

— Да, — ответила я тихо.

Мы спустились вниз.

Она шла уверенно, а я шла чуть позади, всё ещё не в силах выкинуть из головы её слова.

"Очень близки..." — отозвалось в груди эхом.

И почему мне было так… неприятно это слышать?