92

Гвен Миллер

Звук сирен оглушает, когда Гарри выбегает на улицу, неся меня на руках. Я слышу крики и невероятный шум, но не способна смотреть на катастрофу вокруг. Я вся трясусь после случившегося, будто у меня температура под сорок. Глаза покрывает пелена слез, которые непрерывно вытекают. Я прячусь в черной ткани, пачкаю ее собственной кровью, соплями и слезами. Я будто сплю и прохожу через самый кошмарный сон.

Страх никуда не исчезает — он поглощает меня целиком. Словно я все еще нахожусь в своей квартире, и Кайл держит мои руки в плену, пытаясь снять с меня трусы. Я вижу его дикие глаза, которые смотрели на меня, как на свою добычу, которую он должен был захватить. Я боролась как могла, дергаясь и крича, чтобы ему не удалось навредить мне. Но пистолет, который он засунул в мой рот, усмирил меня.

Когда его пальцы пробрались под нижнее белье, невероятный гнев захватил меня. Они почти коснулся меня там, но я пнула со всей силы его в живот и выдернула руки, когда его хватка ослабла. Я отобрала пистолет и без колебаний, с ненавистью которая охватила меня несколько раз выстрелила в него. В голове даже не мелькнули сомнения. Я мстила ему за то, что натворил с моей жизнью. Я стреляла в него, вспоминая о родителях, о Джулиет, о себе и о Гарри. Он и его отец разрушили все хорошее, что могло быть. Я это сделала за всех нас.

Звук сирен возвращает меня в реальность. Я слегка поднимаю голову и смотрю через плечо Гарри, какой беспорядок происходит. Я вижу пожарную машину, скорую и полицию. Жильцы домов выбегают из подъезда с криками и паникой. Огромное скопление людей собирается в центре, и Гарри несет меня мимо них.

– Отойдите, девушке нужна помощь! – кричит она, расталкивая людей.

– О Боже, Гарри! Она цела?! – подбегает обеспокоено к нам Луи, разглядывая меня едва прикрытую.

– Цела! Помоги растолкать толпу! Нужно показать ее врачам! – просит Гарри.

– Разойдитесь блять! – орет Луи и расталкивает всех в стороны.

– Гарри... Я не хочу, чтобы меня видели такой, – вцепляюсь я пальцами в его черную футболку, сжимая ткань в трясущиеся кулаки.

– Все будет хорошо, не волнуйся, – произносит он так спокойно и ласково, а затем кричит в гневе на людей: – Отойдите, мать вашу!

– Разошлись все в стороны! – смотрю я на то, как Луи отшвыривает людей, освобождая путь для нас.

– Где Найл?! – спрашивает его Гарри, подняв руками меня выше к своей груди.

– Ждет в моей машине! Мы должны валить отсюда срочно! У нас мало времени! Я договорился с отцом, он нам поможет! – протискивается Луи через толпу.

– Мы не можем свалить! Кое-что случилось! Нужно это решить! – Гарри агрессивно пинает спереди парня ногой. – Дай пройти!

Парень разворачивается и в шоке смотрит то на него, то на меня и молча отходит в сторону. Гарри вырывается вперед, и мы приближаемся к скорой машине. Врачи видят нас и сражу подбегают, как мухи на мед. Я пугаюсь, впившись в плечи Гарри и прячусь, как кролик в норе в его руках.

Мое обнаженное тело прикрывает лишь куртка, напоминая, что недавно произошло. У меня нет сил, сопротивляться, когда Гарри передает меня в руки медикам, и они несут меня в кузов. Но я успеваю вцепиться в руку Гарри мертвой хваткой, чтобы он меня не отпускал. Его присутствие нужно мне больше всего на свете.

Я смотрю на него, когда меня кладут на каталку. Резкий свет бьет по глазам, и я морщусь. Дорожки слез застыли на щеках, высохнув точно так же, как и кровь у виска. Моя шея все еще болит после провода от наушников и мне трудно шевелиться. Тело болит во многих частях, и все что я могу - стонать от любого движения.

– Что с ней произошло? – спрашивает один из докторов, открывая чемодан.

– Ее взяли в заложники в своей же квартире. Кайл Томпсон пытался изнасиловать ее. Она надышалась угарным газом, – говорит Гарри, садясь возле меня и крепче сжимает мою руку.

Мне суют кислородную маску, я пытаюсь сопротивляться, дергая головой, но мои попытки тщетны.

– Спокойно, Гвен, это всего лишь маска. Она тебе нужна, – целует он мое грязную руку.

Я моргаю, останавливаясь и дышу через маску, глядя на него. Медики вокруг меня суетятся, но это последнее, что меня волнует. Рефлекторно я сжимаю руку Гарри, боясь, что он исчезнет. Я не могу поверить, что он здесь. Я не знаю, как, но оттого что он рядом слезы катятся из моих глаз. Я звала его на помощь, и он пришел.

Он выглядит плохо, грязный и весь в дыме. Он тоже кашляет, опустив голову. Астма дает о себе знать, и он прикрывает рот воротником футболки, пытаясь отдышаться.

– У вас очень много синяков, мисс. И гематома вокруг шеи. Мы введем вам обезболивающее, и я проверю, нет ли у вас сотрясения, – мелькает перед моими глазами шприц, который чем-то заполнен.

Я ничего не отвечаю, беспокоясь за состояние Гарри. Он все еще кашляет, и я усиливаю хватку вокруг его руки.

Женщина всовывает иглу в мое предплечье, и я жмурюсь от боли. Жидкость течет по моим венам, но я не издаю ни звука, не желая быть слишком слабой.

– Сэр, с вами все в порядке? – спрашивает медик Гарри, разглядывая рану на моей голове.

– Да... – хрипит он, кашляя. – Просто помогите ей.

Я поднимаю руку, чтобы снять маску, но медик не дает мне этого сделать. Она разглядывает поврежденную часть моей головы и перчатками прикасается к ней. Острая боль пронзает меня, и я кричу, извиваясь на кушетке.

– Придется накладывать швы, – произносит она и отворачивается, роясь в своем чемодане.

– Помогите ему... – сквозь кислородную маску говорю я, обращаясь к другому медику, который осматривает мою шею.

– Что с вами? – спрашивает мужчина Гарри.

– Со мной все отлично... – откашливается он в футболку.

– Астма... – произношу я. – У него астма, – умоляющими глазами я смотрю на медика.

Мужчина перестает разглядывать мою шею и копошиться в медицинских предметах, доставая еще одну кислородную маску. Он отдает ее Гарри, и он забирает ее, прикладывая к своему рту.

– Спасибо, – благодарит он, глядя в мои глаза и большим пальцем поглаживает мою руку.

– Итак, мисс, обезболивающе должно уменьшить приступ боли, но вам все равно будет неприятно. Вы должны не дергаться, пока я буду зашивать голову, – разворачивается ко мне женщина с медицинской иголкой и ниткой.

Я не могу кивнуть из-за ноющей боли в шее и просто моргаю глазами, желая, чтобы все это закончилось побыстрее. Курта едва прикрывает меня, мои ноги и плечи видны. Мне безумно холодно и страшно. Квартира загорелась так быстро из-за того, что Кайл залил пол бензином. Свеча не была погашена и, когда я его толкнула, он ногой задел ее. Она покатилась прямо по мокрому полу и резкий поток огня заполнил гостиную. Я не обратила сразу внимание, поглощенная местью.

Резкая боль в области виска отвлекает меня. Игла проникает в мою кожу, и я стискиваю зубы, пытаясь не дергать головой. Свободой рукой я вцеплюсь в ткань куртки и сжимаю ее. Мне еще никогда не накладывали швы. До сих пор я не знала, что это может доставлять такую невыносимую боль.

Я дышу сквозь кислородную маску, и мычу, вспотев оттого, насколько неприятно, когда острый предмет впивается в мою кожу.

– Что произошло с Кайлом Томпсоном? Он сбежал? – спрашивает женщина, зашивая мою рану.

– Я... – я рычу, не в силах говорить что-либо от боли.

– Нет, он мертв. Сестра Гвен позвонила нам и сообщила о похищении. Мы помчались с мужем моей сестры на помощь. Мы вышибли дверь и вломились в квартиру. Когда вошли, Кайл с пистолетом сидел на раздетой Гвен. Меня охватила невероятная злость. Я не понял, как накинулся на него и застрелил, – врет Гарри, убирая маску с лица.

Я расширяю глаза от лжи, которую он произносит, пытаясь защитить меня. Гарри знает, что мне грозит срок за убийство, даже если я оборонялась и берет всю вину на себя. Но я не могу позволить ему добровольно сесть в тюрьму. Он спасает меня, но затаскивает себя за решетку.

– Нет... все не так... – шиплю я от боли, чувствую иглу в коже.

– Мисс, потерпите, осталось чуть-чуть, – перебивает меня женщина, не дав договорить.

– Все именно так. Он пытался надругаться над моей невестой. Вы посмотрите на нее, что он натворил, она вся в синяках. Он похитил Гвен и ее сестру, угрожал пистолетом. Я не смог закрыть на это глаза и прикончил его, – продолжает Гарри.

Мужчина с женщиной переглядываются между собой и продолжают свою работу. Игла попадает в последний раз в меня, и я облегченно опускаю плечи, перестав напрягаться. Висок болезненно пульсирует, и медик перекрывает швы пластырем. Я смотрю в потолок, думая о том, что будет дальше. Меня пугает мысль, что Гарри посадят. Я не хочу, чтобы его судьба закончилась так.

Мою шею и остальные части тела тщательно осматривают и обрабатывают. Я слышу шум и панику. Здание разгорается, огонь переходит на другие квартиры. Пожарных машин становится больше, как и полицейский патруль. Жильцам помогают выбраться из квартир. Подъезжаю еще несколько скорых, многие люди подвергаются огню. Крики невероятные, со всех сторон разносится плач.

Сдание эвакуируют, перекрывая его желтой лентой. Никому не позволяют проникать в здание и переходит черту безопасности. Одна маленькая свеча захватила несколько этажей за полчаса. Медики заканчивают возиться со мной и оставляют с Гарри, побежав помогать остальным, кому это требуется.

Я снимаю кислородную маску, больше не нуждаясь в ней и пытаюсь встать. Стону от боли, дергая поврежденной шеей. Слезы образуются в уголках глаз снова оттого, что каждое движение неприятно сказывается на мне. Я хватаюсь за кушетку, опираясь на нее рукой и поднимаюсь.

– Рыжик, тебе нельзя двигаться, – Гарри подрывается ко мне, закидывая мою руку себе на плечи и помогает присесть. – Ты должна отдохнуть.

– Зачем ты сказал, что убил его? – заглядываю я в измученные глаза, тяжело вдыхая из-за ноющего ощущения в горле, когда в него попадает воздух.

– Бэзил будет искать виновного. Лучше пусть он прикончит меня, – прислоняет он лоб к моему и поднимает куртку, укутывая меня в нее. – Я так рад, что ты цела. Я думал, что потерял тебя, – выдыхает он в мои губы и поднимает руку к моей щеке. – Прости меня за все, рыжик. Я не должен был отпускать тебя.

– Ты не виноват. Я бы все равно оставила тебя. Бэзил дал мне сутки, чтобы уйти. Он угрожал, что убьет меня и сестру, если я не исчезну, – слезы градом текут из моих глаз, и я накидываюсь на Гарри, обнимая его. – Я должна была рассказать тебе, но это стоило мне жизни. Я не хотела уходить, не хотела расставаться, но у меня не было выбора. Гарри, я тебя...

– Вы как? – подбегает к нам Луи, и я отрываюсь от Гарри.

– Живы, – держит меня за спину Гарри.

– Гвен? – уточняет Луи с беспокойством.

– Я в порядке... теперь, – киваю я и вытираю пальцем слезы.

– Мы должны валить. Отец звонил и сказал, что все готово, – сообщает Луи информацию, которую я не понимаю.

Дядя Томас в курсе? Неужели Луи рассказал своему отцу, кем является на самом деле? Когда он успел? И как ему хватило смелости признаться полковнику в своих преступлениях?

– Гвен, ты можешь идти? – спрашивает Луи.

– Ей нельзя двигаться, – отвечает вместо меня Гарри.

– Черт, тогда понесешь ее. Через час нас тут не должно быть. Люди Бэзила уже в курсе, за нами скоро начнется погоня. Гвен убила Кайла, и он может узнать об этом.

Видимо Найл уже успел рассказать Луи о случившемся.

– Я взял вину на себя, – говорит Гарри и ловко поднимает меня на руки, вытаскивая из машины скорой помощи.

– Фак, это очень мужественно и благородно. Тогда мы должны поторопиться, пока копы тебя не схватили, – говорит Луи.

Гарри вдруг останавливается посреди дороги и смотрит в сторону медиков, которые оказали нам помощь. Они разговаривают с полицией и указывают в нашу сторону. Мой желудок сворачивается от паники, что полиция в курсе случившегося, и Гарри посадят.

Мышцы Стайлса напрягаются, и его хватка вокруг моих ног крепнет. Время в этот момент замедляется. Вокруг бегают работники экстренной службы. Я насчитываю пять пожарных машин, три скорые и десять полицейских мигалок. Дым витает повсюду, затуманивая изображение. Я слышу плач взрослых и детей. Здание горит, освещая переулок ярким оранжевым светом.

– У меня есть план. Я забегу в здание. А вы бегите к машине. Я проберусь через черный вход, и вы подберете меня на другом переулке, – сообщает Гарри.

– Нет, Гарри, нет, – судорожно качаю я головой, отказываясь от его идеи. – Ты можешь погибнуть. Я не пушу тебя, – обвиваю я крепко его шею.

– Если я буду с вами, полиция не даст нам уехать. Я должен это сделать.

– Нет, – продолжаю я качать головой, не собираясь отпускать его.

– Луи, забери ее, – передает Гарри меня в руки Томлинсона.

– Нет! – я вцепляюсь в его шею, рыдая.

– Так надо, Гвен, – он отцепляет мои руки со своей шеи, и теперь Луи держит меня.

Я все еще судорожно качаю головой, несмотря на боль в шее. Мои волосы растрепанны и липнут к лицу, когда по щекам текут слезы. Я не хочу его терять. Я не могу лишиться единственного человека в своей жизни, который дал понять мне, что такое любовь.

Я напугана и в отчаянии. Луи пытается удержать меня в объятиях от моих безрассудных действий, когда я пытаюсь вырваться. Я не отвожу взгляда от Гарри на фоне огромного потока пламени. Он стоит передо мной, дым от горящего здания стелется по земле. Гарри поворачивает голову к огню, а затем ко мне.

– Нет... Пожалуйста, – я тянусь к нему, пальцы сжимаются на его футболки. – Не делай этого. Ты погибнешь.

Он мягко берет мою руку, отцепляя пальцы по одному от ткани. Его прикосновение - нежное, теплое, но от этого сердце болит сильнее. Дорожки скатываются по щекам, видя решительность Гарри.

– Верь мне, рыжик, – его голос спокоен, несмотря на рев позади. – План сработает. У нас всегда получается. Я выбегу через черный вход, полиция даже не заметит. Мы улетим отсюда.

Он сует руку в карман и что-то ищет в нем. Кольцо поблескивает в его пальцах, отражая свет пламени. Вчера я оставила ему это украшение, но он взял его с собой.

Он берет мою дрожащую руку и надевает кольцо на безымянный палец, где ему изначально предназначалось место. Оно возвращается ко мне и служит символом нашего будущего.

– Мы поженимся. Я обещаю, – улыбается Гарри и разворачивается, побежав к горящему зданию.

– Гарри!... Нет! Гарри!.. – мой голос срывается.

Полиция бежит за ним, пытаясь остановить. Он перешагивает через желтую ленту и несется мимо пожарных, которые, пытаются потушить пламя.

– Остановите его кто-нибудь! – кричит чей-то голос.

Я прижимаю в ужасе руку ко рту, когда Гарри бросается в огонь. Его силуэт мелькает на фоне пламени, а затем он исчезает в дыму. Я трясусь, потеряв его из виду и не могу успокоиться. Несколько пожарных забегают за ним, чтобы остановить, но никто не умудряется его поймать.

– Нам пора, – Луи разворачивается и несет меня в противоположную сторону.

– Нет! Пусти меня! – я бью его кулаками в плечи, сопротивляясь, несмотря на то, что мне невыносимо больно.

Он не слушает меня и перебегает через дорогу к своей машине. Я вижу в ней Найла, но все мои мысли о здании, в котором находится Гарри.

– Найл, дверь! – кричит Луи, удерживая меня в руках.

– Где Стайлс? – открывает Найл дверь с внутренней стороны.

Луи запихивает меня, несмотря на мои протесты. Я царапаю ему шею и бью его, но ему удается справиться со мной. Я оказываюсь на задних сидениях, и он залетает за мной, закрывая дверь. Я тянусь к противоположной дверце, чтобы открыть ее, но Луи тянет меня себя. Он обхватывает мое тело, прижав его к своему и не дает возможности двигаться.

– Найл, заблокируй машину! Она может выпрыгнуть! – просит Луи, удерживая меня в своих объятиях.

Я слышу щелчок и все двери автоматически закрываются, лишая меня единственного шанса выбраться отсюда. Я утыкаюсь в футболку Луи и тихо плачу, надеясь, что у Гарри все получится.

– Хватит орать! И где блять Гарри?! – крайне раздражается Найл.

– Он взял вину на себя. Сказал, что убил Кайла. Полиция могла поймать его, поэтому он забежал в горящее здание и должен выйти через задний вход, – быстро говорит Луи, утешительно поглаживая меня по голове.

– Поэтому Гвен так рыдает... – делает Найл свои выводы.

– Объезжай квартал, чтобы мы его забрали, – диктует Луи.

Найл кивает и давит на газ, отъезжая от огромного потока пламени. Я всхлипываю в футболку Луи и поднимаю руку ему на плечу, когда он ослабевает хватку. Мокрыми глазами я смотрю на кольцо на безымянном пальцем. Гарри сохранил его и привез с собой, чтобы снова надеть на меня. Он проделал такой путь, вытащив меня из огня. Он пытался спасти меня, выбив дверь. Он не побоялся взять вину на себя, тем самым припечатав себе клеймо. Его даже не пугает тот факт, что Бэзил может найти его и прикончить за сына. Ему не страшно умереть, и эта мысль меня пугает.

Гарри с легкостью забежал в горящее здание, без капли сомнения. Он готов пожертвовать собой только, чтобы я была счастлива. Я не готова и не хочу поднимать такую тяжелую ношу. Моя жизнь не дороже его. Гарри должен это понимать и перестать творить ради меня сумасшедшие вещи.

– Красотка, ты как? Все в порядке? – быстро едет Найл, подавая голос.

– Мне наложили швы, – отстраняюсь я от объятий Луи.

– О, мои поздравления. Добро пожаловать в нашу секту, – шутит Найл, и я впервые за сегодня позволяю себе едва улыбнуться.

– Спасибо, – тихо говорю я, глядя на свои грязные ноги.

– Мне очень жаль, что я увидел там, – искренне проговаривает блондин, поворачивая руль на перекрестке.

– Он не успел меня изнасиловать. Я подстрелила его, – я по-прежнему сижу в одной куртке.

– Он это заслужил. Ты молодец, – берет Луи мою руку в свою и сжимает ее.

Я киваю и сжимаюсь в комок, поднимая ноги к груди. Найл добирается до горящего здания и остается на расстоянии, заглушив двигатель. Я поворачиваю голову и смотрю через окно на пылающий поток, который наверняка виден со всех сторон Денвера.

В салоне царит напряженная атмосфера. Мы все ждем, когда Гарри выбежит через заднюю дверь. Каждая минута кажется вечностью, пока мы сидим и ничего не делаем.

Мои глаза прикованы к зданию, где находится Гарри. Я надеюсь, что он почти добрался до выхода и огонь его совсем не задел. Неприятное чувство холода бежит по спине, будто передавая сигналы. Кроме нашего дыхания и шума за окном ничего не слышно.

Пламя пожирает здание, и мое сердце быстро стучит от паники. Надежда не подкидывает меня ни на секунду. Я слепо верю, что сейчас Гарри выбежит и все будет хорошо. Но одна минута за одной проходят и его все нет.

Я замечаю, как Найл сжимает руль с силой, что костяшками пальцев белеют и трясутся. У него все на лице написано. Он нервничает и сосредоточенно смотрит на пламя, ожидая появление Гарри.

– Он же Гарри. Да его даже огонь боится, – его голос звучит неестественно бодро.

– Заткнись, Найл, – рявкает Луи, напряженный. – Просто заткнись, – дрожащим голосом выдает он.

Проходит еще несколько минут молчания. Мое сердце больно ударяется о грудь, и я больше не могу тупо сидеть и смотреть, когда Гарри выбежит. Если бы он мог самостоятельно выбраться, то давно ужа бы сделал это.

– Он уже должен быть здесь, – я тянусь к дверной ручке, но двери заблокированы. – Найл, открой мне... прошу тебя...

– Нет, – твердо отвечает вместо него Луи. – Не смей, Найл. Мы ждем. Он сказал ждать.

– Луи, пожалуйста! Он может быть ранен! Вдруг, ему нужна помощь! – мой голос срывается, а слезы текут по щекам.

– Выходи, – говорит Найл, разблокировав двери.

– Что ты творишь?! – орет Луи, пытаясь ухватиться за меня, но я вырываюсь вперед и вылетаю из машины.

Ветер хлещет по лицу, смешивая слезы с дымом. Я бегу к зданию, глазами цепляясь за каждую тень и силуэт. Я кашляю, приближаясь к месту и мимо меня бегут люди.

– Гарри! – мой крик разрывает воздух, но мне отвечает только треск пламени.

И тут происходит самое страшное. Здание начинает рушиться прямо на моих глазах. Вначале слышится глухой грохот, будто гром вдалеке, но на небе нет ни облачка. Затем раздается скрежет металла, и стены начинают оседать.

Мое сердце уходит в пятки. Кирпичи с грохотом падают на землю, создавая ошметки пламени. Дым столбом поднимается к небу, огонь вырывается наружу, жадно пожирая обломки.

– Нет! – я падаю на колени, мои ноги не держат меня.

Слезы текут по моим щекам, а в глазах застывает ужас. Я прижимаю обе руки ко рту, оглушая крик, который рвется наружу.

– Гвен! – голос Луи режет по ушам, он догоняет меня и хватает за плечи. – Назад, черт побери! – тянет он меня.

Я кричу, вырываюсь, но Луи не отпускает меня. Он крепко держит меня, таща подальше от здания. Взрыв гремит так близко, что мне кажется будто земля под ногами дрогнет. Пламя поднимается к небу, унося мою надежду, которую я не теряла до  последнего. Здание окончательно рушится, бетонные стены падают, унося с собой человека, который стал смыслом жизни для меня.

– Гарри! – кричу я, пытаясь отцепить Луи от своей хватки.

Моя душа разрывается на части, как и здание, которое отобрало у меня мое будущее. Луи укрывает меня своим телом, когда крыша ломается и осколки разлетаются по земле. Запах невыносимой гари витает в воздухе. Пепел летит повсюду.

– Ты обещал мне, Гарри! Ты обещал на мне жениться! Ты обещал, что выберешься! Ты обещал, что мы уедем отсюда! – кричу я под Луи.

Меня трясет от осознания, что его больше нет. Плечи дергаются, и я рыдаю во все горло, готовая пристрелить себя.

– Он погиб, – плачу я, хватаясь за плечо Луи. – Он погиб...