Глава 39

Домой я вернулась уже ночью. Дженни спит, а Виктория ждала меня. Как только зашла, она меня спрашивает:

- Луиза, ты как?

- Ничего не спрашивай…

Иду быстро к себе, а там сразу в душ. Хоть я принимала душ в номере отеля. Все равно продолжаю чувствовать себя грязной. Сидя в душевой под струями воды, меня накрывает истерика. Не помню, когда мне было хоть раз так хреново. Мне хочется кричать до хрипоты и рвать волосы на голове…

Кое-как поборола в себе это и уже под холодной водой вымыла кожу своими средствами. После душа, я хотя бы пахну собой… Иду к дочери, она мирно спит в своей кроватке. Я так сильно ее люблю, что пойду на все. Как все закончится, я все-таки отнесу ее к другому врачу. Я сделала бы это сейчас. Но сейчас она хорошо себя чувствует и это пока ждет…

- Моя малышка… Я на все готова ради тебя…

Утром встала раньше, чем Дженни. Пошла готовить завтрак для нее. Только включила плиту, раздался голос Виктории:

- Он даст денег?

- Да. Как только адвокат выставит счет, так что можно нанимать хоть самого хорошего.

- Ты уверена, что он действительно оплатит? То есть, ты провела с ним всего день, и он готов заплатить любую сумму? Пахнет разводом.

Нехотя говорю, не смотря на нее:

- Заплатит. Так как по истечению суда…, при любом решении суда, я уезжаю с ним. С Дженни или без нее.

Я уже устала плакать, но с глаз снова потекли слезы.

- Луиза… Ты же несерьезно?

- Прости, у меня нет выхода. Поэтому необходимо нанять лучшего адвоката, чтобы Дженни осталась со мной.

Я думала нанять Мираэллу Брэскит. Ту, которая занималась нашим с парнями освобождением. Но она работает над каким-то делом. В итоге наняли другого. Он опытен, в списке множество выигранных дел. И его услуги стоят очень дорого… Авансом он запросил двадцать тысяч. Если дело выиграет, доплатить еще пятьдесят. Хоть Ричард сразу перевел деньги, я все равно в шоке от таких цен… За эти деньги он просто обязан доказать в суде, что Дженни лучше со мной… Но уже на первом слушание моя уверенность в моем адвоката дрогнула. Дэмиан нанял Мираэллу Брэскит … Твою же мать…

На протяжении первого слушания, я старалась держать себя в руках и быть уверенной. Но когда Мираэлла перечислила вид моей деятельности. Особо уделяя внимание каждому роду деятельности, как крайне ненадежному и неправильному для матери. Меня трясло не на шутку. Еще и всплыло то, что в восемнадцать лет, беременной я работала в баре незаконно. Там, где меня угощали алкоголем. К этому еще то, что неофициально наношу татуировки. Уже за это мне впаяют штраф… И спасибо, что не арест. В Америке очень серьезно относятся к любой деятельности, если не платить налог за доход.

На фоне меня, Дэмиан идеал. Стабильная работа, приносящая колоссальные деньги, море возможностей для дочери. И в конце концов, мужчина обладает такими же правами, как и женщина на воспитание ребенка.

Что же касается моего адвоката… То он гнул линию, что ребенку всегда лучше с матерью. Частые переезды будут вредны для ребенка. Приводил к сведению мою ответственность в погашении долгов государству. И мою ответственность перед дочерью, но это «съела» тут же Мираэлла, предоставив доказательства того, что Дженни болеет, а я «забила» на ее лечение. Мой адвокат только раздул ноздри и потребовал отсрочки. Следующее слушание назначили через три дня. И как только мой адвокат остался со мной наедине, предъявил:

- Почему я только в суде узнаю, что ты работала в восемнадцать лет барменом, будучи беременной? А почему ты не уделяешь внимание здоровью ребенка, когда это необходимо?! Как мне сейчас с этим работать?!

- Все плохо?

- Да. Все чертовски плохо. Сама посмотри на всю ситуацию как бы со стороны другого человека. Что ты подумаешь?

- Что ребенок должен остаться с матерью!

- Я тебе уже так скажу. Судья и присяжные хоть и старались не подавать вида. Но больше склоняются к отцу ребенка.

- Нет…

- Да! Нужно было ВСЁ мне говорить! А теперь я не знаю, как подать объяснение всему этому.

- Нужно просто проверить Дженни у другого врача. И я думаю, она не болеет…

- Так почему не проверили? У вас была масса времени! А сейчас поздно с этим. Он отец ребенка и имеет такое же право решать, какие процедуры проводить с ребенком. Он будет против, так как прекрасно понимает, что этот факт отлично работает против тебя. А если ты сама займешься этим без его согласия, тебе это выйдет боком.

- И что теперь делать?

- Опеку не выиграть. Но он будет клонить к тому, чтобы ты вообще не приближалась к ребенку до ее десятилетнего возраста.

- Нет… черт, только не это…

- С этим можно работать. Только скажи мне, есть еще что-то, чего я не знаю?

- Нет. Больше ничего.

Совершенно в разбитых чувствах отправилась домой. Я уже почти потеряла мою малышку… Возможно, больше не увижу ее. Не увижу, как она растет, идет в школу, в колледж, ее свадьба… Боже, я же не выдержу…

Пришла домой, с Дженни сидел Ройс. Я сразу подошла к ней и взяв на руки, крепко обняла. Дженни гладит меня по голове, что-то не совсем внятно болтает. Иногда только разбираю:

- Мамочка, не плачь. Я люблю тебя. Очень, очень.

- А я тебя, малышка. Люблю тебя больше всего на свете. Ты же знаешь это?

- Ага…

- Ты же это будешь помнить?

Дженни смеется и целует меня.

- Зайка моя…

Дни до суда идут очень быстро, я опомниться не успела и вот я снова в суде. Первый выступал мой адвокат и вполне убедительно говорил, что Дженни еще маленькая и для нее будет огромным стрессом переезд и новый член семьи. Без отсутствия матери это будет душевной травмой для ребенка. Но на этом успешное выступление закончилось. Мираэлла давила на прошлые темы и на то, что Дженни лучше меня вообще не видеть, пока не повзрослеет. Иначе будет страдать еще больше. Эти темы мусолили около сорока минут. И вердикт суда был такой: Права опеки официально передаются Дэмиану. Мне запрещено видеться с ребенком первые полгода. Только если сам Дэмиан пожелает, чтобы ребенок общался с матерью. Полностью все, что связано с ребенком, решает он. Здоровье, образование, развитие. Абсолютно все. А меня больше нет в жизни моего ребенка. После того как судья объявил слушание законченным, я встала на ноги, совершенно не понимая, что происходит. Я даже пол под ногами не чувствую. Если бы не надежда, что я когда-то увижу дочь… Я бы сразу пошла и прыгнула в пропасть, как только он заберет ее.

Я иду по коридору и вижу выход… но он как-то стал расплываться, меня тошнит, а в ушах стало закладывать. Когда подкосились ноги, я уже не могла себя контролировать…

Следующее, что произошло, я увидела потолок и несколько лиц надо мной. Кто-то хлопает меня по щекам. И тут появляется Дэмиан.

- Что с тобой?

Поднимаюсь на ноги с помощью рядом стоящих и говорю ему:

- В жизни не думала, что буду тебя так ненавидеть.

Медленно пошла на улицу. Как только вдохнула воздуха, стало немного легче. Хотя бы голова так не кружится.

Прежде, чем ехать домой, увидела церковь и решила зайти. Я не религиозный человек. Хоть и часто говорю: «Боже мой» и «Господи», но это уже как часть неосознанной речи. В серьез я только один раз просила помощи у Бога. Когда шла домой в тринадцать лет. После того как украла деньги у папаши. Видимо, у Бога были дела поважнее, и я попала в госпиталь… После того раза мне было проще не верить в Бога, чем в то, что он есть, но я чем-то не угодила. Но сейчас…

Зайдя в священные стены, меня окутывает спокойствие. Тут почти никого нет, только пара священнослужителей. Высокие колоны держат голубой потолок, сделанный в причудливой форме. По верху стен большие окна, заполненные мозаикой с изображения святых. Конечно, я никого из них не знаю.

Иду меж скамеек и слышу каждый свой шаг. Сажусь на самую первую скамью. Чувствую себя глупо и как будто мне тут не место… Но то, зачем я пришла, это не для меня. Все-таки говорю практически одними губами, смотря на распятие:

- Мама дала мне имя Сэм… Что значит «слушающая Бога». Какая ирония, что я не верю в Бога… Как глупо… И никогда не стала бы обращаться к тебе за помощью или советом, напутствием и что там еще у тебя клянчат... И поверь, не собираюсь этого делать когда-либо. Особенно после того, как меня чуть не убил родной отец. Но моя дочь…, невинная малышка…. И я прошу за нее. Прошу, присмотри за ней. Я ее очень люблю, но ее у меня отнимают… Просто присмотри за моей девочкой.

Не найдя больше сил на слова, что застряли в горле из-за непролитых слез, встала и пошла на выход.

Приехала домой и Ройс с Вики сразу наперебой спрашивают:

- Ну как закончилось?

Не успела ответить, приходит сообщение от Дэмиана:

«В девять часов вечера заберу Дженнифер.»

С глаз снова полились слезы, и отдала телефон им. Пошла к дочери, сейчас она спит… Я намерена провести с ней каждую минуту… Но пока она спит, нужно написать все то необходимое, что должен знать Дэмиан об Дженни. Это не ради него, а для нее. Для нее это еще больший стресс, чем для меня. Вырываю лист из своего альбома, в котором я уже давным-давно ничего не писала, и вот пишу инструкцию к своей дочери.

Когда Дженни проснулась и покушала, стала вместе со мной собирать ее вещи. Она даже не понимает почему. Для нее это игра. Последнее время она стала выдумывать игры исходя из мультиков, что смотрит. Каждый день новая игра. Сейчас мы с ней гномы, которые складывают сокровища. Нужно ей как-то объяснить, что сегодня произойдет, но я не знаю какие слова найти и когда уже хотела хоть что-то сказать, звонит мой телефон. Это Ричард.

- Ну как прошло?

С большим трудом я ему все рассказала и замолчав, стараюсь не реветь. А Ричард говорит:

- Ну…, это было ожидаемо. В его случае у него больше плюсов.

- Пожалуйста, давай только ты не будешь давить на это.

- Как скажешь. Луиза, ты помнишь наш уговор?

- А ты мне дашь забыть?

- Я трачу серьезные деньги. И должен понимать, что не зря. Не заставляй меня жалеть о том, что я не брал с тебя документально заверенное согласие.

- Да выполню я свое обещание! Выполню! Все равно мне уже терять нечего…

- Если ты думаешь, что будешь жить как пленница, ты ошибаешься. Я весь мир принесу к твоим ногам. Все возможности и желания будут перед тобой.

- Ричард… Не в этом счастье.

- Завязывай реветь. Если тебе так нужен ребенок, я сделаю тебе ребенка. Я даже в прошлый раз не давал тебе таблетку.

- Я сама выпила нужные таблетки.

- Ладно, через несколько дней я вернусь и заберу тебя. Адвоката я уже оплатил. Хоть он и не справился.

Надоело его слушать и отключила телефон.

Каждая секунда с дочерью сокращается до мгновения. Я пытаюсь насладиться каждым этим мгновением. Но время идет… и чем ближе время разлуки, тем сильнее меня пробивает дрожь. Как-то слышала, чтобы понять, где находится душа у человека, чтобы вообще почувствовать душу, необходимо пережить самое сильное потрясение в своей жизни. И сейчас я понимаю, о чем были эти слова. Кажется, что сердце может остановиться, щемящее чувство в груди мешает дышать и я задыхаюсь в этом чувстве. Скоро уже приедет Дэмиан, и заберет у меня мою жизнь…

Дженни, пробегая мимо меня, останавливается и внимательно смотрит. Она такая красивая… Голубые глаза. Длинные, черные ресницы. Пухлые губки. Я смотрю на нее и вижу в ней весь свой смысл жизни…

- Мамочка, ты плачешь?

- Иди ко мне, детка…

Беру ее на руки и крепко обнимаю. И уже не могу контролировать слезы. Боже…, как же я не хочу ее отдавать…

- Детка, Джен. Послушай меня внимательно. Скоро приедет папа и заберет тебя.

- А куда?

- К нему домой.

- А надолго?

Вот как объяснить ребенку, что теперь ее день будет начинаться и заканчиваться не рядом с мамой, а с отцом, которого она даже не знает. Кто для нее совершенно чужой человек!

- Малыш, помни, что папа хороший человек. Он любит тебя и хочет с тобой подружиться. Не бойся его, он никогда не обидит тебя.

- Я не понимаю…

- Маленькая моя, я не смогу больше быть с тобой. Теперь ты будешь жить с папой.

Дженни вытирает мне щеки от слез и говорит с улыбкой:

- Мамочка, я буду жить с тобой… только не плачь! - Обнимает меня и ложится головой мне на плечо, а я уже с ума схожу…

Раздается стук в дверь, и я сразу подрываюсь с Дженни на руках. Смотря на дверь, только прошептала:

- Еще рано. Только через два часа он должен приехать…

Виктория идет открыть дверь, бросив на меня тревожный взгляд. Я настолько сильно боюсь этого момента, когда увижу Дэмиана на пороге, что даже Дженни замерла. Я понимаю, если бы я была спокойнее, Дженни легче перенесет расставание. Но я и так сдерживаюсь изо всех сил.

И вот как в замедленной съемке Вики открывает дверь и там стоит Дэмиан и Мэри, соцработник. Я даже глаза закрыла от страха.

- Луиза. Пора…, - говорит мне Дэмиан. От его голоса, Дженни вцепилась мне в волосы и ее тельце замерло, полностью рассчитывая на мою защиту.

- Дэмиан, ты сказал в девять часов вечера. Еще рано…

- Уже семь. А в десять часов она должна спать.

- Прошу…, умоляю тебя…, дай мне время.

- У тебя было два с половиной года. - Идет ко мне и когда уже стал отнимать от меня дочь, Дженни со страхом и отчаянием стала цепляться за меня:

- Мама… Мамочка!

Когда она оказалась в его руках, я зажимаю ладонью рот, а Дженни крутится в его руках, уже заплакав и постоянно крича:

- Нет! Отпусти! Мамочка! Мама!

Малышка уже переходит на крик и захлебывается в плаче, когда Дэмиан пошел на выход, а я следом за ним. Он садится в машину с моей дочерью. Потом села Мэри на переднее сидение рядом с водителем и машина трогается с места. Я выбегаю на дорогу и иду за машиной. Через заднее стекло вижу, как Дженни крутится и Дэмиан, наверное, пытается пристегнуть ее детскому сиденью. Машина поворачивает за угол, а я оседают на асфальт. Такое чувство, что из моей груди вырвали сердце…, я даже не знаю, когда смогу увидеть мою малышку.

- Пойдем… - Тянет меня за руку Ройс. Я поднимаюсь и иду за ним в дом. Там стоит Вики, прижав руки ко рту, плачет. Как только я переступила порог, она кинулась обнимать меня.

- Ничего, скоро ты ее увидишь…, -  тихо попыталась подбодрить меня.

Но моя душа рвется на части не только из-за того, что я ее долго не увижу. Вернее, именно сейчас я с ума схожу из-за того, что моей дочери страшно. Она не понимает, что происходит, почему ее мама отдала постороннему человеку, почему не защитила... Она еще очень маленькая, чтобы понимать права опеки. Он даже не дал ей время привыкнуть к нему…

Вики отпустила меня и куда-то ушла. А я смотрю на сумки, которые собрала со всем необходимым для Дженни. Я совсем забыла про них… Теперь мне остается только надеяться, что он подготовил квартиру для приезда дочери.

На полу разбросанные игрушки и сердце обливается новой волной крови. Взяла ее любимого плюшевого зайчика и прижала к себе. Ее нет со мной всего несколько минут…, а я уже не знаю, как дальше жить. Как дождаться того дня, когда я ее увижу?

- Вот, возьми. Это успокоительные. - Вики протягивает мне пилюли.

- Не нужно…

Отхожу от нее и сев на подоконник, смотрю в окно…