Глава 16

– Ты так побледнела. Все хорошо?– Все нормально. Не беспокойся... Просто я... извини. – Я отпускаю Лоренса и, оставив его стоять посреди бального зала, спешу выбежать из помещения. Я бегу, натыкаясь на сердитых гостей и официантов, пытающихся не уронить подносы с шампанским и деликатесами. Я бегу, спасаясь от Ронана, Лоренса, от боли, в которой тону, бегу, не останавливаясь, пока не оказываюсь снаружи, в саду, окружающем дом.Перед глазами мелькают картинки – Ронан с той женщиной, его губы на ее коже, то, как интимно он целовал ее. Ревность запускает свои острые когти мне в грудь, и у меня темнеет перед глазами. Я твержу себе, что не имею права на такую реакцию, что я сама его отпустила, что мне должно быть плевать на то, что он с ней, однако убедить себя не выходит. Мозг приказывает забыть его, но сердце – мое глупое, вероломное сердце – не поддается.Когда мое дыхание наконец-то выравнивается, я перехожу на шаг и несколько минут бесцельно брожу, сосредоточив внимание на окружающем мире. Мои высокие шпильки проваливаются в мягкую землю. Хруст травы – единственное свидетельство того, что я здесь. После недавнего дождя в воздухе висит запах земли и осени.Дойдя до фонтана, спрятанного за увитой цветами беседкой, я останавливаюсь. Здесь темноту озаряет только свет серебристой луны. Звуки музыки, доносящиеся издалека, ласкают мне душу в такт ласкающему кожу осеннему бризу. Когда мимо проносится порыв ветра, от которого листья на деревьях пускаются в пляс, я отмираю. Поднимаю лицо и смотрю в небо, надеясь, что спокойствие мира вокруг усмирит мой внутренний шум.Бесполезно.Я устало обхватываю себя за живот и впервые за вечер позволяю себе снизить бдительность. Я без сил. Мне хочется одного: свернуться в клубок и заплакать.Я горько смеюсь. Сколько бы я ни пыталась сбежать от Ронана, он всегда меня настигает.Вздохнув, я решаю, что пора вернуться на вечеринку. Стремление отправиться прямиком к Лоренсу, к его надежным объятьям становится неодолимым. Меня гложет чувство вины, но думать получается только о том, чтобы скорее вернуться к нему и обрести утешение в его руках и в его завораживающих поцелуях.Пока я поправляю платье, сзади вдруг раздаются чьи-то шаги. Подумав, что это Лоренс, я натягиваю на лицо фальшивую улыбку и оборачиваюсь.– Прости. Я не хотела вот так убегать... просто я...– Привет, Блэр, – слышу я мужской голос, и меня бросает одновременно в холод и в жар.Я пытаюсь сглотнуть, но такое ощущение, что мой рот забит ватой.– Что ты здесь делаешь?Мой ночной спутник выходит из тени, позволяя мне увидеть мучительно прекрасные черты своего лица. В этом дорогом смокинге он выглядит совсем другим человеком. Недосягаемым. С зачесанными назад каштановыми волосами и чисто выбритым лицом он похож на незнакомца. Пока он идет ко мне, я замечаю, что еще он стал гораздо самоуверенней.– Наслаждаюсь твоим миром, Блэр, – отвечает он, улыбаясь. В его улыбке нет былого тепла, от которого у меня все трепетало внутри.– Правда? И как тебе? Нравится?Он пожимает плечами.– Вполне.Я знаю, что лучше смолчать, но не могу удержаться. Я должна это выяснить.– Не знала, что ты увлекаешься женщинами постарше. – Мои глаза, изголодавшиеся по нему, путешествуют по всей длине его тела. Я замечаю на нем дорогие часы. Из тех, что он бы не смог позволить купить себе сам. – Трахаешь ее ради денег?Он нагло улыбается мне.– Как я уже сказал, я наслаждаюсь твоим миром и всем, что к нему прилагается.Я смеюсь, пытаясь скрыть то, как сильно он меня ранил.– О, как низко могут пасть даже благороднейшие из нас.Невозмутимо – словно моя насмешка не задела его – Ронан достает из внутреннего кармана своего черного пиджака пачку «мальборо». Вытряхивает из нее сигарету, сует в рот и прикуривает. Глубоко затянувшись, он запрокидывает голову и выдыхает дым в небо. И я, глядя на него, понимаю, что он изменился не только внешне. Он изменился весь. Раньше его не окружала аура безбашенности и уверенности в себе. Теперь он всем своим обликом заявляет, что плевать хотел на то, что о нем думают люди. И вместе с тем умудряется выглядеть, как чистый секс.– Ты в курсе, что курение убивает? – Я забираю у него сигарету, подношу к губам и затягиваюсь. – Не знала, что ты куришь, – говорю и, вернув ее, выпускаю дым.В момент, когда наши пальцы соприкасаются, а взгляды встречаются, меня прошивает дрожь.– Есть способы умереть и похуже.Неожиданно он касается моего ожерелья. Пальцами ведет по нему и саркастически хмыкает.– Как мило, Блэр.Я бью его по руке.– Не трогай меня.– Забавно. А ведь было время, когда ты упрашивала меня об обратном.– Серьезно? Не припоминаю такого, – роняю я пренебрежительным тоном. Отвернувшись от горящего в его глазах ада, я смотрю в ночь. Обхватываю себя за плечи, чтобы удержаться и не броситься к нему с признанием, что я помню все.– Ты когда-нибудь думаешь обо мне? И о нас? – слышу я его голос.Каждый день и каждую ночь. Ты преследуешь меня во сне, наяву – каждую секунду, которую я провожу без тебя.– Нет. О чем тут вообще можно думать?Ронан подходит влотную ко мне. Подняв руку, касается большим пальцем моей нижней губы, и меня моментально охватывает желание закрыть глаза и раствориться в его прикосновении.– Что в тебе такого, что сводит меня с ума? – Пока взгляд его карих глаз держит меня в плену, его ласка начинает делать мне больно. – Почему у меня не выходит освободиться? Даже когда я по самые яйца нахожусь в ней, ты все равно умудряешься отравлять мои мысли.– Ты свинья, – говорю я, отталкивая прочь его руку.Я не хочу оставаться ни секундой дольше наедине с ним и потому разворачиваюсь, но не успеваю сделать и пары шагов, как Ронан ловит меня за левую руку и, заломив ее мне за спину, притискивает к себе так резко, что я выдыхаю. Я пытаюсь вырваться на свободу. Не получается. Я вся в его власти, и он это знает. Я – глина в его руках.Тяжело дыша, Ронан обхватывает мою грудь. Прикосновение грубое и призвано наказать нас обоих.– Он хорошо тебя трахает? Не хуже меня?Его рука скользит вниз, трогает меня там. Натягивая ткань платья, погружается мне между ног.– Он отлизывает тебе так же хорошо, как и я?– Ронан, хватит, – молю его я, задыхаясь от боли и страсти.– Знаешь, я ведь любил тебя. Но теперь смотрю на тебя и понимаю, что зря тратил время.Раздавленная его словами, я использую единственное оставшееся у меня оружие – свое тело. Вжимаясь в него, я тянусь вниз и стискиваю его эрекцию.– Тогда почему у тебя стоит? – мурлычу.Отпустив мою руку, он на шаг отступает. Он кажется холодным и полностью контролирующим ситуацию, но я знаю, что происходящее не могло его не затронуть.– Потому что нельзя отрицать: трахаться ты умеешь отменно. Может, это все, на что ты годна.Я со всей силы, до красного отпечатка на коже бью его по лицу. А он, коснувшись своей правой щеки, улыбается.– Правда ранит, да, Блэр?Меня всю трясет.– Иди к черту, Ронан.Когда я начинаю уходить, он ловит меня за руку и снова притягивает к себе.– Как, я даже не получу прощального поцелуя? – зло шипит он мне в ухо, и от его теплого дыхания меня пробирает трепет.Мое сердце бьется так быстро, словно скоро взорвется. В такой близости от него воспоминания уступают место реальности. Его прикосновения вновь становятся настоящими, они прожигают меня насквозь и обращают в пепел. В ноздри, опьяняя меня, врывается его запах. Ронан здесь, совсем рядом – и в то же время как никогда далек от меня. На мгновение у меня возникает мысль – так вот на что похож ад.– Что... – Я пытаюсь высвободиться из его хватки. – Отпусти меня, Ронан.– Нет, Блэр. – Его руки сжимаются туже. – Ты вообще когда-нибудь любила меня? Или я был для тебя очередной игрушкой?– Какая разница? Между нами все кончено. Я с Лоренсом.– Вранье, снова вранье. Ничего нового не можешь придумать?Я дергаюсь сильнее.– Убирайся.Он отвечает мне нахальной улыбкой.– С радостью. Но сперва сделаю это.Он запускает пальцы мне в волосы. Обхватив мой затылок, тянет к себе, пока наши рты не сливаются воедино, и мое тело, пронизанное ощущением, что я вновь обрела нечто утраченное, моментально начинает реагировать на него, на его прикосновения, на агрессивные движения языка.И все же наш поцелуй полон не только желания, но и ненависти.Он горит огнем у меня на губах, расплавляет меня, сжигает дотла.Он словно восхитительная война.И словно возвращение домой после долгой разлуки.Ошеломленная, околдованная им, я таю в его объятьях и позволяю эмоциям одержать победу над логикой. Наши языки сплетаются в страстном сражении, которое требует полной капитуляции от нас обоих, и на мгновение я сдаюсь, опьяненная его вкусом, его запахом, им самим. Я толкаюсь к нему с такой силой, словно хочу сплавить наши тела воедино, пока сквозь меня – или сквозь него? – проносится дрожь. И, боже, как это хорошо. Но вскоре на меня обрушивается реальность, и я осознаю, что наделала. Чему я разрешила случиться. Я упираюсь ладонями ему в грудь и отталкиваю его, резко оборвав поцелуй.Моя грудь быстрыми толчками вздымается и опадает. Я смотрю на совершенно спокойного Ронана – его наш поцелуй будто бы и не тронул, в то время как я еле стою на ногах.– Чувствуешь, Блэр? Вот она, правда. Но ты продолжай себе врать. Мне уже все равно.Тыльной стороной ладони я тру свои губы, пытаюсь унять жжение, которое оставил его поцелуй, а может, пытаясь втереть его глубже, пока оно не окажется впечатано в кожу. И в этот момент слабости я срываюсь.– Ты должен был исчезнуть из моей жизни. Ты не должен был возвращаться и все портить.– Но я вернулся. – Убрав мою руку, он трет большим пальцем мою губу. – И что ты намерена с этим делать?– Ничего. Я теперь с Лоренсом.При упоминании Лоренса его лице темнеет от ненависти.– Я любил тебя, Блэр. Я бы мог подарить тебе целый гребаный мир.Мои глаза обжигает слезами.– Нет, не мог бы. А Лоренс может.На этом я срываюсь на бег и мчусь за спасением к вечеринке – пока не успела выставить себя на посмешище и взмолиться, чтобы он принял меня обратно.РонанГлядя, как она убегает от меня, я приваливаюсь к дереву и обмякаю. Дрожа, лезу за сигаретами, достаю одну и сую себе в рот. Щелкая зажигалкой, я бесстрастно отмечаю то, как сильно трясутся у меня руки. Сделав глубокую затяжку, я закусываю губу, выдыхаю дым. Я хочу прогнать с языка ее вкус, пропитанный надеждой и страхом, но все равно ее чувствую. И это настоящая пытка.Проклятье.Вернувшись в дом, я отправляюсь на поиски Рэйчел и нахожу ее в компании Алана и Лоретты Вандерхолл. Улыбка на ее лице – натянутая и неестественная. Выходит, она знает.Я обнимаю ее за талию и шепчу ей на ухо:– Хочешь уйти отсюда?Она накрывает мою руку своей. Кивает. И, пока мы идем к выходу, замечает невыразительным голосом:– Она очень мила, Ронан.– Не думай о ней. Она в прошлом. – Глядя ей прямо в глаза, я подношу ее руку к губам и целую. – Я смотрю в будущее, а все остальное не имеет значения.На следующее утро я увольняюсь с работы, а потом звоню Карлу. Мое первое интервью будет журналу Times, и оно назначено через две недели.Я забуду тебя, Блэр. Вот увидишь. Пусть и ценой своей души, но я сломаю свою любовь к тебе.