Глава 4

Александр

Если бы вы меня спросили, отчего я торчу возле галереи Арии, ожидая, пока та подзаработает, я бы в замешательстве пожал плечами, не зная, что ответить.По правде говоря, я бы сказал, что пришел отдать долг за проигранное пари. Однако, с легкостью отправил бы чек по почте. Значит, деньги — не единственная причина моего присутствия.Возможно, я, как поборник истязания собственной плоти, втайне желаю то, что никогда не станется моим.Быть может, я просто глупец. А скорее всего, то и другое.Я не могу изгнать эту девушку из своих мыслей, с того самого момента, как впервые услышал ее бойкий язычок в ночь нашего знакомства, и последняя встреча в доме МакКинли лишь приблизила меня к краху всех установленных правил.Была бы такая большая беда в одной ночи? Разумеется, нет. Я не сомневаюсь, что Ария исполнила бы любую из моих фантазий.Но такая девушка, как она, сожрет меня, а потом выплюнет, едва закончив. Я захочу большего, а она просто отшвырнет меня, получив желаемое. Я не хочу быть привязанным к той, которая не желает меня, настоящего меня, той, которая жаждет лишь ночи с профессиональным спортсменом.Слишком много тягости обрушится на меня после одной ночи близости. И это одна из причин, по которой я намеренно проиграл в аэрохоккей.Ария на самом деле не хочет свидания, к тому же ей явно нужны деньги. Я не пожелал отнять их, чтобы принудить к ужину.Я слезаю с мотоцикла, как только замечаю, что она выходит из галереи. Длинные волосы спадают на плечи мягкими переливающимися волнами. Густые брови выгибаются над темными глазами, а красная помада делает пухлые губы манящими, контрастируя с черным вязаным платьем, облегавшим пышные формы. Черные кожаные ботильоны стучат по мостовой, как только Ария выходит на улицу.Боже, она сногсшибательна.Ария запирает входную дверь, оборачивается и ахает, увидев меня.Я морщусь и поднимаю руки:— Прости, не хотел тебя пугать.— Черт, — проговаривает она, широко распахнув глаза и сжав грудь. — Нельзя такподкрадываться, еще и в черном.— Я не подкрадываюсь. Стою здесь, на виду. Думал, ты заметила меня, — я тру ладоньо ее спину. — Ты в порядке?Она вздрагивает от прикосновения и отшатывается.

— Со мной все нормально. Теперь ты еще преследуешь меня?— Я хотел вернуть деньги, которые должен. Мог бы позвонить, но подумал, что ты не ответишь, если не узнаешь номер, поэтому Кэсс сказала, где ты работаешь.— Предательница, — шипит она. — А кто сказал, что я бы ответила, если бы даже и узнала номер?— Задела за живое, — усмехаюсь я. — Позволь подвезти тебя домой. Она бросает взгляд на мотоцикл.— У тебя есть мотоцикл?— Ну да, а что?— Я ожидала, что ты будешь водить «Камри» или минивэн. Что-нибудь надежное и безопасное.— Похоже на оскорбление.— Это не оскорбление, если является правдой— Ну давай же, — я протягиваю запасной шлем, который принес для нее. — Позвольдовезти тебя.— Спасибо, но пойду пешком.Я следую за ней.— Я отвезу тебя быстрее.— Отказываюсь садиться на эту штуку.— Я очень осторожный водитель.— На мотоцикле таких не бывает.Я хмурюсь.— Ты часто ходишь одна поздно вечером?— Каждый день.— Это небезопасно.— Я вполне могу о себе позаботиться, Большой Парень.— Знаешь, сколько девушек похищают в этой стране каждый год?— А что насчет аварий на мотоциклах, а? Статистику по ним тоже знаешь?Я направляю ее к зданию, сам же оказываюсь ближе к проезжей части.— Знаю, и на мотоцикле ты в большей безопасности, чем ночью пешком в Джерси-Сити.— Слушай, Фруктовый кекс, моя квартира меньше чем в десяти минутах ходьбы отсюда.Поэтому, если можешь пропустить лекцию об опасности чужих тебе людей и перейти к оплате, я буду действительно признательна.Я поворачиваю рюкзак перед собой и дергаю молнию, прежде чем достать конверт изнутри.— Вот, держи.Она поднимает клапан конверта, и глаза увеличиваются вдвое, когда Ария перебирает наличные.— Александр, это слишком много.— Ты попросила меня отдать столько, сколько я бы потратил на свидание. — Невозможно потратить две тысячи долларов на свидании.— Кто сказал?Она заикается:— Все. Это безумие. На что ты мог бы потратить такие деньги?

— Думаю, ты никогда не узнаешь, потому что не пойдешь со мной на свидание.Она не ошибается. Обычно я не потратил бы столько на свидание, но Ария выглядит так, словно нуждается в деньгах, и мне ее жаль.Она закатывает глаза, засовывая конверт в сумочку. Спустя мгновение манера поведения становится искренней:— Спасибо. Серьезно, мне действительно нужны деньги, поэтому я ценю это.— Не возражаешь, если я спрошу, зачем тебе деньги?— Мне нравится работа, но начальник отвратителен. Я откладываю на то, чтобыоднажды открыть собственную галерею, — она фыркает и качает головой. — Это пока что только мечта.Я снимаю куртку и оборачиваю вокруг ее плеч, чтобы Арии было тепло. — Вот.Она уклоняется от меня.— Я в порядке.Но я все равно накидываю куртку ей на плечи.— Холодно. Просто надень.Ария оставляет ее висеть на плечах, вместо того, чтобы просунуть руки в рукава изастегнуть молнию.Засранка.— Почему твой начальник отвратителен? — спрашиваю я.— Он сексистская свинья, которая считает, что имеет право сексуально домогаться своих сотрудниц.Я спотыкаюсь.— Прости, что? Он домогается тебя?Она пожимает плечами, словно это пустяк.— Он не пристает ко мне и ничего такого.— Но заставляет чувствовать себя некомфортно?— Он не первый мужчина, который делает пару грубых замечаний, и не последний. Мнепросто нужно выждать время, пока не смогу уйти оттуда и открыть собственное дело.Я оглядываюсь через плечо, раздумывая, не вернуться ли к галерее.— Твой начальник все еще там?— Нет, он ушел раньше. И ты не собираешься врываться туда как какой-нибудьчрезмерно опекающий тупица и устраивать драку. Мне не нужно, чтобы меня уволили.Я сжимаю челюсть, стискивая зубы.— Ладно. Но скажешь, если он когда-нибудь поднимет на тебя руку.— Как уже сказала, я взрослая девушка и могу о себе позаботиться. Спасибо за деньги,но не нужно беспокоиться обо мне.Мне становится интересно, кто за нее беспокоится, есть ли вообще такие. Очевидно, чтоАрия уже давно сама о себе заботится. Из-за семьи или кого-то еще эта девушка думает, что она совсем одна в этом жестоком мире?Я меняю тему, чтобы не расстраивать ее.— Кэссиди сказала, что ты придешь на игру завтра, поэтому подумал, что тебе нужно что-нибудь надеть, — я снова лезу в рюкзак и достаю желто-черную майку с номером шестнадцать.— Это твоя? — она берет ее, держа перед собой.

— Одна из, да.Она смотрит на меня, прежде чем слишком быстро отвести взгляд.— Спасибо.— Ты хоть что-нибудь знаешь о хоккее?— Только если речь об аэрохоккее.Я усмехаюсь.— Думаю, тебе понравится. У тебя, похоже, соревновательный характер, а хоккей —захватывающая игра.Ария замедляет шаг, когда мы приближаемся к высотному жилому дому.— Что ж, пришли, — она протягивает куртку. — Ты уверен на счет денег? Это...слишком много.— Считай это инвестицией в твою мечту, — я пожимаю плечами. — К тому же, тывыиграла честно, помнишь?Она одаривает меня искренней улыбкой, широкой и прекрасной. — Спасибо.Нежность согревает грудь.— Спокойной ночи, язва.Она подмигивает мне.— Спокойной ночи, кексик.