Не всё, но больше, чем было

Т/И пришла в себя к вечеру.Свет в лазарете был тёплым, тусклым. Лампы трепетали, как свечи в ветре.

Первое, что она почувствовала — тупую боль под рёбрами.Второе — мягкость простыни.Третье — взгляд.

Он сидел рядом.Драко.Молча.Глаза красные, будто не моргал с утра.Когда она пошевелилась, он встал, будто от испуга. Потом сел обратно.

— Ты... здесь, — сказала она слабо.— Да.— Сколько времени прошло?— День. Почти два.

Молчание.Она медленно поднялась. Тело отзывалось болью, но двигалось.

— Ты спас меня, — выдохнула она.— Поздно.— Но всё же.

Он отвёл взгляд.

— Я не знал, где ты. Не чувствовал. Не знал, как защитить. Я... — он запнулся. — Я будто оглох от ярости. От страха.

Она положила ладонь на простынь — рядом с его рукой.Но не прикоснулась. Ещё нет.

— Я больше не хочу ничего делать в слепую, Драко. Я не могу. Или ты скажешь мне хоть часть правды — или мы... это... всё рушится.

Он долго молчал.Дышал тяжело, неровно.Потом кивнул. Очень медленно.Словно делал шаг с края.

⸻

— Я не тот, кем тебе хочется меня видеть, — начал он.— Я родился не ради себя. Меня растили, как оружие.— Ты думаешь, что я просто злой, да? Или испуганный? — он усмехнулся горько. — А что, если я просто запрограммирован?

Он поднял глаза.— Моя мать... она любила меня. Наверное. Но в нашем доме любовь — это слабость. Её прячут. Или убивают.

— А отец? — спросила она тихо.

— Люциус Малфой верит в порядок. В чистую кровь. В силу. Он считал, что я — продолжение его имени. Не ребёнок.— Когда мне было одиннадцать, он впервые дал мне в руки книгу с тёмной магией. Знаешь, что он сказал?

Она покачала головой.

— «Ты не должен бояться того, что боятся другие. Ты выше страха».

— А ты? Ты боялся?

Он усмехнулся.

— Я боялся всего. Но учился прятать. До тех пор, пока это стало частью меня.— Когда пришёл Тёмный Лорд... он выбрал меня. Знаешь почему?

— Нет.

— Потому что мой отец провалился. А я — был достаточно молод, чтобы ещё не иметь права сказать «нет».— Мне дали дело. Важное. И если я не выполню его — моя мать умрёт. Я умру. Все, кого я коснусь, — исчезнут.

Он замолчал.Т/И слушала. Не дышала почти.

— Я не хочу быть этим человеком. Не хочу делать то, что от меня требуют.— Но каждый раз, когда ты рядом, — я думаю, что могу. Что я не чудовище. Что всё ещё есть что-то живое внутри.

Он посмотрел ей в глаза.

— Поэтому я и отталкиваю тебя. Потому что ты — реальность. И если я выберу тебя, я выберу сторону. Против семьи. Против крови. Против... всего, чему меня учили.

Т/И протянула руку.Коснулась его пальцев.

— А если я уже выбрала тебя, Драко?

Он вздрогнул.Не от прикосновения — от слов.

— Я не заслуживаю тебя.— Это не ты решаешь.

Он отвёл лицо, но её рука осталась в его.

— Я боюсь, что однажды мне прикажут... — он не договорил. — И если ты будешь рядом... я...

— Я не уйду, — перебила она. — Даже если ты прикажешь.

Он закрыл глаза.И в голосе был ужас, и облегчение, и... тишина.

⸻

Он не поцеловал её. Не прикоснулся.Но в ту ночь он остался рядом. Просто сидел.Она уснула — а он всё ещё держал её за руку.

И, может быть, впервые за долгое время, Драко Малфой не чувствовал себя один.