Глава одиннадцатая ЗАМОК

     В недолгой рассветной прохладе все четверо  собра-лись возле черного пятна, на месте костра, и Ральф сто-ял на коленках и дул на  золу.  Серый,  перистый  пепелвзлетал  от его стараний,  но не появлялось ни искорки.Близнецы смотрели тревожно,  Хрюша с  отрешенным  лицомсидел  за  блестящей  стеною своей близорукости.  Ральфдул,  пока у него не зазвенело в ушах от натуги, но вотпервый утренний бриз,  отбив у него работу, засыпал емуглаза пеплом. Ральф отпрянул, выругался, вытер слезы.       - Все без толку.                                       Эрик смотрел на него сверху вниз из-под маски  за-пекшейся крови.  Хрюша повернул в сторону Ральфа пустойвзгляд:                                                     - Конечно, без толку, Ральф. Мы без огня теперь.       Ральф придвинул лицо поближе к Хрюшиному:              - Ну, а так-то ты меня видишь?                         - Чуть-чуть.                                           Глаз Ральфа снова спрятался за вздутой щекой.          - Они, отобрали у нас огонь...                         Его голос сорвался от бешенства:                       - Украли!                                              - Вот они какие,  - сказал Хрюша.  - Я  из-за  нихслепой. Понимаешь? Вот он, Джек Меридью. Ты созови соб-рание, Ральф, нам надо решить, что делать.                  - Самих себя созывать?                                 - Раз больше нет никого. Сэм, дай-ка я за тебя ух-вачусь.                                                     Они пошли к площадке.                                  - Ты протруби в рог, - сказал Хрюша. - Ты изо всехсил протруби.                                               В лесу зашлось эхо.  Взмыли птицы, голося над вер-хушками,  как в то давнее-давнее первое утро.  Берег пообе стороны площадки был пуст. Несколько малышей шли отукрытий.  Ральф сел на отполированный ствол, трое сталирядом.  Он кивнул,  Эрик и Сэм сели справа. Ральф сунулрог в руки Хрюше.  Хрюша стоял и моргал,  бережно держасверкающую раковину.                                        - Ну, что же ты - говори.                              - Я только одно хочу сказать.  Я теперь ничего  невижу,  и пускай мне отдадут мои очки.  На нашем островеужасные вещи делаются.  Я за тебя голосовал,  Ральф,  ятебя выбирал главным.  Ну а он,  он все это делает. Такчто ты выступи, Ральф, и чего-нибудь нам скажи. А то...     Хрюша оборвал свою речь и  всхлипнул.  Он  сел,  иРальф взял у него рог.                                      - Обыкновенный  костер.  Неужели  так  это трудно?Правда же?  Просто сигнал,  чтобы нас спасли.  Мы что -дикари или кто мы?!  И вот теперь нет сигнала. Мимо мо-жет пройти корабль.  Помните,  он тогда на охоту ушел икостер погас,  а мимо прошел корабль? И они еще думают,он настоящий вождь.  Ну,  а потом,  потом было... И этоведь  тоже  из-за него.  Не он бы - никогда бы этого небыло.  А теперь вот Хрюша не  видит  ничего,  приходят,крадут... - У Ральфа дрожал голос. - ...Ночью пришли, втемноте,  и украли у нас огонь. Взяли и украли. Мы бы итак им дали огня, если б они попросили. А они украли, итеперь сигнала нет, и нас никогда не спасут. Понимаете?Мы бы сами им дали огня, а они взяли и украли. Я...         Он неловко запнулся. Мысли опять застилал этот за-навес. Хрюша вытягивал руки за рогом.                       - Ральф,  что ты делать-то будешь?  Это все  словаодни, а ведь надо решать. Я не могу без очок.               - Дай подумать.  Может, пойти к ним, как мы раньшебыли - причесаться,  помыться? Мы же правда не дикари инасчет спасенья не игра какая-то...                         Он прижал  пальцем вспухшую щеку и глянул на близ-нецов.                                                      - Немножко приведем себя в порядок и двинемся...       - Копья возьмем, - сказал Сэм. - У Хрюша пусть тоже.     - Ага. Вдруг пригодятся.                               - Рог не у тебя!                                       Хрюша поднял раковину.                                 - Если  хочете,  можете копья брать,  а я не буду!Что за радость? Меня все равно как собаку придется вес-ти. Ладно, посмейтесь. Очень смешно. То-то тут все вре-мя смеются. А что выходит? Что взрослые скажут? Саймона- убили.  А того малыша,  с отметиной... Видел его кто?Хоть раз с тех пор, когда...                                - Хрюша! Минуточку!..                                  - У меня рог. Нет, я лично пойду прямо к Джеку Ме-ридью и все ему выложу.                                     - Тебе не поздоровится.                                - Да  что он мне еще-то,  теперь-то уж сделает?  Яскажу ему что к чему.  Я понесу рог, можно, а, Ральф? Япокажу ему кое-что, чего ему не хватает.                    Хрюша умолк,  переждал мгновенье,  оглядел неясныепятна лиц.  Тень былых вытоптавших траву собраний прис-лушивалась к его речи.                                      - Я пойду к нему с рогом в руках. Я подниму рог. Яскажу ему - так,  мол, и так, скажу, ты, конечно, силь-ней  меня,  у  тебя нету астмы.  И ты видишь прекрасно,скажу,  ты обоими глазами видишь.  Но я у тебя не прошумои очки,  я у тебя их не клянчу. И я не стану тебя уп-рашивать,  мол,  будь человеком.  Потому  что  неважно,сильный ты или нет, а честность есть честность! Так чтоотдавай мне мои очки, скажу, ты обязан отдать!              Хрюша закончил.  Он был весь красный и дрожал. Су-нул рог Ральфу,  будто хотел поскорей от него отделать-ся,  и вытер слезы.  Тихий зеленый свет обливал их, роглежал у Ральфа в ногах,  белый и хрупкий.  Единственнаякапелька, протекшая между Хрюшиных пальцев, звездой го-рела на сияющем выгибе.                                     Ральф наконец выпрямился и откинул волосы со лба.      - Ладно.  То есть попробуй,  если хочешь.  Мы тожепойдем.                                                     - Он же раскрашенный будет,  - сомневался  Сэм.  -Знаете сами, какой он будет...                              - Не очень-то он нас испугался...                      - Если он взбесится, мы не обрадуемся...               Ральф хмуро  глянул на Сэма.  Ему смутно вспомина-лось что-то, что Саймон говорил тогда, среди скал.          - Глупостей не болтай,  - сказал он. И тут же при-бавил:                                                      - Значит, мы идем.                                     Он протянул рог Хрюше,  и тот вспыхнул, на сей разот гордости.                                                - На, ты понесешь.                                     - Когда мы выступим, я его понесу... - Хрюша искалеще слов, чтоб выразить свою пламенную готовность стой-ко пронести рог через все невзгоды и трудности.  - ...Яс удовольствием,  Ральф. Хоть меня самого же вести при-дется.                                                      Ральф снова положил рог на блестящий ствол.            - Сначала надо поесть, а уж потом отправимся.          Они пошли к разоренным фруктовым  деревьям.  Хрюшепомогли  добраться до еды,  и он искал ее ощупью.  Покаели, Ральф обдумывал план.                                  - Пойдем, как мы раньше были. Помоемся...              Сэм заглотал сочную мякоть и воспротивился.            - Мы же купаемся каждый день!                          Ральф оглядел троих - чумазых, жалких, вздохнул:       - Надо бы волосы причесать.  Только уж очень они унас длинные.                                                - У меня в шалаше гольфы остались,  - сказал Эрик.- Можно их на голову надеть, шапочки будут такие.           - Лучше чего-нибудь найдем,  - сказал Хрюша,  -  иволосы вам сзади завяжем.                                   - Ну да, как у девчонок!                               - Зачем? И вовсе не так.                               - Ладно,  пойдем как есть,  - сказал Ральф.  - Онитоже не лучше.                                              Эрик вытянул руку, преграждая им путь.                 - Они же раскрашены будут. Сами знаете...              Все закивали.  Они хорошо понимали,  какое чувстводикости и свободы дарила защитная краска.                   - Ну  и  что?  А мы не будем раскрашены,  - сказалРальф. - Потому что мы-то не дикари.                        Близнецы переглянулись.                                - А все-таки, может...                                 Ральф крикнул:                                         - Никакой краски!..                                    И опять он умолк, ловя ускользающую мысль.             - Дым, - сказал он. - Нам нужен дым...                 Он яростно глянул на близнецов:                        - Дым, я говорю. Нам нельзя без дыма!..                Было тихо,  и только ныли  надсадно  пчелы.  ПотомХрюша осторожно заговорил.                                  - Ну да. Дым ведь - сигнал, и без дыма нас никогдане спасут.                                                  - Сам знаю! - крикнул Ральф. - Он отдернул руку отХрюши. - то же, по-твоему, я...                             - Просто я сказал,  чего ты всегда говоришь, - за-торопился Хрюша. - Просто мне вдруг показалось...           - Ничего подобного, - громко сказал Ральф. - Я всевремя помню. Я не забыл...                                  Хрюша уже тряс головой, смиренно, увещевающе:          - Ты же у нас Вождь,  Ральф.  Ты же,  конечно, всепомнишь.                                                    - Я не забыл.                                          - Ну конечно, нет.                                     Близнецы смотрели на Ральфа так, будто впервые егоувидели.                                                    Они отправились по берегу в боевом порядке. Первымшел Ральф, он прихрамывал и нес копье на плече. Он пло-хо  видел из-за дымки,  дрожащей над сверканьем песков,собственных длинных волос и вспухшей щеки.  За ним  шлиблизнецы,  озабоченные, но не утратившие своей неисчер-паемой живости.  Они говорили мало, но прилежно волоклиза собой копья,  ибо Хрюша установил, что, опустив гла-за,  защитив их от солнца,  он видит,  как концы  копийползут по песку.  И потому он ступал между копьями, бе-режно прижимая к груди рог. Тесная группка двигалась попеску,  четыре сплющенные тени плясали и путались у нихпод ногами.  От бури не осталось следа,  берег блистал,как наточенное лезвие.  Гора и небо сияли в жаре, в го-ловокружительной дали;  и приподнятый миражем риф  плылпо серебряному пруду на полпути к небу.                     Прошли мимо того места, где танцевало тогда племя.Обугленные головни все еще лежали на камнях, где их за-гасило дождем,  но снова был гладок песок у воды. Здесьони прошли молча. Все четверо не сомневались, что племяокажется в Замке,  и, когда Замок стал виден, не сгова-риваясь остановились.  Заросли,  самые густые  на  всемострове,  зеленые, черные, непроницаемые, были слева отних,  и высокая трава качалась  впереди.  Ральф  шагнулвперед.                                                     Вот примятая трава, где они лежали тогда, когда онходил к бастиону.  Дальше был перешеек, а потом огибаю-щий скалу выступ и красные башенки сверху.                  Сэм тронул его за руку.                                - Дым.                                                 Дымное пятнышко  дрожало в небе по ту сторону ска-лы.                                                         - Ну конечно - у них костер...                         Ральф обернулся.                                       - Чего это мы прячемся?                                Он вышел из заслона травы на голое место перед пе-решейком.                                                   - Вы  двое  пойдете сзади.  Первым пойду я,  потомпрямо за мной Хрюша. Копья держите наготове.                Хрюша тревожно вглядывался  в  сверкающую  пелену,отзанавесившую его от мира:                                 - Тут не опасно? Не обрыв? Я слышу море...             - Держись ко мне поближе.                              Ральф ступил на перешеек. Пнул камень, и тот плес-нулся в воде. Потом море вздохнуло, всасывая волну, и всорока  футах внизу,  слева от Ральфа обнажился красныймшистый квадрат.                                            - А я не свалюсь?  - мучился Хрюша. - Мне так жут-ко!                                                         С высоты  из-за башенок по ним вдруг ударил окрик,потом прогремел воинский клич, и дюжина голосов отозва-лась на него из-за скалы.                                   - Давай сюда рог и не шевелись.                        - Стой! Кто идет?                                      Ральф запрокинул  голову и различил наверху темноелицо Роджера.                                               - Сам видишь, - крикнул Ральф. - Хватит тебе дура-читься!                                                     Он поднес  рог  к  губам  и стал трубить.  Дикари,раскрашенные до неузнаваемости,  спускались по  выступуна перешеек. В руках у них были копья, и они изготовля-лись защищать подступы к бастиону. Ральф трубил, не об-ращая внимания на Хрюшин страх.                             Роджер кричал:                                         - Не подходи, говорю! Слышишь?                         Ральф наконец отнял рог ото рта. С трудом, но дос-таточно громко он выдохнул:                                 - ...Созываю собрание.                                 Охраняющие перешеек дикари перешептывались,  но нетрогались  с  места.  Ральф прошел вперед еще два шага.Сзади шуршал заклинающий шепот:                             - Не оставляй меня, Ральф.                             - Ты стань на коленки, - бросил Ральф через плечо.- И жди, пока я вернусь.                                    Он остановился  посреди  перешейка  и  внимательноразглядывал дикарей.  Непринужденные,  вольные за своейкраской,  они позавязывали сзади волосы, и им было кудаудобней,  чем ему. Ральф тут же решил, что потом непре-менно  тоже  так  сделает.  Он даже чуть не попросил ихобождать,  чтоб распорядиться со  своими  волосами,  несходя с места;  но было не до того.  Дикари хихикали, иодин поманил Ральфа копьем. Высоко наверху Роджер отнялруки от рычага и тянул шею,  засматривая вниз. Мальчикина перешейке, сведенные к трем косматым головам, тонулив луже собственной тени. Хрюша обвисал между ними круг-лым мешком.                                                 - Я созываю собрание.                                  Ни звука.                                              Роджер взял камешек и запустил в близнецов, целясьмимо. Они отпрянули, Сэм чуть не свалился в воду. В те-ле Роджера уже бил темный источник силы.                    Ральф снова сказал - громко.                           - Я созываю собрание.                                  Он пробежал взглядом по дикарям:                       - Где Джек?                                            Дикари переминались,  советовались.   Раскрашенноелицо сказало голосом Роберта:                               - Он охотится. И он не велел нам тебя пускать.         - Я пришел к вам из-за огня,  - сказал Ральф.  - Инасчет Хрюшиных очков.                                      Группка перед ним сомкнулась,  и над ней  задрожалсмех,  легкий, радостный смех, эхом отлетавший от высо-ких скал.                                                   Позади Ральфа раздался голос:                          - Тебе чего от нас надо?                               Близнецы метнулись из-за спины Ральфа и встали пе-ред ним.  Он рывком повернулся. Джек, узнаваемый по ры-жим волосам и повадке,  шел из лесу.  По бокам преданнотрусили двое охотников. Все трое были размалеваны зеле-ной и черной краской.  Позади них,  на траве,  осталасьвспоротая и обезглавленная свиная туша.                     Хрюша стонал:                                          - Не бросай меня! Ральф!                               Он с потешной осторожностью обнял камень, прижима-ясь к нему над опавшим морем.  Дикари уже не  хихикали,они выли от смеха.                                          Джек крикнул, перекрывая шум:                          - Уходи,  Ральф. Сиди уж на своем конце острова. Атут моя территория и мое племя. И отстань ты от меня!       Смех замер.                                            - Ты сцапал Хрюшины очки, - задохнулся Ральф. - Тыобязан их отдать.                                           - Обязан? Кто это сказал?                              Ральфа взорвало:                                       - Я говорю!  Ты сам голосовал за меня! Ты разве неслышал, как я трубил в рог? Постыдись! Это подлость! Мыб тебе дали огня, если б ты попросил...                     Кровь ударила ему в лицо,  и ужасно дергало вспух-шее веко.                                                   - Пожалуйста, мы бы тебе дали огня. Так нет же! Тыподкрался, как вор, и украл Хрюшины очки.                   - А ну повтори!                                        - Вор! Вор!                                            Хрюша взвизгнул.                                       - Ральф! Меня пожалей!                                 Джек бросился  к  Ральфу,  нацелился  ему  в грудькопьем.  По мелькнувшей руке Джека Ральф сообразил нап-равленье  удара и отбил его своим древком.  Потом пере-вернул копье и ткнул Джека острием возле уха. Они стоя-ли лицом к лицу, задыхаясь, бешено глядя глаза в глаза.     - Кто это - вор?!                                      - Ты!                                                  Джек извернулся и сделал новый выпад.  Не сговари-ваясь,  они теперь держали копья,  как сабли, больше нерешались  пускать в ход смертоносные острия.  Удар при-шелся по копью Ральфа,  потом обжег болью  пальцы.  Обаотпрянули и переменили позицию, Джек теперь был ближе кЗамку, Ральф - к острову.                                   Оба совершенно задыхались.                             - Ну!                                                  - Чего - ну?                                           Они свирепо изготовились,  но соблюдали безопасноерасстояние.                                                 - Ну-ка сунься, попробуй!                              - Сам попробуй!                                        Хрюша вцепился  в камень и пытался привлечь внима-ние Ральфа.  Ральф нагнулся к нему,  не сводя взгляда сДжека.                                                      - Ральф,  вспомни, чего мы пришли. Костер. Мои оч-ки.                                                         Ральф кивнул.  Он расслабился, распрямился, поста-вил  копье.  Джек  непроницаемо  смотрел на него из-подкраски. Ральф смотрел на башенки, на сгрудившихся дика-рей.                                                        - Слушайте.  Мы вот что пришли вам сказать.  Отда-вайте Хрюше очки - это раз. Он без них ничего не видит.Это не игра...                                              Племя раскрашенных дикарей захихикало,  и у Ральфазапрыгали мысли.  Он откинул назад волосы и вглядывалсяв черно-зеленую маску, стараясь вспомнить лицо Джека.       Хрюша шепнул.                                          - И костер.                                            - Ах да. И насчет костра. Еще раз повторю. Я это спервого дня повторяю.                                       Он вытянул копье в сторону дикарей.                    - Наша единственная надежда - держать  сигнал  всевремя, пока светло. И тогда корабль заметит дым, подой-дет сюда и нас спасет и возьмет нас домой.  А без этогодыма нам придется ждать, вдруг корабль подойдет случай-но.  Так много лет можно прождать. Так состариться мож-но...                                                       Смех дикарей,  дрожащий,  серебряный, ненастоящий,взметнулся и эхом повис вдали. Ральф уже не помнил себяот ярости. Непослушным, тоненьким голосом он закричал.      - Вы  что,  не  соображаете,  раскрашенные идиоты?Сэм,  Эрик,  Хрюша, да я - это же мало! Мы берегли кос-тер,  но мы же не можем. А вам бы все играть и охотить-ся...                                                       Он показал мимо них, туда, где таяла в блеске дым-ная струйка.                                                - Смотрите!  Это разве сигнал? Просто костер, чтобна нем жарить.  Поесть-то вы поедите,  а дыма у вас  небудет.  Неужели еще неясно?  Может,  там уже где-то ко-рабль идет...                                               Он умолк,  сраженный молчаньем и неопознаваемостьюраскрашенных  дикарей,  охраняющих вход.  Вождь раскрылкрасный рот и обратился к близнецам, стоявшим между ними его племенем:                                             - Вы, двое! А ну - назад!                              Ему не ответили.  Близнецы озадаченно переглядыва-лись; Хрюша, ободренный тем, что кончилась драка, осто-рожно поднялся. Джек оглянулся на Ральфа, снова посмот-рел на близнецов.                                           - Схватить их!                                         Никто не двигался. Джек заорал злобно:                 - Сказано вам - схватить!                              Раскрашенные суетливо, неловко окружили близнецов.Снова задрожал серебряный смех.                             Сама цивилизация   взывала  возмущенными  голосамиЭрикисэма:                                                  - Да вы что!..                                         - Как же можно!..                                      У них вырвали из рук копья.                            - Связать!                                             Ральф безнадежно кричал в черно-зеленую маску:         - Джек!                                                - Я что сказал? Связать!                               Раскрашенные уже чувствовали,  что Эрикисэм не  точто  они сами,  они уже чувствовали силу в своих руках.Неуклюже и рьяно они повалили близнецов.  Джек  вдохно-вился.  Он сообразил, что Ральф попытается прийти близ-нецам на выручку. Его копье описало вокруг Ральфа свис-тящую дугу.  Ральф еле успел отбиться. Племя и близнецыбились рядом в громкой свалке. Хрюша опять скорчился. Ивот удивленные близнецы уже лежали, а племя стояло вок-руг. Джек повернулся к Ральфу, процедил:                    - Видал? Они все сделают, что я захочу.                И - снова молчанье. Неумело связанные близнецы ле-жали,  а племя выжидательно смотрело на Ральфа. Он пос-читал их,  глядя сквозь спутанные космы, скользнул гла-зами по негодному дымку.                                    И не выдержал. Он заорал на Джека:                     - Ты - зверь! Свинья! Сволочь ты! Вор проклятый!       И бросился на него.                                    Джек понял, что настала решительная минута, и бро-сился навстречу. Они сшиблись, отлетели в разные сторо-ны.  Джек  наотмашь ударил Ральфа кулаком в ухо,  Ральфстукнул его в живот, Джек охнул. Они снова стояли лицомк   лицу,  яростно  задыхаясь.  Каждого  обескураживалаярость противника.  И тут только вошел им  в  уши  шум,сопровождавший драку,  дерущий, слитый, ободряющий кличплемени.                                                    К Ральфу пробился голос Хрюши:                         - Давай я им скажу.                                    Он вдруг поднялся в поднятой схваткой пыли, и, за-видя  его  намерения,  племя  перешло на дружное улюлю-канье.                                                      Хрюша поднял рог,  улюлюканье чуть стихло и  сновагрянуло - еще сильней.                                      - Рог у меня!                                          Хрюша орал:                                            - Сказано вам, рог у меня!                             Как ни странно,  настала тишина;  племя приготови-лось послушать, что такого забавного собирается препод-нести Хрюша.                                                Тишина, запинка.  И среди тишины - странный шум повоздуху у самой головы Ральфа. Он почти его не заметил,но вот - опять, легкое "ж-ж-ж!". Кто-то бросал камушки.Это Роджер их бросал,  не снимая другой руки с  рычага.Ральф был внизу косматой копной и Хрюша - мешком жира.      - Я вот что скажу. Вы ведете себя, как дети малые.     Снова улюлюканье  взвилось и замерло,  когда Хрюшаподнял белую магическую раковину.                           - Что лучше - быть бандой раскрашенных черномазых,как вы, или же быть разумными людьми, как Ральф?            Дикари неистово загалдели. Хрюша снова орал:           - Что  лучше  -  жить  по правилам и дружно или жеохотиться и убивать?                                        Снова галдеж и снова - "ж-ж-ж".                        Ральф перекричал шум.                                  - Что лучше - закон и чтоб нас спасли или охотить-ся и погубить всем?                                         Джек уже тоже вопил,  Ральфа никто не слышал. Джекотступил к племени.  Они стояли грозной стеной,  ощети-нясь копьями. Они решались, готовились. Еще немного - иони бросятся очищать перешеек.  Ральф стоял перед ними,посреди перешейка,  чуть ближе к краю,  копье наготове.Рядом стоял Хрюша, все еще поднимая талисман - хрупкую,сверкающую  красавицу раковину.  По ним сгущенной нена-вистью ударял вой. Высоко наверху Роджер в исступленномзабытьи всей тяжестью налегал на рычаг.                     Ральф услышал огромный камень гораздо раньше,  чемего увидел.  Он почувствовал,  как содрогнулась земля -толчок  отдался  в пятки,  сверху с грохотом посыпалиськамни поменьше.  Что-то красное,  страшное запрыгало поперешейку, он бросился плашмя, дикари завизжали.            Камень прошелся  по  Хрюше с головы до колен;  рогразлетелся на тысячу белых осколков и перестал  сущест-вовать.  Хрюша без слова, без звука полетел боком с об-рыва,  переворачиваясь, на лету. Камень дважды подпрыг-нул и скрылся в лесу. Хрюша пролетел сорок футов и упалспиной на ту самую красную,  квадратную глыбу  в  море.Голова  раскроилась,  и  содержимое  вывалилось и сталокрасным.  Руки и ноги Хрюши немного подергались,  как усвиньи, когда ее только убьют. Потом море снова медлен-но,  тяжко вздохнуло, вскипело над глыбой белой розовойпеной; а когда оно снова отхлынуло, Хрюши уже не было.      Стояла мертвая тишина.  Губы Ральфа сложили слово,но ничего не выговорилось.                                  Вдруг Джек отбежал от своих и завопил:                 - Ну что?  Видал? И тебя так! Так тебе и надо! Нету тебя племени! Нет больше твоего рога!                     Он, пригнувшись, бежал на Ральфа:                      - Я Вождь!                                             Злобно, старательно  целясь,  он запустил в Ральфакопьем.  Острие до мяса прорвало кожу у Ральфа на боку,потом отлетело,  упало в воду.  Ральф качнулся, боли онне чувствовал,  только страх,  а племя, взвыв за Вождемвслед, уже надвигалось. Другое копье, гнутое, оно лете-ло не прямо,  а просвистело у самой его головы,  и  ещеодно упало с высоты, где стоял Роджер. Близнецы лежали,скрытые за толпой,  и безликие бесы запрудили перешеек.Ральф повернулся и побежал. Крик несся за ним, как крикперепуганных чаек. По инстинкту, которого он сам в себене знал, Ральф петлял на открытом пространстве, и копьялетели мимо.  Он вовремя заметил обезглавленную свинью,перепрыгнул,  с  хрустом вломился в заросли и скрылся вчаще.                                                       Вождь остановился возле свиньи,  повернулся к пле-мени, поднял руки:                                          - Назад! Назад в крепость!                             Племя шумно повернуло к перешейку, и там уже стоялРоджер.                                                     Вождь сердито спросил:                                 - Ты почему не на посту?                               Роджер поднял на него твердый, сумрачный взгляд:       - Просто спустился.                                    Смерть смотрела из его глаз.  Вождь не сказал  емубольше ни слова, перевел взгляд вниз, на Эрикисэма.         - Ну что - вступаете в мое племя?                      - Отпусти меня...                                      - И меня.                                              Вождь схватил  одно из оставшихся на земле копий иткнул Сэма под ребра.                                       - Вы что хотите этим сказать, а? - спрашивал Вождьсвирепо.  - Зачем с копьями сюда явились,  а?  Почему вплемя вступать не хотите, а?                                Копье уже ритмично втыкалось под ребра. Сэм взвыл.     - Да нет, ты не так.                                   Роджер оттеснил Вождя,  только что не толкнув пле-чом.  Вопль оборвался, близнецы лежали и смотрели вверхв немом ужасе. Роджер надвигался на них, облеченный не-ведомой властью.