37

Вчера Дима не пришел в школу. У него родилась сестра.

Я позвонил Диме и спросил, как у него дела. Тот ответил, что неплохо.

– По крайней мере, не чьи-то очередные похороны.

Дима доволен, что родилась сестра. Он обещает учить ее уму-разуму.

– Пусть сначала подрастет. Тогда и поговорит про эмансипацию, – сказал мой друг.

В ближайшее время Дима будет немного занят. Родители дали ему какие-то задания по дому. Голос Димы звучал громко. Он даже не начал привычные разговоры об истории, месте человека в обществе и третьей мировой войне. Потом его позвала мама. Я услышал детский плач или хохот.

Потом мы с сестрой катались на велосипедах.

Я сказал, что скоро у меня экзамены. Сестра не знает, что это такое.

– Это как контрольная?

– Что-то вроде того. Такая... самая главная.

– А дальше все?

– В принципе, да.

Сестра делает круглые глаза, не верит, что школа когда-нибудь заканчивается.

Я объясняю, что дальше идет университет. Сестра предполагает, что там, наверное, здорово. Я соглашаюсь.

Отец принес домой строительные планы новых городских районов.

Согласно ним город будет расти по всем направлениям.

Я выглядываю в окно и вижу, что наше поле почти застроено. Остался лишь небольшой пустующий участок. Его оградили заборчиком. Папа сказал, что там посадят сад.

Я сказал бабушке и дедушке, что после школы уеду учиться в другой город. Дед поначалу забеспокоился. Но я сказал ему, что это мой ориентир на будущее.

Бабушка все подливала и подливала мне чай. Говорит, что вот уеду если, то некому будет обо мне заботиться.

– Вот и научусь всему сам, – ответил я.

Дед хохотнул и хлопнул меня по плечу. Он вспомнил, как они в свои годы с бабушкой готовились к переезду в город.

Я спросил, жалеет ли он об этом решении.

– Да ты что, вон у меня какой внук вырос, – ответил дед.

Бабушка спросила меня про «невесту». Я сказал, что пока есть дела и поважнее. Дед по-особенному вздернул палец кверху и добавил:

– История!

Свое произведение для Литинститута я сначала показал маме. Она пометила красным некоторые места и назвала их надуманными. Порекомендовала представить себя в такой ситуации. Я попробовал. Потом сразу же все исправил.

Учитель дал комментарии по поводу моего произведения. Он сказал, что шансы всегда делятся пополам. Учитель ходил по кабинету, сложив руки за спиной. Он рассказывал о своих экзаменах, но мне думалось только о том, как же все это будет происходить со мной.

Мои одноклассники ведут себя, как ни в чем не бывало. Так было год назад, два года назад. Просто сейчас мы заканчиваем школу.

Я устроил небольшой опрос среди них:

– Большинство из опрошенных учеников не будет скучать по школе.

– Несколько парней не против отслужить в армии.

– Для отличниц нашего класса карьера оказалась главнее, чем построения семьи.

– Воспоминания учеников о школе в основном связаны с внеклассной деятельностью.

– Половина учеников собирается поступать на гуманитарные специальности, половина - на технические.

– Все опрошенные хотят продолжить обучение в вузе. Все собираются продолжать обучение в родном городе.

Нас фотографировали на память. Мы стояли на школьном крыльце, где-то между дверьми и ступеньками. Я обратил внимание на израненные руки Миши. Он не стал засовывать их в карманы, как многие наши ребята.

После того, как нас сфотографировали, крыльцо тут же опустело. Остались только мы с друзьями. Мы разговаривали на вполне обычные темы.

Миши планируют поступать в один университет. Дима склоняется к историческому факультету. Наш рыцарь сказал, что для начал должен выступить в бою. Я рассказал о своей задумке насчет Литинститута. Ребята спросили, про что я пишу. Я сказал, что и о них в частности. Они ответили:

«Это хорошо».

Мы решили, что разговор зашел на слишком серьезную тему. Тогда мы пошли к старому заводу и долго сидели там на краю карьера.