15. Ариéлла Де России

Секретарь, та самая — с выражением лица "у меня всё под контролем, включая твою душу", появляется из-за занавеса как призрак отчётности.

— Начинаем через пять минут. Просьба участникам приготовиться. Разминка — общая. Потом индивидуальные выступления. По списку.Голос ровный, как банковское уведомление об отказе. Саркастично хотелось спросить, а кофе нам принесут? Нет? Ну ладно.

Пока она чекала свой список, мы уже были на сцене. Легальный хаос: кто-то прыгает, кто-то раскладывается в позу просветления, кто-то растягивает шпагат как демон демонстрации. Вся эта сцена — как балетный маркет: «Посмотрите, у нас есть ВСЁ! Даже вот эта странная штука, которую никто не просил».

Я делаю свою разминку без фанатизма. Спокойно, чётко, без цирка. Всё равно дальше будет выступление, там и покажу, на что способна. Зачем сжигать себя на показательных потягушках?

Краем глаза вижу, как блонди с идеальной прической — да, та самая с лицом "я ела с золотой ложки" — делает гранд батман, как будто собирается сбить им спутник. И, конечно, косится на меня.

Я ей улыбаюсь. Очень искренне. Почти матерински.— Доброе утро. Надеюсь, потанцуем без жертв.

Она моргнула. Не ответила. Зато где-то в глубине души я уверена — напряглась. Отлично.

И тут объявляют список.

— Первая — Лаура Бельская. Затем Валентина Арно. Третья — Арина Степанова...

Я — седьмая. Прекрасно. Успею послушать, посмотреть и морально подшутить над каждым. Ну, или почти каждым.

---

Через 5 минут нас собирают у сцены. Жюри — трое.Мисс Моро, в черном, как день после провала. Мужчина в очках — явно из «Inferno», по нему видно: костюм дороже всей нашей мебели вместе взятой. И ещё одна дама — строгая, как школьная училка, которая знает, что ты списал, но ждет признания.Прошу любить и жаловать Директора нашей академии.

Секретарь снова появляется. Та самая — с лицом, которое, кажется, уже оформило на тебя кредит. Без твоего согласия.

Лаура Бельская* выходит на сцену — и у меня такое чувство, что её мама в зале за кулисами сидит с блокнотом: "и вот тут она должна быть воздушной, как фея в кризисе".Всё вылизано. Всё блестит. Танец есть. Чувств — ноль.

Смотрю, как она выкладывается, и думаю:— Ты сейчас закончишь, и я забуду, что ты вообще была. Даже если ты выиграешь, мне придётся гуглить твою фамилию через пять минут.

Сара рядом шепчет:— У неё там всё в порядке с суставами, но с душой, кажется, потеря связи.— Перезагрузить бы.

---

Валентина Арно. Это уже цирк с оркестром.Чувствуется сразу: уверенность уровня «у меня папа — в совете директоров». Постановка из «Чёрного лебедя», амбиции из «Игры престолов».Подача — как будто она знает, что победа уже у неё, просто мы об этом пока не в курсе.

На каждое па — отдельный взгляд в зал. На каждое паузу — поза.Серьёзно, я начинаю считать, сколько у неё слоёв драмы на квадратный метр сцены.

Сара:— Мне кажется, если бы она могла, она бы вставила в танец аплодисменты.— И световое шоу.— И закадрового комментатора.

Валя уходит, даже не кланяясь по-настоящему. У неё и так всё схвачено. Ну-ну.

---

Арина Степанова. Малышка с глазами «я тут случайно, но у меня есть талант, держите».Начинает — и зал замирает.

Серьёзно. Ни пафоса, ни понтов, ни "я звезда" — только настоящие, чистые движения. Без лишнего. Настоящий танец, без спецэффектов.

Я даже на секунду забываю, что надо оценивать. Просто смотрю.

Когда она уходит, зал будто делает выдох.Я молча киваю. Сара — тоже.Иногда ничего не нужно добавлять.

---

И вот — моя очередь.

Секретарь (тон прежний, как у начальника отдела взысканий):— Ариэлла Де Росси. На сцену.

Глубокий вдох. Выдох.Ноги — в порядке. Спина — как струна. В голове — пусто, и слава богу.Музыка начинается, и я вхожу.

Никаких лишних улыбок. Никакой «я стараюсь понравиться». Только танец. Только я.

Моё тело помнит каждое движение. Память в мышцах работает чётче, чем память телефона после обновления. Я двигаюсь — не ради эффекта, а ради смысла. Не показываю — проживаю.

Я не танцую, чтобы доказать. Я танцую, потому что иначе не могу.

В финале — пауза. Взгляд. Тишина.И лёгкие аплодисменты. Без фанфар, без оваций.Но честные.

Я ухожу со сцены — и чувствую: всё. Сделала, что должна. Всё остальное — уже не моё дело.

За кулисами встречает Сара. В глазах — гордость. В руках — бутылка воды, как священный дар.

— Гениально. Просто. Гениально. Я даже вспотела за тебя.— Я тоже. Только в более буквальном смысле.

Она вручает воду, и пока я прихожу в себя, она кивает в сторону сцены:— Та с шишкой посмотрела тебе в спину так, будто ты ей работу отобрала.— Возможно, я так и сделала.

Мы обе хихикаем, и я впервые за утро чувствую: не волнительно. Не страшно. Не слишком.

Просто... хорошо.

И да, я не знаю, что скажет жюри. Может, что-то неожиданное.Но мне плевать.

Я уже выиграла.