26

Кабинет, служебные помещения и сама галерея были проверены Кирой, не по одному разу и самым тщательным образом.

Пока оставалась надежда, что исчезновение работ всего лишь недоразумение.

До, этого случая из галереи ничего не пропадало, и Кира, не думала, что может столкнуться с подобной проблемой.

У них не частная галлерея в снимаемом помещении, да и особой ценности выставленные картины обычно не имели.

Но в итоге пришлось смотреть фактам в лицо работы кто-то забрал.

Вариантов было всего два, случайно или намеренно.

В любом случае у человека имелся доступ к кабинету.

Обычно ключи она держала при себе, а запасные находились внизу, на вахте, и кому попало их бы не отдали.

Но вчера в суете передала свои ключи Авроре, чтобы успеть к началу выступления.

Вот и и тог, как ни крути сама виновата в пропаже.

Внутри нарастало напряжение, чувство вины и досада.

Глупая интеллигентская, привычка страх обидеть кого-нибудь недоверием.

Она проявила беспечность, и вот чем – это обернулось потерей работ.

Ко всему примешивалось странное ощущение, что речь идёт о пропаже ценностей, а о потере себя.

Словно у неё украли часть галереи, а не пейзаж неизвестного художника.

Это было не только обидно, но и больно, да и к самой картине она успела привязаться.

Что-то в ней было цепляющее, иррациональное.

Из области смутных предчувствий, которые приходят из подсознательных неподконтрольных сфер и дразнят обещанием раскрыть секрет.

Какую-то тайну хранили рельефные слои краски, затягивая и увлекая в другой мир...

И дело не только в том, что пейзаж попал к ней загадочным образом, хотя и – это добовляло интриги.

Она чувствовала, что во всём был, какой-то второй, и третий смысл, что-то не отпускало, но логичных объяснений, этим предложениям она не находила.

Что-то внутри неё реагировало на изображение, и память воспроизводила образ с холста снова и снова, и она вглядывалась в, этот калейдоскоп, надеясь, что, когда-то сложится в узнаваемую картину.

Иногда попадаются работы интересные, талантливые.

Взгляд скользит по ним, отмечая приятные глазу нюансы и яркие находки.

Порой сталкиваешься с такими, к, которым подходит определение «вкусные», они предполагают смакование цветом, переливами ощущений и плавными переходами.

Изредка встречаются и вовсе острые, жгучие, напряжённые, будоражащие.

Эмоции в них собраны в концентрированном виде, выплеснуты в, порыве от невозможности держать их внутри.

По тому, как художник пишет, можно узнать многое о его характере и состоянии, оно проглядывает в деталях, фиксируется на куске холста, за картиной сложно спрятаться.

В том пейзаже имелась, своеобразная аномалия, он был противоречивым.

Словно его по очереди писали несколько человек.

Или художник страдал раздвоением личности.

И наносил краски, на холст в состоянии активности то одной, то другой части.

Один пишет, другой ждёт, возможно ли такое?

Творческие люди эмоциональны и переменчивы.

Их отношение к миру может меняться на диаметрально противоположное за короткий срок.

Раскачиваясь на, этих качелях, они вылетают в странные состояния и могут забыть о реальности.

Но такая предрасположенность не возникает из ниоткуда и всегда чем-то подкрепляется.

Художник, который мог так меняться внутри себя, должен был иметь довольно расшатанную нервную систему.

И определённую жестокость по отношению к другим.

Но надо было срочно разобраться с пропажей.

Выключить все симпатии – антипатии и вообще личные отношения и понять, у кого была возможность забрать работы.

Первая, конечно, Аврора, у неё были ключи, она могла сделать – это, а потом для, отвода глаз развграть, какой-то приступ.

С той Авророй, которую знала Кира, такая версия сочеталась неохотно, да, что там говорить, вообще никаких, но исключить такой вариант нельзя.

И даже, какой – никакой мотив у неё имелся на одном из набросков была изображена мама Авроры, и ей наверняка захотелось бы обладать рисунком.

Найти настоящего владельца экскиза сложно, да и он мог не захотеть продать или заломить цену, которая оказалась бы ей недоступной.

Потому, как версия вполне, думала Кира, удивляясь своей холодной и спокойной манере подозревать человека, который был ей симпатичен.

Если бы пропал только, этот набросок ситуация оказалась бы слишком прозрачной.

А исчезновение всех работ прекрасный ход в таком случае.

Утром Аврора, позвонила и сказала, что чувствует себя нормально и готова выйти на работу.

Кира, отговорила её от поспешного выхода и попросила отсидеться дома хотя бы денёк, чтобы восстановиться.

И обязательно посетить врача, она собиралась заехать к Авроре, и решила сделать – это без предварительной договорённости, чтобы увидеть неподготовленную реакцию и попытаться понять, есть ли ей, что скрывать.

Второй на очереди пчеловод – любитель.

Его нелепое поведение, которое, как раз и сняло все подозрения, тоже могло оказаться уловкой.

Человеком Матвей Ильич, был явно не глупым и, если но и вообще блаженным, он умел ставить цели и добавить их.

Так, что скидывать его со счетов нельзя.

Но цель? – мотив тут явно не просматривался, разве, что злость.

Но мотив мог быть не на виду, надо с ним ещё раз поговорить, кто ещё?

Теоретически, пока Аврора, была без сознания, кто угодно мог взять у неё ключи и пробраться в кабинет, забрать работы и положить ключи назад.

Когда Аврору, нашли, ключи были при ней, лежали на полу, тогда Кира, решила, что они просто выпали у неё из кармана, но всё могло быть иначе.

Если так тут тоже два варианта, ключи были взяты специально или попались кому-то под руку.

И работы забрали намеренно или схватили первые попавшиеся впопыхах.

Если всё – это результат действий, какого-то мелкого воришки, то найти виновника шансов практически нет.

Кто угодно мог начудить, народу в зале было предостаточно.

Значит, какая выходит картина, некто входит в мужской туалет туалет, видит валяющуюся на полу девушку, рядом лежат ключи.

Он берёт их, открывает кабинет, хватает работы и возвращает ключи на место.

Есть ли смысл в таких действиях?

Сомнительно, на первый взгляд полная бессмыслица.

К тому же надо знать, что, это ключи от кабинета, где находится, и, что в нём в данный момент никого нет, думала Кира, не годится в качестве версии.

Если целью были именно работы исходим из того, кто о них знал.

Аврора, Матвей Ильич, Вэл, Дима, администратор.

Он заходил, когда Аврора, рассматривала работы, интересовался ими.

Теоретически могли быть ещё осведомлённые, например Влад.

Как-то неожиданно он объявился на концерте и вполне мог тихо выйти из зала.

Но мотив? – тут вообще голову сломаешь.

Мог быть и кто-то ещё неизвестный, который пришёл на концерт с намерением добраться до бандероли.

Действовал, спонтанно, импровизировал на ходу.

В любом случае надо говорить с Авророй, узнавать, что она помнит из событий, которые по предшествовали её приступу.

И надо ещё раз встретиться с Вэлом, выяснить у него хоть, что-то про, эти работы, вокруг, которых столько событий.

Как только они появятся сразу началось неизвестно, что.

Значит, с ними действительно, что-то связано, и вероятно, всё, что произошло с Машей, тоже не случайность.

От таких мыслей становится тревожно.

Особенно за Алису, которую она уже втянула в поиски.

Надо придумать, как вывести её из, этой истории.

Но узнать, с кем встречалась в последнее время Маша, и, что она делала всё равно придётся.