часть 5

Она сменила имя?

— Просыпайся, старик.

Голос прозвучал резко, разбивая вязкую тишину комнаты. Пятый распахнул глаза, и на мгновение ему показалось, что он все еще там, в бесконечном цикле миссий. Но зрение быстро сфокусировалось, выхватывая детали: вычурно-синяя гостиная, знакомая до каждой трещинки на потолке, и уже родной синий диван, обивка которого холодила кожу.

— Какого хрена, чувак? — Дэн стоял над ним, сжимая в руках дымящуюся кружку. — Почему ты выглядишь так, будто тебе двадцать пять? Где ты был? Что с тобой? Почему в крови? Что случилось?

Слишком много вопросов для человека, который только что вынырнул из небытия. Пятый чувствовал, как запекшаяся кровь стягивает кожу на скуле, а в висках пульсирует тяжелая, тупая боль.

— Заткнись, Дэн, — выдохнул Пятый.

Он медленно, превозмогая ломоту во всем теле, сел. Кости хрустнули, напоминая о неудачном приземлении. Не дожидаясь приглашения, он отобрал у друга кофе. Обжигающая жидкость обожгла язык, но вкус — глубокий, терпкий, идеальный — привел мысли в относительный порядок.

— Уже и забыл, что кофе ты готовишь как бог, — Пятый слабо усмехнулся, глядя на отражение своего непривычно взрослого лица в темной поверхности напитка.

— Ты просишь меня заткнуться?! — Дэн буквально вскипел. Он начал мерить комнату быстрыми, рваными шагами. — Ты пропал на двенадцать, мать его, лет! Я искал тебя во всех временных линиях, перевернул восьмидесятые и двухтысячные, пытаясь найти хоть какой-то след! Куратор, как последняя сучка, отказывалась даже говорить о тебе, просто стирала отчеты! Я места себе не находил, сходил с ума, а ты просто заявляешься весь в дерьме и просишь меня заткнуться?!

Он всплеснул руками, и в этом жесте было столько отчаяния и подавленного гнева, что Пятому стало не по себе. Да, получилось некрасиво. Эгоистично, даже по его меркам.

Дэн заслужил знать правду. В этом стерильном и лживом мире Комиссии он был единственным, кто пошел бы на костер ради Пятого. Они были странной парой напарников: закаленный ветеран в теле подростка и молодой агент, который был младше Харгривза на тридцать два года, если считать реальный возраст Пятого. Но эта разница стиралась в пылу боя. Они стояли друг за друга горой, готовые поймать пулю, закрыть спину, вытащить из любой петли времени.Пятый оторвался от кружки и внимательно посмотрел на друга. Сейчас Дэн выглядел иначе. Время не пощадило его, но сделало сильнее. Мягкие юношеские черты лица огрубели, стали резкими, словно высеченными из камня. Теплые зеленые глаза, когда-то горевшие азартом, теперь казались потускневшими, подернутыми пеплом усталости. Каштановые волосы, которые Дэн вечно взъерошивал, теперь были коротко подстрижены — почти под ноль.

— А тебе идет, — тихо произнес Пятый, отмечая, как раздались вширь плечи друга. Дэн подрос, и теперь, когда Пятый наконец обрел свое законное тело, они снова были одного роста. Двое мужчин в комнате, полной призраков прошлого.

Пятый смотрел на свои руки — широкие ладони взрослого мужчины, в которых чашка кофе казалась игрушечной. Самое странное было осознавать, что этот цикл завершился: ему снова тридцать шесть. Тело наконец-то догнало разум, но груз прожитых лет никуда не делся.

Было ли ему стыдно? Это чувство жгло не хуже спирта на открытой ране. Харгривз ненавидел признавать слабость, но мысль о том, что он оставил Дэна один на один с Комиссией сразу после своего побега, не давала ему покоя все эти годы.

Но это была математика выживания. Пятый просчитал тысячи сценариев: если бы Дэн знал координаты, Куратор не раздумывая вырвала бы их из него вместе с хребтом. Комиссия умела нажимать на рычаги, а Дэн — со своей семьёй и верностью — был идеальной мишенью. Пятый не собирался жертвовать единственным другом ради собственного комфорта.

Битый час в синей гостиной не смолкали голоса. Пятый объяснял всё: годы в постапокалипсисе, работу на Комиссию, сбой в расчетах и, наконец, финальный рывок. Под недовольные, полные желчи возгласы друга, который, казалось, был готов всадить ему пулю в лоб после каждого предложения, Пятый методично восстанавливал хронологию своего отсутствия.

— Какого чёрта ты не попросил помощи?! — Дэн резко вскочил, опрокинув стул. Грохот эхом отозвался в пустой квартире. — Я бы достал тебе хотя бы ёбаный портфель, чувак! Я бы выкрал его из сейфа Куратора ради тебя! Вы чуть ли не подорвали мир!

— Я не хотел подставлять тебя, идиот, — холодно отрезал Пятый, даже не вздрогнув. — Ты бы сдох в первой же временной петле, пытаясь меня прикрыть.

Этой ночью всё смешалось в кровавый коктейль. После визита в дом Авроры — миссии, которая оставила на его душе новые шрамы, а на одежде чужую кровь — Пятый телепортировался прямо сюда. Сил на маскировку не осталось. Он возник посреди комнаты, шатаясь и истекая кровью. Дэн сначала даже не признал в этом взрослом, избитом мужчине своего старого напарника. Он уже потянулся за стволом, но стоило Пятому выдать пару фирменных, пропитанных ядом и сарказмом фраз, как всё встало на свои места.Дэн тогда не стал обнимать его. Он смачно, от души врезал Пятому в челюсть — так, что искры посыпались из глаз. А потом, как в те самые «старые добрые» времена в Комиссии, молча достал аптечку. Он ворчал, проклиная всё на свете, пока обрабатывал пару ран, привычным движением вправил Пятому сломанный нос и, почти насильно затолкнув в него таблетку обезболивающего, уложил спать на этот чертов синий диван.

Теперь тишина в комнате стала другой. Она больше не была гнетущей — она была предгрозовой.

Пятый допил остывший кофе и поставил кружку на столик. Теперь они снова напарники. Старая гвардия вернулась в строй, и в глазах обоих читалось одно и то же ледяное решение.

Пора всему США начинать бояться. Потому что когда два самых опасных пса Комиссии объединяются, история перестает идти по плану.

Полгода спустя.

- Ты вообще видел это? - Дэн ворвался в светло-серый кабинет. Вся мебель здесь была из тёмного дуба, что придавало комнате суровую основательность. Он схватил пульт, включил телевизор и ткнул пальцем в экран. - Все гудят про тебя!

Пятый развернулся в кресле, медленно расстёгивая золотые манжеты с гербом семьи и закатывая рукава. На экране женщина в строгом костюме зачитывала последние новости.

> - Сегодня официально возобновила работу всемирная компания Umbrella Entertainments, приостановленная на год лет после смерти её владельца, Реджинальда Харгривза. Напомним, миллиардер скончался в августе 2025 года.

Бизнес возглавил его сын - Пятый Харгривз, которому в наследство была оставлена корпорация. Акции компании резко взлетели, и крупнейшие фирмы мечтают о сотрудничестве с молодым предпринимателем.

Также стало известно, что его сводная сестра, Элиссон Харгривз, завершила карьеру модели и актрисы. Переехав обратно в родной штат вместе с дочерью Клер Харгривз, она заняла пост главного менеджера по продажам в бизнесе брата.

Желаем Харгривзам удачи в процветании компании! А теперь к новостям погоды...

Пятый выключил телевизор и откинулся в кресле, позволив себе удовлетворённую улыбку.

Теперь всё будет по-другому. Он - глава компании. Дэн - его правая рука, решающая все вопросы. Элиссон с её талантом убеждения выбьет для фирмы лучшие позиции на рынке. А под его началом работают тысячи сотрудников по всему миру.

Всё было бы идеально, если бы не одно "но" - контракт с Комиссией, который должен длиться ещё четыре года. Четыре мучительно долгих года.

Аврора.

Точнее, Эмма.

После полного прочтения её досье всё встало на свои места. Она стала киллером в десять лет, сразу после того как её увезли. Сменила имя, фамилию, место жительства. Росла и тренировалась во Франции. Без родственников. На её счету было огромное количество убийств. Слишком много убийств.

Слишком. Много.

Переварить это было непросто. Она изменилась до неузнаваемости. Почти. Глаза остались теми же. Волосы. Нос. Но теперь она была другой. Не его маленькая Эмма, а хладнокровная, опасная, черствая Аврора Бендерфильд.

И что хуже всего...

Он сам создал её.

- Дэн, - позвал он, доставая из ящика пачку сигарет и зажигалку.

- А? - Дэн откинулся на диване, закинув руки за голову. Старая привычка, и Пятого до жути радовало, что она никуда не делась.

- Помнишь Эмму? - Пятый закурил, задерживая дым в лёгких, чтобы ощутить его полностью.

- Ту милую девочку, которая не отходила от тебя ни на шаг? Чёрт возьми, конечно помню. Как можно забыть такую очаровашку? - Дэн улыбнулся. - С ней что-то не так? Я не слышал от тебя о ней с тех пор, как её забрали.

Это правда. После её ухода Пятый просто замкнулся. Запретил даже упоминать о ней.

— Знаешь, кто такая Аврора Бендерфильд? — Пятый выдохнул густую струю дыма в потолок, чуть заметно покачиваясь в массивном кожаном кресле. Скрип старой пружины в тишине кабинета прозвучал как издевка.

— Естественно. Она заняла твоё место после того, как ты сбежал, и как высокомерная сука, отказалась от моего напарничества за год до того, как мой контракт закончился. — Дэн нахмурился, нервным жестом поправляя манжет рубашки. — К чему эти дурацкие вопросы?

Пятый не ответил сразу. Он медленно поднёс сигарету к губам. Кончик вспыхнул ярко-алым, освещая острые скулы и холодный блеск глаз. Затяжка. Выдох. Десять секунд тягучего, липкого молчания, в котором слышалось только тиканье настенных часов.

— Аврора — это Эмма.

Дэн резко выдохнул, словно от удара под дых, и поперхнулся воздухом.

— Что?

— Сегодня меня вызывали в Комиссию. — Пятый стряхнул пепел прямо на паркет, даже не взглянув на пепельницу. — Сказали, что теперь я буду работать с ней.

В комнате стало невыносимо тихо. Даже уличный шум за окном, казалось, захлебнулся в этой новости.

Дэн подорвался с места. Он замер, широко раскрыв глаза, в которых паника мешалась с неверием.

— Какого...

— Если бы ты всё ещё работал там, я бы потребовал тебя в напарники, — Пятый произнёс это ровным, почти механическим голосом, пытаясь унять нарастающее напряжение в комнате. Он не двигался, лишь продолжал наблюдать за другом из-под полуприкрытых век.

— Нет-нет, я всё понимаю... просто... это чертовски странно. — Дэн начал мерить комнату шагами, спотыкаясь о край ковра. Он запустил пятерню в волосы, ероша их. — Она была светлым человеком. Душой компании, понимаешь? Почти святой. И вдруг... Комиссия? Устранения?

Он продолжал что-то бормотать, перечисляя обрывки воспоминаний, но Пятый уже не слушал. Он откинул голову на спинку кресла, подставляя лицо под серые кольца дыма.

Дэн всегда был для него загадкой — странное, почти невозможное сочетание. Душевный парень, который мог искренне расплакаться над сломанным крылом птицы, но спустя час безжалостно, с хирургической точностью, перерезать горло цели.

«Двойные стандарты? Противоречие?» — подумал Пятый, глядя, как Дэн взволнованно жестикулирует в полумраке.Определённо. Но именно это противоречие и делало их лучшим дуэтом, который когда-либо знала Комиссия. До сегодняшнего дня.

***

Первый рабочий день с Авророй начался с вязкого чувства тревоги, которое окутывало Пятого, словно тонкая шелковая вуаль, заставляя его нервно сжимать кулаки до зуда под ногтями. Он неторопливо шагал по тусклым, бесконечным коридорам Комиссии, где мертвенный свет ламп отражался от глянцевых стен, создавая иллюзию стерильного лабиринта. Решив перестраховаться, он подошел к ее кабинету на десять минут раньше положенного времени, прекрасно помня, как в детстве она постоянно опаздывала на общие тренировки, и это воспоминание на мгновение вызвало у него невольную, горькую усмешку.Пятый замер перед массивной дверью и только успел прочистить горло, собираясь с мыслями, как створка сама резко распахнулась, едва не задев его. В коридор вышла блондинка в плотном черном комбинезоне, который подчеркивал ее атлетичное тело и выглядел скорее как броня, чем как одежда. К её бедрам и предплечьям жесткими ремнями были притянуты запасные магазины и несколько ножей, а рукоятка «Беретты» в наплечной кобуре тускло поблескивала в полумраке.

В руках она сжимала серый кейс, на углу которого Пятый внезапно заметил старую, почти стершуюся наклейку с логотипом «Academy Umbrella». Этот маленький клочок бумаги, который он сам когда-то нашел в пепле апокалипсиса и отдал ей при их последнем расставании, заставил его сердце пропустить удар и на секунду выбил почву из-под ног.

— С добрым утром, Пятый, — нарочито раздраженно протянула она, даже не взглянув ему в глаза, и с силой впихнула в его руки тяжелый кожаный портфель. — Зная твое маниакальное пристрастие уничтожать казенные чемоданы, я очень прошу тебя не просрать хотя бы этот. Он лично мой.

Она резко развернулась на каблуках тяжелых ботинок и уверенно зашагала вперед, ее шаги четким ритмом отдавались от плиточного пола. Пятый покрепче перехватил ручку чемодана, чувствуя его непривычную тяжесть, и молча последовал за ней, наблюдая, как ее холодный и собранный силуэт удаляется в сторону площадки для перемещений.

***

Паркленд Хелд. Даллас. Штат Техас. 1962 год. 22 ноября.

Город задыхался от предпраздничного ажиотажа и липкой южной жары. Солнце беспощадно отражалось от лакированных капотов припаркованных «фордов», а в воздухе стоял густой запах разогретого асфальта и дешевого бензина. Пятый и Аврора стояли через дорогу от массивного здания федералов, наблюдая, как на тротуарах собираются нарядные толпы в ожидании президентского кортежа.

— Приятно оказаться здесь снова, — саркастично буркнул Пятый, оглядываясь. Он поправил воротник своего пиджака, который уже начал подмокать от пота, и с неприязнью посмотрел на радостные лица прохожих.

Это был день убийства Кеннеди. Пятый помнит этот день, как будто вчерашний. Сейчас в здании федералов напротив будут пытать Ваню, которую задержали, стараясь узнать у нее откуда у нее суперспособности. Через пару минут после пыток, она сдастся и создаст огромную ультразвуковую волну, которая разнесет здание в щепки, из-за чего кортеж Кеннеди развернется, предотвращая его убийство.

— Мы здесь, чтобы исправить твои идиотские выходки. — Аврора двинулась к зданию федералов, даже не удостоив его взглядом. Она шла уверенно, и её черный комбинезон из плотной ткани казался инородным пятном в этом пастельном мире шестидесятых.

Они вошли через служебный вход, ловко миновав сонного охранника, который был слишком занят своим радиоприемником. Внутри здание встретило их прохладой каменных стен, запахом мастики для пола и бесконечными рядами тусклых ламп. Пятый шел на полшага позади, прислушиваясь к гулкому эхо их шагов в пустом коридоре.Задание простое.

Убить агента Майкла Мёрфи, прежде чем он дойдёт до Вани. Прежде чем сломает её на электрическом стуле. Прежде чем она потеряет контроль.

Они поднялись на нужный этаж, где за дверями кабинетов слышался приглушенный стрекот пишущих машинок. Наконец, в дальнем конце коридора показался мужчина в строгом сером костюме, который неторопливо листал папку с документами, направляясь к допросным.

— Вот он, — шепнула Аврора, прижимаясь к стене у поворота, где свет ламп мигал особенно нервно. Её пальцы уже лежали на рукояти оружия. — Отвлеки его и заведи в коморку.

Пятый кивнул и телепортировался, возникнув в паре метров перед агентом в синей вспышке искр.

— Простите, сэр... — он сделал вид, что запнулся, и чуть не выронил воображаемые бумаги. — Мне нужна ваша помощь.

Майкл нахмурился, его взгляд был тяжелым и подозрительным. Он остановился, сканируя парня  глазами профессионального ищейки.

— Кто вы?

— Я стажёр. Вас вызывают в допросную. Сказали, что это вопрос жизни и смерти. — Пятый почесал затылок, изображая крайнюю степень растерянности.

Он не поверил.

Рука мужчины скользнула к оружию в пиджаке, но парень опередил его. Пятый резко сократил дистанцию и ударил по голове рукояткой своего пистолета, издав глухой звук удара металла о кость, от чего мужчина выключился.

— Ты грёбаный идиот! — зашипела Аврора, выходя из тени. Её лицо исказилось от гнева, а взгляд метал молнии.

— У меня не было выбора, — шикнул Пятый, впиваясь пальцами в рукава пиджака Майкла и волоча его в коморку, пропахшую хлоркой и пыльными швабрами. Мужчина был тяжелее, чем казался, его ботинки неприятно скребли по линолеуму, но адреналин бил в голову, позволяя не обращать внимания на неудобства.

И вот тогда он услышал цоканье каблуков. Кто-то приближался из глубины коридора.

Пятый мгновенно замер, на секунду прислушиваясь к звуку шагов. Они были быстрыми, но не слишком. Размеренными. Слишком уверенными, чтобы принадлежать обычному прохожему. Ритмичный стук каблуков по кафелю звучал как тиканье смертоносного механизма. Через пару секунд женщина обнаружит их, и закричит, привлекая к ним внимание, и задание будет провалено.

Аврора стояла рядом, её рука с пистолетом слегка дрожала, но не от страха, а от нетерпения. Её лицо оставалось холодным, равнодушным, будто вся эта сцена была для неё просто рутинной работой, а не моментом, когда могла рухнуть целая миссия.

Пятый вытащил оружие из-под пиджака, держа палец на спусковом крючке. В узкой полоске света под дверью коморки заплясали пылинки. Он кивком указал Авроре в сторону источника шагов. Она мгновенно поняла, бесшумно снимая предохранитель.

Выстрелы раздались одновременно. Два коротких, подавленных хлопка слились в один. Майкл даже не успел открыть глаза. Глушители сработали на «ура», и звук выстрелов был почти не слышен.

Женщина, которая шагала прямо к ним с чашкой кофе в руках, даже не успела закричать. Пуля прошла точно в цель. Глушители на пистолетах сделали своё дело, и их никто не заметил в шуме далекого города.

Тишина.

Лёгкий запах пороха пропитал воздух, смешиваясь с ароматом пролитого кофе на полу.

Аврора убрала пистолет прежде, чем тело женщины рухнуло на пол, сложившись как тряпичная кукла.

— Давай быстрее, — бросила она безразлично, проверяя пульс убитой носком своего ботинка. Пустая формальность.

Пятый закинул тело Майкла в коморку, поверх ведер и тряпок, ощущая, как его затылок покрывается холодным потом. Внутри всё бурлило, создавая неприятный узел в желудке. Не от того, что они только что убили двух человек.Не от того, что миссия могла пойти к чёрту, а от неё.

Он наблюдал за ней через полумрак коридора. За тем, как она работала — без лишних движений, без тени сомнения.

Она даже не моргнула, когда застрелила женщину. В её глазах не отразилось ничего, кроме ледяного расчета Комиссии. Пятый пытался вспомнить её другую. Сквозь годы и пепел апокалипсиса он искал знакомые черты.

Ту девочку, что всегда смеялась, когда он учил её бросать ножи в старую мишень за домом.

Ту, что плакала, когда он случайно раздавил муравья подошвой ботинка, и долго обвиняла его в жестокости.

Ту, что дула на его раны после миссий, прикладывая пластыри с котиками и напевала песню, чтобы ему было не так больно.

Ту, что мечтала стать певицей и собирала коллекцию разноцветных пони, расставляя их по росту на полке.

Но её больше не было.

Вместо неё осталась Аврора Бендерфильд — совершенный механизм для устранения угроз.

Она даже не обернулась на него, не удостоила и секундным взглядом. Просто закрыла дверь коморки, скрывая следы их присутствия, и уверенным шагом пошла к выходу.

— Возвращаемся, — бросила она через плечо, убирая оружие в кобуру на бедре.

Голос её был таким же ледяным, каким был выстрел минуту назад, лишенным всякой человечности.

Пятый ничего не ответил. Он смотрел на её удаляющуюся спину, на её идеальную осанку. Просто последовал за ней к порталу, ощущая, как что-то ломается внутри, окончательно и безвозвратно.

_______________________________

Примечание!

По сериалу после перезагрузки прошло шесть лет, и Пятому на момент смерти было 19 лет, но в этой истории прошло двенадцать лет. Харгривзу сейчас 25 лет, а Авроре 19 лет. На сюжет это никак значительно не повлияет 🫶🏿