Эпилог

Исполинское туловище неподвижно распростёрлось на земле, и лишь шумное дыхание да редкие мутные капли, вырывающиеся из трёх влажных ноздрей на кончике хобота, свидетельствовали о том, что хищник ещё жив. Безухая голова лежала между передних лап и была повёрнута боком, а из полураскрытой зубастой пасти безвольно свешивался вниз дряблый язык. Сетран медленно приблизился к морде ничего не подозревающего животного, резко полоснул мечом по его длинной шее и моментально отступил на безопасное расстояние. Лезвие легко рассекло кожу и мышечные ткани, и кровь мощным фонтаном брызнула из глубокой раны. Зверь судорожно зашевелил четырьмя нижними конечностями и хвостом, однако жизненная сила стремительно покидала его вместе с жёлтыми струями и через пару секунд он издох.

— Зачем ты это сделал? — с окаменевшим лицом выкрикнул Горбун, определённо пребывавший в замешательстве. — Он ведь всё равно бы умер!

— Я давно мечтал собственными руками покарать какого-нибудь фальтера, потому что обязан был отомстить за смерть Хеглута! — с торжествующей улыбкой на устах ответил Арвид и продолжил: — Между прочим, Тесгот на том свете тоже ожидает возмездия за свою гибель. Хотя его убили соратники Гхуртуска, всю ответственность за данное злодеяние, бесспорно, несут их хозяева. Значит, мне придётся прикончить ещё одного крылана!

Он воинственно взмахнул клинком в воздухе и намеревался уже сделать первый шаг к следующей жертве, но громогласный возглас Лертепа заставил его замереть на месте:

— Стой, скотина!

Сетран успел обернуться, что позволило ему увидеть и навсегда зафиксировать в памяти впечатляющий момент, когда фигура вождя молниеносно взмыла в воздухе и невероятно быстрым прыжком преодолела дистанцию до него. Где-то в уголке сознания бывшего натлета вспыхнула мысль, что нормальному человеку недоступна подобная ловкость, а вот андроиды, заменившие людей на спортивных соревнованиях, вполне способны были перемещаться с такой скоростью, к тому же на большую дальность. Неожиданно сильнейший удар ногой в грудь откинул его на несколько метров назад, и только по счастливой случайности он не упал прямо в когти какому-нибудь чудовищу или в вонючую кучу фекалий. Тут же в голове мелькнуло, что если грудная клетка сломана, то ему, вероятно, уже не суждено будет выбраться из этого поганого гнездовья. Арвид перевернулся со спины на левый бок, облокотившись на руку, и пока пальцы правой кисти осторожно ощупывали верхнюю часть тела, глаза его неотступно следили за Горбуном и Кетти. Хранительница, похоже, уже оправилась от шока, вызванного необъяснимым поступком главы клана, выхватила кинжал из-за пояса и бросилась на мужчину, но тот без труда заблокировал атакующие движение, ударив ребром ладони по предплечью, в результате чего она вскрикнула от острой боли и выронила короткий клинок, а потом резко отшвырнул её от себя. Девушка покатилась по земле, правда, к счастью, вскоре проворно вскочила на ноги и подбежала к Сетрану.

— Ты цел? — выдохнула она, и он подумал, что ещё ни разу не видел Кетти такой испуганной.

— Со мной всё хорошо, — проговорил Арвид и закашлялся.

— Заткнитесь! — рявкнул Лертеп. — Не оскверняйте вашими гнусными голосами это святилище жизни!

Они сразу смолкли и уставились на него непонимающими взглядами.

Непокорённый с ледяной ухмылкой на лице вынул меч из ножен и провозгласил:

— Несмотря на всё плохое, что вы совершили, я тем не менее искренне признателен вам, что очутился там, где, как мне известно, никогда не ступала нога гхкесснуксепанетшуфесха. Вообще-то, за нахождение здесь полагается смертная казнь, однако как только я расскажу о противоестественном и кощунственном средстве, за счёт которого нам троим удалось добраться сюда, меня, вне всякого сомнения, помилуют и мои действия, а также моё скромное имя — Лерщеффгессипетехуулсагхингесшисжтестеп — прославятся в веках. Впрочем, даже эти заманчивые перспективы не являются главными приоритетами. Больше всего я радуюсь, что наконец-то смогу вернуться из долгого изгнания, доказав на деле верность священным идеалам. Тогда уже ничто не помешает мне обрести благородную жёлтую кровь и познать непередаваемое наслаждение... Человеческие существа, огромное спасибо за помощь! Ну а сейчас пришла пора сгинуть вам во благо всем нам!

Вместе с последним словами раздался громкий щелчок и куртка на горбатой спине треснула по швам. Кожаные лохмотья и кровавые ошмётки полетели в разные стороны, вслед за чем за плечами мужчины расправились тонкие полупрозрачные крылья с разветвлённой сетью пересекающихся жилок, образующих сложный и даже в некоторой степени красивый узор. Зловеще осклабившись, он нарочито небрежно направил остриё клинка вперёд и двинулся к Сетрану и хранительнице.

— Ни шагу больше, солдат! — произнесла Кетти голосом, полным непримиримой ненависти, и выхватила из-под куртки чёрный цилиндр, висевший, как обычно, на шнурке у неё на шее. Она стиснула прибор, предназначенный для обмена данными с контрольными системами анабиозных капсул, обеими руками и перевела его в горизонтальное положение, направив нижней частью на вождя.

На долю секунды Арвиду показалось, что татуировки в виде спиралей как-то особенно ярко проступают на коже её ладоней, после чего фрессерлинг вдруг споткнулся на ходу и с удивлением воззрился на маленькое круглое отверстие, внезапно появившееся у него в животе. Оно сразу устремилось вверх, оставляя за собой тонкую борозду, достигло уровня плеч и прочертило линию у основания шеи параллельно поверхности земли. Миг спустя голова нимфы свалилась вниз, и мёртвое тело незамедлительно последовало за ней. Девушка торопливо убрала цилиндр под одежду, потом осторожно приблизилась к обезглавленному трупу, лежавшему в луже багровой крови, и, брезгливо скривившись, пошевелила ногой его обвисшие крылья.

— Будь ты проклят, жабит! — жёстко бросила она.

— Лертеп уже не слышит тебя, — заметил подошедший Сетран, потирая рукой ушибленную грудь.

— Эта тварь не заслуживает называться человеческим именем, поскольку она всего лишь мерзкая нимфа-солдат!

— Получается, Пситвингес написал чистую правду. С каждым разом его слова подтверждаются.

— Приходится признать, что это действительно так... Мы видим доказательства собственными глазами.

— Что за оружие ты использовала, когда убила солдата?

— Портативный боевой излучатель. Он входит в стандартный комплект снаряжения хранителей. К сожалению, излучатель обладает малой мощностью и его хватает только для краткосрочного применения. Я израсходовала весь заряд батареи, встроенной в это многофункциональное устройство, — пояснила Кетти, прикоснувшись к тому месту на своём теле, где под материалом куртки висел узкий цилиндр.

— Такое приспособление есть у каждого из вас?

— Конечно, оно же служит нам не только оружием, но и аппаратом для воскрешения замороженных. Кстати, тебе придётся теперь присоединиться к нам.

— Ты предлагаешь мне стать хранителем?

— Нет, я предлагаю вступить в ряды Всемирного Комитета Обороны. Эта засекреченная организация была создана через несколько лет после вторжения пришельцев. Все хранители и магистры являются по совместительству офицерами ВКО и единственными людьми на Земле, кто прилагает хоть какие-то усилия, чтобы остановить жабитов. Когда-нибудь Комитет обязательно освободит нашу планету. Не сегодня, так завтра.

— Каким образом?

— Ты сам знаешь ответ на свой вопрос. Вспомни заключительные фразы рукописи Пситвингеса!

— Он призывал истреблять фальтеров.

— Арвид, благодаря стечению обстоятельств ты открыл действенный способ, как это можно выполнить относительно безопасно для человека, но сегодня у меня возникла другая идея... — сказала девушка и обвела пристальным взором плоскую вершину кургана и её мёртвых и живых обитателей.

— Яйца! — спонтанно догадавшись, воскликнул Сетран. — В первую очередь следует начать с яиц, а проблемой взрослых фрессерлингов заниматься уже на втором этапе!

— Совершенно верно! Попробуй представить себе такую картину: бойцы ВКО пробираются в каждое гнездовье на Земле и уничтожают все яйца! В данном случае мы лишим инопланетян следующего поколения, как и предлагал сделать Пситвингес. У нас не возникнет необходимости убивать крыланов, ведь в конце концов они сдохнут, а новые жабиты не смогут появиться на свет оттого, что ни одна личинка попросту не вылупится. Мы будем проводить эту операцию раз за разом, пока фрессерлинги полностью не вымрут, разумеется, при условии, что нам удастся сохранить всё в строгой тайне. Даже если они позднее докопаются до истины и примут меры, их популяция всё равно значительно уменьшится, что существенно облегчит наше сопротивление захватчикам. За прошедшие столетия Комитет перепробовал много различных методов борьбы, к примеру, физическое уничтожение как самих пришельцев, живущих под видом землян, так и их приспешников и слуг из числа людей, а также саботаж и неоднократные попытки захвата пирамид, причём ни один из них не привёл к конкретным успехам, и вот сейчас в нашем распоряжении появился доступный и примитивный, но в то же время крайне эффективный способ, о котором прежде никто даже не задумывался.

— Кроме нас двоих, об удивительных свойствах яичной жидкости знают все члены клана Горбуна. Быть может, что среди них затесались нимфы-шпионы, то есть настоящие соплеменники предводителя.

— Это маловероятно, — уверенно заявила хранительница. — Мне кажется, Лертеп не был специально подосланным агентом, он же недвусмысленно объявил нам, будто его отправили в изгнание, или что-то наподобие ссылки. По всей видимости, этот солдат сильно провинился перед командирами. Скорее всего, чтобы усугубить наказание, ему не разрешили совершить полную трансформацию в человека, и он вынужден был прятать крылья внутри искусственной выпуклости на спине.

— Звучит логично... — согласился Арвид. — И всё же люди из общины Горбуна могут разболтать новости о яичном соке другим непокорённым.

— Я уже позаботилась о том, чтобы этого не произошло, хотя меня больше встревожила информация Пситвингеса, которую ты так неосторожно поведал в доме собраний, но тут, безусловно, нет твоей вины! Я могла бы и раньше сообразить, что тебе нельзя там выступать. Признаю, это была моя ошибка. Позже, при обсуждении, я попыталась убедить тебя и непокорённых, что рукопись представляет собой небылицу, сказку, сумасбродную фантазию, ведь тогда мне и в самом деле так казалось... Мой рассудок отказывался верить, что крыланы, червяки и яйца — это один организм, а разумные нимфы служат лишь промежуточной стадией сложного жизненного цикла инопланетян, что свиньи вовсе не являются нам врагами и прозябают в столь ужасных условиях, и что именно жабиты отправили людей в морозильные коконы, притом в качестве съестных припасов!

— А вот Лертеп утверждал, якобы послание — фальшивка, обман...

— Конечно, он просто-напросто хотел защитить свою расу. Как бы там ни было, ему так же, как и мне, не удалось своевременно распознать угрозу и в результате правду услышали все, кто в тот момент находился в помещении. Я подозреваю, что подставной вождь собирался после нашего похода, когда он уже воочию удостоверился в защитных характеристиках яичного сока, что, видимо, для него самого стало сюрпризом, ликвидировать не только нас двоих, но и собственный клан вплоть до последнего человека. В этом ему наверняка помогли бы нимфы после того, как он посетил бы одну из пирамид и рассказал бы там обо всём, что ему довелось узнать.

— Выходит, пришельцам неизвестно это специфическое свойство жидкого содержимого яиц?

— Если бы фрессерлинг Горбун знал о нём, то ему не потребовалось бы сопровождать нас к курганам. Он намеревался получить твёрдые доказательства. Пситвингес упоминал в тексте, что нимфы боготворят фальтеров и не вмешиваются в образ жизни половозрелых особей. Очевидно, они по религиозным причинам не изучают биологические особенности крыланов, которых считают высшими созданиями, и даже не пытаются исследовать или контролировать их поведение.

— И как же ты «позаботилась» о том, чтобы непокорённые из общины Лертепа не проговорились о великом секрете?

— Пока ты с товарищами несколько дней искал яйца в лесу, я через посредников связалась с магистрами и доложила обстановку. Они приняли решение эвакуировать всех людей клана в Пещеры. До поры до времени им будет запрещено покидать специальную зону.

— Это довольно жестоко...

— Да, но лишь так можно гарантировать сохранение тайны. Должно быть, эвакуация уже завершена и в становище больше никого нет. Мы с тобой, когда спустимся отсюда, тоже направимся в Пещеры, и там ты получишь особый статус. Твои заслуги перед человечеством не подлежат сомнению, потому я не вижу иного выхода для тебя, как стать офицером ВКО, и полагаю, что у генерального штаба не возникнет возражений по этому поводу.

— Нам следует покинуть гнездовье?

— Неужели тебе здесь настолько понравилось, что ты хотел бы остаться ещё на некоторое время? — усмехнулась Кетти и добавила уже более серьёзным тоном: — Давай сперва наполним наши мешки яйцами, так как нам понадобится достаточный запас на всю дорогу до леса.

Они возвратились к тому месту, где втроём карабкались по заграждению из затвердевших экскрементов, и Сетран, подставив руки для опоры, помог девушке преодолеть сопротивление скользкой поверхности. Оказавшись снаружи стены, она по очереди перекинула через неё два полупустых мешка и затем ловко перебралась обратно.

— У меня к тебе небольшая просьба, — проникновенно взглянув в глаза хранительнице, промолвил Арвид. — Ты не могла бы сейчас сама, без меня, заняться приготовлениями к нашему путешествию к Пещерам? Моё чувство справедливости не удовлетворено, и мне очень нужно завершить начатое.

— Хорошо... — понимающе кивнула она. — Постарайся оставить в сохранности яйца. Личинки должны вылупиться и спуститься с горы, в таком случае жабиты будут и далее пребывать в неведении. Мы нанесём сокрушительный удар через год или два, а может и через пять лет, всё зависит от того, как скоро Комитет сумеет подготовиться к масштабным действиям. За это время наши биологи и химики попытаются искусственным путём изготовить необходимое количество яичной жидкости, ну а если у них ничего не выйдет, то хранителям придётся искать яйца шатунов в джунглях.

— Разве у ВКО есть свои учёные и специалисты?

— Их очень мало, но они существуют. Это люди из числа пробуждённых замороженных.

— Ясно... После того, как заполнишь мешки, жди меня здесь!

Сетран подобрал с земли собственный клинок, а также оружие Лертепа. С двумя мечами в руках он двинулся к крылатым хищникам с одной только целью — вершить правосудие. Ему страстно хотелось отомстить фрессерлингам за загубленные жизни Тесгота, Акила и Велана, Пситвингеса, Книгсля, Лисгтиргса и Гхуртуска, за непокорённых «обезьян», за думающих и знающих «свиней», за замороженных и воскрешённых «колонистов», за отца, братьев и мачеху, за Мелани, за всех тех людей, кто умер или был убит в течение целого тысячелетия владычества инопланетян... Арвид переходил от одного живого чудища к другому и безжалостно протыкал фасеточные глаза, рассекал шеи, взрезал половые складки, отрубал хоботы и кромсал хвосты, и хотя сердце его каждый раз замирало при звуках агонии издыхающих фальтеров, а лицо и тело то и дело обдавали жёлтые брызги, он прекратил ожесточённую бойню лишь тогда, когда сбилось дыхание и задрожали от натуги мышцы...

Через несколько мгновений Кетти еле слышно подошла к нему, нежно обняла со спины и прошептала:

— Нам надо уходить.

Подобрав с земли мешки, они пересекли территорию гнездовья и остановились у сквозного проёма в барьере, откуда открывался захватывающий дух вид на безмятежное море травы, что впадало в бескрайний океан деревьев.

— Скажи, при моём воскрешении в криогенном хранилище ты знала о том, чем я занимался в прежней жизни?

— Тебе это важно?

— Да. Ты как-то призналась, что хранители не имеют доступа к личным данным того или иного замороженного.

— Прости, я солгала... Мы обязаны так говорить.

— Ответь, пожалуйста, на вопрос: почему ты всё-таки выбрала меня? Наверное, там имелись в наличии более достойные мужчины и женщины, обладавшие востребованными профессиями и обширными интеллектуальными способностями.

— Ты уже задавал мне его.

— Возможно, в прошлый раз ты не сообщила всей правды.

— Меня абсолютно не интересовали твои навыки и умения. Мне уже приходилось бывать в том хранилище, и в один из дней я случайно обратила внимание на твой персональный морозильный кокон и увидела твоё лицо. С того самого момента мысли о тебе не покидали мою голову, и когда представилась следующая возможность, я сделала это.

— Пробудила меня для клана Горбуна?

— Нет... Я пробудила тебя для себя...

Арвиду и Кетти больше не требовалось слов, он молча взял её руку в свою, чтобы вместе спуститься по жёлобу фрессерлингов, а где-то там впереди, уже в ближайшем будущем, их ждала любовь. Солнце вот-вот собиралось устремиться к горизонту, и два размытых силуэта спешили освободить ему путь, порхая в вышине и желая как можно скорее слиться воедино в неукротимом порыве жгучего вожделения.