Глава 34. Размышления

Той ночью, лёжа в постели, Гарри решил, что второй раз, когда он снова спит в одиночестве, обещал быть таким же паршивым, как и первый. Он опять перевернулся на другой бок, мысленно возвращаясь обратно к разговору с Драко. А точнее, к одной его части, которая всё вертелась у него в голове, проигрываясь заново и не желая оставить в покое. Я бы отреагировал так же, если бы речь шла о Блейзе. Гарри застонал, беспрестанно ворочаясь в тщетной попытке уснуть. Он совсем не хотел думать об этом! Однако разум Гарри отказывался подчиниться хозяину. Ещё до того, как он перешёл к исполнению плана по завоеванию своего профессора, Гарри сказал себе, что хочет посмотреть на то, как именно это могло бы происходить между ними. Он тогда не был уверен в том, что конкретно чувствовал к этому злобному ублюдку. Теперь же он знал ответ. Я бы отреагировал так же, если бы речь шла о Блейзе... Я совершенно точно готов связать свою судьбу с этим человеком. Гарри вновь застонал. Я влюблён в самого сложного человека, которого мне когда-либо доводилось повстречать... включая Волдеморта! Ладно, возможно, это было небольшим преувеличением, но так как Гарри не особо горел желанием переспать с Волан-де-Мортом, только лишь убить его, Гарри вполне мог оправдать то, что он чувствовал себя несколько расстроенным по поводу своего сексуального любовника. Гарри перекатился на спину и поглядел на полог своей кровати. Да, он был влюблён. Не то чтобы он этого не ожидал. Гарри пришлось признать: они провели столько времени вместе, на самом деле разговаривая и узнавая друг друга лучше с разных сторон, что ему даже в голову не могло прийти притворяться, что его чувства не носят серьёзный характер. То, что он ощущал, не было простым кратковременным увлечением. Это не было лишь физическим влечением к кому-то, с кем он мог бы стать друзьями. Нет, здесь не было ошибки, не было сомнений: он был влюблён. Он вздохнул. Что мне делать дальше? Гарри знал, что ему хотелось бы сделать. Его мысли обратились к наполовину сформированным фантазиям, вдохновлённым разными людьми и событиями, происходившими в течение их маленького путешествия. Его любимой частью поездки, и, как ему казалось, самой запретной, был их визит в приют для сирот. Гарри на полном серьезе тогда заявил мисс Иде, что был вполне готов создать свою собственную семью, несмотря на свой возраст. Он знал, что воспитание детей, особенно в его возрасте, было делом не из лёгких, но разве была его жизнь когда-нибудь лёгкой? Он мог запросто представить себе смеющегося Северуса, держащего на руках маленькую девочку, в то время как маленький мальчик дёргал его за полы мантии, тоже желая посидеть на ручках. Они стояли перед домиком, очень похожим на тот, где Северус и Гарри проводили время после поездки в Кардифф, только этот был немного больше, разумеется. Он отчётливо, словно наяву, видел, как они четверо прогуливаются в лесу, а он и дети слушают лекцию Сева по Зельеварению. Гарри готов был поспорить, что дети, которые когда-нибудь родятся у Сева, будут так же хорошо разбираться в зельях, как и он. Вероятно, он начал бы рассказывать им о премудростях зельеварения сразу же после их рождения. Гарри улыбнулся своим мыслям. Он снова не сдержал стона и перевернулся на живот. Очевидно, я и вправду настолько безумен, как без конца твердит мне Драко. Да, он любил этого человека, но их отношения были всё ещё сравнительно новыми. Теперь у него перед глазами встала картинка белого частокола и семьи, где он даже не знал, рассматривает ли мужчина их отношения как чистой воды похоть или же тоже допускает мысль о том, что всё это может вылиться в нечто большее. Гарри нахмурился. Если он считал, что это лишь физическое влечение, то он определённо не стал бы ждать, пока Гарри выпустится, поэтому... Быть может, есть шанс, что Северус испытывал те же чувства. В конце концов, он, казалось, наслаждался их совместными обедами, и разговорами, и прогулками, и даже простым отдыхом вместе так же, как и Гарри. Гарри опять застонал. Но ему известно о дурацком плане Ордена. Что если он думает, будто я просто использую его? Или вдруг он соглашается, но на самом деле хочет только чего-то временного? Гарри думал об этом довольно продолжительное время. Хорошо, итак, я просто должен сказать ему, что я чувствую, и определиться наконец, по какой именно причине я хочу связать с ним свою судьбу... Возможно, мне стоит сделать что-нибудь романтичное, чтобы таким образом выразить свои чувства... Полагаю, если ему с трудом будет вериться в это, то тогда в качестве крайней меры я позволю ему применить на мне легилименцию... Гарри раздумывал над данной проблемой немного дольше. Они не были вместе достаточно долго. Они знали друг друга много лет, вот только парой они были... Господи, а мы вообще пара? Ну, мы договорились, что будем единственными друг у друга. Это обстоятельство позволяет назвать нас парой, ведь так? Что ж, ладно, они были парой. Однако парой они стали только с того последнего дня в Кардиффе — лишь две недели. Гарри усмехнулся, осознав, что их первая ночь, которую они провели вместе, пришлась на первое апреля. Ему было интересно, можно ли считать их первый день в Лондоне вместе их первой датой. Он с тоской подумал об их романтических ужинах в отеле Манчестера. Может, я смогу устроить что-то подобное, когда наберусь смелости предложить... Гарри тотчас нарисовал в своём воображении романтический антураж, почти как в той гостинице, и представил себя, делающего предложение. Гарри нахмурил брови. Если бы его предложение было принято, он хотел бы отпраздновать это событие как следует. Он не желал больше сдерживаться, если они всё-таки соберутся пожениться. Вот только он пообещал не нарушать то дурацкое правило, установленное Северусом. И тут Гарри внезапно оживился. Что ж, ладно... Я просто сделаю предложение в день выпускного. На этот день и так намечается нечто особенное, так почему бы не сделать его ещё более особенным? Таким образом, мы сможем отпраздновать, не нарушая при этом никаких правил. И даже если война закончится завтра, Орден не будет приводить тот тупой закон в исполнение, пока я всё ещё студент. Это было единственное условие, на которое члены Ордена, как показалось, согласились все. Гарри фыркнул. Похоже, кто-то из них был настолько глуп, чтобы идти против воли Молли Уизли и профессора МакГонагалл вместе взятых. Это также даст нам немного больше времени, чтобы побыть вместе именно как пара. Гарри поморщился. И даст мне время поговорить с Драко о каких-либо отличиях, которые могут быть между способами сделать предложение, применяемых в маггловском и магическом мирах. И какое может быть подходящее украшение для такого рода вещей. Нужно ли всё-таки обручальное кольцо, ведь мы оба мужчины?

Так Гарри незаметно задремал, пытаясь обдумать и запомнить всё, что ему необходимо выспросить у Драко.

***

На следующий день, сидя в Большом зале за обедом, Гарри ел медленно, прокручивая в голове сегодняшнюю утреннюю встречу с Драко. По всей видимости, слишком много различий между маггловской и магической манерами делать предложение не было. По большей части, как именно устроить эту процедуру — было личным делом каждого. Как правило, обручальные кольца не покупались, однако традиционно тот, кто делает предложение, трансфигурирует кольцо из чего-то, что, по его мнению, символизирует его отношение к тому человеку, которому делается предложение. Выполнить это превращение было отнюдь не всегда просто, но предполагается, что только волшебники, достаточно зрелые для того, чтобы уметь пользоваться этими чарами, могут выходить замуж или жениться. Позже кольцо носится тем, кто принял предложение, чаще всего на безымянном пальце правой руки с целью продемонстрировать остальным, что он или она связали себя с кем-либо определёнными обязательствами. Кольцо можно также носить на длинной цепочке, обвивающей шею, так, чтобы обручальное кольцо покоилось как можно ближе к его или её сердцу. Это считается более романтичным, более личным проявлением чувств. После свадьбы кольцо, полученное во время согласия на брак, следует убрать и хранить в целости и сохранности где-нибудь в шкатулке или, в некоторых случаях, носить вместе с кольцом, полученным непосредственно во время брачной церемонии. Обручальные кольца фактически создавались на самой свадьбе человеком, регистрирующим брак. Это лицо применяет некие заклинания, при помощи магии скрепляя союз двоих молодожёнов, и просит также укрепить связь между ними более материальными действиями. Сперва он перевязывает символическую ленточку, выбранную тем, кто принял предложение, вокруг левых запястий каждого из брачующихся, связывая их вместе. После чего он берёт свою палочку, использует чары, и ленточка каким-то волшебным образом превращается в обручальные кольца. Драко очень расплывчато объяснил загадочный принцип трансформации ленточки. (Кроме того, похоже, что существуют ещё особые заклинания на случай того, если ведьма или маг вступают в брак со сквибом или магглом.) Драко говорил, что обручальные кольца могут быть абсолютно любого дизайна, но, как правило, они должны олицетворять индивидуальности двух обручённых, равно как и союз между ними. Обычно это означало, что мужчине не придётся волноваться насчёт того, что у него до конца дней будет совершенно девчачье кольцо, даже если он без памяти влюблён в своего избранника и не замечает ничего вокруг. И человек с тяжёлым характером, вступающий в удобный, выгодный для него брак, в конце концов получит простое, «практичное» кольцо без всяких излишеств. Ну, и тому подобные вещи. Гарри украдкой бросил быстрый взгляд на Северуса, сидящего за преподавательским столом. Он выглядел таким же подавленным и, видимо, чувствовал себя так же скверно, как и Гарри в то первое утро. Возможно, он тоже привык спать в одной постели с Гарри. Гарри задавался вопросом, какое же кольцо может понравиться Северусу. — Очевидно, летучая мышь сегодня в ещё более паршивом настроении, чем обычно. Довольно-таки впечатляющий подвиг для него, учитывая его обычный настрой, — с набитым ртом прокомментировал Рон. Гарри всерьёз задумался о том, чтобы вновь заколдовать его. В этот момент он подумал о том, как он, собственно, собирался рассказать Рону и остальным своим друзьям о Северусе. Припомнив привычку Гермионы чуть что — сразу бежать к Дамблдору, он решил, что им следует узнать обо всём уже после самой церемонии. Этот вариант действий будет самым безопасным для него. — Рон, может, тебе не стоило так резко отзываться о профессоре Снейпе, — сказал Невилл. Все, кто сидел рядом и услышал его слова, поглядели на него с изумлением. Он покраснел. — Я просто подумал, что он, возможно, не такой уж и плохой. — Сказав это, Невилл повернулся обратно к тарелке с едой и больше не поднимал взгляда на протяжении всего обеда. — Эй, Нев, это человек, в которого превратился боггарт на уроке ЗОТИ у профессора Люпина. Ты уверен, что с тобой всё в порядке? — с беспокойством спросил Рон. Невилл кивнул и даже не посмотрел в сторону ребят, не отрываясь от трапезы. — Теперь, когда я не в его классе, появилась возможность увидеть его в ином свете. Я просто к тому говорю, чтобы ты полегче обращался с подобными оскорблениями, Рон. — Невилл откусил кусочек от пирога и больше ничего не сказал. Остальная часть обеда прошла относительно спокойно; многие старались привыкнуть к внезапному развитию событий. Невилл приковал к себе несколько заинтересованных и взволнованных взглядов. Гарри же, в свою очередь, испытывал лишь благодарность. Гарри снова углубился в собственные мысли. Он едва подавил улыбку, вспомнив, как отреагировал Драко на романы о геях, которые Гарри одолжил ему этим утром. — О, мне непременно придётся надёжно спрятать это от Блейза! — проговорил Драко, практически вырывая книги из рук Гарри и сразу принимаясь вчитываться в аннотацию на обложке одной из них. — Зачем? — Гарри весело наблюдал за тем, как Драко спешно пробегает глазами по краткому описанию каждой книги. — Он выкрадет их и прочтёт первым! Я ненавижу, когда он читает какую-либо книгу первым. — Драко нахохлился. — Он дразнит меня тем, что будет дальше. «О, ты уже добрался до третьей главы? Тебе понравится то, что произойдёт в седьмой». Он ужасен. Гарри смеялся над тем, как Драко забавно изобразил голос Забини. Блейз. Драко сказал, что я могу называть его Блейзом. Гарри покачал головой и снова посмотрел на преподавательский стол. И с трудом удержался, чтобы не улыбнуться. Сегодня Северусу выпала честь сидеть подле директора. Дамблдор что-то увлечённо говорил ему, а сам Северус будто бы участливо кивал головой... но его выражение лица красноречиво демонстрировало Гарри, что он сейчас думает о тех злополучных лимонных дольках. Неожиданно Северус повернулся и кинул быстрый взгляд в сторону Гарри. Гарри в ответ ухмыльнулся ему. Северус поглядел на него сощурившись. Гарри мастерски сбросил хитрую маску с лица и придал своим чертам детскую невинность. Гарри мог поклясться, что даже через весь зал услышал, как тот фыркнул. Гарри усмехнулся, когда директор, предположив, что Северус подавился и теперь задыхается, принялся колотить его по спине. Он улыбнулся шире, заметив ещё один взгляд Северуса, украдкой брошенный на него. Осознав, что пялится на стол учителей непозволительно долго, Гарри огляделся кругом на предмет тех, кто мог обратить на это внимание. Окружавшие его гриффиндорцы были заинтересованы Невиллом, всё так же озадаченно глядя на него, и потому ничего не заметили, но когда Гарри выглянул из-за голов сидящих, стараясь рассмотреть происходящее за другими столами, то вдруг встретился глазами с Драко. Гарри смущённо улыбнулся и пожал плечами. Драко закатил глаза и повернулся обратно к Блейзу, но не раньше, чем Гарри успел разглядеть улыбку, едва тронувшую уголки его рта.