48 часть. Между долгом и любовью

Ты быстро зашла в свою комнату и на секунду прислонилась к двери спиной, переводя дыхание. Внутри было полутемно и немного прохладно — окно осталось приоткрытым, и занавески едва заметно шевелились от сквозняка. На кровати всё еще лежала раскрытая книга, которую ты читала последний раз, на стуле — небрежно брошенный шарф. Времени почти не оставалось. Ты вытащила из-под кровати чемодан и распахнула его. Вещи полетели внутрь почти хаотично. Сначала платье — ты аккуратно сложила его, стараясь не помять, вспоминая вчерашние танцы. Потом теплый свитер, перчатки, несколько книг и тетради. Ты то и дело останавливалась, хмурясь и пытаясь сообразить, всё ли на месте.

— Я точно это уже положила… — пробормотала ты, заталкивая внутрь лишнюю пару обуви.

Быстро скинув шорты Драко, в которых ты пришла (и которые бережно убрала в самый низ чемодана как сувенир о прошедшей ночи), ты натянула свои джинсы, застегнула ремень, накинула рубашку и пальто. Как раз в тот момент, когда ты пыталась закрыть чемодан, придавив его коленом, в дверь настойчиво постучали.

— Да?

Дверь открылась, и заглянул Блейз. Окинув взглядом беспорядок и твою борьбу с замком, он усмехнулся.

Блейз: Я так и знал, что тут будет поле боя. Пять минут, и мы выходим.

Блейз помог тебе закрыть упрямый чемодан, и вы вышли в гостиную Слизерина. Как только вы показались, Тео тут же поднялся с дивана. Его взгляд моментально преобразился — ленивое безразличие сменилось мягким, собственническим вниманием. Он подошел к вам и, не говоря ни слова, забрал тяжелый чемодан из рук Блейза. Затем, он подошел к тебе вплотную под прицелом десятка глаз.

Тео: Наконец-то. Я уже начал думать, что мне придется ехать в одиночестве, — он по-хозяйски положил руку тебе на талию и, чуть наклонившись, коснулся губами твоей щеки, задержавшись на секунду дольше, чем требовали приличия.

Ты мягко улыбнулась ему, принимая эту игру. В углу ты заметила Драко и Асторию. Она как раз поцеловала его и пошла к подругам. Глаза Драко встретились с твоими — в них вспыхнула короткая, острая вспышка ревности при виде руки Тео на твоем бедре, но он тут же взял себя в руки. Вы вышли из гостиной всей компанией. В коридорах было не протолкнуться. Тео вел себя как идеальный партнер: он шел рядом, приобнимая тебя за плечи. На полпути, когда толпа замедлилась, Тео остановился и повернул тебя к себе.

Тео: Ты не забыла шарф? Погода сегодня скверная, — он заботливо поправил воротник твоего пальто и, поймав момент, когда мимо проходила группа старшекурсниц, легко поцеловал тебя в губы. Это был короткий, но очень убедительный поцелуй «на публику». Ты ответила ему, чуть дольше задержав ладонь на его плече. Драко, шедший по другую сторону, сжал кулаки так, что побелели костяшки, но лицо оставалось каменным. Он понимал: этот поцелуй — их общая броня. На станции, у самых дверей вагона, Тео снова притянул тебя к себе.

Тео: Пойдем, дорогая. Наше место нас ждет.

Он пропустил тебя вперед, напоследок поцеловав в макушку. Как только последний из вас переступил порог купе, Тео резким движением задвинул тяжелую дверь и с отчетливым металлическим щелчком провернул замок. Этот звук подействовал на всех как сигнал «отбой». Напряжение, которое вы по капле собирали в коридорах под прицелом чужих взглядов, мгновенно испарилось. ​Тео с глухим стуком задвинул твой чемодан под сиденье и буквально рухнул на лавку напротив, откинув голову на мягкую спинку. Его лицо за секунду сменило выражение «влюбленной заботы» на привычную ленивую усталость.

​Тео: всё, спектакль окончен. Зрители разошлись, актеры выдохлись. Малфой, можешь перестать делать лицо, будто у тебя болят все зубы одновременно. И, к слову, чемодан у твоей пассии весит так, будто она решила вывезти из Хогвартса половину запретной секции библиотеки.

​Драко уже сидел на своем месте у окна, откинувшись на мягкие подушки сиденья. Его ледяная маска, которую он так тщательно держал в гостиной Слизерина рядом с Асторией, осыпалась, обнажая усталость и скрытую нежность. Заметив, что дверь заперта, он чуть подался вперед и мягко, почти умоляюще, похлопал ладонью по месту рядом с собой.

​Драко: иди ко мне.

​Его голос прозвучал неожиданно тихо и ласково, контрастируя с тем холодным тоном, которым он отвечал Гринграсс десять минут назад. Ты, не скрывая улыбки, пересела к нему. Как только ты оказалась рядом, Драко тут же притянул тебя к себе, усаживая на свои колени. ​Он устроился поудобнее, чуть сдвинувшись, чтобы ты могла полностью разместиться у него на бедрах. Твои руки легли ему на грудь, а его руки надежным кольцом сомкнулись на твоей талии. Драко уткнулся носом в твои волосы, глубоко вдыхая их аромат. Он прикрыл глаза, наслаждаясь твоей близостью и тем, что ему больше не нужно было притворяться. ​Блейз, закинув ногу на ногу и наблюдая за вами с привычной ироничной ухмылкой, подал голос.

​Блейз: да уж, на платформе вы с Тео выдали высший пилотаж. Даже я на мгновение поверил, что вы с Ноттом готовы умереть друг за друга. А поцелуй у вагона? Пэнси чуть палочку от зависти не перекусила.

​Примечание: Пэнси Паркинсон, однокурсница ребят, всегда была по уши влюблена в Тео. Её колючие взгляды в коридорах были лучшим индикатором того, что ваша с Тео «игра в пару» работает безупречно — если уж Пэнси верила в ваш роман, значит, не верить не мог никто.

​Тео лениво приоткрыл один глаз, усмехаясь.

​Тео: а что нам остается? Нас это, в принципе, устраивает. Пока все обсуждают наши нежности в коридорах, никто и не подумает проверять, где ты пропадаешь по вечерам. Мы остаемся партнерами для всех, и это лучшая защита. Ты можешь и дальше по вечерам спокойно видеться со своим любимым Драко, а я буду играть роль «идеального парня». По-моему, сделка века. Главное, что наш фасад непоколебим.

​Драко чуть сильнее сжал руки на твоей талии, ощущая твое тепло сквозь ткань.

​Драко: план действенный, Тео, признаю. Но еще один такой «искренний» поцелуй на публике, и я за себя не ручаюсь. Моя выдержка имеет пределы, даже ради конспирации.

​Ты весело фыркнула, чувствуя, как он чуть заметно целует тебя в макушку.

​— Потерпи, Драко. Зато Астория теперь абсолютно спокойна. Она видела, как Тео меня опекает, и теперь даже в самом страшном сне не представит, что ты можешь интересоваться «девушкой Нотта». Разве это не стоит пары секунд игры?

​Драко нежно потерся носом о твою макушку, прикрыв глаза и наслаждаясь тем, что ему больше не нужно делить тебя с кем-то еще.

​Драко: стоит. Но я считал каждую чертову секунду до того, как эта дверь закроется. Я всё утро вспоминал тот мост, снег и то, как ты уснула у меня на плече в моей футболке... Весь этот цирк в коридоре только мешал мне снова коснуться тебя вот так.

​Он замолчал, просто наслаждаясь твоим весом на своих коленях и тишиной. Поезд дернулся и медленно поплыл вдоль платформы, оставляя позади замок и лишние глаза. Блейз и Тео начали негромко обсуждать планы на праздничный ужин в поместьях, а ты сидела, чувствуя мерное биение сердца Драко под собой и зная, что в этом запертом купе вы наконец-то по-настоящему свободны. Блейз задумчиво постучал пальцами по подлокотнику, наблюдая за тем, как Драко практически растворился в тебе, уткнувшись в твои волосы и игнорируя всё остальное пространство купе.

Блейз: Наслаждайтесь, пока можете. Потому что каникулы в Мэноре под присмотром Люциуса — это вам не ночные вылазки по Хогвартсу. Драко, твой отец уже прислал тебе расписание ваших «семейных ужинов» с Гринграссами?

Драко глухо выругался, не отрываясь от твоей макушки.

Драко: Почти. Он составил график так, что у меня не будет времени даже на лишний вдох без Астории под боком. Он буквально вцепился в этот брак, Блейз. Любой мой шаг в сторону будет доложен ему в ту же секунду.

Блейз усмехнулся и хитро прищурился, обмениваясь взглядом с Тео. Тео оживился, в его глазах вспыхнул тот самый опасный азарт, который всегда появлялся, когда назревала стоящая авантюра. Он выпрямился, подался вперед и, прежде чем заговорить, нарочито медленно и небрежно протянул руку, поправляя выбившуюся прядь твоих волос. Драко тут же напрягся, его взгляд потяжелел, пригвождая руку друга к месту, но Тео лишь шире улыбнулся, явно наслаждаясь тем, как легко он выводит Малфоя из равновесия.

Тео: Именно поэтому нам нужен план. Люциус параноик, но он всё ещё ценит «правильные» связи. Блейз, я устрою зимний вечер в поместье Ноттов через неделю. Мой отец только «за» — он обожает пустить пыль в глаза.

Тео перевел взгляд на тебя, и в его глазах заплясали чертики. Он вдруг подмигнул тебе, сокращая дистанцию чуть больше, чем требовала простая дружба.

Тео: Естественно, тебя я приглашу официально, как свою «девушку». И поверь, я буду очень... убедителен в этой роли. Буду носить тебе напитки, шептать всякие глупости на ухо и не отходить ни на шаг. Люциус будет в восторге от нашего «союза».

Драко промолчал, сжимая челюсть, и сильнее притянул тебя к себе, собственнически переплетая свои пальцы с твоими. Тео тихо рассмеялся, его забавляло это тихое бешенство друга.

Тео: Спокойно, Драко. Это всё ради дела. И, Блейз, я пошлю личное приглашение вашему отцу. Думаю, ему пойдёт на пользу немного развеяться. После смерти вашей мамы он слишком редко выходит в свет, а старый лорд Нотт будет рад его видеть. Это сделает наше присутствие там абсолютно естественным.

Блейз понимающе кивнул. Упоминание мамы принесло секундную грусть, но план был слишком хорош.

Блейз: В точку. Люциус лично привезёт Драко и Асторию к тебе в поместье. Там будет толпа народу, музыка, идеальный хаос. Пока Люциус будет обсуждать дела с нашими отцами, а Астория — сплетничать с Пэнси, у Драко появится «срочное дело» в другой части дома.

Ты чуть отстранилась от Драко, заглядывая ему в глаза.

— И ты сможешь улизнуть?

Драко горько усмехнулся, но в глазах зажегся азарт, смешанный с раздражением на Тео.

Драко: В доме Тео я знаю каждый потайной ход с детства. Если Блейз отвлечёт Асторию, а Тео перестанет так старательно лапать мою девушку и наконец возьмёт на себя роль «влюбленного кавалера» перед старшими... у нас будет хотя минут 15.

Блейз победно улыбнулся.

Блейз: Вот видишь. Официально — мы все прилежные наследники. А неофициально — я организую так, чтобы в дальнем крыле для вас двоих «случайно» оказалась пустая библиотека.

Тео, не в силах удержаться, снова бросил на тебя игривый взгляд и добавил, подначивая Драко.

Тео: Только учти, Малфой, на самом приёме я буду приглашать её на каждый танец. Должен же я поддерживать роль. Постарайся не испепелить меня взглядом прямо посреди вальса.

Драко сильнее прижал тебя к себе, уткнувшись носом в твой висок и что-то недовольно проворчав, но ты чувствовала — он благодарен друзьям.

Драко: кажется, эти каникулы только что перестали быть приговором.

***

Холодный воздух платформы был пропитан запахом магической гари и предчувствием долгой, изматывающей игры. Маски были надеты, роли распределены.​Впереди, возвышаясь над толпой, стояла чета Малфоев. Люциус выглядел безупречно: тяжелое черное пальто, трость с серебряным набалдашником и ледяное спокойствие. Рядом с ним, словно прекрасная фарфоровая статуя, стояла Нарцисса. Её взгляд потеплел, когда она увидела Драко, который уже подошел к ним и, чеканя шаг, официально приобнял Асторию за талию. ​Тео, почувствовав, как внутри него закипает азартный бес, не просто не замедлил шаг, а уверенно повел тебя прямо к ним. Блейз, как старый друг семьи, который не раз бывал в Мэноре, шел рядом с вами с видом человека, знающего себе цену, но сохранял вежливую дистанцию. Рука Тео на твоей талии сжалась чуть крепче, собственнически притягивая тебя к себе.

​Тео: Мистер Малфой, миссис Малфой, добрый день. Рад видеть вас в добром здравии.

​Люциус медленно перевел взгляд на Тео, оценивающе оглядывая его безупречный костюм, а затем переключил внимание на тебя. Блейз в это время вежливо и уверенно склонил голову.

​Люциус: Теодор. Блейз, — он коротко кивнул брату, признавая его присутствие, но его внимание быстро вернулось к «паре». — Теодор, твой отец упоминал, что ты в последнее время стал... более избирательным в связях. Приятно видеть, что он не ошибался. Семья Забини всегда славилась своим положением.

​Тео: В этом вопросе я проявил всю свою настойчивость, сэр, — Тео бросил на тебя такой пылкий и «влюбленный» взгляд, что Драко, стоявший в двух шагах, ощутимо вздрогнул. — Надеюсь, мой отец уже успел отправить вам совиную почту? Он планирует большой зимний вечер в поместье Ноттов через неделю. Будет весь свет.

​Люциус приподнял бровь, в его глазах блеснул интерес к светскому событию.

​Люциус: Еще нет, но приглашение от твоего отца всегда принимается с должным вниманием. Мы будем ждать официального письма.

​Нарцисса, которая до этого внимательно наблюдала за вами, вдруг сделала шаг вперед. Её лицо озарилось мягкой, почти мечтательной улыбкой. Она перевела взгляд с тебя на Тео, и в её глазах промелькнуло искреннее восхищение.

​Нарцисса: Вы выглядите чудесно, — проговорила она тихим, певучим голосом. — Такая гармоничная, красивая пара. Теодор, я всегда знала, что из тебя выйдет галантный кавалер. Люциус, только посмотри на них — настоящее украшение для любого приема. Глаз не оторвать от того, как вы подходите друг другу.

​В этот момент Драко, стоявший рядом с Асторией, казалось, перестал дышать. Он смотрел прямо перед собой, но желваки на его лице так сильно ходили ходуном, что это было заметно даже под слоем светской маски. Его пальцы, сжимавшие локоть Астории, побелели от напряжения. Он изо всех сил старался не смотреть на Тео, не видеть, как рука друга лежит на твоей талии, а Нарцисса рассыпается в комплиментах — Драко был на грани того, чтобы сорваться прямо на глазах у родителей. ​Тео, явно наслаждаясь моментом и реакцией друга, нежно погладил тебя по плечу, закрепляя эффект.

​Тео: Ваша похвала — большая честь для нас, миссис Малфой. Я сделаю всё, чтобы этот вечер в нашем поместье стал для неё особенным.

​Драко резко обернулся к отцу, его голос прозвучал неестественно сухо.

​Драко: Отец, вещи уже погружены. Не стоит заставлять Асторию мерзнуть на платформе. Нам пора.

​Люциус: Разумеется. Теодор, Блейз, передайте отцам мои приветствия.

​Вы обменялись короткими кивками и двинулись дальше. Крэбб и Гойл быстро пробормотали прощания и буквально сбежали в толпу.  Тео нежно склонился к твоему уху. Со стороны это выглядело как интимное признание, особенно когда он на мгновение коснулся губами твоего виска, имитируя нежность. На его лице играла обворожительная улыбка, но слова, которые он произносил, были далеки от романтики.

​Тео (шепотом, обжигая дыханием ухо): Перестань так заметно напрягаться. Ты сейчас выглядишь так, будто я веду тебя на эшафот, а не к отцу. Расслабь плечи и улыбнись мне, Малфои всё еще могут на нас смотреть.

​Ты, не меняя выражения лица и сохраняя на губах легкую, «влюбленную» полуулыбку для случайных прохожих, ответила ему таким же едва слышным шепотом, едва шевеля губами.

​Ты: Тео, сбавь обороты. То, как ты прижимал меня к себе там, перед ними... это было слишком. Ты видел, как Драко на нас смотрел? Ему больно, Тео. И мне тошно от того, что я заставляю его так мучиться ради этого спектакля. Не делай это для него невыносимым.

​Тео чуть слышно усмехнулся, его рука на твоем локте слегка сжалась, словно в успокаивающем жесте, хотя он продолжал делать вид, что увлеченно рассматривает твой профиль.

​Тео: Это не садизм, дорогая, это качественная работа. Если Люциус не увидит собственнический жест, он начнет задавать вопросы Драко. А вопросы Люциуса обычно заканчиваются зельем правды. Потерпи. Его ревность — наша лучшая гарантия того, что в нашу ложь поверят все.

​— Есть грань между убедительностью и провокацией, — выдохнула ты, стараясь, чтобы твой вздох со стороны казался томным, а не тяжелым.

​Тео снова прильнул к твоему уху, якобы поправляя выбившуюся прядь твоих волос.

Тео: Если бы я держал тебя за кончики пальцев, он бы в ту же секунду понял, что между нами ничего нет, и начал бы копать под Драко. Да, ему больно. Да, он ревнует. Но эта ревность — лучшая страховка его жизни и твоей репутации.

Платформа постепенно пустела, скрываясь в серой дымке магического пара. Оставив Малфоев в состоянии наэлектризованного напряжения, вы втроем направились к выходу, где у высокой колонны стояла знакомая высокая фигура. Ваш отец выглядел безупречно, как и подобает главе рода Забини: строгое кашемировое пальто, безукоризненная осанка и взгляд, в котором за внешней холодностью скрывалась глубокая тоска. С тех пор как не стало вашей мамы, он редко выходил в свет, и каждый ваш приезд был для него единственным моментом истинной жизни в пустом поместье. Как только вы подошли ближе, его лицо преобразилось. Жесткие морщины у глаз разгладились, уступая место искренней радости.

Отец: мои дорогие!

Он сделал широкий шаг навстречу и первым делом крепко обнял Блейза, по-мужски похлопав его по плечу.

Отец: Ты снова вытянулся, сын. Скоро будешь смотреть на меня сверху вниз.

Блейз: Стараюсь не отставать от тебя, отец. - улыбаясь, ответил он.

Затем отец перевел взгляд на тебя, и в его глазах блеснула непрошеная влага. Он притянул тебя к себе, утыкаясь носом в твои волосы и вдыхая их аромат.

Отец: Моя девочка... Как же долго тянулся этот семестр. Дома стало совсем тихо без твоего смеха. Я уже велел эльфам приготовить твою любимую спальню и разжечь камины во всем крыле. Главное, что вы оба здесь, живые и здоровые. Это лучший подарок к Рождеству.

Он отстранился, продолжая держать тебя за плечи, и только в этот момент его пронзительный взгляд переместился на Тео, который всё это время стоял чуть поодаль, сохраняя маску почтительного спокойствия, но не выпуская твоей руки.

Отец: Блейз вскользь упоминал в письмах, что в этом семестре ты не обделена вниманием, но я не ожидал увидеть наследника Ноттов в качестве личного сопровождающего прямо у поезда.

Тео безупречно склонил голову, сохраняя тот самый азартный блеск в глазах.

Тео: Мистер Забини, большая честь встретиться с вами. Теодор Нотт. Простите за фамильярность, но я не мог позволить вашей дочери идти через эту толпу в одиночестве.

Отец не спешил с ответной любезностью. Он медленно убрал руки в карманы пальто, продолжая сканировать Тео взглядом, от которого многим становилось не по себе.

Отец: Настойчивость — черта похвальная для аврора, но опасная для кавалера. Скажи мне, Теодор, твой отец знает, что ты тратишь время на прогулки по платформе, вместо того чтобы налаживать связи с партнерами рода в министерском крыле?

Тео ни на секунду не замешкался, его улыбка стала чуть более уважительной, но не менее уверенной.

Тео: Мой отец всегда учил меня, сэр, что самая важная связь — это та, которую боишься потерять. Политика подождет, а доверие вашей дочери — нет.

Отец хмыкнул, прищурившись.

Отец: Красиво говоришь. А скажи-ка мне, как ты относишься к последнему указу о налогообложении поместий? Блейз писал, что ты больше увлекаешься теорией заклинаний, чем реальным положением дел. Не слишком ли ты... легкомыслен для девушки из семьи Забини?

Тео почувствовал, как ты едва заметно сжала его руку. Блейз за спиной отца напрягся, готовый вмешаться.

Тео: Указ — это лишь попытка Министерства залезть в карман к тем, кто веками строил эту страну. Я считаю, что традиции важнее сиюминутных законов. И если защита этих традиций — легкомыслие, то я готов быть самым легкомысленным человеком на этой платформе. К тому же, я уверен, что Блейз просто приукрасил мои «увлечения», чтобы не казаться на моем фоне слишком скучным.

Блейз тихо кашлянул.

Блейз: Отец, Теодор просто скромничает. Он один из лучших на курсе. И он весьма... оберегает её, порой даже слишком.

Отец снова посмотрел на ваши переплетенные руки.

Отец: Оберегаешь? Ну что ж. Теодор, ответь на последний вопрос: если бы тебе пришлось выбирать между интересами своего отца и безопасностью моей дочери, чью сторону ты бы занял?

На платформе на мгновение воцарилась тишина. Это был вопрос с двойным дном. Тео выпрямился, и в его голосе прозвучал металл.

Тео: Мой отец поймет мой выбор, сэр. Потому что он знает: Нотты никогда не предают тех, кого впустили в свое сердце.

Драко, стоя у открытой дверцы кареты Малфоев неподалеку, в этот момент резко обернулся. Он видел эту сцену: твой отец, благосклонно кивающий Тео после такого ответа, и Тео, который выглядел как полноправный член вашей семьи. Малфой до боли сжал зубы и скрылся в глубине экипажа.

Отец: Смело. Что ж, Теодор, ты прошел... первый этап. Жду тебя на рождественском ужине. Посмотрим, так ли ты хорош за столом, как в спорах. Пойдемте в карету.

Когда вы направились к выходу, Тео наклонился к твоему уху.

Тео: ваш старик — кремень. Еще пара таких вопросов, и я бы начал заикаться.