29ч.Цᴇнᴀ дᴏʙᴇᴩия

➴Ꮁᴧᴀʙᴀ 29.«Цᴇнᴀ дᴏʙᴇᴩия»➴

Янтарная жидкость тяжелой струей ударилась о дно хрустальной рюмки, издавая едва слышный, благородный всплеск. Напиток был густым, маслянистым,он лениво заполнял пространство, поднимая со дна крошечные пузырьки воздуха, которые тут же лопались на поверхности. В тусклом свете кабинета алкоголь казался жидким золотом, в котором дрожали блики от работающих мониторов.

Офицер медленно обхватил рюмку пальцами, чувствуя холодное прикосновение тонкого стекла. Он не пил сразу, сначала заставил жидкость медленно прокрутиться по кругу, наблюдая, как на стенках остаются тяжелые, ленивые капли. Затем последовал первый глоток, он прижал напиток к нёбу, на секунду задерживая обжигающую остроту, и лишь потом позволил ей сойти вниз, оставляя в горле терпкий, дымный след.Смакуя этот огонь внутри, он медленно опустился на диван. Кожаная обивка глухо скрипнула под его весом. Офицер откинул голову на спинку, делая еще один, уже более глубокий глоток, чувствуя, как алкоголь приятно согревает изнутри. Его взгляд лениво скользил по  мониторам, пока не зацепился за сектор B.

Картинка на одном из экранов внезапно дернулась, на мгновение вспыхнула цифровыми помехами и окончательно погасла, превратившись в черную пустоту.Он замер, так и не опустив рюмку, чувствуя, как на губах еще покалывает от крепкого алкоголя. Это была камера возле технического блока. Последнее, что успел зафиксировать объектив перед тем, как превратиться в груду битого стекла,  тонкую фигуру охранника под номером 013.

— Что же ты задумала... — негромко проговорил Офицер, и его голос почти утонул в гуле системных блоков.Он поставил рюмку на столик и подался вперед, к панели управления. Пальцы быстро заскользили по сенсору, выводя на главный экран сетку мониторов из жилого блока персонала. Экран за экраном, пустые коридоры, одинаковые двери, идеальный порядок. Однако одна из камер не давала изображения, экран, отвечающий за комнату одного из «кругов», зиял мертвой чернотой. Офицер замер, вглядываясь в это пустое пятно, и в его голове начал складываться пазл, который ему совсем не нравился. Сломанная камера в техблоке и неисправный монитор в жилом секторе... это не могло быть простым совпадением.

Тишину кабинета внезапно разрезал резкий, шипящий звук рации. Голос на том конце был сухим и коротким:— Офицер, 013 нет в комнате. Она покинула жилой блок.

Палец Офицера замер над кнопкой. Секунда тишины в кабинете стали плотными . Он перевел взгляд с черного, уже неработающего экрана,на рюмку в своей руке. Янтарная жидкость едва заметно дрожала.Он знал, что 013 может быть намерена и не на такое. За то недолгое время, что она была здесь, он успел выучить ее наизусть. Это была не первая ее выходка и уж точно не последняя.И каждый раз он ловил себя на том, что вместо приказа «устранить», он просто продолжал терпеть и наблюдать за этим.С трудом подавив сомнение, он нажал на связь:— Ничего. Всё идет по плану, — голос прозвучал сухим щелчком. — Не делайте ничего, пока я не дам личное распоряжение.

Он понимал, что это могло стать роковой ошибкой,но азарт уже бил по венам сильнее любого алкоголя. Офицер откинулся на спинку кресла, чувствуя, как внутри разгорается то самое опасное предвкушение, от которого перехватывает дыхание.— Ну, удиви меня..— прошептал он, снова поднося хрусталь к губам.

                           ***

В комнате стояла глухая, давящая тишина. На узкой кровати в оцепенении лежала девушка, не сводя глаз с одной точки на потолке. Каждый раз, когда она смотрела на камеру, которая записывала её комнату, в голове навязчиво крутился вопрос: сидит ли кто-то прямо сейчас по ту сторону объектива, наблюдая за ней, или она просто заперта в этой коробке наедине со своими мыслями.

В какой-то момент её накрыло невыносимое чувство вины, перемешанное с глухой яростью. Она начала обвинять себя в том, что оставила девушку одну, но тут же мысли сворачивали в другую сторону. Они же вместе придумали этот план. Ыль обещала себе, что будет помогать, что они пройдут через это, а в конце что? Всё пошло к черту только потому, что Т/и не смогла довести дело до конца.Зачем она это сделала? Почему пожалела того парня? Ыль не понимала этой неуместной жалости,один лишний труп решил бы все их проблемы, но теперь они обе были на грани провала.

Внутри всё похолодело. Она замерла, боясь даже шелохнуться, а сердце бешено заколотилось о ребра. «За мной пришли»,  пронеслось в голове. Она была уверена, что её сейчас заберут, накажут за то, что она тоже в этом участвовала.Но в нижней части двери раздался привычный скрежет. Окошко для подачи еды открылось, и на пол с сухим звуком приземлился поднос. Это был всего лишь кружок, разносивший ужин.Но Ыль тяжело выдохнула, чувствуя, как напряжение медленно отпускает. Она встала с кровати, подошла к двери и подняла еду.

На подносе стояла железная миска с липким белым рисом и небольшая порция ярко-красного кимчи. Капуста была обильно перемазана острой пастой из красного перца, а сверху виднелись мелкие семена кунжута. Резкий, кисло-пряный запах ферментированных овощей мгновенно заполнил маленькое пространство, перебивая стерильный запах комнаты. Рядом лежали плоские металлические палочки и ложка.Девушка села на край постели и начала есть. Острота кимчи обжигала язык, заставляя глаза слегка слезиться, но это было даже кстати физическая боль которая помогала хоть немного заглушить ту ярость и вину, что разрывали её изнутри. Она подхватывала палочками хрустящие куски капусты, заедая их пресным, горячим рисом               ***В это время, Т/и и тот парень сидели прямо на холодном полу, втиснутые в узкое пространство между стеной и унитазом. Они разошлись по разным сторонам тесной кабинки, стараясь не касаться друг друга, но в такой тесноте это было почти невозможно.Девушка то и дело оборачивалась на дверь, вслушиваясь в мертвую тишину коридора. Отчаяние накатывало волнами, в горле стоял комок, а глаза жгло от подступающих слез,  ей до боли хотелось разрыдаться. На самом деле, она могла себе это позволить, плотная пластиковая маска с белым кругом надежно скрывала её лицо. Парень не видел её глаз, не видел, как по щекам катятся слезы, исчезая под краем комбинезона. Для него она какой-то страшной угрозой, да и тот явно удивился в тот раз, увидев,что под маской девушка.Он ничего не говорил, да и говорить было нечего. Парень медленно стянул с головы балаклаву, чтобы хоть немного облегчить дыхание, и просто замер. Ему было страшно даже пошевелиться, не то что встать и уйти. В такие моменты мозг просто отключается, и ты не знаешь, что делать дальше. Он лишь иногда бросал на Т/и короткие, полные надежды взгляды, ожидая, что она сама предложит ему уйти или укажет путь.

— Сколько мы уже тут торчим?.. — голос Т/и под маской казался чужим, сухим и надтреснутым.Она попыталась прикинуть время, но в голове была пустота. Часов не было, телефон остался в другом мире, а рация на поясе лишь изредка попискивала, показывая на дисплее номер канала и уровень заряда.

— Я не знаю, зачем я это сделала, но надо уходить отсюда, — она едва заметно качнула головой, словно пытаясь вытрясти из мыслей осознание того, во что она вляпалась.Внутри комбинезона было жарко. Ей невыносимо хотелось сорвать маску, под которой лицо уже стало мокрым от пота и слез. Запах нагретого пластика и застоявшегося воздуха в кабинке казался осязаемым, он забивал легкие, мешая соображать. Девушка медленно, опираясь на скользкую стену, поднялась на ноги. Колени противно заныли от долгого сидения на кафеле. Она приоткрыла дверь кабинки на пару сантиметров, глядя в щель, коридор туалета был пуст, только тусклый свет ламп отражался в кафеле.

Девушка обернулась. Парень так и сидел, вжавшись в угол. Она полезла в глубокий боковой карман и вытянула оттуда свою маску, ту, что с треугольником.— Держи.

Он поднял на неё глаза, в которых застыл чистый, животный страх. Он смотрел на протянутый пластик так, будто это была заряженная пушка.

— Бери, не бойся, — повторила она чуть тверже. — У меня есть идея.Его пальцы заметно дрожали, когда он наконец коснулся края маски. Пластик негромко стукнул о его ногти.

— Ужин с минуту на минуту должен закончиться. Когда рутина кончится, кружки разойдутся по комнатам... Ты пойдешь в мою, словно ты — это я. Камеру мы мне сломаем и... все.       Она говорила это и сама слышала, как нелепо звучат её слова. Это был план, рожденный в бреду и панике. Он был очевидно тупым, полным дыр, но думать о последствиях или искать логику у брюнетки уже не было сил. Мозг просто выдавал единственный путь к спасению, каким бы безумным он ни был..

Парень снова посмотрел на неё. В его глазах читалось сомнение, план казался ему очевидно глупым. Столько событий за один день, и теперь это... Он понимал, что девушка сама едва соображает, что несет, но спорить сейчас было не лучшим решением. В ответ он просто кивнул от полной безвыходности.

Он тяжело поднялся с пола, натягивая маску на лицо. Надеть на себя маску другого статуса было словно сном — странным, тягучим и нереальным. Он поправил крепления, скрывая лицо под черным пластиком, и замер, ожидая дальнейших указаний.

— Так, всё. А, точно... — девушка внезапно остановилась.Она потянулась к своему поясу, расстегнула крепления и протянула ему свое оружие. Это было безумно рискованно. Можно ли сказать, что она настолько доверилась ему? Вряд ли. Это было скорее полное смирение перед судьбой. Ей стало абсолютно по барабану, что случится в следующую секунду. Жизнь Т/и была настолько изломана, что она давно дала себе негласное обещание: если произойдет что-то совсем непоправимое, она просто покончит с собой. Эта мысль дарила ей странное, холодное спокойствие.

Парень принял оружие, и его руки заметно дрогнули. Металл обжег ладони холодом. Он никогда не держал в руках ничего подобного со времен службы в армии. Там это было просто обязаловкой, скучные стрельбища по мишеням, строгий сержант и тяжелая винтовка, которую нужно было чистить до блеска. Но здесь всё было по-другому. Здесь это оружие не было учебным. Он видел, как из таких же стволов методично расстреливали людей,его знакомых, игроков, тех, кто просто не справился с заданием. В этих коридорах ружье было единственной причиной смерти, и теперь он сам должен был нести его на плече, притворяясь одним из    тварей.

— Ужин заканчивается, — тихо сказала она, проверяя коридор. — Иди за мной и старайся не хромать.

Они уже почти вышли из туалета, но девушка вновь внезапно замерла Она медленно обернулась к нему, и в её голосе вдруг проскользнули странные, почти игривые нотки, которые совсем не вязались с обстановкой.— А кстати... если хочешь, ты можешь в любую секунду меня предать.Она сделала короткую паузу и выразительно посмотрела на ружье в его руках — то самое оружие, которое она только что добровольно ему отдала.Сказано это было то ли в шутку, то ли совершенно серьезно, парень застыл, так и не поняв, к чему была эта фраза,он лишь крепче вцепился в холодный металл, чувствуя, как внутри всё сжалось от этого нелепого предложения

Они двигались быстро и старались не шуметь. Девушка шла чуть впереди, хотя должно было быть наоборот , если бы их в эту секунду кто-то встретил бы, их уж точно бы поймали.Её взгляд метался по дверям, пока она не наткнулась на нужный номер. Найдя свою комнату, она резко дернула дверь и буквально затолкнула парня внутрь.

— Так, стреляй теперь туда, — она резко указала на мигающий объектив под потолком. — Быстрее!

Парень попятился назад, испуганно мотая голову в разные стороны

— Что? Стреляй же! — девушка сорвалась на шепот, полный злости и отчаяния. — Ты хочешь, чтобы нас нашли? Или тебе выгодно, чтобы меня поскорее поймали и ты освободился от меня? Потому что я тебе уже надоела, да?

— Ты что, даже стрелять не умеешь? — в её голосе прорезалась холодная, хлесткая издевка. Она чуть склонила голову набок — я думала, вас обучали этому..

Парень замер, а потом всё же заговорил. Голос из-под маски был тихим и хриплым:— Звук. Нас... могут услышать...

— А, да. Точно, — Т/и на секунду замолчала, осознав его правоту. Она начала быстро ходить по кругу комнаты, пытаясь соображать на ходу. — Давай всё-таки выстрелим. Кидать какую-то вещь туда будет ещё шумнее, мы можем промахнуться. А так — один раз, и всё.

Он еще пару секунд колебался, глядя на красный огонек камеры, который продолжал беспристрастно фиксировать каждое их движение. Наконец, он перехватил ружье поудобнее, прицелился и нажал на курок.Грохот в тесной бетонной коробке оказался оглушительным. Т/и непроизвольно втянула голову в плечи. Стеклянный объектив камеры разлетелся вдребезги, посыпавшись на пол мелкими искрами, и красный свет тут же погас. В комнате воцарилась звенящая тишина, нарушаемая только их тяжелым дыханием

— Ну что ж, пока эту ночь ты переждешь тут, — сказала она, немного расслабившись после того, как красный огонек камеры погас. — Утром что-нибудь придумаем. Точнее днем, утром я буду немного занята.

Она окинула его взглядом: парень всё еще стоял в розовом комбинезоне, неловко сжимая ружье. Вид у него был потерянный.

— Ну, ты всё делай в маске просто, — добавила она, и в её голосе снова проскользнула та странная интонация. — Никто не догадается... наверное. Хах.

Она подошла к своей кровати и вытащила из-под неё небольшой ящик. Когда Т/и начала доставать оттуда вещи, парень испуганно замер, он всерьез подумал, что она заставит его переодеваться в женское ради маскировки. Но, к счастью, это оказалось не так.

— Я себе одежду беру, — коротко бросила она. — Поверь, я уже поняла, что спать абсолютно голой у левого мужика — не очень хорошая идея.Из ящика она извлекала не платья или юбки, а старые и нейтральные вещи. Сначала он увидел штаны в клетку, что-то вроде спортивных или пижамных, которые могли подойти практически любому образу. Затем на свет появилась простая серая футболка. Это была та самая повседневная одежда, которую девушка носила у себя дома. Настоящую, красивую пижаму она раньше позволить себе не могла, поэтому эти домашние вещи и служили ей одеждой для сна. Они выглядели застиранными и простыми,девушка посмотрела на одежду, затем вновь на него.— Ну а ты в чем будешь, в этом? — она кивнула на его розовый комбинезон с явной брезгливостью. — Я могу принести твою одежду. Хотя-я... ты и сам можешь. Мол, под предлогом, что ищешь меня и себя. Если нас, конечно, ещё ищут.

Он странно посмотрел на нее, вновь не понимая, о чем она в начале.

— Где ты будешь ночевать? — тихо спросил он, переводя взгляд на свою будущую «кровать», на которой до этого спала девушка.

— Ээ... лучше не спрашивать. Я знаю, что позже очень сильно пожалею,  но что поделаешь. Ладно, я пойду уже. —Удачи и сладких снов.Сказав это, девушка подхватила свою одежду и, не оборачиваясь, вышла из комнаты

Парень остался один. В комнате пахло порохом от недавнего выстрела и пылью, а красный свет от камеры больше не резал глаза. Он перевел взгляд на кровать, которая еще хранила тепло её тела, а затем на тяжелое ружье в своих руках.Слова про «роковой шаг» повисли в воздухе. Он так и не понял, имела ли она в виду место, где собиралась спать, или то, что вообще доверилась ему, оставив в своей комнате с оружием

                        ***Девушка же шла по коридору к кабинету Офицера, и с каждым шагом её уверенность таяла. Она сама толком не представляла, что ему скажет. Ситуация выглядела максимально двусмысленно: прийти к нему посреди ночи, да еще и с охапкой домашней одежды в руках.«Он же стопудово надумает себе, что я по нему скучаю»,  пронеслось в голове у брюнетки так, что та до боли закусила губу под маскойНо тут же она одернула себя. О чем она вообще думает? Сейчас нужно было переживать совсем о другом. Знал ли он уже о разбитой камере? Видел ли он по мониторам, как она заталкивала «треугольника» в свою комнату? . Что она ответит, если он спросит про выстрел?«О боже, зачем я это сделала...» — паника накрывала волной.Она остановилась перед тяжелой дверью кабинета, пытаясь унять дрожь в руках. Нужно было либо разворачиваться и бежать, либо входить и врать так виртуозно, как она еще никогда не врала. Глубоко вдохнув сухой воздух через фильтры маски круга, та подняла руку и коротко постучала.

Пᴩᴏᴄᴛиᴛᴇ ɜᴀ ᴨᴏɜдний ʙыхᴏд ᴦᴧᴀʙы! Пᴏдʙᴇᴧᴀ ᴨᴩᴇднᴏʙᴏᴦᴏдняя ᴄуᴇᴛᴀ, нᴀᴩᴇɜᴀᴧᴀ ᴄᴛᴏᴧьᴋᴏ ᴄᴀᴧᴀᴛᴏʙ, чᴛᴏ ᴩуᴋ нᴇ чуʙᴄᴛʙую. Хᴏᴛᴇᴧᴀ уᴄᴨᴇᴛь 30-ᴦᴏ, нᴏ ʙыɯᴧᴏ ᴋᴀᴋ ʙыɯᴧᴏ.Гᴧᴀʙᴀ дᴧя ʍᴇня ᴏᴄᴏбᴇннᴀя и дᴏʙᴏᴧьнᴏ ᴏбъᴇʍнᴀя (1500+ ᴄᴧᴏʙ). Сᴏʙᴇᴛую чиᴛᴀᴛь ᴏчᴇнь ʙниʍᴀᴛᴇᴧьнᴏ — я ᴏᴄᴛᴀʙиᴧᴀ ɜдᴇᴄь ʙᴀжныᴇ дᴇᴛᴀᴧи, ᴋᴏᴛᴏᴩыᴇ ᴄыᴦᴩᴀюᴛ ᴄʙᴏю ᴩᴏᴧь ᴨᴏɜжᴇ. Нᴀдᴇюᴄь, ʙᴀʍ ᴨᴏнᴩᴀʙиᴛᴄя! Пᴩᴏɯу ᴨᴩᴏщᴇния ɜᴀ ᴏᴨᴇчᴀᴛᴋи, ᴨиᴄᴀᴧᴀ ᴦᴧубᴏᴋᴏй нᴏчью. Вᴄᴇʍ ᴨᴩияᴛнᴏᴦᴏ чᴛᴇния!

А, да, точно, забыла. Поскольку 30-я глава будет реально грандиозная, я даю вам выбрать исход событий. Это возможно, странно, но лучше так, чем потом словить волну критики.