Глава 31

ЖАСМИН

— Ты уверена, что тебе не одиноко? — спрашивает Верити, пока я проверяю температуру воды в ванне.

— Вер, я никогда не одна. Охрана теперь на территории двадцать четыре на семь. Никто не войдёт в этот дом, пока они что-то не заметят. — Хотелось бы побыть одной, но парни запретили оставлять меня без защиты, пока мы точно не убедимся, что угроза Кристиану устранена. С тех пор как убили Митчелла, новых повреждений зданий не было и всё успокоилось. Но ещё рано говорить, что это конец всей этой истории.

— Понимаю. Я просто волнуюсь за тебя.

— Я знаю и ценю это, но, честно, со мной всё в порядке. Эбби уже предлагала прийти и побыть со мной, но я отказалась. — Я говорю это, вспоминая как Син прислал сообщение от Максимуса встретиться с ним в спортзале. Шону это не очень понравилось, но Кристиан и Джейсон тоже забирали костюмы для свадьбы. Их должны были отдать только завтра, но владелец ателье позвонил и сказал, что у него семейная проблема, поэтому лучше, если они заберут вещи сегодня.

Джейсон собирался заехать в клуб за какими-то документами, решили ехать вместе, ведь клуб в нескольких улицах от портного.

— Тебе удалось вытянуть из неё что-нибудь ещё, о её новом парне? — спрашивает Верити, пока я перекрываю краны. Ванна заполняется до желаемого уровня.

— Его зовут Эдди, и он в последний момент отменил свидание, на которое они собирались пойти сегодня. — Я сбрасываю халат и вешаю его на дверцу ванной комнаты, оставляю дверь приоткрытой, чтобы слышать тихую музыку из спальни.

— Завтра, когда будем забирать платья, надо будет вытянуть из неё побольше.

— О, я собираюсь это сделать, — смеюсь я и иду в ванну.

— А теперь оставь меня в покое. У меня тут глубокая пенная ванна с моим именем и книга о миллиардном мафиозном боссе.

Верити смеётся, а я зажигаю свечи и ставлю Kindle на подставку рядом с полотенцем и бокалом вина.

— Не могу поверить, что ты всё ещё читаешь такое. У тебя уже четыре собственных миллиардных мафиозных босса.

— Они не миллиардёры… по крайней мере, я так не думаю, — отвечаю я, забираясь в воду.

— Ладно, оставляю тебя. Беар подбросит меня к тебе завтра около одиннадцати, — сообщает она, в фоне слышу, как кто-то её зовёт.

— Похоже тебя ждут, — говорю я.

— Увидимся завтра. Не делай ничего, чего бы я не одобрила. — Договариваемся, прощаемся и заканчиваем звонок. Я кладу телефон на подставку и закрываю глаза на мгновение, вдыхая аромат ванили и роз,  тот самый пенящийся гель, что Шон подарил мне на Рождество. Невероятно приятно и расслабляет.

Вот что мне сейчас нужно, это немного тишины перед безумием подготовки к выходным.

Мне невольно улыбается при мысли о свадьбе. Через три дня я стану миссис Жасмин Роуз О’Райли и выйду замуж за четырёх замечательных мужчин, которые каждый день дают мне понять, как много я для них значу.

Я и представить не могла, что до этого дойдёт. Когда я впервые встретила О’Райли, мне было семнадцать. И я была напуганной девочкой, безумно влюблённой в своих новых сводных братьев. Никогда не думала, что они тоже влюбятся в меня, и тем более что у меня может быть сразу четверо из них. Конечно, бывают трудные моменты, но проблемы обычно бывают вне дома, а не внутри семьи.

Когда в школе стало известно, что я состою в отношениях с четырьмя парнями, которые знают друг о друге, мне давали разные ярлыки. Меня игнорировали в групповых проектах, и меня выгнали из учебной группы, назвав « шлюхой, жаждущей денег».. это было тяжело. Я хотела рассказать обо всём парням, но боялась, что они сочтут меня не стоящей тех проблем, которые это принесёт, или что вероятнее, Кристиан ворвётся в школу и потребует извинений, втянув учителей. Я не могла допустить этого, это только усугубило бы ситуацию. И тогда завязалась самая невероятная дружба, та самая девушка, которая издевалась надо мной годами, встала рядом и прикрыла меня.

Дэниэл и я ненавидели друг друга — другого слова не подобрать. Ей нравилось делать мою жизнь несчастной, ничто не доставляло ей больше удовольствия, чем попытки сломать меня. Я и не помню, сколько раз уходила из школы в слезах из-за её издевательств. Было даже пару случаев, когда Лейтон хотел вмешаться, и мне приходилось его останавливать. Но всё изменилось, когда она нашла меня избитой и вся в крови, после нападения Хадсона. Дэниэл позвала помощь и дождалась Лейтона, который отвёз меня домой. На следующий день она пришла навестить меня и наши отношения больше не были прежними. Теперь она одна из моих лучших подруг и никому не позволит нападать на меня ни словом, ни визически.

Вспомнив, что не ответила на её сообщение о завтра, я открываю глаза и беру телефон. Но как только я его открываю, из спальни доносится странный звук. Прислушавшись, понимаю, что музыка лишь сменилась, и расслабляюсь, это был конец предыдущей песни. Садясь обратно в ванну, я открываю сообщение Дэниэл и отвечаю:

Джаззи: Прости, забыла ответить. Будь готова к 11:30 — заедем за тобой.

Внезапно раздаётся высокий пронзительный сигнал тревоги и я вздрагиваю роняя телефон в воду.

— Блядь, — ругаюсь я, достаю его и вытираю полотенцем. Если это очередная учение по локдауну, я отшлёпаю Терри за то, что не предупредил.

Я неохотно выхожу из ванны, обворачиваюсь полотенцем и иду к двери. Сигнал всё ещё ревёт, а из спальни слышится какой-то глухой стук. Покрываясь дрожью, медленно подхожу к двери и хватаю халат, хочу быть как можно более прикрытой. Если бы это была шалость парней, я бы не волновалась, но они никогда так не шутят.

Медленно входя в комнату, я снова прислушиваюсь к звуку и понимаю, что он исходит из окна. Повернувшись, я ожидаю увидеть опущенную ставню, но она опущена меньше чем на четверть и, похоже, заклинена. Звук — это она пытается опуститься до конца.

— Что за… — я подхожу ближе и вижу, как что-то пробежало по стеклу. Отскочив назад, я бросаюсь к двери, но она не открывается. Понимаю, что сработал полный локдаун, набираю код на клавиатуре, ничего не происходит.

— Да ну, — шепчу я и пробую ещё раз, но и второй ввод безрезультатен. Поворачиваюсь к окну,  там теперь только застрявшая ставень, всё так же дергающаяся. Я бегу в ванную за телефоном и закрываю дверь,  в голове отработанный протокол, который парни втирили мне в последние дни, ни в коем случае не звонить им и не отвечать в случае опасности, потому что голос может выдать меня. Сообщать только охране через их канал и указывать своё местоположение.

Набираю номер службы охраны, это групповая беседа, связанная с телефоном, который охрана использует.

Жасмин: Это тренировка? У меня в спальне ставень не закрылась, дверь не открывается, код не работает.

Я жду ответа, но отвечают не охранники.

Джейсон: Система сработала? На телефонах у меня и у Кристиана уведомлений нет.

Шон: У меня тоже нет. Охрана, подтвердите ситуацию!

Открываю наш личный групповой чат где  нас пятеро, и тут же отправляю сообщение.

Жасмин: В доме локдаун. Ставень сломалась и не закрывается. Дверь не отпереть. Я спряталась.

Джейсон: Мы уже в пути. Забирайся в убежище и оставайся там, пока кто-нибудь из нас, Лейтон или Терри, не придёт за тобой.

Вскочив на ноги, я подхожу к двери ванной и прислушиваюсь, не слышно ли что-нибудь из комнаты. Сигнализация такая громкая, что при закрытой двери ничего больше не слышно. Медленно, сантиметр за сантиметром, я приоткрываю дверь, прислушиваясь к чему-нибудь, что могло бы означать, что кто-то находится в моей комнате. Приоткрыв дверь, я заглядываю в щель и убеждаюсь, что комната пуста, прежде чем рискнуть и бежать к шкафу, где находится убежище.

По пути телефон дрожит в руке, но я не смотрю на него. Что-то мелькнуло в углу глаза возле окна, но я не останавливаюсь. Добежав до задней части шкафа, двигаю одежду в сторону, нахожу тайный люк и ввожу код, молясь, чтобы он сработал. К счастью, дверь открывается, я влетаю внутрь, захлопываю и запираю её изнутри. Глубоко вздыхаю и пытаюсь успокоиться, теперь никто не откроет её снаружи, пока я не активирую механизм.

Прислонившись к двери, я глубоко дышу и пытаюсь унять бешено колотящееся сердце. Оглядываюсь вокруг, маленькая комната между моей спальней и комнатой Джейсона. Её сделали ещё до моего переезда, на случай, если мне понадобится укрытие. Четыре звуко- и пуленепробиваемые стены, дверь, телевизор на одной из стен, он подключён к камерам наблюдения, но показывает только камеру моей комнаты. Рядом стоит телефон для связи с центром безопасности. Беру трубку, но линия долго звонит без ответа  и тревога растёт.

Где чёрт возьми все? Почему никто не отвечает? По идее в хабе должны находиться две смены, ещё двое охранников у ворот. Это должно быть технической ошибкой, не может же кто-то подойти настолько близко, чтобы сработал датчик? Система локдауна по идее активируется вручную, если только кто-то не пытается прорваться на территорию. Значит ли это, что я видела у окна кого-то, кто пытался влезть? Почему ставень сломалась? Мне нужно узнать, что происходит.

Поднимая телефон, я вижу новое сообщение от Лейтона в общем чате безопасности, наверное то самое вибрации, что я почувствовала, когда бежала в шкаф.

Лейтон: Программа локдауна активирована в 20:24. Я не могу связаться с командой, уведомительная система не сработала. Насколько мне известно, в доме находятся Джаз, миссис Браун и двое охранников. Я в пути, буду менее чем через 10 минут. Терри едет следом. НЕ входите в дом до моего прихода. Джаз и миссис Браун, идите в комнаты безопасности, там вы будете в безопасности. Сообщения только через эту ветку, чтобы обеспечить безопасность всем.

Зная что ребята Лейтон и Терри в дороге, немного успокаивает. Пока я в этом укрытии, никто ко мне не пробьётся. Но вдруг я замира, а как же Эмбри?

Он заперт в оранжерее и уже готов ко сну. Я никогда не беру его с собой в душ или в ванну, он обожает воду и всё время норовит влезть, делая большой беспорядок, поэтому я заперла его в оранжерее, прежде чем подняться наверх. Слезы наворачиваются на глаза от мысли, что он в опасности. Двери и окна в оранжерее тоже блокируются, как в остальной части дома?

Собираясь попросить кого-нибудь проверить его, я понимаю, что нет сигнала. Ужас и холод от мокрого полотенца заставляют меня поджать ноги к груди. Надо было взять с собой одежду в ванну, делаю пометку положить сюда пару вещей на будущее. Тут я замечаю плед в углу, беру его и обворачиваюсь.

Я откинулась назад, пытаясь сохранять спокойствие и тепло, пока жду когда кто-нибудь вернётся домой и расскажет, что чёрт возьми, происходит, и проверит моего ребёнка. Если с ним что-нибудь случится, я заставлю того, кто его обидел  заплатить, и я не буду прятаться за спинами своих ребят, им нужно будет бояться меня.